– В кармане у мертвяка было. – "Мамлей" в это время подбирался к стоящему на подоконнике электрическому чайнику.

– Ешкин кот! – Дежурный заглянул в удостоверение. – Твою мать!

В отличие от "мамлея", который служил только первый год, дежурный прекрасно знал, кто такой Сумин.

– Ты чего, Макарыч? – Участковый уже грел озябшие руки на кружке с горячим чаем.

– Вот ведь жизнь человеческая... – Майор сокрушенно покачал головой. – Мужик всю свою жизнь отбатрачил, только на пенсию вышел – и вот... Умер...

– А кем он был? – Участковый осторожно отхлебнул глоток из кружки.

– Начальник областного розыска... Да и вообще, просто мужик классный. Я с ним работал... – Дежурный еще раз покачал головой, потом вдруг озаботился: – Надо бы в область сообщить. Такие люди не каждый день умирают. Надо, чтобы все как положено сделали – ну там венки, салют, гражданская панихида...

Участковый в ответ только пожал плечами. Ему было совершенно без разницы – лично умершего он не знал, а о смерти еще не задумывался в силу собственной молодости. Сейчас он просто хотел домой, в тепло... Поесть горячего, а если мама разрешит, то и водки немного выпить, согреться... И выспаться...

– Федорыч?.. – Дежурный уже разговаривал по телефону с начальником дежурной смены УВД области. – Это Митрохин... Из Аэропортовского... Здорово... Тут вот какое дело – Сумина помнишь? Ну да, Федора Михайловича. Так вот, умер он сегодня... Ну да... В морге... Надо бы там подсуетиться, начальству доложить... Человек заслуженный... Ну, чтобы там все как положено сделали, сам знаешь... Да, у меня материал собран... Без признаков... Да уж, все там будем... Рано или поздно...

5

К вечеру погода опять испортилась. Задул холодный ветер, полил дождь, серый и нудный, прогнав последних прохожих с улиц под крышу. Время от времени по пустынным центральным улицам пролетал какой-нибудь запоздалый "Мерседес", далеко разбрызгивая колесами дождевую воду, торопясь развести по домам последних пассажиров. Город готовился отойти ко сну.

Из здания УВД области не спеша вышел мужчина в плаще и низко надвинутой на глаза шляпе. Остановился на крыльце, осмотрелся по сторонам, закурил... Потом, подняв воротник плаща и втянув голову в плечи, быстро пересек улицу и нырнул во дворы.

За одной из пятиэтажек его уже ждали – большой черный джип с потушенными огнями тихо урчал двигателем. Мужчина еще раз оглянулся и быстро нырнул в гостеприимно распахнувшуюся заднюю дверцу. Устроившись на широком сиденье, рядом с Зубцовым, снял шляпу и стряхнул с нее капли дождевой воды себе под ноги.

– Ну, что там у нас, Петрович?.. – поинтересовался Зуб, нетерпеливо ерзая на месте. – Зачем звал? Почему вдруг такая срочность?

– Да так... – Покатилов пожал плечами и блудливо отвел глаза в сторону. – Вроде есть кое-какие наметки...

– Ну, говори! Не тяни резину!

Заместитель начальника областного розыска помялся и, все так же глядя в сторону, спросил:

– Тут это, Вячеслав Никитич... Разговор о деньгах остается в силе?

– Слышь, Петрович, ты за кого меня держишь?! – не на шутку обиделся "авторитет". – Я когда-то за базар не отвечал?! Или, может, ты знаешь, кого я кинул?! Я сказал – значит, так тому и быть!

– Тогда вот что... – В голосе Покатилова слышалось явное облегчение. – Сумин нашелся...

– Где?! Где он?!

– В морге.

– Это че, шутка такая?! – набычился "авторитет". – Ты че, блин, Петросян в натуре?! Или этот, блин, как его?.. Ну, губернатор алтайский, тоже клоун?..

– Я говорю вполне серьезно. – Покатилова не испугало недовольство "авторитета". – Сумин в морге. Умер он. Нашли на улице прохожие, позвонили в милицию...

– Так... – Зуб на какую-то долю секунды задумался. – Что у него при себе было?

– Водительские права, пенсионное удостоверение.

– Бля! – "Авторитет" хлопнул ладонью по подушке сиденья. – Мне насрать на это! Сотовый у него при себе был? Диск там какой-нибудь?

– Материал надо смотреть... – развел руками Покатилов. – Там уже ответственный от руководства занимается, отзванивается, готовит похороны. Мне как-то влезать было не совсем удобно.

– А где этот... материал?

– В Аэропортовском...

– Посмотреть сможешь?

– Запросто! – уверенно ответил Покатилов. – Я все же с покойным работал...

– Тогда хера ли мозги еб...ть?! Поехали! – "Авторитет" хлопнул по плечу до сих пор неподвижно сидевшего водителя.

Через пару секунд джип лихо вывернул на ярко освещенный разноцветными неоновыми огнями проспект Красных Партизан и, постепенно набирая скорость, помчался в сторону окраины.

6

Буквально через час люди Зуба были направлены на выполнение конкретных задач.

Первый визит был нанесен Лозовым.

– Просыпайся! – Серегу за плечо трясла жена. – Там какие-то мужики тебя спрашивают!

– Что за мужики? – недовольно заворочал Серега лохматой головой.

– Выйди сам и спроси! – огрызнулась жена. Потом все же сменила гнев на милость и добавила: – Говорят, чьи-то там родственники.

– Какие еще родственники? – бурчал себе под нос Серега, натягивая китайские "треники".

Почесывая голую грудь, подошел к двери, поинтересовался хриплым со сна голосом:

– Кто там?

– Извините! – откликнулся из-за двери мужчина. – Мы родственники того человека, чей труп вы нашли сегодня.

– Ну и что с того?

– Могли бы мы с вами переговорить? Ну, о том, как умер наш отец...

– А откуда вы узнали мой адрес? – все еще не принял решения Серега.

– Так в милиции сказали! – простодушно откликнулся разговорчивый незнакомец. – Нам сообщили, что и как...

– Ладно! – бросил Лозовой и широко распахнул дверь. Да-а... Если эти двое и были сыновьями покойного, то, скорее всего, приемными. Серега прекрасно запомнил, что мертвый был невысок ростом, полноват и лысоват. Эти же двое были высокорослы и крепки как дубы. Широкие плечи, трапециевидные шеи в низких вырезах одинаковых шерстяных кофт, мощные запястья, украшенные цепочками-браслетками. И холодные, совершенно равнодушные глаза.

От этих двоих веяло опасностью, да настолько явственно, что Серега сразу же попытался отступить, укрыться за дверью своей квартиры. Но ему не позволили этого сделать – один из визитеров, тот, что стоял поближе, ловко ухватил Лозового за плечо и легко, как редиску из грядки, выдернул его на площадку.

– Сейчас, мы тут быстренько переговорим о наших делах, и он вернется! – Второй в это время успокаивал жену Сереги, которая попыталась выйти вслед за мужем. – Вы не ждите, спать ложитесь...

И, не обращая внимания на робкие попытки женщины протестовать, буквально затолкал ее в прихожую, плотно прикрыл дверь. Потом повернулся к Сереге:

– Вы извините за беспокойство, но мы хотели бы знать – это ведь вы нашли труп нашего отца?

Несмотря на все старание, в голосе говорившего не слышалось скорби, да и глаза смотрели жестко и цепко.

– Ну, я... – Причин для того, чтобы отрицать уж совсем очевидное, Серега не видел.

– Вы не подскажете, рядом с трупом ничего не было? Ну, может быть, какая-нибудь папочка... Коробочка с лазерным диском... Или сотовый телефон...

Прежде чем сказать: "Нет", Серега замешкался. Самую малость, но замешкался. И глаза отвел в сторону. Спрашивавшему этого вполне хватило. На губах его заиграла легкая улыбка, но глаза при этом оставались совершенно холодными и бесстрастными.

– Надо вернуть... – вроде бы дружелюбно, увещевающе проговорил он.

"Может, и правда вернуть?.." – подумал Лозовой. Но после того, как он один раз сказал: "Нет", ему не оставалось ничего другого, как продолжать стоять на своем.

– Нечего мне возвращать... – угрюмо пробормотал Серега, по-прежнему глядя в сторону.

– Зря ты так, мужик... – негромко бросил говоривший и легонечко кивнул своему до сих пор молчавшему напарнику.

Лозовой не уловил молниеносного движения руки – просто почувствовал, как в правом подреберье что-то взорвалось. Нестерпимая боль швырнула его на колени, дыхание перехватило, лестничная площадка поплыла перед глазами... Он бы упал, если бы не твердая, как доска, ладонь, крепко вцепившаяся в его плечо.

– Надо вернуть... – немного нагнувшись к стоящему на коленях Сереге, повторил тот, что до этого вел "толковище". – Проще будет... И тебе, и нам...

Молчаливый отпустил Сереге крепкую затрещину и сказал первое слово:

– Ну!

– Я... отдам... – придушенно прохрипел Лозовой.

– Что отдашь?..

– Сотовый... В руке у мужика был...

– Давай! – быстро согласился разговорчивый. А его напарник одним коротким движением поставил Лозового на ноги, попутно тряхнув его так, что у Сереги зубы лязгнули.

– Прошу! – Разговорчивый уже широко распахнул дверь. – Где он?

– Здесь... – Серега, поддерживаемый мощной лапой молчаливого, вошел в прихожую. Жена, интуитивно почувствовавшая опасность, грозящую ее семейному благополучию, молча забилась в уголок и, прикрыв рот ладошкой, во все глаза наблюдала за происходящим.

– Вот... – Лозовой извлек из кармана висевшей на вешалке куртки сотовый и протянул его разговорчивому. Тот, небрежно сунув электронную игрушку в карман куртки, почти ласково похлопал Серегу по плечу:

– Вот сразу бы так! А то заладил – "не видел", "не знаю"... Баловник!

Развернувшись к Серегиной жене, склонил коротко остриженную голову в коротком полупоклоне:

– Вы уж извините, что так получилось! Но воровать с трупа – это вообще мародерство... И в боевых условиях мародеров, застигнутых на месте преступления, просто расстреливают... Так что ваш супруг еще очень легко отделался!

И, повернувшись к напарнику, коротко бросил:

– Все, уходим!

– А эти?.. – кивнул тот в Сторону опустившегося на подставку для обуви Лозового и его супруги.

– Они все равно не в курсе... – отмахнулся разговорчивый. – Пошли!

Громко топая башмаками, молодые люди покинули прихожую. Дверь за их спинами захлопнулась.

– Ну, чего уставилась?! – плаксиво крикнул Серега все еще молчавшей, смертельно перепуганной жене. Растирая горящий огнем бок, добавил, но очень негромко – а вдруг эта парочка ушла недалеко или вообще стоит под дверью и подслушивает: – Вот же суки...

7

Примерно в то же самое время еще одна группа молодых людей характерной бандитской внешности, неслышно ступая мягкими подошвами фирменных кроссовок, поднималась по лестнице подъезда.

Около одной из дверей, надежной с виду, металлической, остановились.

– Ну-ну... – Тот, который шел первым, попытался подцепить дверь ногтями. – Хорошо сделано... "Фомич" тут не пойдет... Давай Кузю!

Невысокий и болезненно худой мужичонка, до сих пор толкавшийся сзади, теперь вышел на первый план. Снял с плеча небольшую замызганную сумку, поставил ее на бетон площадки.

– Ну что, Кузя, справишься? – поинтересовался тот, что шел первым, – явно старший в этой компании.

– Да как два пальца!.. – ответил Кузя, немного шепелявя – у него не хватало многих зубов. – Не такое открывали!

Опустившись на колено, он открыл сумку, достал оттуда стеклянную бутылочку с притертой стеклянной же пробкой. Осторожно, можно сказать, ласково поставил ее на площадку. Снова нырнул в сумку и вытащил оттуда медицинский шприц. Осторожно сняв пробку с бутылочки, набрал немного жидкости в шприц. Встав на ноги, аккуратно надел на шприц иглу.

Приблизившись к двери, вставил кончик иглы в замочную скважину и нажал на поршень.

– Все, – сообщил столпившимся вокруг него качкам. – Ждем десять минут...

– А сработает? – усомнился старший. Склонившийся над своей сумкой Кузя поднял голову и наградил его уничтожающим взглядом.

– Отвечаю! – бросил он. – Я по этой теме пятерик отмотал! Так что не впервой!

– Ладно, успокойся! – Старший короткими, но энергичными жестами быстро разогнал всю команду по лестницам вверх и вниз, уводя с места, хорошо просматриваемого из "глазков" спящих квартир.

Через десять минут Кузя подошел к двери, извлек из кармана связку ключей, вставил один из них в замочную скважину и дважды повернул.

– Прошу! – Широко открывая дверь, домушник изобразил приглашающий жест.

– Ну, ты, блин, силен! – восхитился старший. – Спец, реально!

Быстро и бесшумно пришельцы один за другим ныряли в темный дверной проем. Последним шел старший. Кузя придержал его за рукав:

– Я свое дело сделал! Бабки гони!

– Что, вмазаться невтерпеж? – осклабился старший.