— Может быть, мне стоит поговорить с миз Шаффер.

— Детка, ты мои мысли читаешь.

— Знаешь, Джемиль, ты единственный, кто зовет меня «деткой». И на то есть причины.

Он улыбнулся шире:

— Постараюсь это запомнить.

— Что случилось с Ричардом, Джемиль?

— Ты хочешь знать, сделал ли он это?

Я замотала головой:

— Нет, я знаю, что он этого не делал.

— Он с ней крутил, — сказал Джемиль.

Я посмотрела на него пристально:

— Как ты сказал?

— Ричард пытался найти тебе замену.

— И что?

— И потому бегал за всем, что шевелится и носит юбки.

— Только бегал?

Джемиль перебросил пиджак с плеча на руку и стал его разглаживать, не глядя на меня.

— Отвечай на вопрос, Джемиль.

Он посмотрел на меня почти улыбаясь, потом вздохнул.

— Нет, не только.

Я должна была спросить.

— Он спал со всеми подряд?

Джемиль кивнул.

Я стояла неподвижно и думала. И Ричард, и я годами жили целомудренно — каждый пришел к этому решению сам. Я этот стиль жизни переменила. И что, я думала, что он будет продолжать хранить чистоту? И мое ли дело, как он живет? Нет, не мое.

В конце концов я пожала плечами.

— Он уже не мой парень, Джемиль. И он взрослый мальчик.

Я снова пожала плечами, сама не очень понимая, как я отношусь к тому, что Ричард спит со всеми подряд. Очень постаралась ничего по этому поводу не чувствовать, потому что мои чувства тут совершенно не важны. У Ричарда своя жизнь, и я в нее не включена — в этом смысле.

— Я здесь не для того, чтобы контролировать половую жизнь Ричарда.

Джемиль кивнул почти сам себе.

— Это хорошо, а то я беспокоился.

— Ты что, думал, я запсихую и умчусь, оставив Ричарда расхлебывать кашу, которую он сам заварил?

— Что-то вроде этого.

— У него был секс с женщиной, которая выдвинула обвинение?

— Если ты имеешь в виду половое сношение, то нет. Она — человек. А Ричард с людьми не спит. Считает их слишком хрупкими.

— Мне показалось, ты говорил, что он спал с этой миз Шаффер.

— Секс у них был, но не это грязное дело.

Я тоже не девушка и знаю, что есть иные методы, но...

— А зачем с людьми нужны альтернативы? Почему просто не... не сделать это?

— Такое дело освобождает нашу звериную энергию. И не хочется, чтобы это произошло с человеческой женщиной, которая не знает, кто ты — чтобы ты перекинулся на ней, внутри нее. — По лицу его пробежала тень и тут же исчезла.

— Ты вроде как говоришь по собственному опыту, — сказала я.

Он медленно повернулся снова ко мне, и что-то внезапно пугающее появилось в его лице. Вроде как если поднимешь глаза и увидишь, что между тобой и львом в зоопарке исчезла решетка.

— Это не твое дело.

— Извини, ты прав, — кивнула я. — Абсолютно прав. Это слишком личное.

Но информация интересная. Было время, когда я очень просила Ричарда остаться у меня ночевать. Он сказал нет, потому что это будет нечестно, пока я не увижу его в обличье волка. Надо, чтобы я смогла воспринять весь набор. Это у меня не вышло, когда набор истекал кровью и корчился на мне. Но теперь я подумала, не был ли это тогда страх причинить мне вред. Вполне возможно.

Я покачала головой. Сейчас это не важно. К делу. Если как следует сосредоточиться, я могу не отвлекаться. Я приехала вытаскивать его из тюрьмы, а не гадать, почему мы расстались.

— Эй, помогли бы вы нам с багажом! — окликнул Джейсон.

У него под каждой рукой было по чемодану. Зейн и Черри тащили гроб и были похожи на служителей-похоронщиков. На другом гробе растянулся на спине Натэниел. Рубашку он снял, волосы распустил, руки сложил на животе и закрыл глаза. То ли изображал мертвеца, то ли просто загорал.

— Ничего себе — «помогли бы»! — Джемиль ткнул ногой в сторону остатков багажа. На поле стояли два чемодана и огромный кофр.

— Господи, — сказала я, подходя к этой куче. — Мой тут только один чемодан. Кто этот франт, что притащил столько барахла?

Зейн и Черри осторожно поставили гроб на асфальт.

— Мой только один чемодан, — сказал Зейн.

— И моих три, — добавила Черри, почему-то смутившись.

— А чей кофр?

— Его прислал Жан-Клод, — сказал Джейсон. — На случай, если у нас будет встреча с местным мастером. Он хотел, чтобы мы не ударили в грязь лицом.

Я скривилась, глядя на кофр.

— Только не говорите мне, что я должна буду надевать то, что приготовил мне Жан-Клод!

Джейсон осклабился.

Я замотала головой:

— Даже видеть не хочу.

— Может, тебе повезет, — сказал Джейсон, — и вместо переговоров тебя попытаются убить.

— Ты полон оптимизма, — огрызнулась я.

— Специальность у меня такая.

Натэниел повернул голову и посмотрел на меня, не снимая с живота сцепленных рук.

— Я могу поднять гроб, но он громоздкий, нести неудобно. Мне нужна помощь.

— Это уж точно, — ответила я.

Он замигал, поднял руку, чтобы прикрыть глаза от солнца. Я встала так, чтобы он мог смотреть на меня, не щурясь. Тогда он улыбнулся.

— Какого черта ты решил загорать на гробу? — спросила я.

Улыбка у него чуть увяла, потом совсем исчезла.

— Сцена в склепе, — сказал он, будто это все объясняло. Может быть, но не мне.

— Не понимаю.

Натэниел поднял с гроба только голову и плечи, будто пресс качал. Мышцы живота гладко напряглись.

— Ты что, не смотрела мои фильмы?

— Извини, нет.

Он сел окончательно, привычным жестом обеих рук оглаживая волосы. Стянув волосы серебряной заколкой, он закинул каштановый хвост себе за спину.

— Я думала, серебряное украшение жжется, когда коснется кожи ликантропа, — сказала я.

Натэниел встряхнул волосами, устроив серебряную заколку точно у себя на шее.

— Так и есть.

— Наверное, небольшая боль заставляет вертеться мир.

Он лишь глядел на меня своими странными глазами. У него было выражение лица парня, намного старше девятнадцати лет. Морщины на гладком лице не виднелись, но в глазах лежали тени, которые не изгладит ничто. Косметическая хирургия для души — вот в чем он нуждался. Снять невыносимое бремя знания, которое делало его тем, чем он был.

Джейсон приблизился, хромая, с двумя чемоданами.

— У него один фильм есть про вампира, который влюбился в невинную девушку.

— Ты его видел, — сказала я.

Он кивнул.

Я покачала головой и взяла один чемодан.

— У тебя для нас есть машина? — спросила я Джемиля.

— Фургон.

— Отлично. Хватай чемодан и покажи, куда идти.

— Я багажом не занимаюсь.

— Если все поможем, то загрузим фургон вдвое быстрее. Я хочу увидеть Ричарда как можно скорее поэтому перестань изображать из себя примадонну и помоги.

Джемиль посмотрел на меня долгим взглядом, будто отсчитывал секунды, потом сказал:

— Когда Ричард найдет тебе замену на посту лупы, черта с два ты будешь мной помыкать.

— Отлично, а пока что — давай работай. Кстати, это еще не помыкание. Когда я тобой буду помыкать, ты это поймешь.

Он низко рассмеялся, накинул пиджак и взял кофр. Такую дуру могли поднять лишь двое сильных мужчин. Он же пошел вперед и даже не оглянулся, оставив мне последний чемодан. Зейн и Черри подняли гроб и пошли за ним. Джейсон заковылял за ними.

— А я? — спросил Натэниел.

— Надень рубашку и жди у гроба. Посторожи, чтобы никто Дамиана не тронул.

— Я знаю женщин, которые готовы были бы заплатить, чтобы я снял рубашку.

— Жаль, что я не из них.

— Ага, — согласился он. — Очень жаль.

И подобрал с земли рубашку. Я оставила его сидеть на гробу посреди бетона, держа рубашку в руках. У него был вид какой-то заброшенный и макабрический. Мне очень жаль было Натэниела. Жизнь ему выпала суровая, но тут уж не моя вина. Я платила за его квартиру, чтобы он не выделывал фокусы для сведения концов с концами. Впрочем, я знала стриптизеров из «Запретного плода», которые вполне поддерживали свое существование на одну зарплату. Наверное, Натэниел не умеет обращаться с деньгами. Кто бы мог подумать?

Фургон был большой, черный и зловещий, вроде тех, в которых приезжают на место преступления серийные убийцы в телефильмах. И в жизни тоже серийные убийцы, бывает, ездят в фургонах, но предпочитают цвета бледные с ржавыми пятнами.