– Маловато, – хмыкнул Кейт. – Виктор, у меня глубина масштабной сетки выпадает. Глянь.

– Проклятый убийца!

– Займись неисправностью, – сказал Рэд. – Что за настроение сегодня в рубке? Вы где находитесь?

Блохин полез в виртуальную «сбрую» тестирования.

– Нет, вы только посмотрите! Бригада техобеспечения вкалывает, пилоты дурака валяют, а кое-кто еще и покрикивает.

– Кое-кому Дэйв будет голову снимать, когда бригада техобеспечения завалиться квасить в «Млечный путь» на драконьи денежки.

Через полчаса Фил с помощью Сержа нашел то, что искал. В СКБ ушло сообщение от имени экспедиционного звездолета дальней разведки «Альбатрос», чьи позывные имелись у Кейта в копилке.

Дорвард был у себя в кабинете, когда туда ворвался разъяренный полковник Службы космической безопасности.

– Я их пересажаю, к чертовой матери, Пол!

– Кого именно? В чем дело, Артур? – удивился шеф-пилот АСП. – Садись. Добрый день.

Дэйв не пожал протянутую руку, но принял предложение и продолжил уже менее темпераментно:

– «Моника» только что в упор расстреляла боевой крейсер «Каскад». – Дэйв выдержал паузу, наслаждаясь эффектом и считая его своеобразной компенсацией за утренний удар по собственной эмоциональной сфере в момент получения сообщения. – Что же ты не иронизируешь?

– Это боевой звездолет… – сказал Дорвард.

– Угнанный три года назад прямо с выставки вооружений Аналога-1, – подтвердил полковник.

– Послушай, Артур, твои люди ничего не перепутали?

– Нет. Я ничего не перепутал, – отчеканил Дэйв и включил запись.

Бодрый голос капитана Гардона поведал им о злодеяниях коварного «Каскада», подробно изложил, как пираты напали на них ночью (отсчет времени осуществляется на «Монике» исключительно в соответствии с правилами, установленными Департаментом космоплавания), блокировали связь, оставив экипаж без помощи славной СКБ, и, невидимые до последнего момента для радаров, открыли огонь.

Далее следовало красочное описание полученных повреждений антенн и правого маршевого двигателя. Сообщение заканчивалось скромно: «Ответным огнем звездолета МНК-17 „Моника“ крейсер уничтожен. Ввиду неисправности аппаратуры дальней связи сообщение для СКБ передано с опозданием через систему „ретранслятор-объект“.

– Пижон и засранец твой Гардон. – Дэйв слегка стукнул ребром ладони по столу для придания словам большей значимости.

– Нет, погоди, Артур, – растерянно сказал Пол, – они что, в самом деле выиграли бой?

– Оставшаяся в живых часть команды крейсера отстрелилась в челноке за секунду до взрыва. Арестованные дружно утверждают, что события разворачивались совсем иначе. Но, как правильно догадался наглый капитан Рэджинальд, все слишком довольны тем обстоятельством, что дело об угоне и пиратстве «Каскада» можно считать закрытым. Так что речи подследственных вряд ли будут услышаны. Но я вправе требовать суда над экипажем «Моники» и лично капитаном Гардоном за введение в заблуждение органов охраны правопорядка.

– Какого суда? – наконец пришел в себя Дорвард. – Ты же слышал, они не могли с нами связаться сначала из-за глушения, затем из-за неисправности. И потом, я действительно поверю Рэду, если уж обсуждать вопрос, кто первый начал!

Дэйв демонически улыбнулся.

– Да, действительно. Остается только узнать, каким образом гражданский звездолет, к тому же подбитый, как они утверждают, смог расстрелять боевой крейсер-полуавтомат.

– «Моника» тоже корабль последнего поколения, имеющий, кстати сказать, бортовое вооружение. А таких пилотов, как Гардон и Стрэйк – единицы!

– Пол, по-моему, ты забыл, с кем разговариваешь, – перебил Дэйв. – Этот раунд ты проиграл. Такие повреждения, могу сказать не дожидаясь заключения экспертов, можно нанести только тяжелыми стационарными установками. Но я говорил не об этом. Твои чертовы межпланетники обманули патруль службы движения бета-радиуса и нажили себе дополнительного врага в их лице.

– Значит, еще и патруль. Каким образом?

– Всех обстоятельств пока не знаю, но официальная жалоба их начальника лежит у меня на столе.

Дорвард вздохнул и покачал головой.

– Рэд и Джеральд уже давно настрелялись. Кто, кроме капитана и помощника, имеет право открыть огонь? Я ручаюсь головой, они защищались.

– Ладно, – остыл полковник, – верю, что защищались. Сегодня верю. А ты не допускаешь мысли, что твой Гардон когда-нибудь действительно сорвется? Рейтинги организации – дело святое. Клиенты готовы его на руках носить как лучшую гарантию сохранности груза. Тебе все это на руку, я понимаю… Но человек-то искалечен войной морально и физически. Мне все время кажется, что с такой биографией не по силам остаться в здравом уме, что бы там ни писала Изметинская в своих заключениях.

Дэйв говорил почти искренно. И такой же почти искренности ждал теперь от Дорварда. Они были слишком хорошо знакомы, чтобы рассчитывать на полную откровенность друг друга.

– Гардон, конечно, личность своеобразная, – задумчиво произнес шеф-пилот. – Я даже готов признать, что периодически его действительно слегка «заносит». Но не в этот раз. – Голос его обрел прежнюю уверенность. – Капитан звездолета спятил и решил пострелять не куда-нибудь, а в крейсер «Каскад», набитый отпетыми преступниками и случайно проходивший мимо «Моники» встречным курсом? Неубедительно. А насчет патруля, надо еще выяснить, имелись ли у них основания для досмотра.

– Ну хорошо. Если господам пиратам судьи не поверят, я не буду их переубеждать. Раз уж командор Дорвард так горячо заступается за своих подчиненных, я, возможно, его поддержу. – Дэйв многозначительно улыбнулся. – Если господин командор действительно так высоко ценит своих сотрудников…

Дорвард понимающе кивнул.

– Оштрафуйте Гардона за пушки, полковник. Такая самодеятельность недопустима для капитана звездолета.

Глава 2

Сорисса

К сожалению, капитан Гардон не знал о разговоре, состоявшемся в офисе шеф-пилота АСП, и экипажу «Моники» оставалось теряться в догадках относительно окончания драконьей истории. По крайней мере из свободного поиска их не отозвали. Рэджинальд расценил это, как хорошее предзнаменование, и «Моника» не вернулась к границам альфа-радиуса. Виктор подыскал солидную ремонтно-заправочную станцию, и, поторговавшись, экипаж решил доверить ее персоналу маршевые двигатели «Моники».

Грустный Блохин с двумя понурыми техниками остался следить за ходом ремонтных работ, а команда, очень довольная таким поворотом событий, разбрелась по кабачкам и торговым залам станции.

Вечером Рэд, Серж и Джой сидели за столиком небольшого кафе, лениво перебрасываясь словами. У стены, за другим столом, Джери и Кейт обчищали команду «Арго» с седьмого причала. Сложные карточные игры вроде преферанса им всегда особенно удавались: Стрэйк соображал с быстротой и точностью математической машины, а Кейт умело мухлевал, пока игроки ломали головы над хитроумными замыслами первого пилота.

– Хм, – глубокомысленно произнес Серж.

Рэд и Джой проследили направление его взгляда. Между столиками шла ослепительно красивая женщина. Полупрозрачная ткань эффектного ультрамодного платья выгодно подчеркивала все ее достоинства. Недостатков штурман не нашел.

– Богиня, – прошептал Джой, у которого головной мозг немедленно отключился против воли хозяина, а остатки мыслей ссыпались в трусы.

– Проститутка, – сказал Серж.

Гардон пожал плечами и хотел отвернуться, но что-то удержало его. «Принцесса», собрав богатый урожай восхищенных взглядов, подошла к их столику. Васильковые глаза, скользнув по Джою, задержались на штурмане.

– Добрый вечер, – нежно пропела незнакомка. – Разрешите?

Она обернулась к капитану. Золотые цепочки с бриллиантовыми подвескам, которыми были перевиты ее белокурые локоны, тихо звякнули. Серж и Джой удивленно переглянулись.

– Держу пари, ты меня не сразу вспомнишь, капитан Рэджинальд. Мое имя Бэлла. Кабачок «Блеск»…

– Ты стала настоящей леди, Бэлла. – Рэд поднялся ей навстречу. – Прости, в самом деле сложно узнать в блестящей светской львице девочку из бара.

– Ты тоже изменился, Рэджи. Сейчас ты бы не полез в драку из-за юной официантки. Может, прогуляемся? – Она обернулась к Джою и Сержу. – Твои друзья простят меня, правда?

– За путешествие мы успели порядком друг другу поднадоесть, мэм. – Серж склонил голову на бок. – Капитан, вернись к отлету. Это через сутки.

Гардон улыбнулся и, взяв под руку самую красивую женщину сразу нескольких галактик, вывел ее из бара на галерею.

– Джой, можешь уже закрыть рот, – сказал Сент-Фалль.

– Только не говори, что такое случается каждый день, – ответил потрясенный стажер, все еще втягивая носом тающий аромат дорогих духов.

– Капитан Рэд у нас, конечно, личность незаурядная, – сказал штурман, – но кто бы мог подумать, что у него есть такие женщины…

Гардон и Бэлла привлекали всеобщее внимание. Пара действительно была исключительная. Рэд в серой форменной куртке АСП с капитанскими знаками отличия, и рядом изящная блондинка с васильковыми глазами в платье, по которому бежали золотые искры. Казалось, она не касалась земли.

– Ты оставила за плечами свалку разбитых сердец, – сказал Рэд, когда они нашли слабо освещенный безлюдный холл с видом не причал.

Бэлла улыбнулась.

– Они смотрят на тебя. Звездолет такого ранга здесь редкость. – Она откинула прядь волос с его левого виска. – Или этого шрама здесь раньше не было, или я плохо тебя помню. Погоди-ка, еще и седина! Рэджи, а мне казалось, что ты совсем мальчик по сравнению с остальными.

– Так оно и было, – согласился Гардон. – И насчет шрама ты абсолютно права.

– Капитан АСП, боже мой! Неужели все было так давно? Симпатичные у вас были ребята, но уж очень любвеобильные и драчливые. Я всерьез боялась, что тебя потом убьют.

– Рыцарские поступки возле стойки бара всегда драками заканчивались, – сказал Гардон. – Такая вот простая истина. А я не знал.

– Нет, Рэджи, я не могу поверить! МНК-17? Красавец, который причалил сегодня ночью… Говорили, что ты погиб где-то на планете Джунгли.

– Кажется, я действительно погиб на планете Джунгли, – задумчиво произнес Рэд.

– Я разговариваю с призраком? – Бэлла кокетливо отодвинулась. – Тогда мне должно быть страшно.

– Не бойся, я всего лишь… попал там в плен.

– А потом?

– Потом? – Рэд посмотрел, как отчаливает катер. – Сбежал.

– Что с тобой? – Она положила ему руки на плечи. – Мне не следовало спрашивать?

– Не знаю. Я давно не говорил об этом. – Он мягко усадил ее в широкое кресло напротив обзорного экрана галереи. Огни маяков отражались в ее глазах, казавшихся темными.

– Ты похожа на эльфа, а точнее на эльфийскую принцессу. Знаешь об этом, Бэлла?

Бэлла досадливо дернула плечиком, золотистые искры брызнули по ткани в разные стороны испуганными светлячками.

– Мне и правда, интересно. Я увидела тебя сегодня утром на платформе, когда ты разговаривал с ремонтниками. Мне понадобился день, чтобы привести чувства в порядок и решиться заговорить. Так может, повспоминаем, раз уж я все-таки набралась смелости? Я тоже давно не ворошила свое прошлое. С тех пор, как вышла замуж.

– Ты замужем? – удивился Гардон.

– Чему ты удивляешься? Предел мечтаний каждой женщины. Но я не замужем.

– Как так?

– Послушай, Рэджи, мне надоело смотреть на причал, и я приглашаю тебя в гости. Можешь быть уверен, номер существенно отличается от каморки, в которой мы прятались после драки.

Бэлла сделала знак рукой охраннику, маячившему в конце коридора, и он послушно отступил. Они прошли в боковой коридор, вышли на узкую платформу, у которой стояли в ожидании пассажиров небольшие капсулы. При приближении людей на их бортах вспыхнули и заиграли красками яркие картинки наружной рекламы. Рэд и Бэлла расположились на сиденьях, казавшаяся игрушечной кабина промчала их по техническому тоннелю, нырнула в приемник грузового лифта и остановилась на верхнем этаже гостиничного комплекса. На табло светилась надпись: «VIP-блок», электронный голос пожелал пассажирам приятного отдыха.

Широкий коридор устилала ковровая дорожка цвета слоновой кости, а на потолке Рэд не увидел привычных матово-белых панелей освещения. Вместо них в простенках крепились светильники в виде горящих факелов, свет которых заметно подрагивал, заставляя переливаться молочными волнами ворс ковра, приглушавшего звук шагов. Рэд перевел взгляд на свою спутницу, открывавшую дверь в номер. Роскошное платье, производившее сногсшибательный эффект в павильонах станции, здесь казалось единственно уместной формой одежды.

– Вот это апартаменты! – сказал Рэд на пороге, окинув взглядом шикарную обстановку люкса. – Впрочем, насколько я помню, тебя всегда тянуло к роскоши.

– Мой муж был миллионером, – улыбнулась Бэлла. – Не очень молодым, но… можешь мне не верить, Рэд, я ни разу не изменила ему. Нельзя гневить судьбу. Что будем пить?

– Все равно.

– Тогда будем пить шампанское. Не каждый день случаются такие встречи. И эльфом меня еще никто не называл. Тебе полагается приз за оригинальность и романтичность.

Она поставила на стол фужеры и вынула из бара запотевшую бутылку.

– Ты, кажется, рассказывала что-то интересное.

– Да, сказку про принца и нищенку. Я работала в одном из кафе его корпорации. В общем, сначала мы только спали, а сейчас, как видишь, я наследница его состояния.

– Он умер? – Рэд разливал шампанское.

– Два года назад. И это очень плохо, так как мне приходится вести все его дела, включая руководство и этой станцию.

– Бог мой! Ты здесь хозяйка!

– Вот именно. Скажи своему бортинженеру, чтобы больше не ругался с моими людьми. Я уже намекнула им на необходимость качественного техобслуживания.

Рэд подал ей фужер.

– За что пьем?

– За кабачок «Блеск», оказавшийся в зоне дислокации вашей бригады. Теперь твоя очередь. Мы остановились на побеге…

– Их было два. Второй оказался более удачным, потому что мне помогали. Но все равно нас выследили и догнали. Была перестрелка, которую я плохо помню и которую прекратил патруль миротворческих сил.

– Разве ты куришь? – спросила Бэлла.

– По-моему, когда мы встретились, я уже курил, – неуверенно сказал Рэд.

– Да. Может, мне кажется, что все было по-другому. Прошедшая юность. – Она засмеялась. – Впрочем, я не собираюсь навязываться тебе в мамочки. А дальше?

– Я попал в госпиталь, – сказал Гардон, – где встретил сначала женщину, спасшую мне жизнь, а потом Пола Дорварда, которому чем-то понравился. Потом он забрал меня из Службы спасения в АСП.

– Дорвард был как-то у нас на приеме. Я влюбилась в него с первого взгляда! До чего обаятельный у тебя шеф. – Она помолчала. – Эта спасительница… тебе, случайно, не жена?

– Ревнивица! – рассмеялся Рэд.