Так, думай, Дан… Думай. Стрелки – к чему здесь все эти стрелки? Такие можно встретить и на земных картах – указывают направление на север. Предположим, здесь у них аналогичная функция. Бред – не может север быть в разных сторонах. И что это за рябь ниже линии? Похоже на стилизованные морские волны… Береговая линия? Возможно. Опять бред: если это карта обширного региона, то невозможно представить ровную береговую линию такой протяженности. Должны быть заливы, бухты, мысы, полуострова. Стоп! Стрелки! А ведь все просто – они показывают угол между береговой линией и направлением на север или иную сторону света. Вот какой я умный – догадался. Все просто: плывет корабль – и при виде ориентира проводится измерение. Описание ориентира наносится на карту, над стрелочкой. В итоге получается такая вот ровная линия. Неужели здешние картографы не доросли до полноценных карт? С этой ведь работать очень неудобно. А не умея читать, вообще невозможно…

– Арисат, буквы корявые очень, почти ничего не понимаю. Нет ли другой карты?

– Нет – эту сэр Флорис сам нарисовал, переписав у главного кормчего, который нас сюда привез. Давайте я прочту – его почерк хорошо понимаю.

– Подожди – надо бы мне подписать своим почерком, чтобы без тебя понимать мог.

– Вот, держите, – Арисат протянул тонкий свинцовый стержень, заточенный с обеих сторон. – Подойдет или чернила развести?

Карандаш не впечатляет, но вряд ли у меня получится достойно писать гусиными перьями – опыта нет, так что не стоит позориться.

– Сойдет. Так что вот здесь написано?

– Треглавая скала на высоком холме. К западу от холма в море впадает ручей. Вода в нем хорошая.

– Ясно. А здесь?

– Руины. До погани тут стоял город. Приставать опасно: по слухам, много убежищ в округе.

Вскоре я на русском продублировал все записи. Делал это с дальним прицелом – сравнивая с местными буквами, можно вывести здешний алфавит и самостоятельно изучить письменный язык. Да и полноценная карта нужна – попробую это убожество перерисовать на привычный лад. Продиктовав последнюю надпись, Арисат взмолился:

– Отпустите ненадолго – надо людям хоть поведать, что уладили с вами дело. А вы пока оружие себе подберите. Потяжелее лучше – чтобы рубило хорошо. Погань надо рубить до костей, а лучше сразу разваливать. Хотя чего это я вас учить вздумал… Я бы как раз учился и учился, только нельзя этого показывать:

– Ладно, займусь оружием.

– Я быстро вернусь – только к пристани сбегаю, а потом назад: гляну, что подберете.

Арисат ушел чуть ли не с низкого старта, а я, поднявшись с сундука, мрачно окинул взглядом арсенал. Выбрав серьезного вида топор, снял со стены, подкинул в руках. Представил, как делаю им взмах, после чего разрубаю напополам тушу той когтистой ночной твари. Представил: тварь, пока я замахивался, вспорола мне брюхо и неспешно заплела вывалившиеся кишки в косичку. Нет, топором я дрова рубить умею, не более.

Что по мечам? Фехтованию клинковым оружием меня учили серьезно – каждый день по часу, а то и больше, в течение почти трех месяцев. Меня это удивляло своей нелогичностью – ведь если попаду в мир, где такое умение актуально, вряд ли дело дойдет до попытки создать резонатор. Взял первый, самый здоровенный меч. Таким, пожалуй, главное попасть – коньки откинет все живое. Только вот работать им не легче, чем управляться с тем топором, – будто тяжелый лом расплющили и кое-как заточили. Будь у меня прежнее тело, даже тогда быстро таким не взмахнешь, а с нынешним и думать нечего.

Начал перебирать мечи попроще. В итоге остановился на парочке – не слишком короткие, и работать ими уже возможно. Хотя все равно дискомфортно – не хватает им легкости.

Заметил за сундуком с одеждой неподъемную связку оружия, по какой-то причине не попавшего на стену. Причину установил сразу: или ломаное, или голые клинки без рукоятей, или иззубренные о что-то твердое. Но все равно развязал, со звоном рассыпав по полу.

Почти сразу заметил странное – два меча вполне целые на вид. Очень тонкие, чуть изогнутые, с односторонней заточкой, длинными рукоятями, увенчанными шарами противовесов. Почему Флорис их на стену побрезговал вывесить?

Попробовал – короткий отложил сразу, а тем, что подлиннее, заинтересовался. Для моей руки почти идеален – махать таким одно удовольствие, особенно если укоротить его чуть-чуть. Сталь непростая – узорчатая. Похоже, булат мне ковать не придется – здешние кузнецы и без меня много чего умеют. Опять взялся за короткий – и опять отложил. Нет, длинный лучше. Загрохотали каблуки по дереву, на пороге появился Арисат:

– Ну как, сэр Дан, подобрали себе оружие?

– Да – вот.

– Матийский свинорез? Сэр Дан, дело ваше, да только смешной это ножик – легок больно, чтобы на погань с ним идти. Матийцы такими на дуэлях рубятся, шрамы красивые зарабатывая, – у них если на морде рубца нет, то не мужик, значит. А кроме них никто такого не пользует. Сталь у них загляденье – это не отнять, а в остальном дрянь. Против погани надо такое, чтобы дрова кололо, – тогда дело будет. Вон, двуручник бакайский возьмите – с вашей длиной рук не удар выйдет, а загляденье. Развалите на две половины что угодно, кроме разве что бурдюка.

– Чтобы развалить, надо еще попасть, а им пока размахнешься… Погань ведь стоять смотреть не будет… А этим я быстро пырну.

– Ну пырнете, и дальше чего? Отскочит тварь на шаг и в себя быстро придет – кинется.

– А я тоже на шаг пройду, и еще добавлю. И буду бить, пока не свалится.

– Кости и жилы рассечь таким нелегко – все равно поднимется.

– А я вот этот топорик на поясе держать буду. Как свалится, за него возьмусь – разрублю ведь?

– Этим, пожалуй, разрубите, но чудно как-то все задумали.

– Хочу немного укоротить клинок – это возможно?

– Да кузнец укоротит – расскажите ему только, на сколько.

– Арисат, вопрос, наверное, странный – кузнецу надо платить?

– Раз вы теперь вместо сэра Флориса, то не надо. И вообще, если имущество свое пересчитать хотите, поглядите у него хорошенько – часть оружейной там ведь хранится. Ломаное оружие и доспехи. С ним и о броне договоритесь – надо под вас подогнать то, что есть. Сэр Флорис, может, и не богат был, но железа разного у него хватало. А кузнец наш очень хорош – не попортит.

– Тогда я ему кое-что еще закажу, а ты можешь идти – кузню и без тебя найду.

* * *

Как я рассказывал Ивану? Попав сюда, первым делом встану, затем выучу язык, потом пойду искать кузницу. Вроде такой алгоритм… На своих двоих я с первого дня уже, язык тоже на рояле выучил – вот только теперь, на пятый день, дошла очередь до кузницы. Я по сценарию должен добраться до нее, танцуя с мечами, и потом заняться булатом – здесь ведь ничего подобного никто в глаза не видел.

Шел я без танцев – не очень с ними дружу, похоже, мешает что-то. А уж с мечами даже пробовать не рискну – опасаюсь нечаянно остаться без того, что мешает плясать. Меч, впрочем, имелся – тот самый, что выбрал под свою кривую руку. Учитывая то, что откован он, похоже, из дамасской стали, булат отменяется на неопределенное время – и без меня здесь умеют создавать интересные вещицы.

Кузницу нашел без расспросов: еще вчера запомнил, откуда грохот молота раздавался, и теперь оставалось лишь пройти в нужном направлении. Длинный сарай у стены – единственное здешнее сооружение, сложенное из камней, и второе, считая дом Флориса, с печной трубой. Причем здесь труб имелось сразу две – очень большая и просто большая.

Молотками внутри не звенели, но дымок вился. Розовощекий паренек у дверей возился с круглым окованным железом щитом, постукивая зачем-то деревянным молотком по краям. Из недр кузницы вышел плечистый мужик в кожаном фартуке на голое тело, собрался было сказать что-то юноше, но, завидев меня, чуть заметно поклонился:

– Здравствуйте, сэр страж.

– И вам того же. Вы кузнец?

– Да, я.

– Звать как?

– Гратом.

– Мое имя Дан – работу вам принес.

– От работы мы не бегаем – всегда рады. Протянул ему меч:

– Клинок надо укоротить на четыре моих пальца – вот, я свинцом черту навел. И сбалансировать потом. Сможешь?

Кузнец, осмотрев меч, почесал затылок, затем вдруг молча скрылся в недрах кузницы. Я начал раздумывать – идти следом или нет, как вдруг он вернулся, протянул мне клинок без рукояти.

– Сэр Дан, это такой же матийский свинорез, но короче как раз на столько, как вы хотите. Если сгодится, то я рукоять надену, и к вечеру уже готово будет. Покрутив в руках, покачал головой:

– Без рукояти трудно судить, сойдет или нет.

– Если не сойдет, тогда укорочу этот – дело недолгое.

– Хорошо, так и сделайте. А откуда у вас этот клинок оказался?

– Так от сэра Флориса – он мне их четыре штуки на перековку отдал. Сталь в них хорошая больно – дорогая, а сами мечи дрянь – для серьезного дела не годятся. Вот и отдал, чтобы добро не пропадало.

Да уж, похоже, все, кроме меня, считают что эти «свинорезы» – полный хлам, несмотря на высокое качество и стоимость. Наверное, стоит с этим согласиться, да только выбор у меня невелик. Хорошо книжным героям: они, еще будучи в нашем мире, обычно с детства учатся обстригать ногти двуручным мечом и плавать в доспехах. Или, в худшем случае, овладевают этими полезными вещами в первые часы «попадания». А я вот на Земле, кроме бокса и немного сопутствующего кикбоксинга, ничем боевым не занимался, а здесь почему-то великим воином мгновенно не стал. Или боксом отбиваться от погани – или вот этим красавцем. Думаю, сталью все же лучше, чем кулаками.

– Ладно, я тогда к вечеру загляну.

– Да не утруждайтесь – сам принесу или пацана пошлю.

– Хорошо. И еще – мне понадобится выковать несколько деталей. Вот, смотрите.

Я развернул свиток с каким-то текстом. Что написано, не понимаю, но на обратной стороне набросал чертежи. Грат, изучив мои художества, опять почесал затылок:

– Сэр Дан, такого же размера?

– Да. Толщина вот этих безразлична – лишь бы не гнулись под нажимом пальцев. Эти вот уголки потолще надо – на них нагрузка будет приличная. Вот этот фигуристый крючок придется делать из хорошей стали, этот штифт тоже. Вот таких наконечников надо сделать двадцать штук, и таких тоже двадцать. Но самое главное – эта полоска: на нее нужна сталь, не уступающая вот этой, – указал на меч. – И толщина такая же.

– Если дозволите меч перековать, то быстро сделаю – остальное ведь ерунда. Уж не серчайте, но стали я делать не умею. Способ знаю, да только условия здесь неподходящие.

– Когда сможете сделать?

– Завтра только – с полосой повозиться придется, из-за этого вот выреза и краев.

– Полировать и обрабатывать напильниками пока не надо – возможно, придется переделывать.

– Все равно завтра – мне ведь ковать самому: такое никому не поручишь. А напильником и малец может поработать – там и дурак справится. Наконечники тоже пусть набивает – дело нехитрое, и у него ловко уже выходит.

– Доспех нужен.

– Броню сэра Флориса под вас подогнать? Там ничего сложного, только починить сперва.

– Мне бы полегче что-нибудь – не люблю, когда движения стесняет. Пешим дерусь.

– Кольчугу?

– Неплохо бы.

– Мерку снять надобно – фигура у вас потоньше. И если без сапог воинских, то наголенники надо.

– С сапогами, может, придумаю.

– А что придумывать – справит вам Фрокл быстро, если прикажете строго.

– Значит, с сапогами решено.

– Наручи тоже надо – без них не дело. У сэра Флориса хорошие – под руку вашу только подогнать. И шлем его тоже можно – головы у вас, похоже, одинаковые. Хорошо бы перчатки еще латные, да только с ними возиться долго придется…

– Не стоит – времени у нас нет на это. Мне еще по дереву кое-что надо изготовить – есть здесь умелый плотник?

– Найдется: малец вас проведет.

* * *

Загрузив плотника и сапожника, направился к дальней стене – где-то за ней должны располагаться причалы с таинственными стругами. Хотелось лично взглянуть на местный флот, да и вообще не помешает осмотреть городок со всех сторон.

За стену выбрался через пролом, любезно оставленный отступающим бурдюком. Здесь возилось несколько мужиков – заделывали брешь. Волокитой не занимались: к вечеру, похоже, все закончат. Присев неподалеку на бревнышко, уставился на реку. Неширокая: наш берег пологий, противоположный обрывистый, весь в корягах и поваленных деревьях. Большому кораблю здесь не пройти – лужа лужей. А больших здесь и не было – у причалов и просто на мелководье стояло девять лодок. Язык не повернется называть такое кораблем, хотя, не исключено, викинги на подобных плавсредствах могли до Америки добраться. Хотя вряд ли – пожалуй, их знаменитые драккары были раза в два больше.

Арисат всерьез верит, что эта эскадра может поднять на борт все здешнее население? Сколько человек в одну лодку влезет? Не думаю, что более пятидесяти с припасами. А сколько людей в городке? Понятия не имею… Приблизительно шестьсот-восемьсот, а может, и вся тысяча. Значит, и половина не поместится. А еще деревня этих еретиков – неизвестно, сколько там, а их ведь тоже не оставишь. Имущество, скот…

Нет, не верится, что даже с плотами на буксире все это увезти получится. Или я чего-то не понимаю…

И что-то я упустил, с этими стругами связанное… Что? Не знаю, но червячок какой-то точит. Ну-ка – что там Арисат говорил? А говорил он, что погань ночью пыталась оставить нас без флота – столкнула все плавсредства на течение, чтобы в море унесло. А ничего не унесло – сели они на мель у косы, что ниже городка.

А зачем погань вообще нападала? Да кто ж ее, погань, знает… Соблазнилась тем, что отряд Флориса поехал к еретикам, оставив городок без главной военной силы? Не верится – она заранее выдвинулась, раз он наткнулся на следы шайки, из-за чего и вернулся так вовремя. Значит, они изначально собирались на городок нападать, и плевать им было – есть здесь дружина или нет. Смысл? Снесли они нам ворота, но их к вечеру установят. Стену пробили – тоже починят. Струги в море отправили – и тоже облом. Несколько изб и сараев развалили, но это далеко не катастрофа. Убили и ранили десятка полтора воинов и ополченцев, но сами при этом потеряли кучу тварей и стенобитному бурдюку шкуру попортили серьезно. Даже мне понятно, что сил для разгрома засевшего в крепости гарнизона у них не было – на верное поражение шли. Однако при этом действовали достаточно грамотно: добрались незаметно, атаку организовали неожиданно, и если бы не мой попугай, мало кто к началу успел бы подготовиться.

Итого: мы имеем грамотно-безрассудное поведение вначале – и смешной результат в конце.

Чего они вообще добились? Убили сэра Флориса… Нет, не верю, что все ради этого затевали: его смерть – случайность. Невозможно такое подстроить, да и смысла нет сложности разводить.

Думай, Дан, думай. Похоже, ты ухватил точащего тебя червячка за хвостик. Стоп! Если они задумали резню, зачем вообще отвлекли часть сил на струги? А за тем, что струги как раз и были главной целью атаки – все остальное лишь для отвода глаз и отвлекающего маневра. Логично? Конечно, логично: никто здесь и не усомнится, что в этом вся причина. Пожертвовали большей частью шайки, чтобы лишить нас средств к спасению.

А я вот не верю в это – если у них хватило ума разработать меры для отвлечения гарнизона и прочего, то почему не добились главного – не оставили нас без кораблей?

Будь проще, Дан, и думай проще – они и не думали нас без них оставлять… Прям не погань, а иезуиты такие-то – восхищен… От берега поднялся улыбающийся Арисат:

– Струги в порядке – хоть сейчас отплывай. Повезло нам, что погань до моря их не довела. Я покачал головой:

– Это не везение – погань не собиралась их до моря доводить.

– Ну как же! Они же специально нас на переднюю стену выманили, бой затеяв, чтобы здесь под шумок все струги вниз пустить.

– И что? Столкнули на течение и ушли? Неужели им не понятно было, что на этой извилистой реке, мелкой и закоряженной, далеко они сами не уплывут? Арисат задумался, неуверенно пожал плечами:

– Да… понимать должны. Ошиблись, наверное, или сплоховали.

– Не надо считать врагов такими уж тупыми – весь этот бой был затеян ради стругов. И что? Отвлекли нас отлично, а главный замысел бросили, едва за него взявшись?

– Тогда зачем они вообще струги трогали, раз не хотели их уводить?