Джастин-Драйв находилась в небольшом уютном жилом квартале на краю Бернал-Хайтс. В нужном Ларри доме было темно, нигде поблизости не маячил желтый «шевроле», но Баллард чертовски устал, и его уже не волновало, что ему придется будить спящих.

— Я не стану открывать вам дверь, — послышался в ответ на его стук дрожащий женский голос.

— Я только хочу знать, дома ли Тим Райан.

— Наша фамилия Грир.

— И вы не знаете Райанов?

— Мы живем здесь всего неделю, и мы... что? — Судя по тембру и интонации ее голоса, она наверняка была негритянкой. После паузы женщина добавила: — Муж говорит, что мистер Райан переехал к своему тестю, мистеру Харрингтону. Он живет на какой-то улочке возле пересечения Сан-Хосе и Океанской.

Баллард отправился к Дэли-Сити, на юг, через безлюдный город. Возле телефонной будки он остановился. В справочнике значилось сто двадцать три Харрингтона. Вернувшись в машину, Баллард тщательно изучил карту. Место пересечения Сан-Хосе и Океанской... Женева... Сенека... Онейда... Делано... Меда... Отсего... Так, а теперь снова заглянуть в справочник. Вот он, искомый адрес: Патрик 3. Харрингтон — 61, Онейда-стрит.

Это был квартал старых особнячков, по большей части оштукатуренных и отделенных от улицы небольшими газонами. Подъездные дороги вели к подземным гаражам. Стандартные постройки двадцатых и тридцатых годов, стоящие совсем рядом друг с другом, как и большинство домов в Сан-Франциско, городе длинных и узких земельных участков.

Гаражные ворота были закрыты, но не заперты; они легко поднялись вверх на хорошо смазанных петлях. Четырехлетний «крайслер-империал», черный и пыльный. По привычке Ларри постарался запомнить номер. Сведения, полученные по ходу расследования, нередко заставляют по-другому взглянуть на все дело.

Едва он притронулся к звонку, как дверь отворилась. Изнутри послышались звуки работающего телевизора. Снова тупик, черт возьми! Из открытой двери на него смотрел сутулый пожилой негр.

— Уже довольно поздно, сынок, — мягко упрекнул он.

— Наверное, мне дали не тот адрес, — произнес Баллард извиняющимся тоном. — Мне нужен Харрингтон, у которого есть зять...

— Я Харрингтон, сынок, Патрик 3. Но у меня нет никакого зятя.

Снова прокол. И все же он спросил:

— А что означает 3?

— Зебедия.

Занятное имечко! Он потер челюсть, удерживаясь от ухмылки. Будет о чем рассказать О'Баннону.

— Вы знаете Тима Райана?

— Да, но он не зять мне, а сын моей жены от первого мужа. Между зятем и пасынком, хочу заметить, есть существенная разница. Тим даже не женат. Сейчас он на работе — работает на ночной АЗС где-то на Женева-авеню. Не знаю точно, на какой именно. — Он внимательно посмотрел на Балларда. — Вы, наверно, по поводу его машины?

И вновь интуиция подсказала неожиданное решение. У всякого детектива очень быстро развивается интуиция.

— Да, Агентство Большого Джона по продаже подержанных автомобилей наняло независимого частного детектива для расследования нападения вашего пасынка на их человека.

— А вы знаете, что сказал тот чертов парень? Прямо в лицо Тиму? Он сказал: «Мы не позволим всяким там голожопым задерживать платежи». Ну что ему оставалось делать, подумайте сами.

Баллард, усмехнувшись, покачал головой. Сказанул так сказанул. Все сведения, предоставленные им клиентом, были ложными. Как бы не оказалось, что «шевроле» 1956 года на самом деле паровой автомобиль «стэнли» выпуска начала века, с дымовой трубой и прочими прибамбасами.

— Поезжайте по Женева-авеню, — сказал Харрингтон. — Не так много заправочных станций работает по ночам. А Тим не держится за то, за что не заплатил.

Баллард поблагодарил пожилого негра и пошел было прочь, но остановился и вновь взглянул на него:

— Могу я задать вам вопрос, мистер Харрингтон?

— Валяй, сынок. Но если ты заденешь какое-нибудь больное место, я завою.

— Откуда такие фамилии — Харрингтон, Райан? Я предполагал увидеть ирландцев.

Пожилой негр радостно хлопнул себя по колену:

— Вот уж не думал, что ты об этом спросишь, сынок. Да как ты не понимаешь: мы — черные ирландцы.

* * *

Нужной оказалась ричмондская заправочная станция. Тим Райан, плотно сбитый, широкоплечий черный парень с сильно приплюснутым носом, отнюдь не проявлял воинственности.

— Поверьте, когда он сказал мне такое, мистер Баллард, я просто... просто вышел из себя. Вчера я послал один взнос, сегодня пошлю другой...

Конечно же, Тим Райан не бил Хеслипа по голове. Надо было еще проверить, выслушать, что скажут Дэн и Гизелла, но этот парень явно не тянул на роль убийцы. К тому же он предъявил почтовый перевод на посланные им деньги...

— Тебе придется оплатить наши издержки, — сказал Ларри. — И упаси тебя Боже задерживать платежи. — Он сел в свой «форд» и, опустив стекло, спросил как бы невзначай: — Вчера, кстати, к тебе не приезжал агент нашей компании?

— Вы единственный. — Неожиданная улыбка Райана на удивление смахивала на улыбку его отчима, хотя они и не состояли в кровном родстве. — Да, честно сказать, я и не хотел бы никого больше видеть.

Ну а теперь в контору, решил Баллард. Написать короткие докладные, чтобы Кёрни мог ознакомиться с результатами его расследования, прежде чем у него будет время написать подробные отчеты. А потом в кровать, ко сну и, может быть, ко снам... Когда-то он играл Макбета в школьном театре. Уснуть. Забыть о мире, едва подушки голова коснется.

Глава 8

— Ларри быстро выматывается, — сказала Гизелла Марк. Она с О'Банноном и Кёрни сидела в небольшом тесном кабинете, где размещался мощный передатчик для поддержания связи с детективами.

— Я прочитал его записки, — сказал Кёрни. Он ждал, пока в уголке за перегородкой, где помещалась кухня, закипит вода. — Прежде чем вычеркнуть Чэмберса, ему придется проверить бар «Фрейкс», а мы тем временем можем потрясти Уиллетса. Во всяком случае, он тип подозрительный. Райан, похоже, тут ни при чем.

— Черный ирландец? — рассмеялась Гизелла.

— Не вижу тут ничего смешного, — с большим достоинством произнес О'Баннон.

Патрику Майклу О'Баннону, веснушчатому, огненно-рыжему ирландцу с одутловатым лицом пьяницы, было сорок три. Начинал он сборщиком денег для розничной ювелирной компании, затем вел расследования, работая в компании Уолтера, которая специализировалась на делах, связанных с автомобилями, а позже перешел к Кёрни. Сейчас он, покачивая одной ногой, стоял у стола с радиостанцией. Заслышав голос, он нажал кнопку микрофона.

— Нет, СФ-8, это даже не смешно. — И тут же выключил микрофон. — Где ты подобрал, Дэн, этого нового парня — СФ-8? Я и не знал, что недавно проводилась неделя помощи умственно отсталым. Им даже отдавали предпочтение при приеме на работу?

— А мне нравится этот парень, — сказал Кёрни, высокомерно игнорируя О'Баннона. Они только что закончили еженедельное обсуждение финансового отчета ирландца, и Кёрни, как обычно, вынужден был пойти на уступки.

— Ну а что Тайгер? — спросила Гизелла.

— Я обратился к нашему осведомителю в полиции, чтобы он навел справки о нем и Джойс Леонард. Если она зарабатывает на жизнь все тем же способом, полиция нравов непременно должна знать ее адрес.

— А как насчет растратчика?

— Из Кастро-Вэлли? — Кёрни покачал своей крупной седой головой. — Парень как в воду канул, Гизелла, ни одного домашнего адреса во всем деле. Есть только рабочий адрес, который Баллард собирается проверить.

— Как сегодня Барт? — Лицо О'Баннона выглядело помятым, как будто он провел трудную ночь. Впрочем, это была обычная история.

— Никаких изменений, — ответила Гизелла. — Все еще в коме.

Зажужжал внутренний телефон, она сняла трубку и сказала:

— Да? — Затем протянула трубку Кёрни: — Это наш лупоглазый голландец Ватеррез.

Кёрни послушал, что-то сказал, опять послушал, кивнул, поблагодарил и повесил трубку.

— В январе Джойс Леонард задерживали за приставание к мужчинам, ее водительская лицензия отозвана за вождение в пьяном виде, и у них есть ордер на ее арест за неоднократную неуплату денег за парковку... Попробуй связаться с Баллардом, — добавил он, обращаясь к О'Баннону.

— КДМ-366 вызывает СФ-6. Отвечай, Ларри.

— Вряд ли он уже на улице, Дэн, — вставила Гизелла. — Сейчас лишь начало десятого, а в записке, которую оставил Ларри, говорится, что он отправляется домой в четыре часа утра.

— Баллард наверняка уже работает: в его распоряжении остается всего сорок два часа.

Ларри Баллард и в самом деле уже работал — после четырехчасового сна, душа, бритья и завтрака, наспех проглоченного в какой-то грязной забегаловке на Девятой авеню, неподалеку от его квартиры на Линкольн-Уэй. Однако он не мог ответить на вызов, потому что находился не в своей машине, а в конторе компании «Грузовые перевозки», в доме номер 791 по Станьян-стрит, ожидая водителя-негра по имени Чикаго. Это был единственный во всей компании человек, который мог бы перевезти Джойс Леонард.

Баллард ожидал Чикаго еще и потому, что все служащие в конторе были пьяны. Все до единого, и это в девять тридцать восемь, в обычное будничное утро. Опираясь о стойку в форме буквы "L", он смотрел сквозь открытую дверь в помещение склада, где все по очереди прикладывались к бутылке. Очевидно, многие из них там и ночевали, по крайней мере время от времени, ибо на складе стояло несколько раскладушек.

К двери подошел плотного сложения круглолицый мужчина, который сказал, что он Бонетти, менеджер конторы, и, ухватившись за дверную раму короткопалой мозолистой рукой, осовело уставился на Балларда.

— К-к-т-то в-вы т-такой, — с трудом ворочая языком, выдавил он, усердно и торжественно поморгал глазами и повторил: — К-кт-то в-вы т-такой? Ж-ждите. Старина Ч-чи-каго сейчас об-бъявится. О'кей?

— О'кей.

— А я п-пойду пров-ветрюсь.

— О'кей.

Отвернувшись, Баллард ожидал услышать грохот падения, но менеджер Бонетти оказался сделанным из того теста, из которого делаются герои. Он не упал.

Парадная дверь отворилась, и вошел негр, такой же черный, как Барт Хеслип, то есть очень черный. Он двигался чуть боком, стараясь не задеть косяки плечами. Баллард поднял взгляд от второй пуговицы на синем комбинезоне — эта пуговица находилась как раз вровень с его глазами, — и несмотря на массивную, коротко стриженную голову, черты лица негра никак нельзя было назвать красивыми.

— Чикаго?

— Он самый. — Голос Чикаго звучал с тем же, а может быть, еще более гулким резонансом, что и низкочастотные динамики первоклассных систем. Он бросил взгляд мимо Балларда в помещение склада. — Эти ублюдки опять налакались?

— Да.

— Такие дела, — задумчиво сказал Чикаго.

— Удивительно, что у них еще есть водительские лицензии.

— Да почти ни у кого нет. Но если вам надо что-нибудь перевезти, можете воспользоваться услугами старого Чикаго. Он человек надежный, как кирпичный дом, безмолвный, точно туман, и веселый, словно котенок.

— Я хочу найти белую проститутку Джойс Леонард, которая живет с черным сутенером Тайгером.

— Кого? — изумленно воскликнул Чикаго и разразился оглушительным хохотом. — Ну, мужик, тебе следовало бы быть проповедником. Откуда ты знаешь, кто они?

— Я не прав?

— Не в том дело; когда я перевез ее, она пыталась всучить мне какую-то мебелишку из своей новой квартиры. Это было в прошлую среду. — Он покачал головой. — Ну, до белых баб я не охоч. У меня есть Мейбелл и четверо ребятишек. А на эту Джойс у меня просто не встал бы.

— Ты хорошо ее помнишь? — спросил Баллард.

Чикаго рассмеялся:

— Ты, видать, полицейский. Или какой-нибудь там частный детектив. — Он одобрительно покивал головой. — Да, я запомнил ее, потому что белые бабы не часто предлагают себя, даже такие оторвы, как она. К тому же такие вопросы мне задавал небольшой черный парень. Погоди, когда это было?..

— Позавчера, — торопливо подсказал Баллард.

— Да, да. Небольшой такой парень, в нем, пожалуй, не будет и ста шестидесяти фунтов, но он как-то по-особому двигался. Будто какой танцор.

— Барт Хеслип, — яростно выпалил Ларри, словно обращаясь к самому себе.

— Он твой друг? — спросил Чикаго. — С ним стряслась большая беда?

— Большая. Хуже только смерть.

— Может, тут не обошлось без Тайгера? Я знаю эту мразь. Так вот, они поселились в 545-м доме по О'Фарелл, вот только не помню номер квартиры... Второй этаж.

Чикаго не захотел взять даже пару баксов на пиво. Ну и здоров мужик, подумал Баллард, включая свой радиотелефон. Как только телефон перестал жужжать, он отстегнул микрофон и нажал красную кнопку, приведя в действие передающее устройство.

— СФ-6 вызывает КДМ-366.

— Продолжай, Ларри, — послышался голос Гизеллы.

— Я выяснил новый домашний адрес Джойс Леонард — 545, О'Фарелл — и направляюсь туда. Возможно, их-то мы и ищем, Гизелла. Два дня назад Барт был в этой же транспортной компании.

Трубку взял Кёрни.

— Говорит КДМ-366, СФ-6, забудь о Леонард и Тайгере. Повторяю, Баллард, оставь в покое Леонард и Тайгера.

— Но все показывает на них, Дэн. Все.

— Как раз сейчас СФ-2 забирает «кадиллак» со стоянки в квартале Эдди.

Под кодом СФ-2 скрывался О'Баннон. Забрать «кадиллак» его, Ларри, собственное дело, впрочем, это может сделать и О'Баннон, но почему Кёрни так чертовски уверен, что на Барта напал не Тайгер?

— Как удалось выяснить местонахождение «кадиллака»?

— Наш полицейский осведомитель просмотрел все парковочные квитанции и выяснил, что Тайгер замешан в драке в каком-то весьма сомнительном баре около десяти часов позавчерашней ночью. Ясно?

— Десять четыре, — сказал Баллард. Он все понял. Арестованные вчера в десять парни никак не могли разгуливать в час ночи по улице, а уж тем более бить кого-то по голове.

— Тайгер в тюрьме, пострадавшая в госпитале. Он вырезал ей бритвой один глаз. Десять четыре?

— Десять четыре, — подтвердил Баллард. Он пристегнул микрофон на прежнее место к приборной доске и громко выругался: — Вот сукин сын!