– И все же?

– Послушай, Мо, – я пытался говорить спокойно. – Это я пришел сюда задать тебе несколько вопросов, а не наоборот.

Он открыл глаза.

– И что же тебя интересует, брат? Что-нибудь, связанное с казненным?

Я закурил и некоторое время молчал.

– Мне почему-то кажется, что Бесси непричастен к этому делу.

– Гениальная догадка! – Эдди застонал, открыв глаза.

– Этот Ричмонд… – Я тщательно обдумывал каждое слово. – По-моему, у него было гораздо больше врагов, чем один несчастный Бесси.

– У него было больше врагов, чем у кого бы то ни было. И негодяй Ричмонд получил по заслугам.

– Был еще один свидетель – женщина, не так ли? Но ее почему-то не стали слушать.

Эдди равнодушно пожал плечами.

– Там было много женщин, – сказал он. – У парня было женщин, как волос на голове.

– Как ее звали? – настаивал я.

Эдди поднял глаза к потолку.

– Послушай, Ричмонд мертв, Бесси мертв. Оба они были мерзавцами… Ни к чему ворошить старое. Выброси все из головы.

– Черт возьми, почему все хотят поскорее забыть об этом деле? Что-то здесь не так. Послушай, Мо, кое-что известно тебе, кое-что мне. Поехали, поговорим.

Эдди покачал головой.

– Хочу спать! Как только ты перестанешь донимать меня глупыми вопросами, я тут же усну…

– У меня дома случайно сохранилась непочатая бутылка отличного виски.

Эдди резво вскочил на ноги.

– Сразу надо было об этом сказать! – рявкнул он. – Где моя шляпа?

По дороге Эдди болтал о футболе. Он совершенно не разбирался в нем, но любил делать вид, будто знает обо всем на свете. Я не мешал ему болтать, думая о предстоящем деле.

Дома я усадил его в кресло, поставил бокалы и бутылку виски.

– Прежде чем мы напьемся, Мо, – начал я, – открою тебе карты. Я очень хочу, чтобы ты мне помог.

Эдди усмехнулся, но ничего не сказал.

– Мне обещали десять грандов, если я разберусь в деле Бесси.

– Как это? – резко сказал Эдди. – Кто обещал тебе деньги?

Я развел руками.

– Пока это секрет. Но десять тысяч – большие деньги. Да я уже и сам догадываюсь, что в деле Бесси что-то не так. Очень уж все это смахивает на инсценировку: кто-то подставил Бесси.

Эдди встревожился.

– Лучше брось ты все это, Ник, – сказал он серьезно. – Можешь нажить такие неприятности на свою задницу…

– Давай забудем про анатомию. Расскажи все, что ты знаешь.

Он на мгновение задумался.

– Ларри Ричмонд был президентом «Маккензи Корпорейшн», – медленно начал он, не сводя с меня немигающих глаз. – Акции компании имеются у многих. Сам понимаешь, эти люди не чета нам – у них солидный вес в экономике.

Я наклонился вперед и подлил ему еще порцию виски. Он расценил этот жест по-своему.

– Не лезь в эту грязь, Ник! Закроем тему и…

– Продолжай.

– Странностей здесь хватает. Ричмонд лично вел дела, продавая акции. Кстати сказать, они никогда не были в свободной продаже. Ну, а уж что за птица был Ричмонд, тебе не надо говорить. Пара слов на великосветском рауте, слушок на бирже… якобы из его уст. Купились многие. Его акции хорошо шли. – Он замолчал, оценивающим взглядом измеряя количество виски. – И если теперь, после смерти Ричмонда, всплывет что-то, в любом случае это будет весьма неприятное известие для держателей акций.

Я не торопил его. Для меня это действительно было новостью, но я предпочитал помалкивать.

Эдди наконец оторвал взгляд от бутылки виски и глянул мне в глаза.

– Даже мой босс имеет акции «Маккензи Корпорейшн». А раз так, мне не надо говорить о его реакции на развитие событий. Ха! Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться – эта фирма занимается грязными делишками. Но, поскольку все получали на лапу, и, заметь, не слабо, каждый боялся лишний раз поинтересоваться, откуда все это берется.

– А поконкретнее?

– Увы… – Эдди пожал плечами. – В том-то и дело, что одни догадки и предположения.

– Бесси как-то был связан со всем этим?

– Это уж точно. Он многим не нравился. Но! Ричмонду он нравился, а это о многом говорит. Но скорее всего он где-то сказал не то, что следует. На его беду, он слишком много знал о тайных делишках фирмы. А раз так – почему бы не сделать его козлом отпущения, обвинив в реальных и нереальных грехах? На него повесили убийство, и он не смог от этого откреститься. Сейчас Бесси нет, так что забудь о нем.

– А кто такой Лу Спенсер?

Эдди бросил на меня настороженный взгляд.

– Спенсер был правой рукой Ричмонда. Прежде всех именно его взяли за убийство Ричмонда.

– Так это Лу убил Ричмонда?

Эдди побледнел.

– Я бы не утверждал это на все сто процентов, но…

– О'кей, – перебил я. – Ты дал мне исчерпывающую информацию. Благодарю.

– Надеюсь, ты не будешь искать приключений на свою голову? – Эдди поднялся.

Но по его глазам я понял, что он боится за меня.

– Может быть, займемся расследованием вместе? – предложил я. – Гонорар пополам. Да, кстати, поговаривали, что Ричмонд отбил у Бесси девушку, и тот убил его из ревности.

– Был такой слушок, – кивнул Эдди.

– И кто она?

Мо задумался.

– Француженка. Проститутка. Ее куда-то спрятали, чтобы присяжные не вызвали ее в суд в качестве свидетеля. Но до этого дело не дошло. Блонди так никто и не вызывал.

– Она профессиональная проститутка?

– Разумеется… Бесси любил девиц подобного разряда.

– Не помешает повидать ее, – сказал я. – Это может оказаться полезным.

– Я не знаю, где она живет, но по ночам она часто бывает в «Хоч-баре».

Похлопав его по спине, я толкнул Эдди в направлении двери. Уже на пороге он остановился.

– О'кей, парень, я ухожу. Но все же скажи, кто мог предложить тебе десять грандов?

– Моя тетя Белла.

– Ты имеешь в виду дочь тети Фанни?

Вытолкав его, я запер дверь, вытащил из бара еще одну бутылку виски и прошел в спальню. Выпив почти четверть бутылки, я медленно разделся и лег, размышляя, с чего начать. Меня не очень беспокоила финансовая сторона дела, и времени у меня было более чем достаточно. Я зарабатывал на жизнь тем, что писал статьи на всевозможные темы и рассылал по редакциям. Редакторам моя писанина нравилась, и я получал приличные гонорары. Квартира у меня достаточно удобная, а денег хватает на то, чтобы пить двадцать четыре часа в сутки. Допустим, я начну расследование, и об этом пронюхают. Маккензи или еще кто-нибудь. Наверняка кто-то предупредит меня… но все же я рискую нарваться на большие неприятности и многое потерять. Да, невеселые перспективы. Я закурил сигарету, подлил виски в бокал и поставил на столик рядом с кроватью. И в этот момент раздался телефонный звонок. Ничего себе! Я глянул на часы. Половина третьего. Кто бы это мог быть?

– Да?

– Ник Мейсон?

Услышав твердый металлический голос, принадлежащий, как ни странно, женщине, я сел. Рука сама собой потянулась за бокалом, чтобы подкрепиться. Я не мог не узнать этот голос. Четыре дня назад эта женщина позвонила мне. Не называя себя, предложила мне побывать на казни Бесси, чтобы услышать его последнее слово. Чтобы я не подумал о том, что она разыгрывает меня, тут же пообещала заплатить десять тысяч долларов. Она повесила трубку, едва я попытался узнать, кто она.

Я был донельзя заинтригован. И вот сейчас таинственная незнакомка вновь звонит мне. Я безошибочно узнал ее твердый звонкий голос.

– Да, это я, беби.

– Вы ходили?

– Разумеется.

– И…

– Он умер. Я слышал его последние слова: «Это сделал Лу Спенсер».

Незнакомка тяжело вздохнула.

– Он так и сказал?

– Да… Но послушайте! Какое это имеет отношение к вам?

– Я послала вам пять тысяч долларов. Когда узнаете все об этом деле и напишете статью, получите остальные пять тысяч.

Я испугался, что она вновь повесит трубку и торопливо сказал:

– Я начал расследование… Здесь много неясностей.

В трубке молчание.

– Алло, вы слушаете?! – с тревогой закричал я.

– Да. Я надеялась, что вы приложите все силы, чтобы докопаться до истины, но сейчас вижу, что ошиблась.

– Может быть, мы встретимся и обговорим некоторые детали? Это серьезное дело, беби. Тут замешаны очень большие люди.

– Думаю, вы разберетесь в этом и без меня. – В трубке послышались короткие гудки.

Положив трубку и глядя в потолок, я нашел в адрес пропавшей собеседницы по крайней мере десяток очаровательных эпитетов. Да, она знала, к кому обратиться. Я начну раскручивать это дело, так как люблю совать нос в чужие дела, в особенности если они дурно пахнут, а еще лучше – воняют. Я погасил свет. В темноте всегда думается лучше.

Итак, с чего начать? Есть несколько нитей. Необходимо познакомиться с держателями акций «Маккензи». Потом попытаться узнать побольше о самой фирме. Поискать Лу Спенсера. Эдди умный парень, и я надеялся, что он поможет мне, если я не буду втягивать его в неприятности. Потом еще Блонди. Нужно познакомиться с ней. Во всяком случае, блондинки – моя слабость. Да, программа обширная!

С удовлетворением подумав об этом, я уснул.

Глава 3

Загадочная незнакомка в черном

Меня разбудил звонок, и я традиционно чертыхнулся: меня всегда будят в самый нежелательный момент, а именно – тогда, когда мне снятся блондинки, и не просто снятся, а будто я занимаюсь с ними кое-чем.

Соскользнув с постели, я подошел к двери. Открыв ее, я увидел посыльного. Он молча протянул мне конверт. Я взял его, расписался в получении и вздохнул. Посыльный не собирался уходить. До меня не сразу дошло, что он ждет на чай. Надеяться на это может только сумасшедший. Мысленно я пожелал ему на обратной дороге свалиться с лестницы и свернуть шею. Я сделал попытку осторожно прикрыть дверь.

– Что-то ваша пижама сильно помята.

Бедняга сделал попытку заговорить мне зубы и проскользнуть в коридор. Ха, он до сих пор надеется что-то получить от меня! Толчок в грудь вернул его на лестничную клетку. Я захлопнул дверь перед его носом и прошел в спальню, мимоходом глянув в зеркало. Посыльный был прав: пижама в самом деле выглядела ужасно. Я сел на постель и вскрыл конверт. На колени выпало пять хрустящих бумажек по тысяче долларов. Записки или чего-нибудь в таком роде не было. Мне осталось только сидеть и пялиться на деньги. Затем я вернул банкноты в конверт и положил конверт на столик.

Неплохо! Я не успел начать работу, но деньги уже получил.

Пройдя в ванную, я снял мятую пижаму. Холодный душ вернул бодрость. Обернув вокруг талии полотенце, я принялся за бритье, одновременно критически рассматривая себя в зеркале. Возможно, я и не очень красив, но силен и мужественен. Закончив бритье, я вернулся в спальню, решив отметить получение гонорара изрядной дозой виски.

И вот здесь меня неприятно поразили две вещи. Во-первых, сильно пахло духами – чего не было, когда я уходил в ванную. Во-вторых, конверт со столика исчез. Сбросив полотенце, я торопливо натянул халат и прошел в гостиную. Входная дверь была полуоткрыта. Подойдя к окну, я посмотрел на улицу. Никого. Однако за угол сворачивает такси. Машина двигается подозрительно быстро.

Я вновь вернулся в спальню и принюхался. Надо сказать, что я не из тех, кто хорошо разбирается в ароматах. Но я готов был биться об заклад, что пахло в комнате не так, как раньше. Я знал запахи своей квартиры – так ребенок, закрыв глаза, моментально определит свою кормилицу.