Иван быстро поднялся и поспешил к старику.

— Дедушка? А, дедушка? Что с вами? Вы кто? Как здесь оказались? Что вы здесь делаете?

— Ты еще не забудь спросить его, откуда он родом, чем занимается, где жена и есть ли у него кошка, - фыркнул волшебник.

— Зачем? - озадаченно остановился Иван. - При чем тут кошка?

— Ты хоть меч наизготовку возьми! - отбросив свои иронические изыски, нервно рявкнул волшебник. - Сейчас как вскочит, как накинется! А у меня второй… то есть, третьей бутылки нет!

— Какой еще бутылки? - не понял Иван.

— А той самой! Которой я чудовищу, что на тебя напало, по башке звезданул! Если бы не она - не знаю, что бы тут от тебя осталось! И от меня, самое главное. Я же говорил, что эта бутылка на что-нибудь, да… да… Сгодится.

Поток словоизлияния Агафона налетел на дамбу озарения и рассыпался в пыль.

— Сгодится. Послушай, Иван, куда ты выбросил свою бутылку? - кинулся он к царевичу.

— Ты чего? При чем тут моя бутылка? Какая разница?

— Большая разница!

— Да откуда я помню, - отмахнулся от него Иванушка, осторожно склоняясь над стариком и заглядывая ему в лицо.

Это оказало эффект третьей бутылки - на этот раз с нашатырем.

Дедок вздрогнул, отшатнулся, не открывая глаз, и простонал:

— Ф-фу…

— Большая разница! - с нажимом, как бы впечатывая каждое слово, проговорил чародей и юркнул в кусты.

— Ах… ох… ох-х-х-х… - слабо заохал старичок и зашевелился.

— С вами все в порядке, дедушка? - Иванушка, не обращая внимание на производимое его приближением воздействие, обычно ассоциируемое с однополюсными магнитами, все пытался наклониться поближе к старичку.

Запаниковавшее обоняние того, тем временем, перебудило и все остальные системы его организма, в том числе, отвечающие за задавание вопросов.

— Чем… так… воняет… Где… я… - и, немного подумав, тут же: - Кто… я…

— А где чудовище? - задал зачем-то вопрос Иван, абсолютно не надеясь ни на ответ, ни на такую реакцию.

— ГДЕ???!!!

Старичка как пружиной подбросило. Глаза его мгновенно вытаращились, волосы взъерошились, борода встопорщилась.

— Где чудовище???!!

— Не бойтесь, дедушка, сейчас найдем, - раздался у него из-за спины довольный голос Агафона.

— Не надо!

— Да я же сказал, не бойтесь! - покровительственно заверил их волшебник, вылезая из кустов. В руках его поблескивала грязными капельками граненая синяя бутылка.

— Когда с вами путешествует специалист по волшебным наукам, загадок и опасностей не существует! - самодовольно заявил он, размахивая на ходу посудиной в такт словам.

— Что это значит?

— Это значит, что все произошло так, как я предполагал! Содержимое этой бутылки действительно нельзя было пить! Посмотри, что нацарапано на стенке! - и он сунул бутыль Ивану под самый нос.

— Не вижу так, - чуть не вывихнул он глаза. - Дай в руки посмотреть.

— Гляди! Тут написано "Вода мертвая"! "Одна и пять литра"!

— Да? - вежливо удивился Иванушка. - И что?

— А то, что если побрызгать такой водой на раны умершего человека, то они затянутся! Обрати внимание, царевич - "побрызгать"! Твоя же счастливая звезда висит в зените - ты сел передохнуть там, где, судя по всему, был похоронен какой-то бедолага и не побрызгал - полил его мертвой водой!

— И поэтому…

Маг нетерпеливо махнул рукой, призывая не перебивать его речь.

— Мертвая вода в лавках магических припасов продается не бутылками - миллилитрами! Эта старуха Яга была просто богачкой, имея столько мертвой воды!

Но и она, готов спорить на свой балахон, не собиралась ни на кого ее ВЫЛИВАТЬ!

Никто и никогда в магическом мире не проводил таких экспериментов, царевич Иван!

Никто! Ты знаешь, что можно из этого сделать? Не какую-то занюханную курсовую, переписанную из не читаемых никем глупых книг - диплом! Диссертацию! На степень магистра! Не меньше!

Настала очередь Ивана проявлять нетерпение.

— Ну, и что с того?

— Как это что! Меня не выгонят из школы раньше времени, и этот ужасный человек не заберет меня к себе! Что тут непо…

— Я говорю, что с того, что я вылил на чьи-то останки мертвую воду, ваше будущее магистрство!

— А-а… Это… По-моему, дальше все и так понятно. Раны и следы разложения на трупе от такого количества мертвой воды не успели затянуться - он просто ожил раньше! Но как зомби. Или вурдалак? Или вампир?.. Кхм… Короче, он двигался, проявлял агрессивность, но был неживой. Но когда я разбил о его голову вторую бутылку, и ее содержимое полностью облило кровожадного монстра, преобразования продолжились! Потому что в бутылке была не менее, а то и более дорогая живая вода, которую в таких количествах на ва… вур… зо… на нежить никто и никогда не выливал! И свершилось чудо - существо превратилось в того, кого сколько-то времени назад убили и закопали здесь! И даже его одежда восстановилась! Это отдельная докторская! Я профессор! Я магистр!.. Я гений магии и волшебства!..

Старик и царевич с вытаращенными от изумления глазами наблюдали, как во время своей пылкой речи чародей оторвался от земли и стал медленно, но неуклонно подниматься все выше и выше с каждым словом.

— Агафон? - наконец нерешительно проговорил Иван, справедливо опасаясь, что такими темпами его спутник может скоро превратиться в спутник Земли.

— Что? - с неохотой прервал он свои мечтания вслух.

— Ты… хорошо себя чувствуешь? - осторожно задал вопрос лукоморец.

— Да, а что? - подъем прекратился метрах в четырех от них.

— Ты… летаешь.

— Че… ой!..

Рыхлый муравейник предотвратил встречу изумленного мага с матерью-Землей, и растревоженные красные насекомые искрами брызнули в разные стороны.

— Ой-ой-ой-ой-ой!!! - продолжил волшебник и, мгновенно вскочив, кинулся бежать прочь, отряхивая с себя рассвирепевших рыжих хозяев лесного домика, вероломно и мгновенно лишенных своего жилья.

Проводив неотрывным взглядом быстро удаляющегося мага, старичок вымолвил с благоговением:

— Вот человек - не богат, да славен: тот же боярин! В умной беседе быть - ума прикупить, а в глупой - и свой растерять. Он, верно, самый великий волшебник на всем Белом Свете будет?

— Он-то? - переспросил Иванушка, честность которого вступила в борьбу с нежеланием говорить не слишком лестные слова о ближнем своем в его, ближнего, отсутствие. - Н-ну… Бывают и лучше… Наверное… А вы кто, дедушка? Как звать вас - величать?

— Я… Я… Меня звать… Я…

Растерянность, испуг, ужас, отчаяние по очереди отразились на лице старичка.

— Я не помню! Вот, не спавши, да горе наспал! Беда приспела - наперед не сказалась!.. - запричитал дедок, хлопая себя руками по бокам.

При слове "беда" Иванушку слегка передернуло, но старик не обратил на это никакого внимания.

— Вот, летела муха-горюха - попала к мизгирю в тенета! Сам в свое голове - да не хозяин!..

Иванушка заслушался старика - склонил голову.

— А вы, дедушка, случайно не по творческой части будете?

— Чево баешь? - прервал причитания старик.

— Больно уж чуднО разговариваете вы. Складно да ладно - как по писанному. У меня книжка такая была - "Пословицы и поговорки лукоморского народа". Как вы писали.

Может, вы и впрямь писатель какой-нибудь, или поэт, или сказитель…

— Не знаю, сынок, не знаю… - чуть не плача развел руками старик. - И как звать-величать - не помню!.. Ох, беда, беда! От одной беды избавился - другая в окно лезет!

Царевич подумал, что заставить старичка не упоминать это злосчастное слово на букву "бэ" можно только одним способом - отвлечь его чем-нибудь.

— Не расстраивайтесь, дедушка. Я думаю, вы все потом вспомните. Мировая литература знала немало примеров, когда после травмы головы человек терял память, а потом она возвращалась. Давайте, мы ваше имя угадать попробуем. Я вот читал об одном сказителе, например, так его звали Баян.

— Гармошка такая, что ли? - прозвучало из-за плеча Ивана. Не оборачиваясь, он понял, что вернулся Агафон.

— Это ты не подумавши молвил, - с улыбкой отозвался старик, и его бледно-голубые глаза ожили на худом морщинистом лице и залучились смехом. - Баян - от старинного лукоморского слова "баять" - говорить, значит. Для волшебника - потеха, а для сказителя - самое подходящее имя. Лебедь - по поднебесью, мотылек - над землей: всякому свой путь. Да только не отзывается мое сердце - не то, значит…

— Ну, тогда… Порфирий?

— Никанор?

— Илья?

— Семен?

— Аристарх?

— Святослав?

— Захарий?

— Епи…

— Стой! - старичок замигал глазами на Агафона. - Как ты последнее сказал?

— Последнее? - наморщил лоб Агафон. - Не помню… На "З", по-моему, что-то…

Зоил? Зосима? Зиновий? Зенон?.. А, Зах..

— Вспомнил! - расцвел старик. - Вспомнил. Меня называли "Дед Зимарь".

— Зимарь? - озадачено переспросил маг. - Зимарь? Никогда не слышал такого имени.

Это от слова "зима", что ли?

— Может, это не имя, а прозвище? - догадался Иван.

— Может, и прозвище, - задумавшись, согласился дед. - Но лучше уж маленькая сушка, чем дырка от большого бублика. Хоть что-то вспомнили - и то хорошо. А имя… глядишь, и оно придет. Со временем.

— Будем надеяться… - вздохнул чародей, но тут же весело добавил: - А, кстати, я речку нашел - иди, умойся, царевич лукоморский, а то я рядом с тобой дальше не пойду!

Умыться - это максимум, на что согласился Иванушка. Стирать одежду в холодной воде и потом ждать, пока она высохнет на бледном октябрьском солнышке, или, тем более, надевать ее сырой, он отказался наотрез. Да его никто об этом и не просил.

Правда, возникла было идея вернуться в избушку Бабы-Яги, но за отсутствием клубка, который указал бы дорогу обратно, долго она не прожила.

— Баба-Яга? - нахмурил брови дед Зимарь. - Помнится мне - была такая в этих краях чуть не с незапамятных времен. Не столько злая, сколько вредная. Но народ ее уважал, - поспешно добавил он, быстро оглянувшись по сторонам, как будто опасаясь, не подслушивает ли его эта Яга в ближайших кустах или обернувшись белкой. - Вы от нее идете?

— От ее избушки, если быть точным, - ответил Иван, с трудом выбирая участок воды, свободный от камышей и приступая к водным процедурам.

— Саму ее дома не застали, - уточнил Агафон.

— Вернется - серчать будет, - покачал головой старик. - Еще вдогонку бросится, чего доброго.

— Вряд ли. Судя по следам, в последний раз она была дома лет пять назад.

— Пять лет? - схватился за голову дед. - Пять лет?! Так сколько же это я мертвяком недвижимым здесь под листочками-грибочками пролежал-то, а?!..

— А ты помер - какой год был?

— Не помню… Ничего про себя больше не помню, сынки… Ни-че-го…

— Ну, а местный ты или нет, помнишь? Места эти помнишь? - не унимался чародей.