– Сегодня.

– Где?

– В «Детском мире», у секции обуви на втором этаже.

– Йозеф лично там будет?

– Не обязательно. Обычно он наблюдает со стороны или присылает кого-нибудь.

***

– Сколько вас человек в группе?

– Я знаю пятерых.

– Перечисли.

– Сам Йозеф, Сапега, Люда Маслюкова, Илья Герменчук и Вейра. фамилии не знаю.

– А фамилия Йозефа?

– Кролль.

– Хорошо. Кто такой Сапега?

– Он инженер. Что-то с электрикой связано.

– И зачем он вам?

– Они с Йозефом что-то монтируют на автомобиле. Рацию какую-то.

– Не врешь?

– Нет…

– А на фига вам рация?

– Йозеф говорит, чтобы частоты глушить. Ну, охраны президента и КГБ.

– Какая машина?

– Микроавтобус.

– Марка, номер?

– По-моему, «ГАЗ». Номера я не видел.

– Цвет?

– Грязно-белый.

«Ерунда получается, – Влад внимательно посмотрел в глаза Курбалевичу. – Радиостанция такого размера террористам явно ни к чему. Но он вроде не врет… Вот и разберись теперь, где правда, а где легенда, состряпанная этим Йозефом для непосвященных. Но как-то же они собираются Луку устранить!..»

– Дальше. Кто такая Маслюкова?

– Баба из «Народного Фронта». Подружка Герменчука.

– Какова ее функция?

– Посыльная и наблюдатель.

– Герменчук?

– Водитель. Он пять лет в такси оттарабанил…

– Вейра?

– Не знаю, я ее один раз всего видел. Здоровенная такая литовка. Плечи как у мужика, рожа квадратная… Илья говорил, что она стреляет классно.

– Еще снайпера есть?

– Я не слышал.

«Один стрелок? Что-то тут не то…» – засомневался Владислав.

– Твои обязанности?

– А что прикажут, то и делаю.

– Как ты попал в группу?

– Илья привел, – потупился Курбалевич.

– Это ответ для детсадовца, – Рокотов поднес шило к гульфику на штанах Валентина, – говори правду.

– Я правду говорю! – Курбалевич испуганно заворочался на бетонном полу. – Меня действительно Герменчук с Йозефом познакомил.

– Как мне найти Герменчука? Судя по твоим словам, вы давно знакомы.

– Со школы. Только он сейчас на какой-то конспиративной хате. Мы всего две недели назад по квартирам разъехались. Кролль приказал залечь до операции. Только он знает, где каждый из нас живет. Он и квартиры снимал сам…

«Это похоже на правду, – Рокотов, не обращая внимания на дрожащего пленника, закурил сигарету, беззастенчиво вытащив ее из экспроприированной пачки, – только несвязуха имеется. Стоматолог базлал, что его с Кроллем познакомил зам главы президентской администрации. Этого нашли через одноклассника-таксиста… Что, Кролль группу с бору по сосенке собирает? И вращается то в кругу высших государственных чиновников, то среди пролетариев? Стоп! А почему ты думаешь, что тот, кого Антончик знал как Кролля, этот же человек и для Курбалевича? Это могут быть разные люди, использующие одно имя. Однако выяснение данных обстоятельств ничего мне не дает. Только отвлекусь на сопутствующие и малозначительные детали… Тот Кролль, который знаком Курбалевичу, занят конкретной подготовительной работой. Его и надо ловить…»

– Тебе известна фамилия Пушкевич?

– Сосед мой, – неожиданно для Рокотова ответил Валентин, пытаясь сообразить, какое отношение старенький учитель литературы имеет к предстоящему террористическому акту.

– Как сосед?

– По лестничной площадке. У меня сорок шестая квартира, а у него сорок седьмая.

– Ты живешь в одном доме с заместителем главы администрации?

– При чем тут администрация? Георгий Семеныч в школе работает…

– Я имел в виду не того Пушкевича.

– Того я не знаю…

– Точно? И не слышал никогда этой фамилии от Кролля или от Ильи? Курбалевич наморщил лоб.

– Не-е…

– Хорошо, оставим эту тему. И перейдем к архиважнейшему, как говорит один мой друг, вопросу…

– Я знаю, где живет Маслюкова! – внезапно вскинулся Валентин.

– Ну-ка, ну-ка, – оживился Влад.

– Я ее случайно на улице встретил. На Индустриальной. Дом семь. Она мне окна свои показала. Третий этаж, там у нее на балконе доски свалены, хозяин квартиры оставил…

– Индустриальная, семь?

– Точно…

– Что ж, проверим. Однако не отвлекайся. Когда намечено убийство президента?

– Вроде на следующую неделю, – неуверенно сказал Курбалевич.

Отпираться было глупо, его противник и так обладал большим объемом информации. И прекрасно знал, чем занимается товарищи.

– Способ?

– Это не ко мне. Взрыв, наверное. Или пуля…

– То есть знает один Йозеф?

– Вейра знает, Сапега. Нам с Ильёй подробностей не сообщали… Может быть, мы бы узнали в день операции.

– А при чем здесь Антончик? – Рокотов задал провокационный вопрос.

– Мы должны были действовать, если у него сорвется…

– Какие еще есть страховочные варианты?

– Не знаю. Мы готовились всерьез…

– Я в курсе… А почему ты уверен, что тебя и Илью Кролль не грохнул бы заранее, а? Зачем ему балласт в вашем лице?

– А смысл тогда нас нанимать? – логично возразил Курбалевич.

– Тоже верно. Кстати, сколько тебе обещано?

– Сто тонн перед и сто после. И место в новой администрации, – гордо заявил пленник.

«Идиот одноклеточный! Пошел, как осел за капустой… Во всех отношениях. Вот никогда бы не подумал, что, международный терроризм столь странная штука. Хотя… Исполнители разные бывают. И живут среди нас. Это только в кино террористы все как один прекрасно подготовлены и вооружены. В жизни совсем по-другому, ибо приходится иметь дело с живыми людьми, а не с играющими в террористов актерами. То же самое, как и в сериалах про ментов. На экране лицедеи-»мусорки" кажутся в чем-то даже Хомо Сапиенсами, а в действительности ничем не отличаются от низших приматов. Причем пьющих. Однако я отвлекся… Нельзя исключать и того, что помимо названной Курбалевичем группы дилетантов есть команда профессионалов, готовая вступить в игру на финальном этапе. Ребята, захватившие базу, боевой опыт имели. И, если б не мои непредсказуемые поступки, довели бы дело до конца. Так что осторожность и еще раз осторожность. Безоговорочно верить этому козлу нельзя…" Влад потеребил мочку уха и задал следующий вопрос.

***

–…И таким образом мы сразу решаем две задачи, – Джек Рубин немного свысока посмотрел на нахохлившуюся, похожую на огромную простуженную жабу Мадлен Олбрайт, – снижаем градус напряженности в отношений Косова и обвиняем Ивана в нарушении фланговых ограничений в Европе. Наша инициатива по ПРО будет в таких условиях выглядеть вполне оправданной.

– Русские могут заинтересоваться, откуда у наших ичкерийских друзей появились «стингеры».

– От талибов, – как и у его прадеда, державшего скобяную лавку на Крещатике и носившего фамилию Рубинчик, у Рубина на все был готов ответ.

Семейство местечковых евреев переехало в Америку в начале двадцатых годов после предупреждения неприятного молодого человека из Киевской ЧК о том, что престарелый Ицхак подозревается в контрреволюционной деятельности. В те годы такие слова звучали приговором не только старшему из рода Рубинчиков, но и всей его многочисленной родне.

Под видом искоренения контрреволюции всего за пару лет украинские националисты перебили больше ста пятидесяти тысяч иудеев. О чем почему-то никто не вспоминал, когда речь заходила о геноциде еврейского народа. Дрейфовавшую в сторону НАТО независимую Украину американские и европейские политики обижать не хотели. Тем более что речь шла не о Ротшильдах, а о тысячах безвестных Кацев, Липкиных, Зисов, Коганов, чьи жизни в глазах прогрессивной международной общественности мало чего стоили. Политических дивидендов воспоминания о массовых расстрелах евреев на Украине, в Литве и Латвии не приносили. У них не было влиятельных родственников в Париже или Вашингтоне, и сотни тысяч имен канули в неизвестность.

– А серийные номера?

– Мы снимем с комплексов все обозначения и искусственно состарим краску. Даже если «стингеры» попадут к русским, у них не будет никаких доказательств. Заодно мы получаем прекрасный козырь против Бен Ладена…

– Он все еще в Афганистане?

– По нашим сведениям – да, – Джек пожевал губами. – Хитрая сволочь, дважды в одном месте не ночует. Так что накрыть его будет проблематично. Наша школа.

– Я вижу, – проскрипела Госсекретарь США, – что вы этим гордитесь.

– Не горжусь, а констатирую факт. Посмотрите на это с другой точки зрения. Если Бен Ладен так хорош, то и все остальные наши нынешние агенты не хуже. Подготовка в учебном центре Лэнгли продолжает оставаться на высочайшем уровне. А Усама тренировался еще по старой методике. Новая гораздо эффективнее…

Террорист «номер один в мире» двадцать лет верой и правдой служил своему хозяину из Вашингтона.

В Афганистане он резал советских солдат, в Боснии и Хорватии устраивал показательные казни сербов, обучал косовских сепаратистов в самом начале девяностых годов, доставлял оружие бандитам в Чечню. Всего и не упомнишь. Усама был одним из самых высокооплачиваемых специалистов в своей области. В благодарность за плодотворное сотрудничество правительство США открыло зеленую улицу бизнесу Бен Ладена в самих Соединенных Штатах.

Все было прекрасно до того момента, как Усаму решили вывести из игры. Слишком уж самостоятельной фигурой он стал.

Посланные на ликвидацию Бен Ладена трое агентов ЦРУ вернулись на родину по частям и почтой. Террорист успел скрыться до того, как в его замок в горах Боснии ворвалась вторая группа чистильщиков. Десять «зеленых беретов» из спецотряда «Дельта» опоздали всего на час.

С тех пор Усама объявил Америке войну.