Уши Гирланда тотчас навострились, в глазах блеснула тревога.

– Вы имеете в виду того американца – секретного агента, который четыре года тому назад переметнулся к чехам?

– Да, именно его.

– А разве он не в Праге?

– Он убежал оттуда десять дней тому назад.

– Где он сейчас?

– Вот за это я и хочу получить деньги.

Гирланд вынул сигарету и закурил. Он помнил Роберта Кейри, высокою блондина, о котором Росленд когда-то отзывался, как о лучшем секретном агенте службы безопасности. Гирланд как-то встретился с ним у Росленда, и тогда они понравились друг другу. Это было пять лет тому назад, но Гирланд вспомнил приятное, открытое, волевое лицо и синие глаза Кейри. Затем, как гром с ясного неба, появилось сообщение о том, что он перебежал к чехам. В свое время это вызвало огромный переполох. Говорили, что теперь он руководит подготовкой агентов, предназначенных для работы в странах Запада, и чуть ли не руководит разведшколой, но никто так и не знал, где он находится.

– Он что же, опять переметнулся? – спросил Гирланд.

– Да.

– Здорово! Тогда почему бы ему самому обо всем этом не рассказать? Зачем нужно ваше посредничество?

– Он слишком много знает, а ему не дадут пробраться на Запад. Кроме того, он серьезно болен, и ему недолго осталось жить. Я могу сказать вам, где его найти. За это я хочу десять тысяч долларов.

– А что, по-вашему, он знает?

– У него был доступ к важным документам, он даже захватил их, они крайне важны для безопасности Америки, – сказала женщина.

У Гирланда создалось впечатление, что та повторяла это как выученный урок. Он никогда не слышал такого акцента во французском раньше, и это насторожило его.

– Те, кто стоят за мной, вряд ли согласятся расстаться с такими деньгами ради этого вашего заявления. Может быть, есть что-нибудь еще?

– За годы пребывания в Праге он перестроил там всю систему подготовки агентов службы безопасности. У него с собой есть эти материалы.

– Это уже интереснее. – Гирланд подумал немного, потом сказал: О'кей, я поговорю с Дори, Но вряд ли он заинтересуется. Нельзя доверять человеку, который изменял дважды.

– Я тороплюсь, – сказала женщина. В голосе у нее звучало отчаяние. Завтра вечером я опять позвоню мистеру Дори. Он должен будет окончательно сказать: да или нет. В конце концов, он не один, кого это может заинтересовать.

– Не советую вам этого делать, – быстро сказал Гирланд. – Кто-то теперь занят этим, кроме нас. Если вы никому больше не говорили об этом, это сделал кто-то другой, утечка могла быть и у Дори. Позвоните лучше мне. Это будет надежней. Я буду ждать завтра вечером в семь часов. Запомните – Жасмин 0031.

– У вас будут с собой деньги?

– Если Дори захочет в этом участвовать, то будут.

– Хорошо. Я позвоню вам.

– Минуту, – сказал Марк. – Кейри в Париже?

– Спокойной ночи, – сказала женщина, и он услышал звук мягко закрывающейся двери позади зеркала.

Гирланд закурил. Сможет ли он убедить Дори передать ему это дело? Он был уверен, что не сможет. С другой стороны, он не сомневался, что Дори выложил бы больше, чем десять тысяч долларов, чтобы встретиться у себя с Робертом Генри Кейри. Об этом стоит подумать. Если тонко сыграть, то можно заработать немалые деньги на этом.

Было время, когда он порядочно зарабатывал у американцев. Он все еще сидел и думал, когда вдруг слабый шорох заставил его взглянуть в зеркало. В зеркале он увидел отражение Томаса, державшего в руке револьвер, за ним стоял высокий Шварц с лицом темным и непроницаемым, как маска.

Глава 3

Оба они, как тени, скользнули в комнату, закрыв за собой дверь. Гирланд хотел было выхватить пистолет, но сразу оценил всю безвыходность своего положения. Он сидел к ним спиной и видел в зеркало глушитель, навернутый на пистолет Томаса. Он не шелохнулся, чувствуя, как холодок пробегает ему по спине и понимая, что это, должно быть, те двое, которые замучили и убили Росленда.

– Где она? – спросил Томас.

Его голос звучал хрипло. В зеркало Гирланд видел его желтое лицо, испещренное капельками пота. Томас был очень напуган и не смог сохранить спокойствие в голосе. Он дал маху. Радниц предупредил его, что Гирланд не должен был встретиться с этой женщиной. Благодаря его тупости, Гирланд как-то проник в клуб и разговаривал с ней. Первый раз он не сумел выполнить приказ Радница.

Гирланд же чувствовал, что только секунды отделяют его от смерти.

– Она ушла, – сказал он не шевелясь, – минут десять тому назад.

Томас резко повернулся к Шварцу.

– Я его пристукну, а ты постарайся задержать ее.

– А разве вы знаете, как она выглядит? – быстро сказал Гирланд. – Я вот не знаю. Она была за этим дурацким зеркалом. Зачем зам меня убивать, мы могли бы договориться.

Он с облегчением заметил, что Шварц стоял прислонясь к двери и не шевелясь.

– Найди ее, – зарычал Томас, направляя револьвер в голову Гирланда.

И вдруг Гирланд испугался смерти. Он впился глазами в изображение пистолета в зеркале и увидел, как Шварц рванулся в сторону Томаса и сильным ударом выбил у него из рук оружие. Послышался легкий хлопок и на ковре появилась маленькая дырочка. Глаза Шварца предупредили Гирланда, что он куда опаснее бородатого юнца. Томас, тяжело дыша, уставился на Шварца, который, в свою очередь, не спускал глаз с Гирланда. Гирланд замер, а Томас, наконец, отвернулся от Шварца.

– Ты еще пожалеешь об этом, – закричал он пронзительно. – Я все скажу шефу. Нам сказали избавиться от него. Ты…

– Там есть телефон, – резко прервал его Шварц. Позвони и все расскажи.

– Нечего звонить. Дело поручено мне, – сказал Томас, пытаясь сдержать дрожь в голосе. – Тебе не сдобровать, олух ты!

Ты разве не видишь, что дело пропало. Его надо пристукнуть, и никто ничего не узнает.

– Это твоя ошибка, – сказал Шварц, – причем, первая. Пойди и сообщи ему, или сам отсюда не выйдешь… Ну, – продолжал настаивать Шварц, – пойди и доложи, что его любимчик допустил ошибку.

Последовала пауза и, наконец, Томас двинулся к телефону, который стоял на столе возле Гирланда. Когда он взялся за трубку, Гирланд сказал:

– Здесь коммутатор в гостинице, и телефонистка все будет слышать. Зачем так все обострять. Я готов сговориться с вашим боссом. Это дельце обещает мне деньги, а они мне нужны. Я сообщу ему, как сюда попал и вытащу вас из этой лужи. Давайте возьмемся за это вместе.

Томас посмотрел на Шварца.

– Поехали туда, куда вы хотите звонить, без шума и волнения.

Все, что вам нужно сделать, это позвонить хозяину и сказать ему, что я хочу с ним договориться. У меня с ней завтра встреча, и она ни с кем больше не встретится, кроме меня, так и скажите.

Они все еще молча смотрели на него.

– Мой пистолет в кобуре, можете его взять, – сказал Гирланд.

Это, наконец, возымело действие. Томас осторожно подошел к нему. Гирланд сидел, как каменное изваяние, пока Томас вынимал из кобуры оружие. Затем, подняв руки и держа их над головой, медленно поднялся. Руки Томаса скользнули вдоль его костюма, но у Гирланда не было другого оружия.

– Пошли, – сказал Шварц, а Гирланду он добавил. – На револьвере у меня глушитель – одно движение и ты труп.

– Не будь таким грубым. Я сказал, что хочу договориться.

Он пошел к двери и вышел в коридор. Шварц пошел вперед, а Томас следовал за ними. Они опять вошли в общий зал. Даже теперь, на краю смерти, Гирланд не мог не оглянуться – на красотку на эстраде. Она все же была милашка.

Наконец, они дошли до выхода.

– Надеюсь, вы хорошо провели – время, – услужливо сказал швейцар.

Гирланд криво усмехнулся, но, подталкиваемый Томасом, вышел из клуба и поднялся по лестнице.

На улице они направились к «ситроену», поджидавшему их у тротуара.

Гирланд быстро проскользнул на заднее сиденье, Шварц последовал за ним.

Томас с Боргом сели впереди.

Гирланд сказал:

– На углу этой улицы в кафе есть телефон.

Шварц быстро повернулся, прежде чем Гирланд успел увернуться, нанес ему сокрушительный удар в челюсть. Гирланд покачнулся вперед, и Шварц еще раз стукнул его по затылку рукояткой пистолета.

– Теперь поехали ко мне, – сказал Шварц. – Он нам не помешает.

– Что, черт возьми, произошло? – спросил Борг, сворачивая на широкую улицу.

– Заткнись, – огрызнулся Томас.

Борг недоуменно взглянул на него, но ничего больше не сказал. Томас сидел тихо на своем месте. Уже давно и часто Борг замечал, что Шварц ненавидит его, теперь это выплеснулось наружу. Ему надо быть внимательным. Что же произойдет, если Радниц узнает, что он не сумел помешать Гирланду встретиться с той женщиной.

Борг свернул на улицу, где Шварц занимал три комнаты в подвале под булочной.

Они со Шварцем вытащили тело Гирланда из машины и, открыв дверь дома, поволокли его по лестнице вниз. Пока Шварц открывал дверь и зажигал свет, Гирланд лежал на полу. Затем его втащили в большую небрежно обставленную комнату. Борг впервые был у Шварца и с любопытством смотрел по сторонам.

«Ну и нора!» – подумал он и презрительно сморщил и без того сморщенный нос.

На стенах пробивались пятна сырости, на полу лежал потертый небольшой коврик, напротив одной из стен стоял диван-кровать. Оставив лежать Гирланда у стола, Шварц подошел к телефону, который стоял на полке у кровати. Он набрал номер, а Томас с Боргом наблюдали за ним.

– Мистер Радниц, – сказал Шварц в трубку.

У Томаса защемило в желудке, когда Шварц передал ему трубку.

– На, расскажи ему все, – сказал Шварц.

Томас взял трубку, как будто касался змеи. После небольшой паузы, Радниц ответил:

– Да?

– Это Томас, сэр. Операция прошла не по плану. Он с нами в квартире Шварца. Нам не удалось помешать им встретиться.

Капли пота стекали с бороды Томаса, пока он ждал ответа Радница.

– Я полагаю, вы взяли и ее? – сказал Радниц холодным, безразличным тоном.

– Нет, она улизнула от нас. Здесь только Гирланд.

После другой паузы Радниц сказал резче:

– Понятно, ну ладно, я приеду, – и затем повесил трубку.

Томас тоже опустил трубку. Он сказал резко, пытаясь восстановить утраченный авторитет.

– Он сейчас будет. Положите его на диван!

Ни Шварц, ни Борг не пошевелились.

Томас крикнул резко:

– Я сказал, положите его на диван.

Шварц осклабился.

– Вот ты его и положи на диван, если тебе это надо.

Гирланд шевельнулся, застонал и открыл глаза. Трое наблюдали за ним.

Когда он попытался сесть, Шварц подскочил к нему и сильно ударил ногой под ребра.

Удар, как ни странно, привел Гирланда в сознание. Он перевернулся, схватил Шварца за манжет брюк и резко дернул. Шварц растянулся на полу. Борг рванулся к Гирланду, схватил его за волосы и оттащил от Шварца, который в это время поднимался с пола. С бледными от ярости глазами, он выхватил револьвер, придерживая его за приклад, и хотел ударить Гирланда рукояткой, но Томас схватил его за руку и оттолкнул.

– Он хочет говорить с ним, – сказал он, – перестань.

– Как-нибудь на днях мы с тобой, чучело, еще встретимся, – сказал Гирланд, – но уже в других условиях и тогда поговорим.

Шварц отстранил Томаса и сел на свой стул. Гирланд с трудом поднялся на ноги, держась за шею.

Борг достал плоскую фляжку с бренди из бокового кармана и, отпив жадно несколько глотков, передал ее Гирланду.

Гирланд взял фляжку и немного отпил из нее. Он вернул ее Боргу, который ему усмехнулся.

– Ну что ж, теперь, пожалуй, можно и закурить, – сказал Гирланд.

Борг бросил ему пачку, которую Гирланд поймал на лету.