– Принял. - послышалось в наушнике. - Излагай идеи.
– Есть место для развертывания, метров за тысячу пятьсот до оврага, со стороны противника не просматривается. Броню в линию, выход на позицию и сосредоточенный огонь по гребню бугра. Они все по нему вытянулись.
– Принял.
– Ждите сигнала, ищу позицию.
– Принял.
Выигрышная позиция противника в случае их обнаружения могла легко превратиться в проигрышную. Война в степях всегда была маневренная, привязать себя к стационарной позиции - большой риск, расчет на удачу. Могут обойти, охватить с флангов, и тогда - все. Рельеф местности не давал возможности нападавшим создать хоть какую-либо глубину боевого порядка - хороший сектор огня открывался только с вершины вала. Спустись ниже, и высокая густая трава сократит видимость метров до пяти, а то и меньше. В случае отступления им пришлось бы преодолевать не менее трехсот метров до ближайшей ложбины, где можно было бы укрыться. Наверняка у них был передовой дозор дальше по дороге, который должен был подать сигнал о приближении конвоя, но это принесло бы пользу лишь в одном случае - если бы конвой так и втянулся в засаду в походном порядке. Если же грузовики отстанут, а сюда на полной скорости ломанется вся броня - функция этого дозора сведется лишь к подаче сигнала "Спасайся, кто может", сдержать атаку им не по силам.
Вести полноценный огонь в сторону своего левого фланга у главных сил засады не выйдет, они будут друг другу перекрывать сектора обстрела, и в то же время весь их боевой порядок окажется в узком секторе огня для брони. Автоматическая пушка, несколько крупнокалиберных пулеметов и два автоматических гранатомета должны смести их с вершины бугра, срезать с грунтом, причем с дистанций, обычным гранатометам недоступных.
Если Немцов правильно расставит технику, в чем сомневаться не приходилось, то оба склона окажутся под обстрелом. Начнется суета, которая даст возможность нам, двоим, вести огонь с тыла. До основных сил засады было около четырехсот метров, для снайперской винтовки и пулемета - не расстояние. Из того, что нам удалось разглядеть в бинокли, засада вооружена лишь стрелковым оружием и РПГ-7, которые реально эффективны на расстоянии до трехсот метров. Официально прицельная дальность РПГ - до четырехсот метров, но это уже в идеальных условиях, которые существуют в природе так же часто, как "идеальный газ" в физике.
Единственную проблему для нас мог составить лишь ближайший к нам фланговый дозор. Если мы откроем огонь, то они наверняка нас обнаружат, и с такого расстояния, будучи хорошо укрытыми, смогут создать немало проблем. Особенно, если они с пулеметом, что вполне возможно.
– Миша, делаем так. Броня подойдет - эти двое на какой то момент отвлекутся, не удержатся. Нас они не видят, опасности не чувствуют, наверняка попытаются высунуться из окопа и посмотреть. Я попытаюсь снять их тихо, из "Вала". Одного рассчитаю точно, а второго - не знаю. Тогда сразу бери их на прицел и дави огнем, а я из "Эрмы" начну выбивать основные силы. Корректировать огонь не надо - дистанция не сложная, у меня ноль на шестистах метрах, сектор огня узкий. Стрелять постараемся одновременно с крупнокалиберными пулеметами - так они не сразу сообразят. У них стрелковые ячейки, не траншея, друг друга они не видят. Главное - не давай этим двоим, если они уцелеют, вести огонь в нашу сторону.
– Годится, принял.
Откинув сошки "Эрмы", я аккуратно установил на них винтовку. Затем достал дальномер, промерял дистанцию до основных сил засады. До их правого фланга - 421, до левого - 590. Узковато они по фронту расположились. До окопа дозора - 228. Я проверил установки "Цейса", выставляя его на прямой выстрел, откинул крышки с прицела, надел на него бленду, приложился. Затем аккуратно опустил винтовку на землю, уперев прикладом. Медленно подтянул "Вал", пристроил его на руку, навел на окоп. В четырехкратный ПСО-1 видно было не так роскошно, как в "Цейс" с переменной кратностью до двенадцати, но для такого расстояния - нормально, даже замечательно. Прикинул точку прицеливания по шевронам шкалы, выставлять дистанцию не стал. Хорошо, что вчера пристрелялся к автомату, потому что ПСО у меня не под баллистику 9х39 заточен, точки прицеливания запоминать пришлось.
Затем я снова медленно сполз назад и связался с конвоем.
– Начали!
Прошло около двадцати минут. Двое в окопе нас по-прежнему не видели. Докурили свои сигары, затем, как мне было видно в прицел, болтали друг с другом, лишь изредка бросая взгляды в свой сектор наблюдения. Обормоты. Вдалеке послышался рев нескольких дизелей - шла броня. Двое в окопе оживились, начали по очереди приподнимать сетку у себя за спиной, пытаясь что-нибудь разглядеть, хотя разглядеть они могли в том направлении только траву и возвышавшийся над ней вал.
Еще через несколько минут из низины, километрах в полутора, одновременно вынырнули оба БТР, "бардак" и один из "Тигров", который с АГС. Идя на предельной для такой местности скорости, они быстро развернулись в линию.
Я поймал в прицел "Вала" затылок одного из дозорных, выбрал слабину спуска и выстрелил. Судя по всему - попал, голова дернулась и исчезла из прицела. Я сразу же перенес огонь на второго. Он тоже исчез, но я не был уверен, что он не просто укрылся.
– Миша, держи окоп. Второй живой, кажется.
– Держу.
Владимирский навел "Печенег" на дозор. Я быстро отложил "Вал" и взялся за дальнобойную "Эрму". Подвел перекрестье к окопу в середине порядков засады, где, судя по моим наблюдениям, находился пулемет.
Броня ударила из всех стволов, по всей длине вала вспухли разрывы гранат, тяжелые пули КПВТ стригли траву и землю, осколочно-фугасные снаряды тридцатимиллиметровой пушки били короткими очередями по выявленным целям, буквально перемешивая с землей замаскированные укрытия и засыпая все вокруг осколками не хуже гранат из АГС. В окопе, за которым я наблюдал, засуетились, начали перемещать пулемет для ведения огня во фланг. Я поймал в прицел голову пулеметчика, выстрелил. Того бросило грудью на бруствер, а второй номер нырнул вниз, в окоп. Тогда я дважды, быстро передергивая затвор, выстрелил в сам пулемет. Было видно, как он дернулся, провернулся на станке, и от него что-то отлетело.
Рядом часто захлопал пулемет, пустил одну очередь патронов в десять, затем вторую.
– Дозор умер, - доложил Владимирский.
По моим расчетам, где-то недалеко от выстроившейся в редкую линию бронетехники, должен был находиться еще один дозор, возможно - с РПГ. Метров на восемьсот от меня, не предел для "Эрмы", с "трехсотым" стволом она штатно до тысячи, а в хороших, читай - моих руках, и на тысячу двести годится, но и не близко. Сделал поправку. Из-за пыли, поднятой на валу "вогами" и крупнокалиберными пулями, вести огонь по засаде стало затруднительным, и я зашарил прицелом по пространству метрах в двухстах перед броней. Наверняка, какой-нибудь бугор, иначе трава не даст дозору вести наблюдение. Так и есть, на вершине крошечного и почти плоского бугорка, не выше полутора метров, зашевелилась масксеть.
РПГ - штука хорошая и в бою полезная, но есть одна проблема - чтобы выстрелить, нужно сначала из окопа высунуться, да так, чтобы до поверхности земли от нижнего среза ствола не меньше тридцати сантиметров было. Это до середины груди, получается. И хочешь, не хочешь, но несколько секунд на прицеливание потратить надо. В это время гранатометчик представляет собой классическую грудную мишень со стрельбища.
Я прицелился в шевеление на бугре, выстрелил. Недолет метров пятьдесят - уже не до дальномера сейчас было, чтобы точно расстояние замерять. Но гранатометчик выстрела не заметил - он смотрел в другую сторону, а грохот КПВТ и пушки заглушал любые другие звуки для него.
Большим пальцем я снова перезарядил винтовку, сделал поправку. Мое попадание и выстрел гранатометчика произошли одновременно. Сто девяносто грановая пуля "Сьерра Матч Кинг" длинного патрона "магнум", угодив прямо в затылок, швырнула его вперед. Граната ушла почти вертикально, а выхлоп от выстрела ударил прямо в окоп. Не позавидуешь второму номеру - никаких шансов выжить. И в ту же секунду окоп дозора накрыло серией из АГС с омоновского "Тигра".
Я перевел прицел на вал, где пыталась отбиваться попавшаяся в ловушку засада. Ветер нес полупрозрачную пелену пыли к дороге, давая возможность прицелиться. Обнаруживать цели было не сложно, засада начала паниковать, в ячейках суетились. Из некоторых пытались вести ответный огонь, несколько гранатометных выстрелов ушли в белый свет, как в копеечку. С такого расстояния, да еще на адреналине, из РПГ много не нацелишься. Из некоторых ячеек начали отползать в тыл, было видно, как шевелится трава. В двух местах вели огонь пулеметы, хотя смысла бить в броню с такого расстояния, даже бронебойными, из единых пулеметов калибром не выше чем семь - шестьдесят два, было не много. Мне удалось поймать в прицел еще одного пулеметчика, но выстрелить не успел - в окоп влетела очередь из КПВТ, смешав того с землей.
Тогда я начал выцеливать островки шевелящейся травы. Так и есть - в прицеле появилось лицо в камуфляжной раскраске. Человек в бандане и бронежилете быстро полз от бугра, держа "хеклеровскую" автоматическую винтовку на сгибах локтей. Для моего калибра и патрона легкий "броник" не был помехой. Прикинув расстояние примерно в четыреста пятьдесят, я подвел к нему прицел перекрестьем, взял чуть ниже, сантиметров на пятьдесят, выбрал слабину, потянул крючок. Приклад увесисто толкнул в плечо, камуфлированное лицо уткнулось в траву.
Владимирский увлеченно обстреливал уже хорошо видимые окопчики на валу. Сетки с них посрывало или взрывами, или самими обитателями окопов. Он бил очередями примерно по десять выстрелов. Сменил коробку с лентой, лязгнул затвором, снова открыл огонь.
На этой стадии бой превратился в истребление. Засада запаниковала окончательно, один из противников, видимо, в страхе потеряв ориентировку, побежал через поле в сторону дороги и нарвался на свою же растяжку. Судя по вспыхнувшему на некоторой высоте от земли дымному облачку, на растяжке стояла "лягуха". Бежавший рухнул в траву как подкошенный.
На валу уже почти никто не сопротивлялся. Уцелевшие пытались ползти в тыл, но их выцеливали и убивали. Двое бойцов с СВД-С перебрались на броню БТР и, пристроившись за башнями, вели огонь по отползавшим. По ним же стрелял из "печенега" Михаил, постреливал АГС с крыши омоновского "Тигра", ПКТ с БТРов, экономя крупнокалиберные патроны, ну и мне удалось подловить еще двоих.
Солдат с СВД-С спрыгнул с крыши одного из бронетранспортеров, и тот покатил в сторону ложбины, куда ползли спасавшиеся. Я перевел взгляд на ложбину и увидел, как по дальнему ее краю в противоположную от засады сторону рванул американский армейский джип старого образца. Проехать ему удалось не больше ста метров - с БТРа ударили пулемет и АГС. Джип дернулся, остановился, загорелся, рванул бензобак. Значит, свой транспорт они оставили и замаскировали в ложбинке.
Тем временем из техники выбралась пехота, и двинулась вместе с броней на прочесывание местности. Мы страховали их со своей позиции, но противодействия им уже не оказывали. В двух местах пехотинцы открывали огонь по чему-то видимому только им, но ответного огня не наблюдалось. "Контроль", судя по всему. Когда цепь прочесывания достигла позиции бывшего левофлангового дозора засады, Немцов по радио дал отбой.
Мы с Владимирским поднялись, я закинул "Эрму" за спину и вооружился "Валом". Затем мы осторожно пошли к своим, продолжая осматривать траву перед собой. Но живых там не было.
Замысел увенчался полным успехом. Взятая в два огня засада была истреблена полностью, до последнего человека. С нашей стороны погиб один омоновец, стрелявший из АГС - пуля попала в поворотный круг турели и отрикошетила прямо под срез "Сферы". На поле боя мы насчитали сорок восемь трупов, захватили прорву оружия, боеприпасов, два больших "унимога", два американских армейских джипа М151А2 старого образца, но новых на вид (видать, с длительного хранения), и разведывательно-дозорную "багги" DPV американского же производства, почему то с пулеметом FN-MAG[12] вместо М2 на турели. Нашли среди тел и труп давешнего чеченца, при котором нашли радиочастотный сканер, и две карты. Одна карта была с маршрутом, нарисованным братьями Ван Ритмеерами, вторая же карта была заполнена по-русски, но кодировка квадратов с немцовской не совпадала. Немцов бесцеремонно стребовал карту у лейтенанта московских омоновцев, сравнил. Все встало на свои места. Силаев продал карту с маршрутом чеченцам, сам приказал лейтенанту докладывать ежедневно о местоположении конвоя. Сигнал добегал до Силаева, а заодно и до засады. Немцов поступил просто - при подходе к Углу Меридианного хребта просто свинтил антенны с омоновских "Тигров". И пригрозил пристрелить каждого, кто попытается нарушить режим радиомолчания. До омоновцев дошло, что это не спроста, и в последние сутки конвой окончательно пропал из эфира. Засада занервничала, видимо просидели на позициях долго, опасаясь, что конвой пойдет ночами. Все устали, фланговые дозоры, сидящие вдалеке от глаз начальства расслабились и обнаружили себя.
Осмотрели поле перед позициями засады - действительно, растяжек было очень много. Снимать не стали, обозначили флажками и приказали не соваться. Овраг тоже был минирован, управляемым минным полем, с устройством радиоподрыва, две антенны аккуратно выведены из земли в кустах. Фугас тоже осмотрели - серьезный оказался. Цилиндрический бочонок "семтекса", чешского аналога нашего пластита и американской С4, с трех сторон обложенный пластиковыми коробками с поражающими элементами - нарубленной стальной арматурой. Эдакая самодельная МОНка, только очень большая. И с радиовзрывателем. Фугас сняли, на неизвлекаемость его никто не ставил. Видимо, хотели в случае неудачи забрать с собой. Понятное дело, таким добром здесь не разбрасываются.
Пока меня возили за моим спрятанным в саванне пикапом, бойцы разложили на взятом из "джипа" брезенте трофеи. Вооружена засада была разномастно. Были и М16 разных модификаций, и немецкие G3 и G33, две новенькие G36[13] бундесверовской версии, не экспортной, с дополнительными электронными прицелами, две FN-FAL в английской полуавтоматической версии. Было целых четыре пулемета - один М60[14] и три HK21[15], на сошках и станке. Два из них были повреждены.
Снайперов, или, по крайней мере - бойцов со снайперскими винтовками, было двое. От одного осталась американская М21 в отличном состоянии, с полимерным камуфлированным ложем, второй пользовался китайской версией СВД. Вот этого вот даром не надо.
Сами нападавшие были разношерстно обмундированы, но лица были достаточно однотипны - явные латиноамериканцы, с примесью индейской крови. Много таких лиц во всяких Перу и Гондурасах.
И что получается? Похоже, что нападавшие - наемная банда. Им из Латинского Союза, в котором на самом деле никакого союза нет, а сплошные разногласия, сюда совсем недалеко. Нанял их или сам чеченец, или кто-то ему помог. Маршрут отхода - по границе территорий Евросоюза и Территории Техас, до самых Американских штатов. Почему туда? И какими силами? То, что банда должна была перегонять захваченный транспорт, было правдоподобно, не так уж много машин нашлось в ложбине, похоже, что народу у них было с запасом.
Скрытный маршрут проложен до Штатов, а дальше? Спокойно, общими дорогами? В составе этой банды? Не верится, вряд ли даже при нынешней анархии кто-нибудь потерпел бы на своих дорогах такую толпу головорезов. А дальше, дальше то что? Их или встречают там и они, сдав груз, отходят обратно по тому же маршруту, или банда исчезает, учитывая особую важность груза. А то болтать начнут, как заведено у всех тамошних испаноязычных граждан, перед девками на фиестах станут козырять знанием, куда русский конвой делся, воображение селянок поражать. А так… начнут конвой искать, найдут следы боя в Углу, где вечно что-то случается, сразу понятно - налетела банда из-за хребта, что в этих местах как традиция стало, схватила, что смогла, и за хребет убежала. А потом другая банда пошла в рейд на южные территории, но попала в засаду, и погибла вся, прошу выписать премии. И никак это между собой не связано.
А больше, сколько не думай, ничего не придумаешь. Маловато знаний. Посоветовался я с Немцовым и Владимирским, поделился выводами, а у них выводы такие же. Потому как, с их слов, груз этот американцам по зарез нужен, но самим на захват идти - проблем не оберешься, боком такой рейд выйдет. А так - ничего не докажешь. Вот сейчас же у нас никаких доказательств нет. Даже не можем доказать, что на карте маршрут отхода захваченного конвоя, а не, скажем, маршрут следующего рейда банды или план охоты на кроликов. Единственное, что уже доказано, что Силаев - сука, и не жить ему больше. Причем такую идею первыми сами московские омоновцы подали - ведь их же собственный начальник в засаду завел. Странно было бы ожидать другой реакции.
Пока разбирались с транспортом и трофеями, мы отошли в сторонку. Тут Немцов и спросил, указав на трупы бандитов:
– Твоих сколько среди них?
– Моих - семеро. - начал перечислять я. - Один из правофлангового дозора, один пулеметчик, двое гранатометчиков из левофлангового, и трое в поле, когда уползать начали.
– Ты у нас не штатный, а привлеченным сотрудникам мы платим за каждого убитого бандита. И трофеи с них твои.
– Я не против, в общем то, но я же не за деньги. - даже немного возмутился я. Не то, чтобы я против, но…
– А я вот о чем: сам знаешь, что бандит при свидетелях убитый на месте преступления стоит тысячу, Орден платит. - объяснил Немцов. - Орден нам, а мы - тебе, поскольку ты в нашем отряде был. Так что ничего зазорного. И к чему я все это… Ты уже семь заработал. Так? Трофеи с них, туда-сюда, имущество - могу тебе твою винтовку списать. "Вал" не отдам, он за нами числится, прицел только снять не забудь, а ту, что ты купил - спишу. С дальномером. А жмуриков мы на видео сняли, предъявим в орденском представительстве, деньги нам пойдут.
Ну это прямо радость. Новость новостей. Меня бы самого на эту "Эрму" жаба бы не просто задавила, а прямо клешнями разорвала бы.
– Ну, хоть я и не за деньги, но не откажусь. - сразу объявил я, пока не передумали. - Хорошая винтовка. А что, тут за каждую голову платят?
– Ну, если ты один, то могут и не заплатить. Мало ли кого ты завалил, оружие в руки сунул и снял? А если при свидетелях, то тогда заплатят. Я знаю, у конфедератов пара команд "охотников за головами" завелась, специально банды выслеживают, и счет к оплате предъявляют. К тому же это только разбоя на дорогах и на море касается.
– Понятно. С этого не проживешь - засмеялся я. - Слушай, а в ППД или в Демидовске нашим оружием и приблудами к нему закупиться можно? Есть у вас торговля оружейная?
– Есть, конечно. У ребят наших АЕКи на свои куплены, по штату у них АК-103.
– Кстати, как АЕКи?
– Хороши АЕКи, слов нет. Когда очередями стреляешь - приклад сам к плечу липнет, а ствол на месте стоит. Гениальный автомат. Хотя если в джунглях, наши АК предпочитают, те и в болоте топить не страшно, один хрен - стреляют. А в конвоях все АЕКами или "Абаканами" пользуются. Тут есть время почистить, позаботиться, затяжные бои нечасто бывают, в основном - скоротечные.
– А "винторез" прикупить реально? - продолжал расспрашивать я.
– А ты решил себе в кузове пирамиду ружейную поставить, заполнить и так кататься?
– Запас карман не тянет. - пожал я плечами.
– У тебя же и так "сто четвертый", и снайперка, и пистолеты. А "Винторез" не реально, пока ты не в штате. Ни "Вал", ни "Винторез", ни "Грозу" под этот калибр. И зачем тебе такая куча?
– Я же один перемещаюсь покуда, трудно сказать, что понадобится. Единственно возможное мое преимущество перед вероятным противником - достаточное количество хорошего и подходящего к обстоятельствам оружия, и много боеприпасов.
– А, понятно. Точно, хорь запасливый.
– Мы это уже обсуждали. Я вот на "Вал" поставил упор под щеку и затыльник на приклад, так тоже свинчу и себе на "сто четвертый" переставлю. Произведу улучшение, так сказать.
Немцов усмехнулся, затем сказал:
– Был у нас такой псих, вроде тебя, потом в егеря перешел. Тоже, все, что на конвоях зарабатывал, в оружейном тратил. Домой к нему зайдешь - волосы дыбом. Будто в одиночку Дикие острова собрался захватывать. И тоже снайпер, заметь. Общее это у вас, наверное, профессиональное заболевание.
– А ты как думал? - почти натурально возмутился я. - Это вы можете в белый свет, как в копеечку палить, а у нас каждый винтик на результат влияет. Вот и начинаешь улучшать, менять, что-то новое искать. И так со всем оружием, не только с винтовками. Да, пожалуй - профессиональная болезнь.
– Ладно, лечить не станем. - подвел итог спору Немцов. - Пойду по трофейному транспорту водил рассажу. Мимо городка одного пойдем, Аламо, там продадим излишки. Возле дороги стоят, так что у них там и стоянки с охраной, и мотели, и заправки, и мастерские. И любой груз, зашедший в город, берут под ответственность. Хоть охрану не выставляй, никогда из транспорта ничего не пропадало.
– А посторонние?
– Да все под охраной стоит. А если кто попытается и попадется - они его судом Линча. Петлю на шею - и на первом суку, чикаться не будут. Решительные хлопцы. Их дорога кормит, поэтому репутацию блюдут. И еще они скот разводят - такие стейки, как у них, ты вряд ли где еще попробуешь.
– Хороший городок, видать. - протянул я, задумавшись о стейках.- А чего Аламо назвали?
– Да была история через год после основания. Здоровая банда из-за хребта пришла, так местные чуть не три дня отбивались, и все же отбились. Ладно, по коням.
Место в растянувшемся из-за пополнения походном ордере мне досталось в середине, сразу перед омоновским "Тигром". Грузовики и "Хаммер" передо мной немилосердно пылили, пришлось надеть противопылевые очки и замотать низ лица банданой. Кондиционера в пикапе не было, окна держал открытыми с обеих сторон. Зато ехать в составе конвоя было спокойно. Винтовка, ставшая теперь моей собственностью, перекочевала в пластиковый футляр, а свое место в держателе занял автомат, на который я на ночевке переставил резиновый затыльник приклада и упор под щеку. Поухватистей стал, правда, случись приклад сложить - до щелчка не дойдет, не зафиксируется сложенным. Так я ведь и не складываю никогда.
Сначала над нами пролетел легкий одномоторный самолет, кажется - "Пайпер Ацтек". Затем город встретил нас передовым дозором, выглядевшим как здоровенный пикап "Додж Рэм", выкрашенный в неизменный здесь камуфляж, с несколькими антеннами и немецким пулеметом МG3 на турели в кузове, стоящий на возвышенности, откуда открывался прекрасный вид на все окрестности. В кузове стоял человек с биноклем на штативе, расположенном на крыше. Еще трое с автоматическим оружием стояли рядом с машиной.
Они только помахали руками колонне, когда мы проехали мимо. Из наших машин тоже махали в ответ. Видимо, опознали нас издалека, по радио, заодно сообщили в город о приближении. А формальную часть решили опустить. Ну и спасибо.
Настроение было хорошее, Немцов объявил сутки отдыха личному составу, дав бойцам возможность поесть местного мяса и попить местного бурбона, предупредив, правда, чтобы в дрова не вздумали напиваться. Сам он собирался в это время расторговаться трофеями. Трофеев было много, редко так случалось. Тащить с собой весь этот лишний транспорт смысла не было, колонна излишне растягивалась, личный состав отвлекался от основных обязанностей. Да и сваленное в кучу в одном из "унимогов" оружие тоже никому не было нужно.
Городок напомнил мне декорации к фильмам, такие, какие мне довелось видеть в Испании, где в горах Сьерра Невада небезызвестный Серджио Леоне снимал свои "спагетти вестерны" и сделал звездой Клинта Иствуда. Такие же каркасные дома, обшитые досками внахлест, такие же вывески, такие же пыльные улицы, на которых, по всем канонам жанра, должны были сходиться отрицательный герой в черном и положительный в грязном, держа отставленные ладони возле револьверов в кобурах. Ну и музыка Морриконе, само собой, куда же без нее?
Картину немного нарушала настоящая промзона, в которую наша колонна и втянулась. Там было несколько отделенных друг от друга стоянок, огороженных высоченными бетонными заборами с колючкой поверху, с вышками между ними, на которых стояли часовые, бдящие за сохранностью груза и транспорта. Была большая заправка, боксы ремонтных мастерских, и стоянка с надписью "Car and Truck Sale. New and Preused"[16], забитая всевозможными машинами. Да, городок Аламо явно существовал при Дороге.
Из какого то переулка между заборами на квадроцикле вырулил мужик в "стетсоне" и клетчатой рубашке, сделал знак следовать за ним, и провел колонну в отдельный загон. Грузовики и броня распределились по размеченным местам, заглушили моторы. Стало удивительно тихо, только было слышно, как пощелкивают, остывая, корпуса двигателей и отчаянно сверчат какие-то насекомые в траве, выросшей вдоль бетонных стен.
Я тоже остановился впритык к забору, заглушил хорошо потрудившийся дизель, прихватил автомат из кабины и вышел, с облегчением и наслаждением потянувшись. Ко мне подошел Владимирский.
– Автомат можешь в машине оставить, здесь никогда ничего не воруют. Все равно мы еще и свой пост выставляем на территории. Даже разгрузку можешь бросить. Только пистолет оставь. Он тут не нужен ни разу, но без него ходить неприлично, лучше уж с голой жопой. Здесь все мужчины и половина женщин с пистолетами.
Я сделал, как он и сказал. Бросил в кабину разгрузку, включая кобуру с "Береттой", а к поясу прикрепил открытую кобуру с "Парабеллумом". Если это для красоты, то он в самый раз подойдет. Артиллерийская модель все же, с удлиненным стволом, экзотика по нынешним временам.
Я огляделся и действительно, солдаты снимали броники и разгрузки, оружие, оставляя это все в машинах, и тянулись к выходу со стоянки. Немцов, который шел с Владимирским, махнул мне рукой. Я прихватил сумку с чистой одеждой и туалетными принадлежностями и подошел к ним.
– Пошли с нами, покажем тебе, где тут что. - позвал меня Немцов. - Да и торговаться потом поможешь.
Мы вышли за ворота, и пошли мимо бетонных заборов в сторону стоянки автоторговца.
– Торговца Джо зовут, мужик порядочный и конкретный. - просвещали меня по дороге. - Попросим его пока трофейные машины посмотреть, а завтра с утра он свою цену назовет.
– А с оружием как?
– Здесь два магазина оружейных, оба в центре. "Guns"n"Knives" и "Sam"s Gun Store". Лучше к Сэму пойдем, я с ним знаком хорошо. С другим магазином я пока дела не имел. А ты можешь оба навестить, только потом смотри, чтобы в "Тойоте" твоей мосты не погнулись.
– Издевайся, издевайся… Придет голодный год - попросишь хлебушка.
На стоянке торговца стояло примерно с десяток разномастных автомобилей. Были и грузовики, и пикапы, и внедорожники. Мое внимание привлек маленький "Сузуки Самурай", на массивных "зубастых" колесах, переделанный в пикапчик с коротким кузовом. Я показал на него Немцову. Тот сказал:
– А что ты хочешь? Очень популярная машинка в Новой Земле, особенно с дизелем. Ее же первоначально для японских сил самообороны спроектировали, как посыльный автомобиль. Просто и надежно, а здесь она одна из самых дешевых. Если кто налегке путешествует, или в одиночку, то лучше и не надо. И у нас, и в Демидовске чуть не треть таких в личном пользовании. Сам видишь - за скоростью здесь никто не гоняется, автобанов нет, а вот надежность, простота и проходимость - главные качества. Я знаю, что испанцы прямой канал поставки "самураев" наладили. Он у них в Испании "за ленточкой" до сих пор выпускается, под маркой "Сантана", вот они их и волокут. Доводят до ума еще в Старом Свете, и готовые - сюда. Мы раз десять целые колонны их сопровождали, причем в разные территории.
– А кроме "самураев" народ у вас чем пользуется?
– УАЗы и "нивы". С обслуживанием попроще, да и не дорогие они. Так, казалось бы, могли захваченные машины на ППД угнать, но смысла нет, здесь они дороже продаются. При нашей жизни ремонтопригодность - первое дело.
– А с "самураями" как же? - продожал я допытываться.
– А испанцы и наладили поставку запчастей. Понимаешь, повезло им: "Самурай" единственный простенький внедорожник, который еще в Старом Свете выпускается. И испанцы же старую версию "Витары" выпускают, ее тоже здесь хорошо покупают. Индийцы еще свои "Махиндры" клепают, правда, но они больше к югу от Залива популярны. И китайцы какие-то свои пикапы тащат, но мы их редко видим, они больше сами пользуются.
Справа от ворот на стоянку стоял небольшой домик-времянка, крашеный в белый цвет. Немцов открыл дверь, и мы зашли внутрь. За обшарпанным деревянным столом сидел крепкий, стриженный под ноль мужик, в зеленой армейской майке и камуфляжных брюках. Перед ним на столе лежала бейсболка с надписью "U.S. Marine Corps. Semper Fi". Слева от него, у стены, стояла маленькая оружейная пирамида, в которой стояла M16A3 с подствольником и коллиматором "Эймпойнт", на пирамиде же висела ременная подвесная с подсумками.
Но самым интересным было не это. На поясе у мужика висела кобура из роскошной тисненой кожи, из которой торчала старомодно изогнутая рукоятка "Кольта-миротворца", отделанная слоновой костью. Новая переделка, разумеется, их до сих пор выпускают, но с полным соблюдением исторического облика. Судя по высокому рычагу курка - даже одинарного действия, а владелец - любитель пострелять "мельницей". "Мельницей" - это как в вестернах, знаете? Когда левой рукой курок взводится, правой на спуск нажимается, а все вместе как из пулемета выходит. Бах-бах-бах - и злодеи, раскинув ноги, в пыли перед салуном валяются, и шляпы раскатились. Потом тишина и снова музыка. Это обычно в начале кино случается, когда надо показать, какой крутой новый парень приехал в город. Он приехал, а на него наехали, и как всегда - неудачно.
– Hi, Joe! - поприветствовал мужика Немцов.
– Hi, captain. How are you? - откликнулся владелец крутого "кольта".
Поделиться книгой: