- Вряд ли. - Военный быстро поправляется: - Капитан Максимов значится пока как пропавший без вести... Дети у него есть?

- Двое.

- Вы пришли, и я вам сказал, но детям его я бы советовал пока ничего не говорить... Да и жене не надо.

- Жены у него нет... Невеста.

- Невесте я бы несколько дней подождал говорить тоже.

- Значит, без вести?

Нянька поднимает на военного свое старое умное лицо и не то про себя говорит, не то спрашивает:

- Война?..

Военный, вставая, смотрит ей в глаза и, кивнув головой, твердо отвечает:

- Война!

* * *

Сидя за столом, заваленным ворохом бумаги, лент и лоскутков, Женя Максимова шьет маскарадное платье. Рядом в кресле сидит Саша, ноги его укутаны одеялом. Перед Сашей стоит растерянный Вовка.

- Ты подумай, она была в крепости и не хочет сказать нам ни слова! - с досадой говорит Вовка, показывая на Женю.

- Я была у коменданта как гость, а не как ваш разведчик! Понятно?

- Понятно, понятно, - сердито отвечает Саша и поворачивается к Вовке: А что же твоя агентура?

- Моя агентура - просто дура! Я ее спрашиваю: "Что видела?" - "Собаку". - "Еще что?" - "У ней на лапах когти". - "Ну ладно, а еще, кроме собаки?" "Мальчишек видела. На них собака не смотрит, а на меня глаза уставила и зубами ворочает". Вот и поди с такой агентурой поработай!

- Лыжи, палки, рогожи, крюки готовы?

- Все готово. Сегодня к ночи от крепости останется один пепел!

- Я буду смотреть через окно. И, если вы, трусы, опять отступите, я сам на улицу выскочу!

- Кто отступит? Мы? - Вовка протягивает Саше руку: - Считай, что крепость уже разрушена! Остались обломки... угли, дым, пепел. Вороны летают. Бродят собаки, волки... и жрут трупы...

Вовка важно уходит.

- Ой, и до чего же хвастун этот Вовка! - почти восхищенно говорит Женя.

- Женя, когда от папы последняя была телеграмма? - спрашивает Саша.

- Давно: две недели, - отвечает Женя, доставая из кармана телеграмму, и повторяет давно заученный наизусть текст: - "Ленинград, Красноармейская, 119, Максимовым. Пишите чаще, как здоров Саша. Целую. Папа".

- Пишите чаще, а сам ничего не пишет... Женя, Вовка не смог. Узнай ты, чье это окно.

- Ну как его узнаешь? Таких окон сто. А ход в тот дом с другой улицы... Ну, какая у окна примета?

- Там сидят мои голуби. Там живет такая девчонка. Она как звезда... Красавица.

- Голубь - примета летучая. Он то здесь, то там сядет. А красавиц в нашем квартале ни одной нету, - пожимает плечами Женя и, увидев вошедшую Нину, радостно кричит: - Нина, шей скорее мне платье! Скоро елка, и у всех все уже готово.

- Нина, ты моего папу любишь? - спрашивает Саша.

- Да. Очень! - просто и прямо отвечает Нина.

- Тогда найди ту девочку. Она видала письмо. Оно про папу...

- Сашенька, у тебя была температура, жар. Тебе, может быть, просто показалось?

- Нет! Это мне потом показалось... А сначала мне ничего не показалось...

- Не кричи. Смотри, какой горячий... - говорит, входя в комнату, нянька. - Дед твой был солдатом. Отец - капитан. А ты... ты, наверное, будешь генералом.

Нина внимательно вглядывается в Сашино лицо:

- Саша, у тебя глаза блестят, лицо горит. У тебя опять температура.

Пристально смотрит за окно Саша.

* * *

Вечером, в сумерках, за сараями торопливо собирается "Дикая дивизия". В воротах домов толпятся болельщики и любопытные. В одних воротах стоит Женя Александрова, в" других - Женя Максимова.

В руках у мальчишек крюки, палки, веревки. На снегу лыжи. Большинство мальчишек укутано в самодельные маскировочные халаты из простыней, наволочек и передников. У некоторых на голове белые тюрбаны из полотенец. Особо великолепен Вовка. Куском материи у него закрыты грудь и живот, спина черная. В руке труба. В другой руке флаг с замысловатой эмблемой: разинув пасть, стоит на задних лапах полосатый тигр. Другой флаг развевается над башней крепости. На нем простая звезда с лучами - это эмблема Тимура и его команды.

Над часами на снежной башне опускается железная решетка. Из стены сбоку выдвигаются деревянные, покрытые льдом ворота и наглухо закрывают вход в крепость. Через одну из бойниц пристально смотрит Тимур. Рядом с ним трубач, Коля Колокольчиков. У автопушки выстроился артиллерийский расчет. Весь гарнизон наготове стоит у стен. Все спокойны, но насторожены. В углу торчит какое-то сооружение, закутанное рогожей.

К крепости пробираются через кусты парка мальчишки "Дикой дивизии". Меж деревьев осторожно движется отряд лыжников. По пояс в снегу волокут мальчишки приставные лестницы.

Тимур повернулся, взмахнул рукой. Ребята из его команды сдергивают рогожу, под ней оказывается прожектор; он сделан из автомобильной фары. Ребята крутят колесо, и на стекло падает проволочная сетка. Прожектор поднимается над стенами. Вот блеснул яркий луч. И мальчишки, пробирающиеся через парк, падают в снег.

- Разведчик! Что же ты не узнал, что у них есть прожектор... - сердито шепчет Юрка Вовке и командует остальным: - Лежите, не шевелитесь! А ты, Вовка, беги назад, ползи, как кошка. Скажи штурмовикам и лыжному отряду, чтобы они незаметно перестроились и заходили с тылу.

Мальчишки волокут салазки. Тащат через сугробы лестницы.

Луч прожектора приближается. И снова все падают в снег. Но внезапно из репродуктора, висящего в парке, раздается голос диктора:

"Внимание! Объявляется воздушная тревога! Немедленно тушите свет и затемняйте окна!"

Луч прожектора гаснет. В темноте слышен обрадованный голос Юрки:

- Потух! Вовка, передай штурмовикам и лыжникам, чтобы шли своим прежним направлением.

- Они больше не послушают. Они ругаться будут.

Ревут гудки и сирены. В столовой у Максимовых Нина, выключив свет, торопливо опускает маскировочные шторы на окнах. В соседней комнате Саша бросается к окну и смотрит на стену дома напротив. Там быстро, целыми секциями, гаснут огни. Остается освещенным только одно окно, - и это - то самое, которое так нужно Саше.

Саша вскакивает на подоконник и распахивает форточку.

Со двора доносятся крики:

- Тушите свет!

- Чья квартира?

- Это двадцать четвертая.

А в это время в квартире у Александровых Ольга с намыленной головой стоит в ванной комнате. Затрещал телефон, почти одновременно раздался оглушительный звонок в дверь. Ольга вылетает из ванной и бросается к выключателю.

Свет тухнет. Саша спрыгивает с подоконника и выбегает, бормоча:

- Двадцать четвертая... двадцать четвертая...

Хлопнула входная дверь.

- Кто там? - тревожно спрашивает Нина и включает свет: шторы ведь уже опущены.

Никто не отвечает. В передней пусто. Нина бросается в комнату Саши. Саши там нет. Нина выскакивает на лестничную площадку и в страхе кричит:

- Саша! Саша!

* * *

Голос диктора объявляет отбой пробной воздушной тревоги. Дают отбой гудки и сирены.

Из крепости доносится голос Тимура:

- Огонь! Прожектор!

В панике пятится попавший под луч прожектора Вовка. Штурмовики, которые тащат крюки и лестницы, в замешательстве останавливаются. Луч прожектора медленно шарит по парку и вдруг освещает на тропинке меж сугробов Сашу, взлохмаченного, без шапки и без пальто. Саша делает несколько шагов, но свет слепит его, и Саша, пошатнувшись, хватается за куст.

- Что за герой? - недоумевает Коля Колокольчиков. - Он идет прямо на батарею.

- Он не герой, он болен, - говорит Тимур.

- Командир с нами! - кричит в кустах Вовка. - Ура! В атаку! - И он трубит наступление.

Коля Колокольчиков в крепости трубит сигнал к бою.

- Не надо! - кричит Тимур и вырывает у Коли трубу.

Коля выхватывает из-за пояса пистолет и пускает ракету. Раздаются крики: "Ур-ра-а-а!!!" Из жерл орудий выбрасывается черный дым. Снежки вылетают из автопушки. Полоса снарядов бьет по одному из отрядов наступающих. Ослепленный прожектором и осыпаемый снарядами, отряд разбегается.

На тропке появляется Нина в легком платьице. Она в центре огня.

- Стойте! Стойте! - кричит Нина.

На тропу выскакивает Женя Максимова и сталкивается в упор с появившейся с другой стороны Женей Александровой.

- Труби отбой! Белый флаг наверх! - кричит Тимур.

- Какой отбой? - злобно восклицает Коля. - Смотри, они отступают!

- Вперед!.. Вперед, трусы!!! - кричит Саша отступающим мальчишкам.

Бросается к крепости, но оступился, зашатался и падает в сугроб.

Тимур вырывает трубу у Коли:

- Я комендант! Даю отбой! Прожектор на флаг!!! Белый флаг наверх! - Он трубит отбой.

В кустах Вовка, поднимая голову, говорит Юре:

- Смотри, кажется, наша взяла... Они сдаются!

Над крепостью поднимается белый флаг. Луч прожектора ползет за флагом.

- Ура! Наша взяла! Вперед! Смелее! - орет Вовка.

Со всех сторон мчатся ребята из "Дикой дивизии" на умолкнувшую крепость. Ворота крепости медленно раздвигаются. Выходит Тимур и бежит к Саше.

Нина хватает Сашу и прижимает его к себе. Женя Максимова рвет крючки, пытаясь снять шубку, но, прежде чем она успела это сделать, Женя Александрова набрасывает свою шубку на плечи Саше. При этом она говорит Жене Максимовой:

- Оставь! У тебя кофта, у меня свитер... Теперь моя очередь - пальто не в очередь!..

Ворвавшись под командой Вовки, "Дикая дивизия" громит крепость. Поленом ударяют по замку автопушки. Падает прожектор.

Коля Колокольчиков в отчаянии показывает Тимуру на крепость:

- Скажи, зачем? Что... Что ты наделал!

Он швыряет в снег трубу, ухватился за ствол дерева, плечи его вздрагивают. Он плачет.

Саша открывает глаза:

- Крепость взяли?

- Есть, командир! Взяли! - подскакивает Вовка. - Остаются угли... дым... пепел...

* * *

Утро. На разрушенных зубьях крепости сидит ворона. Над башней торчит обломок древка от флага. Внутри крепости все разворочено и засыпано золой. Валяются замок автопушки, сломанный прожектор, разбитый перископ.

Ворота крепости сорваны и прислонены к стене. На воротах - простая тимуровская звезда с лучами. Задумчиво стоит перед ней Тимур.