– Провел в компании вашего начальника и ее подружки.

– Беляева и Ковалева?

– Да, они самые.

Смит молчал, но было видно, что главный вопрос у него буквально вертится на языке. Я решил на него ответить, даже не дожидаясь, пока он его задаст.

– Мы с ней договорились. Она поможет сделать так, чтобы все думали, что Родман предал. И она потом займет его место. Ваш рапорт об отставке она подпишет, вы сможете уволиться с лучшими рекомендациями. Если подвести итог вчерашней беседы – она наш союзник.

Он снова помолчал, словно усваивая информацию, затем спросил:

– Она смотрела протокол допроса Хоффмана?

– От начала и до конца. – подтвердил я.

– Тогда я верю. Нормальному человеку хочется сделать так, чтобы эти ублюдки умерли. Это на любого подействовало бы.

– Именно так. Кстати, сколько сейчас в вашем отделе специальных операций сотрудников?

– Около шестидесяти. Но все пока только клерки или охранники, оперативников почти нет. Мы с Брауном были единственными, и рассчитывали, что вы присоединитесь со своей группой на контрактной основе. Но видите, как пошло. Хотя, может быть это и к лучшему.

– А как у вас с внутренним контролем? Слежка за сотрудниками и прочее?

– Никак. Пока не ввели. Нашему отделу месяц от роду, господин… Яковенко. Все придет со временем. И не забывайте, что нашу лавочку организовал малоопытный молодой адвокат с большими амбициями и влиятельным папой. Даже не дилетант, а еще хуже. Его и в офисе почти не бывает, все больше светские обязанности гнетут нашего босса. Впрочем, сейчас он думает, как прикрыть задницу и кого скормить вместо себя, потому что дело идет к тому, чтобы бросить его львам. А вы опасаетесь, что за мной могут следить?

– Не то, чтобы сильно, но все же.

– Следить пока некому. – покачал он головой.

– Скажите, а нарваться здесь на досмотр машины хоть какая-то вероятность есть?

– Ни малейшей. – даже вроде как возмутился Смит. – А уж орденской машины, да еще с вашим нынешним статусом… Это даже не исключено, это напоминает бред. И даже с виду, если у вас кобура или даже винтовка, вы можете оказаться чьим то телохранителем, охранником, просто военным в штатском. Никто не обратит внимания.

– Прекрасно.

– Хотите тяжело вооружиться?

– Возможно. – пожал я плечами. – Всегда лучше знать заранее.

– Вооружайтесь. Даже если ваша машина развалится на части на глазах патруля, и оттуда выпадет ядерная боеголовка, то вам достаточно будет лишь показать Ай Ди и сказать, что боеголовка вам нужна по службе. Этого будет достаточно.

– Спасибо.

– Да не за что. – усмехнулся он. – Что нибудь еще?

– Нет, все. Не упустите Бернстайна. Родман сегодня днем возвращается с Острова?

Смит мельком глянул на меня.

– Да, сегодня. Мне надо бы начать готовить его к поездке на материк.

– Я думаю, что в субботу будет в самый раз. И сразу вломимся в его дом.

– Да, так лучше всего. Выходные здесь чтят.

Знал бы он, что у нас на воскресенье приготовлено. Это тебе не похищение Родмана с транспортным средством. Но Смиту об этом знать пока рано. И узнает он не от меня.

– Хорошо, тогда оставлю вас. Как только появится Бернстайн – я сообщу. Маллигана, кажется, ожидают в пятницу утром. Возможно, что и Бернстайн ожидается к пятнице. А завтра вы можете встречать своих. Помните, как делать? Подходите к старшему смены, представляетесь, и просто говорите, что к вам прилетели без досмотра и регистрации. Этого достаточно.

– Я понял, спасибо.

– Еще раз до свидания.

– Счастливо.

Смит ушел, я остался один. Допил кофе, встал. Все, пора за работу. Оделся по принципу "и в пир, и в мир, и в добрые люди". Обычные синие джинсы, трикотажная темно-зеленая майка. Немого жарко для такого цвета, но зато если придется где-то по кустам ползать, будет не слишком заметно. На ноги натянул зеленые с камуфляжными пятнами кеды. И легкая обувь, и даже модная, но и бегать-прыгать удобно. На ремень подвесил кобуру с "Гюрзой", в гнездо на кобуре и в отдельный продолговатый узкий подсумок разложил три запасных магазина. Семьдесят два бронебойных патрона, это уже неплохо. С противоположной стороны подвесил к ремню небольшую сумку, в которых носят обычно документы и ключи от машины, но в нее уложил ПСС и один запасной магазин к нему. Мало ли, когда бесшумное оружие может пригодиться?

Достал из сумки "Грозу", привинтил на автомат тяжелую, покрытую резиной, трубу глушителя. На ручку-прицел надел штатную четырехкратную оптику. Взял с собой наплечную подвесную с двумя подсумками на два магазина каждый. Вот и сотня выстрелов из "Грозы" у нас с собой есть, случись чего. Вообще то ничего случиться не могло, но, как говорится, на Аллаха надейся, а верблюда привязывай. Прихватил карту в пластиковом пакете и вышел из дому. Сегодня у меня три простых задачи. Первая – разведать местность, прилегающую к дому Родмана. Найти место для организации наблюдения. Второй задачей было определить позиции для нанесения удара из гранатометов по радарному посту, а также снайперскую позицию с хорошими секторами огня. На карте я приблизительно обнаружил подходящие места, теперь осталось их разведать. И третья задача – наметить позиции для организации засады с минированием дороги на маршруте выдвижения подкреплений противника, на участке КПП – аэродром.

Территория Ордена, остров Нью Хэвен. 22 год, 13 число 10 месяца, среда, 12.00.

Найти дом Родмана не составило труда. Группка из десяти вилл очень удачно расположилась вдоль пляжа, на самой границе гольф-клуба "Нью Огаста". Каждая вилла занимала участок около гектара, у каждой был свой персональный пляж, все они были расположены так на спускающемся к морю пологом склоне, что территория одной не должна была просматриваться с другой. Явно, хороший архитектор поработал над планировкой. С обратной стороны этих участков шла асфальтированная подъездная дорога, а еще выше – пешеходная дорожка среди густых зарослей, куда я и забрался с биноклем. Идеальный пункт наблюдения. И скрытно, и двор просматривается хорошо. И даже если кто-то пройдет по тропе, тебя разглядеть будет очень сложно.

Насколько мне было известно, никакой дополнительной охраны у Родмана не было. даже прислуга к нему приезжала по вызову. В поездках его всегда охраняли Хоффман и Маллиган, в случае необходимости они же и составляли охрану дома. Обычно это бывало при визитах Бернстайна. Почему-то тот настаивал на том, чтобы дом охраняли. Может быть, боялся, что кто-то ворвется во время его "невинных шалостей"? Возможно. Интересно, как получится теперь? Хоффмана больше нет, Маллиган остался один. Если Родман в субботу полетит передавать нам пятьсот тысяч золотом, Маллиган будет охранять босса или останется с Бернстайном? На самом деле без разницы, он в любом случае покойник. Остальные тоже, но Маллигана даже увозить никто никуда не будет.

Действительно, ни в доме Родмана, ни вокруг него, не наблюдалось никакого движения. Голубое зеркало бассейна, темные окна без жалюзи, видны белые диваны в гостиной. Никого. Собак тоже не было ни у самого Родмана, ни у соседей. Значит, никто не загавкает. Больше здесь пока и смотреть нечего. А вот когда обитатель белого дома с террасой на берегу моря вернется, надо будет еще понаблюдать, может быть, что-то интересное увидим.

Я выбрался из кустов и направился к машине, припаркованной на служебной стоянке возле клаб-хауса "Нью Огасты". Навстречу мне попался кто-то из служащих клуба, но ни малейшей подозрительности не вызвал, а наоборот, пропустил меня на узкой тропе, с легким почтением взглянув на пистолет в кобуре. У клаб-хауса стояли еще двое служащих, но и они никакого внимания не обратили ни на меня, ни на отъехавшую машину с орденской символикой на дверях. Безопасное место этот остров, никто и ни на что внимания не обращает. Шастает зачем-то по кустам в клубе мужик с пистолетом, значит так и надо. Может быть, у него работа такая, по тропкам в гольф клубах шататься без ясной цели.

От "Нью Огасты" я направился на вершину. Километров под тридцать пять – сорок путь. Весь остров в поперечнике пятьдесят, но рельеф горный, дорога "серпантинит", виляет по долинам, вот и удлиняется в несколько раз. Дорога красивая, живописная, почти с любой точки видна голубая поверхность моря, идущая за горизонт. И движение изрядное. Множество машин, в основном – дорогие внедорожники, или даже самые обычные кабриолеты, от которых я совсем отвык в Новой Земле. Мой "Лэндровер" смотрелся среди них, как солдат в полной экипировке на встрече в загородном клубе. Но при этом, судя по всему, внушал некое почтение, вроде полицейской машины в городском потоке. Дорога виляла среди гольф-клубов, вилл, апартаментных блоков, торговых центров с супермаркетами, ресторанами и барами, просто ресторанов. Попадались вывески ночных клубов, пока еще закрытых ввиду раннего времени. Это не дорога до аэропорта, та не такая оживленная. Эта дорога ведет к берегу, к теннисным клубам и полям для гольфа, вот и едут по ней во всех направлениях. А дорога от вершины к аэродрому пустовата, она по самому центру острова проложена.

На вершине, у стены и трех КПП была большая открытая площадка, выполнявшая заодно роль парковки. Я остановил машину, вышел, огляделся. К входу на территорию "ворот" подъехало такси, тот самый удлиненный четырехдверный "рэнглер", на котором мне когда-то довелось проехаться. Из такси вышли двое, мужчина и женщина, обоим под пятьдесят. Чернокожий таксист подкатил к ним багажную тележку, перегрузил на нее все сумки. Прокатал в каком-то аппарате карточку мужчины, отдал ему. Машина отъехала и встала в очередь на стоянке в ожидании пассажиров, а двое направились в ворота терминала. Охранник у входа в повседневной форме и с полицейской оснасткой просто поздоровался с ними, но никаких других эмоций не проявил. Я решил тоже прогуляться туда, раз имею право.

Захлопнул дверь машины, которая меня закрывала, и пошел к входу. Охранник так же вежливо поздоровался со мной, и я в долгу не остался. Ни кобура, ни подсумки с запасными магазинами его не удивили. Видать разглядел, что я на орденской машине приехал, а может быть ему все равно, для мебели поставлен. Другие два КПП, которые на служебную территорию ведут и на территорию "Частных Владений", посерьезней будут. Там даже огневые точки имеются с пулеметами, хоть и видно, что служба для проформы несется. Кому тут нападать? Разве что приезжего заблудившегося в нужном направлении вежливо перенаправить.

А для приезжающих и уезжающих через "ворота" настоящий контроль совсем в другом месте. Стойки регистрации, как в тех же аэропортах. Пожилая пара с багажной тележкой подошла к двум вежливым блондинкам в форме иммиграционной службы ордена, такой, какую раньше Светлана с Катей носили, протянули им карточки. Те просто забрали их себе, прокатали в каком-то аппарате и сбросили в щель в стойке. Вот как все просто. Пришли сюда – получили временные Ай Ди, вышли – отдали. А там дальше что? А дальше, судя по всему, сами "ворота". Перед ними маленький зал ожидания, в нем бар и обменный пункт. Тоже полезно. Так и есть, женщина пошла в бар, а мужчина направился к обменнику. Сейчас обменяет экю на свои доллары или евро, и домой, в цивилизацию. Кредитки здесь все же не работают, оперируем наличными.

Ко мне сзади подошли, я обернулся. Молодая женщина, полоска капрала на петлицах и рукаве, "беретта кугуар" в кобуре. Понятно, заинтересовались моим бездельным видом. Минимальная бдительность здесь все же имеется.

– Простите, сэр, я могу вам помочь?

Глаза смотрят спокойно, но внимательно.

– Я из Отдела Специальных Проектов.

Она сняла с пояса портативный сканер, включила его. Я разглядел на широкой рукоятке прибора несколько светодиодов с надписями возле них: "Допуск А", "Допуск В", "Допуск С" и так далее до "F" и красной лампочки с надписью "Alarm".

– Могу я просканировать ваш Ай Ди, сэр?

Я молча достал из кармана кордуровый нервущийся и непромокаемый бумажник, извлек из него Ай Ди, протянул женщине. Подумал, что если загорится "Alarm", то стрелять в нее не буду, молодая все же, симпатичная. Просто отберу оружие, а вот во дворе лучше мне на дороге не попадаться будет, ухлопаю каждого, кто попытается остановить.

Женщина провела сканером над штрих-кодом карты. Пиликнуло, засветился зеленый диод у надписи "Допуск В". Понятно, все работает. А с "Допуском А", наверное, можно и на территорию "Частных Владений" топать, как к себе домой. Я увидел, как женщина даже немного подтянулась, как будто собираясь встать по стойке "смирно". Вернула мне карточку, сказала:

– Благодарю вас, сэр. Простите за беспокойство. Могу чем-то помочь?

Теперь она действительно собиралась помочь, а не просто вежливо интересовалась, какого черта я тут делаю.

– Нет, все в порядке. – было отказался я, но спохватился: – Экскурсию мне небольшую не устроите? Я с материка перевелся всего пару дней назад, осматриваюсь.

– С удовольствием, сэр. Куда сначала?

– Десятые и одиннадцатые ворота хочу посмотреть.

– Вас уже просветили? Пройдемте, это здесь, в соседнем зале. Вам хорошо, с допуском "В" можете в любое время в них проходить. Раз – и вы в Лондоне. А я только раз в год, если в отпуск.

– Откуда вы?

– Из Лондона! Представляете, каково мне? Сидеть в одном шаге от Оксфорд-стрит, и не иметь возможности даже пройти туда. Вы хотите?

Я, было, собрался сказать "Хочу, конечно!", но потом подумал вот о чем: я попал в этот мир девятнадцатого числа пятого месяца, а сейчас уже тринадцатое десятого. Значит, прошло аж сто девяносто четыре дня. Так, хорошо. А из Москвы я отбыл в разгар лета, прошло чуть более полугода по тамошнему летоисчислению, значит что? Именно, на той стороне, в Лондоне, зима в разгаре. И как я туда пойду в майке, кедах и с пистолетом на поясе?

– Нет, спасибо. Кстати, а как быть с оружием, если туда идешь?

– Камера хранения перед "воротами", можете сдать все, что хотите.

– Спасибо. Ладно, показывайте.

Территория Ордена, остров Нью Хэвен. 22 год, 13 число 10 месяца, среда, 15.00.

Добрая девушка из иммиграционной службы, которую звали Лиз, показала мне все. И пассажирский терминал, и грузовой, где в большие ворота уходили рельсы узкоколеек и где из колышущихся зеркал выскакивали какие-то тележки-вагонетки с ящиками на них. Ящики с пивом, кстати, "Budweiser". И катят один за другим, не похоже, что на вес золота каждый проход через "ворота". Уж что-что, но пиво в случае вселенской дороговизны, по этому каналу бы не гнали.

Показала она мне и центр управления, и где находится дежурная бригада техников. И самое главное, показала, где складированы в ящиках новые, еще не собранные "ворота". Трое двусторонних грузовых, трое маленьких пешеходных и шесть "маяков". Насколько я понимаю, можно было поставить пешеходные, каким то образом приблизительно навести их на некую область на Земле, затем втолкнуть в них маяк и вторую часть ворот. Затем этот маяк надо было отвезти туда, где будет второй вход, и туда же тащить вторую "сторону", после чего – канал готов. А затем спокойно проталкивать в уже существующий канал остальные маяки и "вторые стороны", а здесь устанавливать "первые стороны" как уже тебе удобно. Все. И не такие уж они большие, несколько ящиков на каждые, включая управляющий компьютер с уже установленной программой. А сама "рама" – обычное сварное железо, можно любому сварщику заказать за бутылку водки. Вот так. Это мне гостеприимная Лиз поведала, как невероятно важной, внушающей страх персоне из разведки. Знала бы она, что это за разведка… И что это за персона.

И территория у грузового терминала большая такая, хорошая. Двор просторнейший, хоть стадион устраивай здесь. Да и не один тут уместится, хорошо. А Хоффман не соврал, описывая место, все как на нарисованных им схемах.

Я попрощался с гостеприимной Лиз, вышел на площадь, сел в "сто десятый". Завел дизель, задумался. Обе РЛС мне видны прямо отсюда, они слева от КПП и метров на сто выше. На самой высокой точке. Есть еще пара высот в окрестностях, которые возвышаются над уровнем поверхности площади, но все равно ниже, чем вращающиеся решетчатые антенны. Это понятно, а то у радара были бы слепые зоны. По карте получается, да и на местности вроде бы тоже, что можно устроиться на вершине смежного хребта буквально в двухстах метрах от камуфляжно-пятнистых кунгов, но что там с другой стороны? Не придется ли потом драпать по ближнему сюда склону под обстрелом от КПП?

Я еще раз взглянул на карту. Дорога вроде бы огибала эту возвышенность в нужном мне направлении, можно будет осмотреть, неторопливо проезжая, а если найдется место поставить машину, то можно и рекогносцировку устроить.

Место нашлось. У дороги была достаточно широкая обочина в этом месте, встать удалось легко, прямо у обратного склона хребта. По этому склону, совсем не крутому, собственно говоря, и пролегала дорога. Со стороны оживленной площади меня не было видно, так что я спокойно остановил машину, заглушил мотор и вышел. Мало ли куда я собрался? Может быть, мне в кустики припекло. Я спустился в неглубокий кювет, затем начал подниматься по склону. По дороге проехала машина с четырьмя пассажирами, но в мою сторону никто головы не повернул. Приятно разведывать огневые позиции в местах, где люди привыкли к абсолютной безопасности.

Я подъемов уже с давних пор не любил. И не из-за того, что мне горы надоели, а из-за ранения колена. Хоть оно и восстановилось у меня, но если долго подниматься вверх, проблемы все же начинались. Сначала появлялась легкая боль. Совсем не сильная. Затем начинал щелкать сустав, после чего, вскорости, приходила боль сильная, я начинал хромать. На равнине такого не наблюдалось, я мог идти сутками, почти не уставая, но горы… горы уже были не для меня.

Подняться пришлось метров на двести. Щелчки в суставе еще не начались, но небольшая боль уже проявилась. Я аккуратно присел за изогнутым стволом дерева, выросшего на самой вершине хребта, огляделся. Неплохая позиция. Обе антенны видны впереди и чуть выше, в нашу сторону выходят двери кунгов. Это хорошо, если начнется паника, то можно будет и внутрь закинуть выстрел из "Шмеля", тогда точно хана всей аппаратуре. Вокруг площадки ходит часовой, периодически скрываясь за изломом поверхности. Надо будет его снимать первым, а потом уже вести огонь по антеннам. Что еще отсюда видно? КПП. А на КПП стоят пулеметы, а возле КПП – три "Хамви", два из которых с крупнокалиберными пулеметами, а один – с автоматическим гранатометом. Если сдвинуться по этому же хребту дальше метров на двести, то можно будет к КПП приблизиться, на те же двести-двести пятьдесят. Что получается? Две группы, в одной двое со "Шмелями" и снайпер с бесшумной винтовкой, в другой – два снайпера и один с тяжелым вооружением. И еще надо будет найти большой грузовик. Но это не проблема, я такие на аэродроме видел.

Все же решил пройтись вдоль хребта, проверить вторую огневую. Спустился на обратный склон и не спеша пошел к намеченному месту. И оказывается – не зря. С этой точки прекрасно просматривалось несколько сот метров подъездной дороги к воротам со стороны служебной территории, и не меньше – с территории "Частные Владения". Как раз, откуда могут пойти подкрепления в сторону аэродрома. А вот это уже удобно. Там дорога откосами зажата, карабкается вверх. Если посадить гранатометчика с РПГ-29 "Вампир", который с сошками и стреляет на пятьсот метров мощной высокоскоростной гранатой, то можно еще на подходе к "бутылочному" горлу такую свалку организовать, что потом бульдозерами не разгребешь. Как раз снайперская пара, можно даже с СВД, дальность как раз для них, пулеметчик и мощный гранатомет. Все, как и планировал, но чуть лучше. Эта тройка тут таких дел наворочать сможет, только держись. А после уничтожения радиолокационного поста можно еще одного гранатометчика отсюда перебросить, а второй и снайпер будут подходы к позиции с тыла контролировать. Прекрасно. Чуть-чуть можно продержаться. А если, скажем, еще и с ПТУР…

Вообще, именно наличие ПТУР отличает засады "партизанские" от засад "диверсантских", то есть, устроеных регулярными воинскими подразделениями. И эффективность таких засад вырастает даже не в разы, а на порядки. Вот и мы попытаемся использовать все, что только сможем получить.

Я не торопясь спустился к дороге, к стоящей машине. Из проехавшего мимо меня такого же "сто десятого" с орденскими гербами на дверях по мне мазнули незаинтересованным взглядом двое в штатском. Точно, решили, что отлить в кусты бегал. Я снова сел в вездеход, завел его. Куда теперь? Место для засады. Например, все что нужно, на вершине сделали, начинаем отступать к аэродрому. Если даже ворота у КПП заблокировали, то их уже освободили, и рвутся на выручку подвергшемуся атаке объекту. Нужен еще один рубеж обороны, расположенный там, где противник не ожидает, а значит, достаточно далеко и от КПП, и от аэродрома. Там устраивается минное заграждение и засада. Наносится мощный удар по противнику, вызывается беспорядок в его порядках, простите за тавтологию, тот переходит к обороне. Засада быстро сворачивается и отступает на следующий рубеж обороны. Все логично, только вот место найти надо.

Я пропустил проехавший мимо золотистый "джип либерти", после чего съехал с обочины и покатил по извилистой дороге. В основном, справа был подъем, а слева – спуск, но в отдельных местах дорога оказывалась зажатой двумя склонами. Как раз такое место я и собирался проверить. Точнее даже не одно, а два места. В первом меня привлекли густые кусты, примыкавшие прямо к дороге, прекрасное место для организации минной засады. Если все правильно рассчитать, дать колонне втянуться в дефиле… Можно много дел наворочать. Будем думать. Другое дело, что первоначально у нас не такой уж великий запас инженерки будет. Если только успеть воспользоваться тем, что Владимирский доставит…

Еще в этом месте меня привлекли весьма крутые склоны с обеих сторон дороги. Противнику придется держать оборону исключительно за машинами, на склоны даже не заберешься. Не обрыв, но очень крутые, и трава здесь скользкая. А если еще в кусты вокруг растяжек напихать, то точно не полезут, под обстрелом то. Однако, были и два минуса. Оказался сектор обстрела весьма ограниченным. Фактически, полноценный огонь придется вести только с фронта, а МОНки приводить в действие радиовзрывателем, что тоже совсем не идеально. Установщик помех – усройство распространенное. Тянуть же провод очень далеко, не получится. А если все же загонишь людей на хребты с флангов, то им потом очень долго отходить придется до точки эвакуации. Буквально альпинизмом заниматься. Тоже не хорошо, задерживаться там нельзя.

Второе место порадовало удобными секторами обстрела, хорошими маршрутами отхода, местом для эвакуационного транспорта, но зато кустарник у самой дороги был редкий, в основном росли деревья, и склоны были пологими. Мины спрятать намного сложнее, но еще возможно. А вот противник сможет быстро рассредоточиться по окрестностям и в случае, если у них будет толковых командир, могут и бой засаде навязать, и этим боем связать, не давая отойти. Единственный способ хоть немного обезопаситься – нашпиговать пространство возле обочин минами и растяжками, чтобы не рискнули солдаты противника преодолевать это все броском. Что выбрать? Пока не знаю. Буду думать, Джо завтра прилетит, с ним посовещаюсь.

Колено уже разболелось всерьез, наползался по горам. И осколок то был тогда ничтожный, меньше ногтя мизинца, а как неудачно попал. Три года я хромал после того ранения. И сейчас оно мешает так, что дальше некуда. И на холоде всегда колено болит теперь, в Москве зимой даже специальное шерстяное кольцо на него надевал под штанину. Здесь хотя бы зимы не бывает, слава тебе Господи.

Сел в "Лэндровер", передохнул, вытянув левую ногу. Вроде бы отпустило, и то хорошо. Снова поглазел на карту. На очереди у нас подступы к аэродрому, которые надо рассмотреть с двух точек зрения. Сначала найти снайперские позиции для возможности обстрела самого аэродрома, точнее – мест стоянки самолетов, а потом задача меняется на противоположную. Надо будет найти позиции для обороны самого аэродрома, если противник прорвется через все засады, а дело еще сделано не будет. Оборонять аэродром я думал минами и подвижными группами, снайперскими парами, гранатометными и пулеметными расчетами, кочующими и меняющими позиции постоянно. Именно так можно втянуть заведомо сильнейшего противника в бой на дальней дистанции, не давать ему взять на прицел само летное поле. Этого допустить никак нельзя, никак.

Территория Ордена, остров Нью Хэвен. 22 год, 13 число 10 месяца, среда, 22.00.

Я сидел в горячей джакузи, подставив левое колено прямо под струю гидромассажа, и попивая ледяную "Корону" с ломтиком лайма, воткнутым в горлышко бутылки. Добьет меня этот горный туризм когда то, не приспособлен я к нему более. Унесла все мои способности к скалолазанию маленькая, с коробку сапожного крема, пластиковая мина, даже не под моей ногой разорвавшаяся.

По крайней мере, позиции выбрать удалось, рельеф здесь способствует. Единственная сложность – последнюю линию обороны аэродрома слишком далеко придется отодвигать от самого объекта обороны, и к тому же растягивать. К этому месту еще несколько проселков подходит и есть открытые пространства между холмами, где техника и без дороги может проехать. А если дальше оборону отодвигать, то отход может оказаться затрудненным. Мы еще уматывать будем, а противник на высоты выйдет, да и даст по нам с тыла. Думать, думать, думать. Лучше бы не допустить боя на этой позиции, потерь тогда не миновать.

Несмотря на то, что вода бурлила и где-то внизу, под пальмовыми досками террасы, гудела электропомпа, я услышал приближающиеся шаги. Две пары ног шли по окружающей дом дощатой веранде. Я подтянул поближе брошенный на пол халат, под которым лежала "Гюрза" без кобуры. Остров здесь безопасный, но уж никак не для меня, нелегально проникшего и собирающегося эту самую безопасность разрушить. Лучше быть настороже и далеко от себя оружие не отпускать. Я даже по дому ходил с кобурой на поясе, чтобы быть готовым в любую секунду оказать сопротивление, если кто-то вышибет дверь или, что более вероятно, окна, и ворвется внутрь. Еще пока стекла будут сыпаться, я успею выхватить оружие и открыть огонь.

Но пистолет не потребовался. Из-за угла дома появились Светлана и Катя. Катя несла в руках большой пакет из упаковочной бумаги. Я убрал руки от халата, вздохнул.

– Дорогие, я здесь как бы ванну принимаю. Не одет я. Могли бы предупредить о своем появлении или постучаться, на худой конец. Как примерные девочки.

– Ладно, чего я там не видела? – сказала Светлана. – Застенчивый какой.

– Я не видела! – подняла руку Катя.

– А тебе и не надо, ты на меня смотри. – засмеялась Светлана, затем обратилась ко мне. – Уверены, что ты даже не ел сегодня. Китайскую еду будешь?

– Буду.

– Не злись, наружная дверь закрыта, как бы мы еще внутрь попали?

– С этой стороны открыта, заходите в дом. – махнул рукой я.

Они зашли в дом, а я подтянул к себе полотенце. Хорошо, что они дали минут тридцать спокойно посидеть, колено вроде бы угомонилось. Стараясь не слишком опираться на левую ногу, я выбрался из джакузи, вытерся, набросил халат, а на халат сверху, через плечо – пояс с кобурой. Открыл дверь с террасы в гостиную, вошел внутрь. Вечера уже стали прохладней, чувствовалось приближение сезона дождей, и кондиционер я не включал. Дом был полон застоявшихся ароматов цветов, которые росли в горшках и длинных низких вазонах вдоль окон. Светлана рассматривала лежащую на кофейном столике "Грозу" с оптикой и глушителем, Катя возилась с тарелками за барной стойкой, на кухне.

– Серьезно подготовился. Ты же вроде бы не собираешься здесь никого отстреливать сегодня?

– Кто знает, как дело повернется. – неопределенно ответил я. – Сама понимаешь, как может быть. Сначала ничего, ничего, а потом как подопрет кого-то пристрелить…

– Маньяк. – хихикнула она, а затем спросила: – Когда твоя девушка прилетает? Сеньорита Гомез, если я не ошибаюсь?

– Да, сейчас Гомез. Завтра прилетает.

– Одна?

– Нет. Еще трое с ней. Первая группа.