- Этого я не знаю,- ответил Вебард с долей былого величия.

- Не тяните резину, Вебард.

- Ну, ладно. Вилла Пассе-Темпе, Джуан Лес Пине.

- Я поверю в это, когда просмотрю вашу картотеку. Введите в компьютер нужный код.

Вебард тяжело засопел:

- Юная леди, слушайте, ставка здесь очень высока!

- Почему?

- Ну…- Вебард понизил голос и боязливо покосился на стены комнаты.- На станции все знают, что мистер Эрл и мистер Лайонел были… ну, скажем, не лучшими друзьями. Прошел слух - слух, имейте в виду,- что мистер Эрл нанял хорошо известного преступника, чтобы убить мистера Лайонела.

«Наверное, это Фосерингей»,- подумала Джин.

- Так что, сами видите, необходимо соблюдать крайнюю осторожность…- продолжал Вебард.

- Ладно, теперь давайте посмотрим картотеку,- рассмеялась Джин.

В конце концов Вебард набрал код доступа.

- Вы знаете, где что. Вытащите сами,- приказала Джин.

Вебард принялся угрюмо жать на клавиши.

- Вот,- сказал он.- Отель «Атлантида», помещение 3001. Французская Колония. Столица. Земля.

Джин запомнила адрес, затем нерешительно встала, соображая, какие еще задать вопросы. Вебард натянуто улыбнулся. Джин, игнорируя его, рассматривала свои ногти. В такие моменты она ощущала в себе несоответствие возрасту. Когда доходило до действия - борьбы, выставления на посмешище, подглядывания, разыгрывания какой-нибудь затеи, занятий любовью,- она чувствовала полную уверенность в себе. Но выбор варианта, решения, определение того, какой из них имеет шансы на успех, а какой лучше отбросить,- все это лишало ее уверенности. Как сейчас, Старый Вебард, жирный пузырь, сумел себя успокоить и теперь злорадствовал. Ну, пусть наслаждается собой… Она должна вернуться на Землю. Она должна увидеть Лайонела. Возможно, Фосерингея наняли убить его, а может, и нет. Возможно, Фосерингей знал, где его найти, а может быть, и нет. Вебард знал Фосерингея. Вероятно, он служил Эрлу посредником. Или, возможно, Вебард сам вел какую-то сложную игру. Сейчас стало ясно, что его интересы скорее связаны с Лайонелом, чем с Фосерингеем, потому что о свадьбе Эрла речи не было. Лайонел должен оставаться в живых. Если это значило перейти дорогу Фосерингею, тем хуже для него. Он бы мог побольше рассказать ей о «зоологической коллекции», прежде чем посылать к Эрлу… Конечно, сказала она себе, Фосерингей мог не знать о конкретном применении, которое нашел Эрл своим экспонатам.

- Ну? Допрос закончен? - спросил Вебард с кривой усмешкой.

- Когда следующий корабль на Землю?

- Грузовая баржа отправляется вечером.

- Прекрасно. Надеюсь, с пилотом мы поладим. Можете дать мне сейчас расчет.

- Расчет с вами? Вы работали только один день. Вы должны станции за дорогу, за форму, за еду…

- О, не берите в голову.- Джин развернулась и запустила себя в коридор. Пройдя в комнату, стала собирать свои вещи.

В дверь просунулась голова Блейскел.

- Вы здесь… -она фыркнула. -Мистер Эрл спрашивает вас. Он непременно хочет вас видеть.- Было заметно, что она этого не одобряет.

- Конечно,- сказала Джин.- Сейчас иду. Блейскел удалилась.

Джин толкнула себя вдоль коридора к грузовой палубе.

Пилот баржи помогал грузить какие-то пустые металлические канистры. При виде Джин, лицо его перекосилось.

- Снова вы?

- Я собираюсь обратно на Землю. Вы были правы. Мне это не подошло.

Пилот кисло кивнул:

- На сей раз - поедете в грузовом отсеке. Так будет лучше для нас обоих… Если вы разместитесь спереди, я ничего не гарантирую.

- Согласна,- кивнула Джин.

- Отправление через час.

8

Когда Джин добралась до отеля «Атлантида» в Столице, на ней были черное платье и черные туфли-лодочки. Она знала, что выглядела в них более взрослой и более утонченной. Она пересекла вестибюль, бросив по сторонам настороженный взгляд: нет ли детективов. Иногда они питали недобрые чувства к молодым девушкам, которых никто не сопровождает. Полицейских лучше избегать, держаться от них подальше. Обнаружив, что у нет нее ни отца, ни матери, ни опекуна, они могли передать ее в какое-нибудь безотрадное государственное учреждение. В некоторых случаях, чтобы сохранить независимость, приходилось идти на крайние меры.

Но детектив отеля «Атлантида» не обратил внимания на черноволосую девушку, спокойно пересекавшую вестибюль, да и вряд ли вообще заметил ее. Лифтеру показалось, что она немного нервничает, то ли от скрываемого возбуждения, то ли просто из-за нервного характера. Портье на тринадцатом этаже отметил, что она искала номер, следовательно, не знакома с отелем. Горничная видела, как она нажала кнопку звонка номера 3001, как открылась дверь, и девушка изумленно отшатнулась, затем медленно прошла в номер. «Странно»,-подумала горничная, но мысль эта занимала ее лишь несколько мгновений. Затем она принялась перезаряжать разбрызгиватели пены в общественных душевых, и событие напрочь забылось.

Номер оказался просторным, элегантным, дорогим. Окна открывались на Центральный сад и морисоновский Зал Справедливости. Мебель работы явно профессионального мастера - гармоничная, но лишенная своеобразия. Некоторые предметы намекали на присутствие женщины. Но никакой женщины Джин не видела. В комнате находились только она и Фосерингей.

На Фосерингее были приглушенных тонов фланелевый костюм и темный галстук - ничем неприметная личность. Среди десятка людей он бы затерялся.

На мгновение удивившись, он пригласил ее:

- Входите.

Джин стрельнула взглядом по комнате, ожидая увидеть жирное, смятое гравитацией тело. Но Лайонела не было, возможно, Фосерингей его ждал.

- Ну, что привело вас сюда? - спросил он.- Садитесь.

Джин погрузилась в кресло и закусила губу. Фосерингей осторожно ходил по комнате и поглядывал на нее. Она рылась у себя в памяти. Какой у нее есть законный повод, чтобы заявиться к Лайонелу? Возможно, Фосерингей догадался, что она встанет у него на пути… А где Хаммонд? В затылке что-то защипало. На нее смотрели сзади. Она быстро оглянулась.

В комнате кто-то старался держаться в тени. Но не слишком умело. Теплый успокаивающий поток понимания рассеял туман в мозгу Джин. Она улыбнулась, показав маленькие белые острые зубки. В комнате находилась толстая женщина, очень толстая, розовая, с дрожащей плотью.

- Чему вы улыбаетесь? - поинтересовался Фосерингей.

- Вам не интересно узнать, кто дал мне ваш адрес? - Она использовала его же технику беседы.

- Очевидно, Вебард. Джин кивнула:

- Леди ваша жена?

Подбородок Фосерингея чуть вздернулся:

- Вернемся к делу.

- Хорошо,- согласилась девушка. Оставалась вероятность, что она делает страшную ошибку, но рисковать было необходимо. Вопросы вскроют ее неуверенность, лишат козырей при торговле.- Сколько у вас есть денег? Сейчас. Наличными.

- Тысяч десять-двадцать. Джин изобразила разочарование.

- Недостаточно?

- Вы послали меня на дохлое дело. Фосерингей молча сел.

- Эрл мог бы увлечься мной, разве что откусив язык. Его вкусы по отношению к женщинам в точности как ваши.

Фосерингей не выказал раздражения:

- Но два года назад…

- Этому есть причина.- Джин удрученно подняла брови.- Очень плохая причина.

- Ну, давайте.

- Он любил земных девушек, потому что они уроды. По его мнению, конечно. Эрл любит уродов.

Фосерингей потер подбородок, наблюдая за ней пустыми круглыми глазами.

- Я никогда не смотрел на дело с этой стороны.

- Ваша схема могла бы сработать, будь Эрл хотя бы частично нормальным. Но я не нашла в нем ничего, что могло бы помочь ее осуществлению.

- Чтобы сообщить это, не требовалось заявляться сюда,-холодно улыбнулся Фосерингей.

- Отнюдь. Я знаю, каким образом Лайонел Эберкромби может вернуть себе станцию… Вас, конечно, зовут Фосерингеем.

- Если меня зовут Фосерингеем, тогда почему вы меня здесь искали?

Джин звонко и весело рассмеялась:

- Почему вы думаете, что я искала вас? Я искала Лайонела Эберкромби. Фосерингей мне не нужен, если я не могу выйти замуж за Эрла. А я не могу. И денег у меня мало. Так что теперь я ищу Лайонела Эберкромби.

Фосерингей постучал хорошо наманикюренным пальцем по колену и спокойно сказал:

- Я - Лайонел Эберкромби.

- Откуда я знаю, что вы говорите правду?

Он бросил ей паспорт. Джин посмотрела его и бросила обратно:

- Ладно. Теперь так: у вас есть двадцать тысяч. Этого мало. Я хочу два миллиона… Раз у вас их нет, значит, нет. Я не предъявляю чрезмерных требований. Но я хочу иметь уверенность, что получу их, когда они у вас будут. Поступим следующим образом: вы напишите документ, скажем, вексель, что-нибудь законно оформленное, что даст мне долю в станции Эберкромби. Я согласна продать вам его обратно за два миллиона долларов.

Фосерингей покачал головой:

- Такое соглашение налагает обязательства на меня, но не на вас. Вы несовершеннолетняя.

- Чем скорее я избавлюсь от Эберкромби, тем лучше,- возразила Джин.- Я не жадная. Вы можете наслаждаться своим миллиардом. Я хочу только два миллиона. Кстати, как вы насчитали миллиард? Вебард говорит, что все стоит не больше сотни миллионов.

Рот Лайонела искривился в ледяной усмешке:

- Вебард не учитывал имущество клиентов Эберкромби. Некоторые весьма богатые люди очень толстые. Чем они толще, тем меньше им нравится жить на Земле.

- Они всегда могут предпочесть другую курортную станцию.

Лайонел покачал головой:

- Там другая атмосфера. Эберкромби - это мир толстых. Единственная точка во Вселенной, где толстяк может гордиться своим весом.

В его голосе звучали нотки сожаления. «Странно»,- подумала Джин.

- Вы сами тоскуете по Эберкромби? - мягко осведомилась она.

Лайонел мрачно улыбнулся:

- По чужой станции Эберкромби. Джин села поудобнее.

- Сейчас мы пойдем к юристу. Я знаю хорошего. Ричард Майкрофт. Я хочу, чтобы документ был без изъянов. Возможно, я найду себе попечителя, опекуна.

- Вы не нуждаетесь в опекуне.

- Конечно, нет,- самодовольно усмехнулась Джин.

- Вы еще не сказали, в чем состоит ваш план.

- Скажу, когда буду иметь документ. Отдавая часть собственности, которая вам не принадлежит, вы ничего не теряете. А когда вы ее мне отдадите, помочь вам обрести ее будет в моих интересах.

Лайонел встал:

- Возможно, это хороший выход.

- Именно так.

В комнату вошла толстая женщина. Несомненно, она была земной девушкой, польщенной вниманием Лайонела, наслаждавшейся его обществом. При виде Джин лицо ее затуманилось ревностью.

- Когда вы заберете ее на Эберкромби, она бросит вас ради одного из тамошних жирных бездельников,- рассудительно сказала Джин в коридоре.

- Заткнитесь! - бросил Лайонел. Голос его походил на звук косы при заточке.

При виде Лайонела пилот грузовой баржи угрюмо сказал:

- Я ничего не знаю.

- Вам нравится ваша работа? - спокойно спросил Лайонел.

Пилот что-то пробурчал, но больше не протестовал. Лайонел устроился в кресле рядом с ним. Джин, Хаммонд - телохранитель с лошадиным лицом и двое пожилых мужчин с беспокойными манерами разместились в грузовом отсеке.