Версия с галлюцинацией пошатнулась, очень уж старичок все доходчиво растолковывал. Старших Оля привыкла уважать и верить их словам, да и сказки с детства любила. Вот теперь выходило, что она попала в какую-то Таравердию потому, что ее сюда приволок случайно заколдованный рыцарь, и пока тот не расколдуется, назад дороги нет.

- Милая Оля, прежде всего, прошу вас, не расстраивайте рыцаря Ламара, он всерьез полагает вас своею невестою и единственной любовью, - ответил магистр, машинально прихватывая из мисочки котлетку и начиная жевать. Кажется, для предельного сосредоточения на проблеме магу срочно потребовалось подзаправиться. - Если вы будете настаивать на противоположном, нити заклятья могут исказиться так, что несчастный тронется умом и тогда уже нам ничто не поможет. Подыграйте ему.

- Я должна притвориться, что люблю этого вашего Ламара? - удивилась Оля.

- Именно, - энергично закивал и заработал челюстью старичок.

- Не получится. Я так не умею, - печально и почти стыдливо вздохнула девушка. - Если его заколдовали, мне жаль, но я все равно его побаиваюсь. Он такой большой и громкий…

- А не говорить ему о том, что не любишь, сможешь? - уточнил принц, озабоченный судьбой друга и тем, что тот может натворить сгоряча, вообразив себя жертвой несчастной любви. Если уж после его попоек трактиры заново отстраивать приходилось, то об эпической масштабности действий иных даже думать не хотелось.

- Постараюсь, - честно пообещала Оля и столь же честно предупредила, прикидывая степень личного самообладания и жертвенной готовности. - Только если он ко мне приставать начнет, я опять завизжу.

- Голодному зверю и мышь - добыча, - философски рассудил Камелит, не подозревая о двойственности восприятия собеседницей расхожей таравердийской пословицы, и насел на учителя с новыми расспросами.

- Ты говорил о древних артефактах в общем или знаешь какой подходящий?

- Камень правды, некогда сотворенный Седьмой из Семерых, Пророчицей Под Вуалью, он уничтожает все заклятья, дурманящие рассудок, - уничтожив 'таблетку от голода', выдал ценную информацию маг. - Надо будет обеим жертвам чар одновременно возложить руки на камень и путы ложной любви падут. И тогда деву ничто не будет держать в нашем мире, с небольшой моей помощью она сможет вернуться домой.

- И все? - приятно удивилась Оля.

- И все, - улыбнулся Коренус как-то вымученно, так, что даже доверчивая девушка заподозрила неладное и уточнила:

- А где стоит этот ваш камень правды?

Маг так виновато заморгал, что Ольга явственно почувствовала: на ответ 'в соседней комнате' или 'через квартал, а там налево' рассчитывать не стоит. Так и вышло. Коренус скосил глаза куда-то на пол, где точно не водилось несчастных жертв любовных чар, и коротко поведал:

- В Фодажском лесу.

Воодушевленно-обнадеженная физиономия Камелита резко омрачилась, и он пробормотал под нос: 'Фодаж? Это ж на самой границе с Верпаном, а ну как блуждающие морочные заграды попадутся?', - и объявил громко:

- Значит так, Коренус, ты с ними пойдешь.

- Но ваше высочество!? Я же только из Замара вернулся! - жалобно заблеял маг, пытаясь подобрать веские возражения и попутно нашарить в мисочке последнюю котлетку. Толстячку явно не хотелось покидать уютный дворец ради променада на свежем лесном воздухе.

- Вот и хорошо, что только вернулся, значит, еще вещи не разбирал. Ты эту парочку заколдовал, значит, тебе оберегать в пути и расколдовывать! - воспользовался Камелит властным правом приказывать, дарованным коронованным особам и наследникам оных, и продолжил в качестве объяснения:

- Ламару на мечах равных нет, но против мороков иль иных тамошних див с железом не попрешь. А ну как столкнуться придется? Не зря же паломники в Фодаж ныне не рвутся, с тобой же у них все равно что прогулка будет… Да перестань ты, наконец, лопать! - рассерженный принц выхватил котлету из-под пальцев мага и демонстративно откусил половину.

Пару раз двинул челюстью, и демонстративное поглощение продукта в целях воспитательных приобрело форму смакования. С удовольствием прикончив котлету, Камелит заметил:

- Мои комплименты вашему повару, дева Оля, теперь я понимаю, почему Ламар так рычал на Коренуса из-за 'мясных шариков'!

- Спасибо, - мило зарумянилась девушка и затеребила ворот халата. - Только это не повар, я сама готовила.

- Своеобразное увлечение для высокородной дамы, но мне очень нравится! - горячо заверил Олю принц и не без сожаления покосился на опустевшую миску.

- Я вовсе не высокородная, а самая обычная… - неловко, чувствуя, что стала жертвой какого-то недоразумения, пробормотала создательница шедевральных котлет.

- Не стоит лукавить, милая дева, ваши руки не знали грубой работы, ваша кожа нежнее лепестка розы, но если, оказавшись в столь щекотливой ситуации, вы желаете хранить инкогнито, я умолкаю. Не стыдитесь своего увлечения! - тонко улыбнулся Камелит и, осененный гениальной идеей, категорично потребовал у магистра: - Вот, Коренус, я хочу, чтобы моя невеста умела такие штуки сама готовить, а на другой жениться не желаю! Так родителям и передай! А приворачивать меня соберетесь, отрекусь от наследования и в драконоборцы подамся или в истребители тварей!

- Но ваше высочество, где же мы отыщем такую… - взвыл маг от открывшихся перспектив в виде прогулки к демонам на рога и последующего устройств судьбы наследника Таравердии.

- Ламару нашел, вот и мне отыщешь, когда его дела уладишь и гостью нашу домой проводишь, - категорично отрезал принц, пряча в уголках рта довольную улыбку. Перспектива жениться отодвигалась на неопределенный срок! Пойди, сыщи меж расфуфыренных дурочек умелую кулинарку! - А пока думай, как в Фодаж двинетесь. Ламар сейчас уж примчится. Сможешь портал открыть?

- Да, мой принц, я знаю подходящее место, в полу дне пути от камня, - понимая, что дальнейшее сопротивление бесполезно сдался Коренус. - Только мне надо послать человека в свои покои за путевым мешочком.

- Давай, да пусть поторапливается, день-то уж к вечеру клонится, вам бы до темноты хорошо камень отыскать! - великодушно разрешил принц, отпуская магистра взмахом руки.

- Извините, - робко вмешалась в разговор Оля. - Я тоже не могу ходить по лесу, даже если там совсем безопасно, в халате и одном тапочке…

Мужчины синхронно уставились на девушку и озадачились. За всеми проблемами 'парадная' форма одежды гостьи как-то выпала из сферы внимания. Первая идея пришла в голову Камелита, похоже, принцу сегодня вообще везло, в том числе и на гениальные мысли:

- Аделира! - радостно воскликнул блондин. - Та, что из-за Ламара прошлым летом отравилась! Ее вещи до сих пор во фрейлинской комнате пылятся! В комнате так из окна дует, что никто заселяться не захотел! Вы с ней примерно одной комплекции…

- Вы хотите, чтобы я носила вещи мертвой женщины? Ни за что! - ужаснулась Оля, снова вжимаясь в уголок диванчика, откуда начала понемногу выбираться, согретая отсутствием заколдованного маньяка, приятным обхождением Камелита и похвалами ее кулинарному искусству.

- Почему мертвой? - удивился в свою очередь принц и с усмешкой поведал. - Живехонька она, магистр ей гнусного противоядия тройную дозу влил, чтоб впредь неповадно было себя жизни лишать, а маменька моя нравоучительными лекциями запытала. Тем же летом Аделира с досады замуж за рыцаря Даверна вышла и мигом так располнела, что ни один прежний наряд на нее не налезет, даже если все швы распороть.

- Ой, теперь понятно, - почти успокоилась Ольга и больше не возражала. Камелит выглянул в коридор, по-быстрому высвистел пару слуг порасторопнее и дал поручение.

Словом, сундук с вещами утроившей габариты бывшей фрейлины и выбритый, даже еще не успевший толком высохнуть Ламар объявились в Зале для Размышлений практически одновременно. Можно сказать, рыцарь буквально внес в помещение пару пыхтящих с ношею слуг, замешкавшихся в дверях. Те сгрузили сундук у дивана, как приказал его высочество, и поспешили убраться подальше за путевым мешочком Коренуса. Каким-то странным им показался нынче лучший друг и побратим принца. Может вина перебрал с устатку? А за сражения с буйными бражниками, славными тем, что драконов с трех щелбанов уделывают, слугам не приплачивали!

Пылкий и сравнительно чистый (неотмытая грязь размазалась довольно равномерно, маскируясь под загар) рыцарь метнулся к своей деве, не отрывая от нее горящих глаз. Маг с поразительным для его конституции проворством подхватил со стола опустевшую мисочку и задвинул ее под диван, пряча следы группового преступления.

Вновь грохнувшись на одно колено, Ламар провозгласил:

- Прими же перстень родовой, о прекрасная дева, в знак моей бессмертной любви!

Пред очи невесты тут же был предъявлен предмет: массивный серый ободок с насаженным в гнездо голубым камнем странной огранки, похожим на дольку мандарина. Кажется, перстень больше походил на браслет и удержаться на одном пальце смог бы разве что чудом. Но, помня о запрете на конфликт с помешанным, Оля опасливо протянула рыцарю конечность.

Кусаться или лобзаться Ламар не стал. Осторожно, как хрустальную, подхватил ручку Оли и бережно надел подношение на указательный пальчик. Приятная теплая щекотка пробежала вдоль ладошки. К удивлению Оли, чудо на самом деле произошло. Громоздкий перстень из странного металла, будто ужался в размерах и сел как влитой.

- Спасибо, - вежливо прошептала зачарованная волшебным фокусом и странными ощущениями девушка. На неотдернутой вовремя руке довольный Ламар тут же не преминул запечатлеть страстный поцелуй.

- Родовой перстень, - почти гордо повторил Коренус, впечатленный степенью магической влюбленности рыцаря.

Камелит тем временем объявил своему лучшему другу о предстоящем походе в Фодажский лес к камню истины, для подтверждения крепости чувств будущих супругов. А потом, ничтоже сомневаясь, присовокупил информацию о добровольном участии в предприятии Коренуса. Возражений насчет внепланового похода от влюбленного рыцаря не последовало. Чтобы доказать деве Ольге свою любовь, Ламар был готов на любые подвиги! По большому счету, он вообще всегда был готов на подвиги, это потенциальные подвиги не всегда были готовы к встрече с героем.

Дав ЦУ рыцарю, принц откинул крышку сундука и щедро предложил:

- Выбирай, высокородная дева!

Ольга сначала с любопытством, потом со все возрастающей тоской поворошила аляповато-пышные платья, кружевные длинные панталоны, нижние рубашки и прочие предметы туалета, в украшении которых преобладали золотые и красные бантики. Даже если закрыть глаза на цвет и фасон, бродить по лесам в таких одеяниях было бы по меньшей мере затруднительно. Это понял даже принц, рассчитывающий отыскать в шмотках Аделиры хоть пяток относительно практичных вещей. Оля аккуратно прикрыла крышку сундука, так и не разжившись обновкой из фрейлинских обносок, и жалобно осведомилась:

- А нельзя ли мне тоже ненадолго вернуться домой, переодеться, продуктов собрать?

Коренус подергал себя за жиденькую бороденку, покряхтел и признал:

- Увы, милое дитя, открыть портал меж мирами для перемещения я не рискну. Неизвестно, какое воздействие этот магический опыт окажет на чары, связавшие вас с рыцарем Ламаром. Но, пожалуй, я могу сотворить заклятье, способное притянуть к тебе одну-две необходимые вещи из тех, которые хорошо помнят тепло твоих прикосновений. Хочешь попробовать?

- Да, - обреченно согласилась Оля, отчетливо понимая, что одежда ей совершенно необходима, если она не хочешь видеть в кошмарах не только чокнутого рыцаря, но и золотые бантики в самых труднодоступных местах одежды.

- Тогда подойди к зеркалу, прикрой глаза, протяни руки и представь тот предмет, какой хочешь получить, - предложил магистр, перекатившись к зеркалу и выводя на поверхности замысловатые загогулинки смазанными в очередной разновидности серо-зеленого порошочка пальцами.

Зеленое, переливчатое свечение, колышущееся, как хвост павлина, сменило отражение пышной комнаты. Оля не видела этого, добросовестно исполняя инструкции Коренуса по притягиванию нужных вещей. Пару минут ничего не происходило. Девушка старательно жмурилась, маг пыхтел и пририсовывал на зеленом фоне одну или другую завитушку, рыцарь и принц любовались зеркалом вместо телевизора. А потом вдруг в свечение добавилось золотых искр, расходящихся концентрическими кругами, послышалось гудение и в руки Ольги резво, будто брал уроки у Бубки, выпрыгнул большой чемодан.

От неожиданности Оля не удержала равновесия и хлопнулась на пол, но ручку чемодана не выпустила. Только распахнула глаза и довольно заулыбалась: сработало! Коренус перевел дух и удивился:

- Милое дитя, это и есть нужная вам вещь?

- Да, - просияла девушка, уже деловито щелкая застежками. - Тут почти вся моя летняя одежда упакована!

Заинтригованные мужчины, все равно, пока не доставили мешочек Коренуса делать было нечего, подобрались поближе. Вещи иномирной девы сильно отличались от набора платьев располневшей Аделиры, в изобилии поросших бантиками. Первым делом Оля вытащила серо-зеленую сумку с двумя лямками и извлекла оттуда белый мешок. Из оного была вытрясена обувь. Не женские туфли и не мужские сапоги, а нечто совсем другое, черно-сине-белое на толстой рифленой подошве. Изнутри обувки девушка достала два комочка голубого и чисто белого цвета, первый оказался при раскатывании носочками. Следом из чемодана были извлечены ярко-голубые и темно-синие штаны из плотной ткани, снабженные металлическими пуговичками на карманах. И две то ли блузки, то ли рубашки, к ним прибавилась яркая скатка в форме большого пирожка из чего-то розового, фиолетового и желтого, последней была извлечена стопочка воздушного песочного и сочно-малиновых тонов.

В чемодане оставалось немало вещей, но Оля решила прервать процесс распаковки и переодеться. Она, прихватив одежду, исчезла за высокой спинкой дивана, назначив ее на роль ширмы. Мужчины переглянулись со схожим, довольно кислым выражением на лицах, приготовившись к ожиданию. Но, не успели даже толком настроиться на интенсивное скучание, как девушка, побивая все рекорды скорости, вынырнула из-за мебели. Голубая блузочка с рукавом в три четверти прикрывала синие джинсы до середины бедра, кроссовки ступали по паркету с легким поскрипыванием. Чувствуя себя более комфортно в привычной одежде Оля почти весело улыбнулась таравердийцам. Их ответные улыбки были несколько более вымученными, а Ламар и вовсе побагровел, словно вареный рак и закашлялся.

- У вас штаны не носят? - попробовала догадаться огорченная девушка.

- Носят. Мужчины, менестрельки, актрисы, магички и гм… - принц проглотил последнее слово. Потом покосился на Коренуса и, приободрившись, заключил: - Хотя, для странствий по лесу очень практично. Полагаю, магистр вас прямо туда и доставит.

Маг только закивал.

- Спасибо, мне бы не хотелось, чтобы кто-то подумал, что я 'гм', - отчаянно краснея, будто собралась соответствовать колеру жениха, пробормотала Оля и дико завизжала!

Прямо на нее, распахнув пасть, разбрасывая золотисто-зеленые искры и вещи, клацая замочками, понесся чемодан. В то же мгновение девушку буквально смело с траектории движения 'чудовища', она рухнула на пол, сверху, прикрывая возлюбленную своим телом, упал Ламар. Чемодан, как чудовищная иллюстрация к сказкам Чуковского, пронесся над лежащей парой на бреющем полете. И, прежде, чем рыцарь успел вскочить, исчез в зеленых переливах зеркала. В ту же секунду волшебная его поверхность стала обычной, измазанной порошками Коренуса.

- В добром ли ты здравии, возлюбленная моя? - заботливо уточнил рыцарь, отводя взгляд от распахнувшейся на груди блузки невесты.

- К-кажется, д-да, - только и ответила вздернутая с паркета ретивым женихом Оля и торопливо застегнула пуговичку блузки. Потом рука машинально принялась потирать отбитый при кратком акробатическом этюде копчик. То, что маньяк без конца ее хватает и таскает, она уже почти начала привыкать, но вот соприкосновения с мужскими особенностями анатомии смущало невыразимо.

- Коренус, что стряслось? - полюбопытствовал принц.

- Действие заклинания закончилось, ваше высочество, - запоздало объяснил странное поведение предмета маг. - Вот его и притянуло назад.

- А мои вещи? Они тоже исчезнут? - с беспокойством уточнила девушка, только-только переставшая волноваться насчет гардероба.

- Тут все дело в законах магии, дитя, - попытался объяснить Коренус наиболее доступным образом. - Если свойство принадлежности тебе у вещи сильнее, чем свойство принадлежности твоему миру, то вещи останутся. Потому я и говорил о вещах, которые хорошо помнят тепло прикосновений.

- Понятно, - к удивлению мага кивнула Оля, привыкшая к куда более заумным объяснениям на лекциях, и огляделась, прикидывая, что успело вывалиться из летящего в родные пенаты чемодана. - Чемодан новый, я его только купила, а вещи все уже успела поносить, может, и не пропадут. Хорошо, что рюкзак остался. Будет, куда одежду сложить.

Чтобы не встречаться взглядом с 'женихом-маньяком', девушка опустилась на пол и принялась собирать содержимое сбежавшего чемодана. Ламар, не ведая о степени стеснения невесты и его причинах, пришел на помощь деве и в этом многотрудном занятии.

Подобрав маленький красный кусочек ткани с веревочками, он растянул его на пальцах и озадаченно нахмурился, соображая, что именно нашел. Камелит с не меньшим интересом присоединился к лицезрению и выдвинул версию:

- Сумочка?

- Это трусики от купальника, - невольно захихикала Оля в ладошку.

Откровенное непонимание на лицах собеседников выявило проблемы перевода, неподвластные магическому браслету-посреднику.

- Это надевают, когда купаются в открытых водоемах.

- На голову? - простодушно предположил Ламар.

- Наоборот, - прыснула девушка и невольно покраснела не столько даже от неловкости ситуации, сколько потому, что представила рыцаря в одних плавках на золотом песке. - Неверное, у вас такое тоже не носят, как и штаны.

- У вас это надевают под штаны? - догадался Камелит, проявляя чудеса сообразительности, пока рыцарь, торопливо вручивший деве ее купальник, кашлял так, будто находится на последней стадии туберкулеза.

- Если на пляже, то вместо, - расставила точки над 'i' Оля, сноровисто упаковывая вещи в рюкзачок. - А вообще-то похожие носят под одеждой. Раньше, я у прабабушки и прадедушки видела, длинные до колен, как панталоны вашей Аделиры, носили, а теперь у всех короткие.

- И зимой? - как истинный ученый, а заодно любитель удобства и тепла, заинтересовался магистр, наматывая информацию на ус.

- Да, а если холодно, мужчины надевают кальсоны - это такие мягкие нижние штаны, а женщины колготки, - поведала Оля, никогда не занимавшаяся специально историей костюма. - Только у нас уже давно по-настоящему холодных зим не было.

Разговор на щекотливую тему прервался сам собой с появлением уже знакомой пары слуг, с натугой волочивших здоровенный, в две трети стандартного картофельного, битком набитый мешок. Кажется, это был тот самый предмет, ласково именованный владельцем путевым мешочком. Передав ношу, взопревшие слуги, как ни любопытно было им поглазеть на компанию из мага, принца, рыцаря и неизвестной девицы в легкомысленных одеждах, поторопились исчезнуть до того, как их осчастливят очередной порцией важных поручений. Обрадованный толстячок тут же в одиночку легко подхватил гигантский мешок и одну лямочку лихо перекинул через плечо. Оля, утрясавшая рюкзачок, только широко распахнула глаза. Заметив удивление девушки, Камелит хмыкнул, развенчивая миф о маге-тяжеловесе:

- У магистра мешочек заколдованный. Для него легче перышка, а кто другой в одиночку не снесет.

Уяснив, что сборы завершаются, Ламар оправил перевязь с мечом, забрал из кресла свою походную сумку и вернулся к невесте. Оля ожидала, что рыцарь отберет у нее ношу, но подобного предложения не последовало. Кажется, земные правила вежливости на переноску походных тяжестей не распространялись. Оно и правильно. Если встретятся какие-то морочные заграды, о которых говорил принц, рыцарю могут понадобиться свободные руки для защиты девицы и ее имущества. О том, что конкретно ждало впереди, девушка предпочитала не думать и не задавать лишних вопросов. Знала по себе, начнет расспрашивать, только больше саму себя напугает. А в ногах и так чувствовалась предательская слабость.

Камелит же, напротив, косился на отправляющихся в Фордажский лес с жадностью застоявшегося в стойле жеребца. В конце концов, не выдержал и спросил нарочито небрежно:

- А может и мне с вами махнуть? Мешок собрать не долго!

- Ни в коем случае, ваше высочество! Вы же помните условия договора! - едва не выронив отцепленную с пояса скляночку, взвился Коренус. Маг даже позабыл про подбор ингредиентов для открытия обещанного портала. - Носители крови Таравердийской династии не должны приближаться к границам Веспана!

- Да сколько лет этому замшелому договору, Коренус, - истово начал возражать принц.

- Пятьсот семьдесят три года, но клятва вашей достойной прародительницы королевы Налимары не перестает быть клятвой только из-за того, что была произнесена почти шесть столетий назад! - наставительно сказал Коренус. Вот теперь магистр совсем не походил на козлика-котлетомана, настолько серьезен стал голос и взгляд, даже толстое тельце как-то распрямилось и постройнело. Камелиту, рвущемуся навстречу приключениям, хватило совести смутиться или притвориться таковым, пока маг продолжал поучения. - И, мой принц, это в Таравердии сменилось на престоле семь королей, в Веспане же до сей поры может восседать на высоком шпиле прежний владыка, который сочтет нарушение клятвы серьезным поводом для новой войны.

- Ну да, попробуй, угадай, какой там на шпиле… Они же все под одним именем и в маске правят, - кисло буркнул поникший Камелит.

- Не переживай, ну какие в глухом лесу приключения? Там даже драконов нет! - подбодрил друга Ламар, звучно хлопнув по плечу. - Так пройдемся до камня, разгоняя мороки, потрогаем его и обратно, праздновать!

- Что? - не понял принц.

- Свадьбу! - недоуменно напомнил забывчивому другу рыцарь, чем вырвал из груди Оли скорбный вздох. - Или ты думал я кому другому доверю свою невесту к храму Второй из Семи, Соединяющей Судьбы, вести?

'Обнадеженная' сверх всякой меры последними словам рыцаря о свадьбе и особо проникнувшаяся сознанием экстренной необходимости совместного похода к камню истины по пересеченной местности Ольга с надеждой взглянула на магистра. Он пока казался девушке самым надежным, понятным и вменяемым из троих новых знакомцев, не смотря на фиолетовую ночнушку с шахидским поясом, вместо приличного костюма. Да и в обществе пожилого человека студентка чувствовала себя спокойнее, чем рядом со слишком странными и красивыми мужчинами, один из которых вдобавок постоянно смотрел на нее так, что хотелось спрятать отчаянно краснеющее лицо в подушку или сбежать подальше. Но сейчас, Оля понимала отчетливо, бежать не стоило даже пытаться. Ясно, что заколдованный Ламар кинется догонять и потом чего доброго ее опять на себе потащит. А попутно какую-нибудь штуку идиотскую выкинет. Хорошо хоть удалось уговорить его снять с руки и спрятать в сумку розовое полотенце.

Коренус шустро, пока его высочество не осенила еще какая-нибудь гениальная идея, от которой волосы на голове дыбом встанут или вовсе клочьями полезут, зашуршал и зазвенел содержимым пояса. А едва выбрал необходимый набор порошков и пузырьков, принялся выводить на многострадальном зеркале очередной разноцветный набор загогулинок, сделавших честь любому абстракционисту. Бедное зеркало слабо подергивалось под руками мага, будто пыталось вырваться из оправы и убежать прочь от неутомимых экспериментаторов. Но роскошные золоченые (или из чистого золота?) тиски держали крепко. Поверхности осталось только смириться, потускнеть до серо-зеленого состояния и загудеть взлетающим жуком-пожарником.

Глава 2. 'Жирный гусь'