Стать целителем. Святым человеком, помогающим жизни не исчезнуть, умеющим вновь раздуть угасающую искру…

Вася. Среда, 17 апреля 5374 года Слишком реально. Очень реалистично для сна. И слишком фантастично для реальности.

Всхлипывая, я пошла по городу. Вот уже три дня я пытаюсь убедить себя, что сумасшедшие считают свои галлюцинации реальностью, поэтому, если мне трудно в нее поверить, скорее всего, все происходит на самом деле. Даже если я и спятила, глупо ведь бороться с собственным воображением, особенно, если все равно ничего не получается.

Только вот успокаивали такие мысли слабо. Ну не могу я успокоиться! Не могу! И о работе спрашивать не могу, как велел Гронкарт. Стесняюсь. Поэтому, выбрав скамеечку подальше, где народу нет, я села и стала настраиваться на то, чтобы обнаглеть и пойти искать какой-нибудь заработок, ведь здесь у меня никого нет.

Совсем никого.

Никто мне не поможет. И даже не скажет, спятила я все-таки или нет. Да и вообще если я подойду и спрошу у кого-нибудь, действительно ли так выглядит то, что я вижу, то в любом случае буду выглядеть полной дурой. И сумасшедшей.

Нет, надо набраться смелости и узнать, не найдется ли где-нибудь для меня работы.

Вот сейчас как обнаглею и сразу пойду…

Уже вечерело, а я так и не смогла перебороть свой страх. Вот трусиха, теперь меня Гронкарт ругать станет… И заслуженно.

– Вася, что ты плачешь? Кто тебя обидел? – Оле удалось подойти совсем незаметно.

– Никто, я просто работу не нашла.

– Да, среди этих развратников скромным девушкам туго приходится. Но, я уверена, что хоть что-то подобрать можно. Где ты уже была? – по-деловому осведомилась она.

– Еще нигде, – я сглотнула. – Вот сейчас соберусь…

– А чем ты занималась весь день?!

– Собиралась… – покраснев, я не смела взглянуть на Олю.

– Так… Ну… Ну ты… Прямо слов нет. Неужели все еще в шоке от катастрофы?

– Немного…

– Ладно, это дело поправимое. Идем в таверну, – она взяла меня за руку и заставила подняться. – Сейчас я попытаюсь тебя успокоить.

Я пошла за Олей, удивляясь ее силе воли, смелости и наглости, у меня бы так никогда не получилось…

– Все элементарно, просто надо четко определить свое положение, – объясняла она по пути. – Не в том смысле, что оно безнадежное, а в том, как следует себя вести. Вот, например, если тебе предложили какую-нибудь работу, а у тебя еще есть деньги, ты можешь или согласиться, или отказаться. А если денег нет, то отказаться ты уже не можешь, потому что подобного выбора нет. Ясно?

– Почему нельзя отказаться?

– Да потому, что иначе с голоду помрешь! Вот и сейчас, обратного пути у нас нет, значит, отступать нам некуда и единственный выход – двигаться вперед.

Прокладывая путь, если понадобится, кулаками. А поскольку выбора нет, и переживать не стоит. Хотя нервное напряжение, конечно, накапливается. Но и с ним можно бороться. Чем мы сейчас и займемся.

В это время мы вошли в свою комнату.

– Делается это очень просто. Берешь… да вот, хотя бы подушку, и вымещаешь на ней накопившиеся за день чувства. Нет, только не ревом! Хватит слезы лить! Ударь ее! Сильнее! Еще сильнее! Еще! Как, чувствуешь облегчение?

Я нерешительно помяла в руках подушку.

– Не знаю.

– Тогда попробуй снова. И не стесняйся ты так, ори погромче, – велела Оля.

– Вдруг я ее порву, – тихо возразила я.

– Ну и что? Подушек много, а нервы – одни. Что для тебя важнее?

– Но нехорошо ведь…

– А ходить и всем окружающим настроение портить своей кислой физиономией, по-твоему, хорошо?! Ладно, не хочешь так… займись каким-нибудь спортом. Или, хотя бы, обычной гимнастикой. Известно, что физические упражнения помогают снимать стресс…

Договорились? – уже спокойнее добавила она.

– Постараюсь, – я покраснела от стыда за свое поведение, остальным ведь тоже нелегко, а тут еще я со своим заупокойным настроением.

– И не шепчи. Будь увереннее. Знай, пока не начнешь сама себя ценить, тебя никто не оценит. Всегда помни об этом. А теперь ноги в руки и пошла устраиваться на работу. Давай, поднимайся.

– Сейчас… – судорожно вздохнув, я попыталась набраться смелости.

– Не сейчас, а немедленно! Привыкай к самостоятельности. Или даже тут тебе нужна помощь?

Представив себе Олю, помогающую мне искать заработок в своей обычной, агрессивной, манере я поспешно помотала головой.

– Ладно, тогда иди сама. И учти, я буду присматривать за тобой. Если начнешь тормозить, вмешаюсь.

Я вышла из таверны. Все-таки в чем-то Оля права. Пора взять себя в руки и начать проявлять наглость, иначе выжить будет еще труднее. А я хочу выжить.

Мне действительно некуда отступать.

Гронкарт. Среда, 17 апреля 5374 года Почти весь день я ходил по городу в поисках работы. Рыцарям воины не нужны, они сами не хуже меня умеют сражаться. Инквизиторы сказали, что чтобы поступить к ним в корпус надо не только сдать экзамены, а еще как минимум месяц прожить в этом мире. Паладины опять-таки набирают уже опытных, да плюс к этому предъявляют еще какие-то странные требования. Мне, например, они сразу вежливо сообщили, что я им не подхожу, даже не проверив меня в деле. Когда же я поинтересовался, как они это определили, лишь неопределенно сказали, что у них "есть способы". В воины наместника вообще, оказывается, берут только по специальному приглашению и рекомендации (от них же). Уже отчаявшись найти работу в этом городе, я направился к тюрьме, в надежде, что хоть там нужны охранники.

– Здравствуйте, а вы к нам зачем? – поинтересовался тюремный садовник, высаживая какие-то растения на клумбу при входе. – Если к начальнику, то его сейчас нет…

– А когда будет?

– После обеда, наверное, если в море не выйдет. Рыбу ловить, – пояснил садовник. – Но я точно не знаю, сам-то я всего лишь ОН.

– Кто? – не понял я.

– ОН. Отбывающий наказание, то есть. А что?

– Так ты преступник? Почему не в камере? – Я с сомнением огляделся. Нет, я не ошибся, тюремный двор окружал лишь низкий штакетник, через который перелезет любой хлюпик. А этот не выглядел хлюпиком. – Что ты натворил?

– Воровал. Но больше не буду. А то изгонят, – любовно поправив растение, он продолжил. – Я вот после того как выйду, хочу садовником устроиться. Как думаешь, возьмут? Вроде неплохо получается…

– Извините, Вам что-нибудь надо? – раздался голос сзади от меня.

– А вот и начальник! – радостно прокомментировал преступник.

– Почему у вас заключенные бегают на свободе? – поинтересовался я, опуская приветствие.

– Так они же мирные. Что нам их в клетках держать, что ли? – удивился начальник. – Ночуют они в камерах, ты не думай, мы не разгильдяи, – добавил он.

– Но не лишать же их здоровья из-за всяких мелочей…

– Что, и убийц вы тоже на свободе держите? – ядовито спросил я.

– Да нет, их изгоняют. А для особо злостных инквизиторы есть.

– Понятно. Стражники здесь не нужны, – с этими словами я направился к выходу.

– Эй, как там тебя! Стражники нам как раз нужны. У тебя справка есть?

Я остановился.

– Какая справка?

– От паладинов. Ну, что ты психически здоров и можешь выполнять эту работу.

– И где ее получают?

– Где? Да где всегда, в больнице!

Паладин, когда узнал, для чего мне нужна справка, выдал ее безо всяких лишних вопросов, только добавил:

– В школу бы тебя не взяли… Ты все-таки помягче там, у нас не Верград.

Вернувшись со справкой в тюрьму, я получил, наконец, работу. Она оказалась не сложной, правда работой стражника назвать ее было трудно. Скорее она походила на труд бригадира-воспитателя, если не считать обхода территории тюрьмы трижды в день, и охраны входной двери ночью. Узнав, что я заступаю на ночное дежурство лишь в воскресенье, я отправился в таверну.

Хотя уже стемнело, четверо из наших еще не вернулись. Первой, пошатываясь, ввалилась Маня. Еще через полчаса пришел Миша, со странным выражением лица. Он сообщил, что Рыжий попал в больницу и, скорее всего, пробудет там несколько дней (Вот идиот! И как он умудрился?!). Донгель так и не вернулся. Выяснив, что все остальные работу нашли, я со спокойной душой отправился спать. А эта тварь, Донгель, пусть делает, что хочет, такие нигде не пропадут!

Донгель. Среда, 17 апреля 5374 года Утром я встал в отвратительном настроении. Глаз все еще не прошел, напоминая мне в зеркале подгнившее мясо. Неблагодарный же Гронкарт человек! Я ему жизнь спасал, отрывая от дурацкого огнемета, а в благодарность что получил? Фингал на пол-лица!

А как я спрашивается, должен был поступать, я же не культурист и сила у меня не такая, как у некоторых… Вот я после нескольких безуспешных попыток вырвать оружие, отступил, и подплыв сзади, похлопал Гронкарта по бедру. Может, не слишком вежливо, зато подействовало сразу… и следы этого действа я сейчас наблюдаю на своем лице. Кто меня наймет в таком состоянии? По идее, Гронкарт должен был бы выделить мне хотя бы пару рублей, до выздоровления. Так нет же, всучил карту и "идите, ищите работу"! Умный какой!

С этими мыслями я побрел по городу. Где мне такое место найти, чтоб и работать поменьше, и работа творческая и платили бы побольше?

Обнаружив на карте больницу, я поспешил туда, с надеждой, что раз город "самый лучший", как нам тут его разрекламировали, то и лечение тут бесплатное.

Мои ожидания оправдались. Мало того, оказалось, что здесь весьма распространена целебная магия, так что глаз мой открылся, оказавшись налитым кровью, и боль прекратилась, хотя фингал и остался такого же отвратительного цвета. Мне пообещали, что все пройдет к завтрашнему дню… но кто знает, что случиться до завтра.

После лечения я направился в библиотеку, ибо, кроме всего прочего, не помешает приобрести сведенья об этом мире, раз уж мне в нем жить. А я люблю жить красиво.

Оказалось, что в этой сокровищнице знаний (совсем небольшой, на мой взгляд), можно еще и подработать, рассортировав по темам книги, которые прибыли совсем недавно. Плата, конечно, совсем небольшая. За работой я разговорился с библиотекарем.

– Интересно, а кто является основными посетителями здешней библиотеки? Местные показались мне не слишком интеллигентными… – заметил я.

– Да если честно, в основном целители да ремесленники. Паладины тоже наведываются, но их немного, поэтому почти не заметно. У инквизиторов своя библиотека есть, а рыцари предпочитают ухлестывать за девушками. А остальные так, заходят иногда, постольку поскольку. Когда нужны сведенья, тогда и приходят.

Учителя, правда, часто бывают, но их у нас всего трое.

– А учителям много платят?

– Много, но там требования строгие… В школе даже паладин сидит. Специальный.

Так что не рассчитывай, тебя не возьмут.

– Почему это? – обиделся я.

– А там драчливых не берут.

– Я не дрался, меня стукнули.

– Ну тогда может, и возьмут, если ты не нарывался, а иначе ничего тебе не светит. Положи историю вот на эту полку.

– Так тут еще не по порядку.

– Да все равно потом все перемешается, и полчаса искать буду. Так что клади, не гляди.

– А почему тогда ты не составишь каталог? Сразу бы знал, и какие книги есть, и где они лежат.

– Как в Островлике, что ли? Хорошо бы. Да у меня времени мало, вот если бы кто другой взялся…

– Сколько? – прямо спросил я.

– Чего, книг? Ой, много, я даже не знаю…

– Нет, сколько ты заплатишь за эту работу, если я ее сделаю?

– Ну… надо посчитать… Книг ведь много… Это большая работа…

Цена, на которой мы сошлись, мне понравилась. Надеюсь, я не согласился как дурак, на минимум и буду зарабатывать не меньше остальных. К тому мы договорились, что работать я буду не целыми днями, а-то замучаюсь, а три-четыре часа. В общем, судя по здешним расценком, я буду получать не так уж и мало.

К вечеру, получив плату за перебор книг и аванс за составление каталога, я стал раздумывать, как бы мне их потратить. Надо было купить одежду, обувь, предметы гигиены… На все сразу пожалуй не хватит. Итак, купив симпатичный, но дешевый костюм, вымывшись в бане и переодевшись, я почувствовал себя гораздо лучше.

Теперь никто не посмеет назвать меня "розово-голубым". Правда, на мой взгляд, розовая рубашечка с рюшечками и голубые брючки, что были на мне раньше, гораздо элегантнее. Хотя их все равно надо постирать…

Уже смеркалось, когда я направился погулять по городу и поужинать в ресторане.

Но взглянул на цены в "Серебряном знаке" и предпочел пирожное с соком. Я задумчиво смотрел в окно на закатное небо, когда меня окликнули.

– Эй, ты, подработать не хочешь? – вопросил высокий мужчина в фиолетовых одеждах, насколько я узнал, здесь так одевались рыцари.

– А что требуется? – мягко спросил я.

– Ты ведь новый герой?