- У вас есть время, Виктория Викторовна. Если вы действительно захотите продать вашу долю, то мы приступим к поиску покупателя, который будет соответствовать всем необходимым требованиям. А пока, если вам все-таки интересно…
Он прервался и вопросительно уставился на Вику. Она неуверенным кивком подтвердила, что так оно и есть.
- … если вам интересно, то вот ваш кабинет, располагайтесь!
И Брежнев указал ей на директорский кабинет.
- Я вам дам некоторые наши старые дела для ознакомления, вникайте. Если возникнут вопросы, я всегда к вашим услугам. А пока я буду, как и раньше, подписывать все наши распоряжения от себя как ИО - исполняющий обязанности то есть.
- ИО - кого?
- Директора!
- А разве директор не вы?
- Раньше ваш супруг был.
- А теперь?
- Теперь вы.
- Я-а-а?
- Да как же, разве Михаил вам не сказал? Он рекомендовал нашему собранию вашу кандидатуру, все приняли… Не мог же он вам об этом не сказать!
- Я не… Не помню… Этот развод… Такой шок…
- А я-то думаю, что это вы все не являетесь! Мы вас тоже беспокоить не хотели, уважили ваши душевные переживания… Признаться, Миша чувствовал себя очень виноватым перед вами и мне тогда говорил, что расстроил вас очень…
Ничего себе! Вика напридумывала черт знает сколько маневров, подобрала с помойки бомжа, чтобы обеспечить себе тылы, а она, оказывается, уже давно директор! Вот почему Брежнев себя так повел в прошлый раз! Зря Леший беспокоился: ей просто обеспечили подобающий директору прием!
Ди-рек-тор… Это звучит красиво. «Я директор фирмы, занимающейся «конкурентной разведкой» - так она будет представляться. И все будут ахать. Звучит веско и непонятно. «Директор чего??? Что такое «конкурентная разведка»? РАЗВЕДКА?!» - будут спрашивать ее давние и будущие знакомые. Это что-то очень серьезное, государственной важности!
А уж Ната - так вообще позеленеет от зависти. У нее туристическое бюро, билеты-гостиницы, а у Вики -
- Ну, не страшно, - утешил ее Брежнев. - Подпись не имеет большого значения. Лишь бы дела делались правильно. И доходы бы приносили. Верно? Не волнуйтесь, работа несложная. По сути, директор в обычном смысле слова тут и не нужен. Это, скорее, координатор. Наши парни работают самостоятельно и часто не могут даже назвать имя своего клиента: многие из них требуют полной секретности.
- То есть даже директор не может знать, в чем состоит их задание? Не нужно подписывать приказ, что такому-то поручается то-то?
- Нет. Вы имеете представление, как работает адвокатская контора? Те клиенты, которые приходят впервые в контору, обращаются к директору, а уж он передает дела другим адвокатам или оставляет себе, по своему усмотрению. Но у каждого адвоката есть своя клиентура, и в эти дела директор не вмешивается. Просто контора получает какой-то процент с каждого дела, вот и все. Ваш супруг таким директором и был: и сам работал, и остальных координировал. К слову, ваш секретарь… Надо, чтобы вы имели в виду: он не может быть допущен к нашим делам. Человек посторонний, нам неизвестный…
Вика отчего-то порозовела при упоминании о Григории. Стараясь скрыть смущение, она поторопилась занять место за столом и погрузилась в чтение.
Снова отвлекали мысли о Лешем, но она гнала их прочь…
Глава 9
Брежнев подсунул ей дело, в котором фирма «Виктория», по сути, приняла решающее участие в выигрыше одного тендера на очень высоком уровне, почти на правительственном. Схема выглядела так: был объявлен конкурс на строительство важного объекта в Москве. В конкурсе участвовало несколько разных компаний, но победительница, ухватившая выгодный заказ, странным образом воспроизвела ряд предложений, выдвинутых другой, проигравшей компанией. У последней возник вопрос об утечке информации в стан конкурента, и она обратилась в «Викторию» с просьбой расследовать, каким образом их разработки могли оказаться у конкурента.
«Виктория» справилась блестяще: был вычислен человек, сливавший информацию. Исправить результаты тендера уже не удалось, но компания-заказчик получила на будущее полезные инструкции по борьбе с утечкой информации, включая такие хитрые вещи, как нахождение прослушивающих устройств («жучков») в своем офисе, как слив «засланному казачку» ложной информации (то есть дезинформации, ну прям как в истории с Ротшильдами!)… И следующий тендер уже достался ей.
Да, это была настоящая разведка, только не государственная, а бизнес-разведка, но действовала она примерно теми же, насколько могла судить Вика (хоть и судила она по книжкам да фильмам), методами и приемами.
Холодок приключений побежал по ее позвоночнику, и где-то внутри открылась ямка, похожая на голод, - это был голод нетерпения! Вика уже точно знала: ни за что она не откажется от этой фирмы и никакой косметический салон ей не нужен! Вот это - настоящая жизнь, в которой идут невидимые бои (причем не опасные для жизни, что существенно!), решающие судьбы крупнейших компаний и проектов!
Правильно она сделала, что не послушалась советов Наты. Вика справится, она в этом была уверена: поучится, почитает, послушает и постепенно станет настоящим специалистом: разведчицей!!!
И правильно, что она не послушалась Лешего. Мужчинам всегда кажется, что женщинам не по уму то, что по уму им. Напридумывали себе мифов о собственном превосходстве и держатся за них изо всех сил!
Жалко все-таки, что они поссорились… И что он ушел…
С другой стороны, как сказал Брежнев, он все равно не смог бы выполнять функции ее секретаря в этой суперпуперконфиденциальной организации.
Хотя, может, он мог бы играть при ней роль бодигарда?
Но кому она нужна, Вика, чтобы ей занадобился телохранитель?
И все же она, почти подсознательно, искала возможность вернуть Лешего.
Если бы кто-нибудь сказал Вике, что он ей просто нравится как мужчина, - Вика рассмеялась бы в лицо такому шутнику! Бомж - как мужчина? Нет, ну вы как скажете… Разумеется, Вика без предрассудков и отлично понимает, что главное не социальное положение - был бы человек хорош душой… И Леший как раз был.
Но мужчину Вика в нем, конечно же, не видела. И он отчего-то не видел в ней женщину… Жил себе так рядом, как добрый славный пес. Вот Вика и скучала по «собаке». Другу человека. Человека по имени Вика…
С такими мыслями она ехала домой и сбросила скорость, приближаясь к помойке. Леший был там. Не совсем понимая, что она делает, пребывая в плену эмоций и сомнений, Вика приспустила стекло и поманила его к машине.
Но на этот раз он не сдвинулся с места.
Вика растерялась. Сначала было нажала на газ, но тут же затормозила, вышла из машины и сама пошла к Лешему. Тут и он сделал ей одолжение: пошел навстречу. В результате они оказались на, так сказать, нейтральной полосе: его бомжовая компания не могла слышать их разговор, но в то же время и он не пошел на ее территорию, к машине.
Вика решила быть честной, как всегда, когда не находила, как поудачнее соврать:
- Я подумала… Ты мог бы выполнять сразу несколько функций… Охранять меня, помогать в делах и выполнять кое-какую домашнюю работу… Ты можешь жить у меня, и я буду тебе платить…
- Благодарствуйте, мамзель, - ответил Леший. - Мне без надобности. Мне и так хорошо.
Дома, оскорбленная в лучших благотворительных чувствах, Вика разревелась. Бомж - он ей отказал!!!
Пострадав с часок, Вика пришла к выводу, что так оно на самом деле куда лучше. Она - директор солидной фирмы, а он - бомж. Смешно, право!
Глава 10
Вика правильно выбрала манеру поведения с самого начала: без понтов, без претензий на руководство спецами, даже если она оказалась невзначай их директоршей. Она честно заявила, что ничего не смыслит в их делах и не собирается строить из себя руководительницу; что все продолжают работать, как раньше, не смущаясь ее присутствием и отчитываясь перед Леонидом Ильичом; что она никого не заставит с собой считаться, даже если она директор, а ровно наоборот, это она будет считаться с ними, специалистами, по крайней мере до тех пор, пока не разберется в вопросе и пока у нее не появится собственное мнение.
Мужчинам речь ее понравилась, хоть улыбались они несколько иронически. Однако Вика видела, что ее честность и корректный подход к вопросу вызвали у них определенное уважение.
Так и поладили. Вика вчитывалась в «открытые», то есть несекретные дела, сидела возле компьютеров, следя за тем, как вылавливается из мировой паутины нужная информация, слушала телефонные переговоры разведчиков с административными органами: ей было важно понять, как спецы получают необходимые сведения. Иногда выезжала с кем-нибудь на место - на таможню, к примеру, - чтобы посмотреть, каким способом добывается информация об определенных партиях товара интересующей фирмы…
Все это было крайне увлекательно.
…А Леший пропал. Она ни разу не видела его у знакомой помойки с тех пор, как попыталась предложить ему работу у себя. Он ушел - нарочно? Чтобы с ней не встречаться?
Впрочем, узнать ей было негде, не наводить же справки у бомжей! Она старалась больше не думать о нем и забыть короткий эпизод ее жизни, в котором она побывала в роли Пигмалиона. Наверное, бог просто решил скрасить ее одиночество, тогда еще острое после развода, и послал ей Лешего. Но он выполнил свою функцию и отпал, исчез из ее жизни.
Все правильно. Там, наверху, знают, что делают!
Спустя некоторое время она начала осторожно и деликатно участвовать в некоторых обсуждениях. Точнее, это были стихийные мозговые штурмы. Кто-нибудь входил, к примеру, на кухню или в компьютерную комнату и говорил:
- Люди, у меня есть новый кандидат в губернаторы (такой-то области). Надо узнать, что за ним. Известно, что он когда-то занимал в армии высокий пост, но в чем-то прокололся. Его с поста убрали, перевели на штабную работу. Армейские архивы недоступны, в Интернете ничего не выловили. Как узнать о проколе, у кого есть идеи?
И Вика скромно говорила:
- Если его мама жива, то надо найти подход к ней. С точки зрения всех матерей в мире, ее сын был несправедливо уволен. Если даже она не знает, в чем именно фишка, то может нечаянно дать наводку, надо только суметь ее разговорить…
Брежнев не уставал ее нахваливать. По его словам, Вика очень быстро уловила суть и методы работы. И Вика страшно гордилась этим.
Более того, ее редкие и осторожные советы иногда приносили результаты. В том деле как раз старенькая мама выдала нужную информацию, точнее, зацепку, благодаря которой спецы размотали остальное. В результате задача была выполнена и денежка (немалая) капнула на счет фирмы, а Вика почувствовала себя почти состоявшимся профессионалом.
Большинство «разведчиков» к ней относилось с симпатией, хотя по-прежнему с большой долей снисходительности. Пожалуй, менее любезны с ней были две женщины, работавшие в фирме. Но этому Вика не удивилась: она слишком хорошенькая, обе не выдерживали никакой конкуренции. И с учетом константы направления мужских взглядов, четко держащих в поле зрения траекторию перемещения в пространстве новоиспеченной директорши, их, женщин, понять было можно. Вика делала вид, что ничего не замечает, и была с ними ровно приветлива.
Единственным человеком, демонстрировавшим хроническую нелюбезность к ней, был «разведчик» по имени Николай Трофимов. Как ни старалась Вика - все ему не нравилось в ней, решительно все. Он чуть гримасы не корчил при ее появлении, здоровался сквозь зубы и при первой возможности покидал то помещение, в котором находилась директриса.
Впрочем, Вика уже сталкивалась в жизни с такими бирюками и особо не удивлялась. Подобному типу людей никогда и ничем не угодишь, не стоит и время терять.
Она и не теряла. Она ж не пряник, чтобы всем нравиться!
Если не считать мелочей, то дела шли чудесно, и Вика осваивала азы профессии с энтузиазмом. Она не стеснялась поучаствовать в чужом задании «на побегушках», выполняя пустячные поручения своих подчиненных: таким способом она старалась почувствовать профессию вживую. Кажется, «разведчики» оценили это больше всего: Вика подтвердила тем самым свое уважение к духу равенства в компании, которым они не на шутку дорожили.
Иногда она выполняла мелкие задания по подсказке Брежнева: куда-то позвонить или подъехать, да так-то представиться и так-то спросить. Он, конечно, давал ей поручения с улыбкой, словно маленькому, но очень инициативному ребенку, желающему во что бы то ни стало помочь маме: «Открой во-о-он ту дверцу и выбери там са-а-амую маленькую кастрюльку…» Но Вике все нравилось. В таких заданиях был элемент игры, - а какая девочка не мечтала стать однажды актрисой?
В конечном итоге Вика всерьез влюбилась в эту профессию и уже давно не помышляла ни о каких косметических салонах. А признание Наты - ее до слез распахнувшиеся от изумления глаза и недоверчивые расспросы - наполнили ее чувством гордости. Она обошла подругу, считавшую ее никчемным комнатным растением! О-бо-шла!!!
Что же до Лешего… Легкая тоска осталась, но очень легкая, незначительная. Важность дела вытеснила все. Леший исчез из поля зрения, и тем лучше. Пробоина в стене ее дома, образовавшаяся с его уходом, заросла сама собой за это время, и незачем было возвращаться к прошлому. Она предложила ему работу, а он честно отработал свои деньги. Вот и все.
Впрочем, из факта, что Леший исчез, Вика сделала один утешительный вывод: что у Григория не имелось никаких отношений с бомжихой, которая по-прежнему торчала на постоянном месте с Сучком. И это Вику почему-то радовало.
Как-то раз Леня указал ей из окна на машину с тонированными стеклами.
- Скорей всего, следят за нами. Уже четвертый день.
- Зачем?
- Ждет, не явятся ли к нам ее конкуренты.
- А почему они должны к нам явиться? Может, у них на предприятии свой отдел «конкурентной разведки»?
- Думаю, что тем, кто сидит в этой машине, что-то стало известно о намерениях конкурента. А своего отдела у него либо нет, либо он неэффективен, либо засветился.
- А вы знаете, кому принадлежит эта машина?
- Я уже сделал запрос по номерам, хотя и знал, что это бессмысленно. Она принадлежит какой-то подставной конторе. Иначе бы эта тачанка тут не светилась так нагло.
- Так почему же они так нагло тут устроились? Какова их цель?
- Ну, мы-то с вами не знаем, кто они такие, а вот наш потенциальный заказчик, если вздумает к нам явиться, скорее всего, их опознает. И уедет восвояси.
- И мы останемся без клиента?
- Примерно так…
- Почему именно перед нашей фирмой? Или они расставили посты у всех фирм по охране бизнеса по Москве?!
- Во-первых, их не так уж много в Москве. Кроме того, у нашей фирмы особая репутация. Хорошая, - улыбнулся Брежнев. - К нам обращаются в расчете на полную конфиденциальность, и мы ее гарантируем.
- Опять конфиденциальность!!! У меня это слово уже к нёбу прилипло!
- А как же иначе, Виктория? Люди приходят к нам со своими секретами, и мы, если хотим преуспеть на рынке, обязаны эти секреты хранить. Чтобы каждый знал: от нас никакой утечки информации не может произойти!
- Так, может, они тут стоят потому, что их машина напичкана всякой техникой и они подслушивают наши переговоры?
- Это невозможно. У нас обеспечена высокая защита.
- А почему они следят в открытую? Разве они не должны вести наблюдение тайком?
- Я же вам сказал: они именно того и хотят, чтобы конкурент их увидел и понял: к нам соваться не следует.
- Ну, хорошо, а почему вы их не прогоните?
- Как их прогонишь? На основании чего?
- На основании хотя бы того, что они заняли место на нашей стоянке! Мы платим ежемесячно аренду за эти места для парковки, а они нагло пользуются!
Вика в порыве начальственного гнева вышла из офиса и направилась к машине. За тонированными стеклами ничего не было видно. Вика стукнула в водительское окошко. Стекло приспустилось, и Вика увидела верхнюю часть головы шофера.
- В чем дело? По какому праву вы занимаете место на нашей стоянке?
- А что такое?
- Эти места зарезервированы для сотрудников и клиентов нашей фирмы!
- Какой еще фирмы?
Поделиться книгой: