Геннадий Павлович МихасенкоГладиатор дед СергейРассказДед Сергей, сторож-кладовщик детского спортивно-морского лагеря "Парус", после окончания сезона не остался один, как он любил оставаться, предаваясь ти­шине и покою после суматошного лета, а вдруг привез к себе на несколько дней, оставшихся до школы, внука Витьку, двенадцатилетнего увальня. Витька жил с роди­телями, мало общался с хмурым и неразговорчивым де­дом и даже не интересовался его лагерем, зная, что ту­да принимают только старшеклассников. Очутившись же в царстве водных лыж, воздушных ружей, морских форменок, пряжек с якорями и прочих удивительных вещей, которыми был набит склад, он растерянно пора­зился не столько самим этим вещам, сколько тому, что все они — в дедовском владении, то есть что дед, ока­зывается, фигура.Поужинали поздно, промаявшись с сетями, которые дневным волнением залива снесло на коряги.Отяжеленные едой и усталостью, дед с внуком уст­роились под высоким, похожим на аиста, торшером с перекошенным абажуром. Старик сел на скатанный матрац, пододвинул к себе табуретку со стопой газет месячной давности и, надев очки, стал перебирать их, интересуясь исключительно мировыми событиями. Потный и чумазый Витька, в тельняшке до колен, разместившись на ящике с аквалангом, принялся, беспомощно вертя в руках два веревочных обрывка, с сопением изучать морские узлы по плакату, брошенному на пол. Сухонький маленький дедок и явно закормленный внук ря­дом смотрелись как-то враждебно — как будто дед по­стоянно недоедал в пользу внука. Между ними на полу стоял эмалированный таз с водой, где лениво шевелился только что выуженный из-под коряг налим, губас­тый, с мутновато-зеленой спиной.Было тихо.Нашумевшись за день, лес и залив молчали. Не оси­лив и простейшего узла, Витька поднял головук