Он посмотрел на меня и кивнул.

– Вот и торчу здесь на виду у ваших обезьян… извините, коллег.

– Неприятности подобного рода надо ликвидировать так, чтобы об этом не узнали мужчины, тем более мои коллеги.

Кеннеди вопрошающе посмотрел на меня:

– Вы все еще хотите как-то помочь мне?

Подумав некоторое время, я сказал «да».

– Ребята хотят видеть вас. Пока никто не догадывается, что здесь находится женщина. Поговорите с ними, а я тем временем выведу ее черным ходом.

Я видел, что такая перспектива не очень понравилась полковнику, и догадывался почему.

– Я как-то не думал о такой возможности, – торопливо сказал он. – Я… вы ведь даже не знаете, кто она.

– С ней что-то не так?

Кеннеди нахмурился.

– Она не в себе. Черт возьми, ведь это именно она стреляла из револьвера!

Я удивленно уставился на него.

– Вот-вот, – подтвердил он. – Но это недоразумение. Револьвер выстрелил случайно.

Я не смог удержаться от улыбки.

– Уж не влюбилась ли она в вашего слугу?

Я боялся, что полковник лопнет от злости, но он взял себя в руки и улыбнулся в ответ.

– Вы попали в самую точку. Это почти так.

Я встал.

– Тогда пойдите к ней и объясните ее положение. И торопитесь, иначе «обезьяны» возьмут дом приступом.

Полковник тоже встал и с беспокойством глянул на меня.

– Надеюсь, она поймет сложившуюся обстановку.

Он стоял передо мной, как набедокуривший школьник перед директором школы. Потом решительно вышел из гостиной.

Выждав некоторое время, я на цыпочках прокрался к двери и, выйдя из гостиной, подошел к лестнице. Я слышал голос полковника, правда, не улавливал смысла слов. Наступила пауза, и раздался отчетливый женский голос:

– О'кей, я согласна, если ты считаешь, что так будет лучше всего.

Я вздрогнул, словно меня поразил электрический разряд. Сами по себе слова не произвели на меня особого впечатления. Но голос! Этот властный металлический тон был хорошо знаком мне. Подруга полковника Кеннеди и была той таинственной незнакомкой, которая дважды звонила мне по телефону и прислала пять тысяч баксов.

– Ну и ну! – пробормотал я, возвращаясь в гостиную.

ГЛАВА 8

Исчезновение Марди

Минут через пять в гостиной появился Кеннеди. Он подошел к окну, посмотрел, потом резко повернулся в мою сторону.

– Я говорил с ней, – медленно сказал он. – Она хочет, чтобы вы приготовили машину. Потом она выйдет, сядет за руль и уедет. Вы останетесь здесь.

– Одна? – переспросил я.

– Вас это не должно беспокоить, – хмуро ответил Кеннеди. – Сделайте только это и ничего больше. О'кей?

– Как скажете… Я сделаю все, что вы попросите.

Он облегченно вздохнул.

– Позовите ребят. Когда они ввалятся сюда, сразу идите за машиной. Потом вернетесь.

Что ж, по крайней мере, я все же смогу взглянуть на таинственную незнакомку.

– О'кей. Начинаем.

– Минутку.

Он вышел в холл и позвал ее. К сожалению, я не мог выйти вслед за ним и взглянуть на женщину. Мне пришлось остаться в гостиной и дожидаться, пока незнакомка спустится по лестнице и спрячется там, где ей сказал полковник. Послышался стук каблучков в холле, затем Кеннеди вернулся и кивнул мне.

– Вперед!

Я подошел к двери и распахнул ее. Репортеры гурьбой бросились ко мне. Они смотрели на меня алчными взорами, как золотоискатели на золотую жилу.

– Полковник Кеннеди примет вас, братья, – сказал я. – Снимите шляпы, не забудьте вытереть ноги и да поможет вам Бог, джентльмены!

Они рысью промчались мимо меня в гостиную. Кеннеди встретил их спокойно. На его лице не дрогнул ни один мускул. Едва все зашли в гостиную, я закрыл за ними дверь.

Торопливо пройдя по коридору и нигде не видя женщины, я подошел к черному ходу и выглянул наружу. Вряд ли Эдди догадался оставить кого-нибудь на всякий пожарный, но излишняя предосторожность не помешает.

Убедившись, что возле дома ни души, я помчался к гаражу. Там находилось две машины. Выбрав меньшую из них, я завел двигатель. После этого вновь побежал к дому. И в коридоре нос к носу столкнулся с Эдди. Вот проныра! Эдди с подозрением уставился на меня.

– Какого черта ты здесь делаешь?

Если этот парень узнает о моих намерениях, все пропало! Я сделал невинный вид.

– Ходил смотреть, не остался ли кто из ребят на улице, – ляпнул я первое, что пришло на ум.

– Ну да? – недоверчиво хмыкнул он и двинулся вперед с явным намерением обойти меня.

Я схватил его за руку и развернул лицом к себе.

– Пошли, Мо. Неужели ты не хочешь послушать, что говорит полковник?

Эдди предпринял попытку вырваться из моего захвата:

– Вновь хочешь надуть всех?

Не слушая, я потащил его к гостиной.

– Ты же сам привез меня сюда, чтобы я организовал вам встречу с полковником. Вот и задавай ему теперь вопросы.

Я услышал, как сзади нас открылась дверь. Если бы не Эдди, я бы обязательно увидел ее. Эдди тоже услышал это и попытался повернуться, но я заломал ему руку, и он взвыл. Я очень люблю и уважаю Эдди, но что еще мне оставалось делать!

– Ты же сломаешь мне руку! – орал он.

– И даже шею, если ты не перестанешь вертеться!

Послышался шум захлопнувшейся дверцы автомобиля, и в следующее мгновение – рев мотора. Эдди предпринял еще одну попытку освобождения.

– Успокойся! – прикрикнул я.

Выждав несколько секунд, я отпустил его. Он в ярости уставился на меня.

– Неужели за подобные делишки ты надеешься получить сотню баксов? Как бы не так!

– Послушай, Мо, – спокойно сказал я. – Ты прав, в этом деле есть кое-что. Но это не та новость, о которой ты бы мог раззвонить по всему миру. Так можно угодить за решетку по обвинению в клевете. Успокойся, ты получишь исчерпывающую информацию, но, увы, она не предназначена для печати.

– Из всех наглецов – ты самый наглый. Ладно, я успокаиваюсь. Буду молчать. Но что все это, черт возьми, может означать?

– Похоже, что у полковника появилась женщина. А ты же знаешь, как он ведет себя с дамами. Так вот, одна из этих бестий была здесь этой ночью. Дама из высшего света, заметь. Даже я не знаю, кто она. Я согласился помочь Кеннеди избавиться от нее, пока он будет трепаться с ребятами.

– И никакого намека? – с подозрением спросил Эдди.

Я покачал головой.

– Но это еще не все! Кто-то узнал о том, что Кеннеди связался с женщиной. Но на первой полосе печатать этого нельзя.

– Уговорил. – Эдди глянул на часы. – Пора идти. Возможно, насчет сотни я перегнул палку.

Я усмехнулся.

– Договоримся. Пришли мне пятьдесят долларов, а я дам тебе расписку на сотню.

Лицо Эдди засветилось от удовольствия. Он снова выглядел счастливым.

– Договорились. А ты нормальный парень, Ник. Может быть, когда-нибудь ты все же выложишь мне всю эту историю. Тогда я еще сильнее буду любить тебя.

Из гостиной начали выходить репортеры. Они с любопытством смотрели на нас, но Эдди молчал, будто воды в рот набрал.

– Ты едешь с нами? – спросил наконец Эдди.

– Конечно. У меня нет никаких причин оставаться здесь.

– Нет, – в дверях появился полковник Кеннеди. – Ник, останьтесь. Я хочу поговорить с вами.

Отлично! Мне нравится полковник, и я всегда рад поговорить с ним, а здесь маячит еще и перспектива отличного обеда. К этому времени я прилично проголодался.

Едва только машины с репортерами отбыли, Кеннеди запер входную дверь.

– Прекрасная работа, – одобрительно сказал он. – Вы снова избавили меня от неприятностей. Кажется, я навсегда останусь вашим должником.

– Не будем на эту тему, – быстро сказал я. – От таких разговоров у меня болят зубы.

Он засмеялся.

– Давненько мы с вами не общались запросто. Думаю, у нас есть о чем поговорить. Как насчет того, чтобы остаться у меня на несколько дней?

Я заколебался, но он похлопал меня по плечу.

– Соглашайтесь, Мейсон. Обещаю приятное времяпрепровождение.

Я улыбнулся.

– Что ж, не возражаю.

Он глянул на часы.

– Отлично. Сейчас мы пообедаем, а потом я пошлю моего человека, чтобы он доставил сюда ваши вещи. Этот человек останется с нами. Он может оказаться полезным.

Пока готовили ленч, мы приняли душ и выпили по приличной порции виски. Ленч подали на просторной веранде, откуда открывался отличный вид на реку.

– Прекрасное место, – заметил я, налегая на салат из крабов.

– Неплохое, – согласился полковник. – Здесь неделями не появляются люди. Для отдыха это самое главное.

– Я буду отдыхать здесь под другой фамилией, – быстро сказал я.

Он усмехнулся.

– По вашему виду не скажешь, что вы много отдыхали. Что у вас с лицом?

Я смутился, так как пока не знал, насколько он замешан в этом деле.

– Да вот, вчера ночью попал в небольшую переделку…

После ленча мы остались на веранде. Курили, пили коньяк, разговаривали. После разговоров на отвлеченные темы я решил сделать пробный выстрел.

– Мне хотелось бы купить немного акций, – осторожно сказал я. – Что бы вы могли посоветовать?

Он тут же начал перечислять имена и названия, которые ни о чем мне не говорили.