Наконец Пера, цель путешествия, лежала перед ними. Радиоприемник Рейта показывал местонахождение второго прибора на расстоянии около шестидесяти миль западнее. От караванщика он узнал, что там находится город синих кешей Дадих.

— Но лучше держись от него подальше, — посоветовал он, — Это сумасшедшая банда, изобретательная, как старые кеши, и дикая, как зеленые.

— А они что, не ведут торговли с людьми?

— Наоборот, очень оживленно. Пера — перевалочный пункт в торговле с синими кешами. Но только каста перевозчиков имеет право проезжать в Дадих.

Из всех кешей синие мне особенно неприятны. Но и старые кеши тоже злой и неприветливый народ — Ты задержишься в Пере или сразу отправишься назад в Коаст?

— В течение трех дней.

— Тогда, наверное, принцесса Юлин-Юлан тоже поедет с тобой, чтобы сесть там на корабль, следующий в Кат.

— А она сможет оплатить это путешествие?

— Конечно.

— Тогда все в порядке, А ты? Ты разве не собираешься вместе с ней в Кат?

— Нет. Видимо, я на какое-то время задержусь в Пере. Баойиан с сомнением покачал головой:

— Золотые Йао из Ката очень благодарный народ. Но на Чае ничего заранее предугадать нельзя, кроме зла. Удивительно, что зеленые кеши на нас не напали. Я уже начинаю надеяться, что до Перы мы доберемся без происшествий.

Но его мечтам не суждено было сбыться, так как в это время с востока появились зеленые кеши. Одновременно разыгралась буря. Молнии освещали степь призрачным светом, и с юга на степь надвигалась стена дождя.

Баойиан сразу же начал выстраивать повозки в круговую оборонительную позицию, а Пера не была настолько близко, чтобы чувствовать себя в полной безопасности. И сделано это было совершенно своевременно, так как кеши сразу же ринулись на штурм кольца повозок, восседая на своих огромных скакунах.

Пушки каравана забулькали и закашляли, перекрывая шум дождя и дополняя его грохотом. Несколько нападавших были убиты залпами пескоизпучатепей.

Другие упали с коней и были затоптаны, и вскоре возникла неразбериха.

Пушкари делали все от них зависящее, чтобы эту неразбериху еще больше усугубить.

Зеленые кеши падали быстрее, чем могли отступить, и поэтому сменили тактику. Те, чьи скакуны были убиты, прятались за их трупами и обстреливали караван из катапульт. Дождем из стрел были убиты три канонира. Оставшиеся на конях воины снова бросились в атаку в надежде прорвать оборонительное кольцо, но были отброшены назад, так как к осиротевшим пушкам встали возницы. Но во время следующего штурма и среди них появились убитые.

Во время третьего штурма погибло много зеленых кешей и по земле катались не только тяжело раненые воины, но и раненые животные, давя своими тепами поверженных кешей. Тем не менее, у них оставалось численное превосходство.

Несмотря на весь героизм обороняющихся, в исходе битвы сомневаться не приходилось. Рейт взял за руку Цветок Ката и кивнул Трезу. Втроем они присоединились к группе испуганных беглецов и на нескольких повозках с оставшимися возницами и пушкарями бросились в Перу. Караван был сдан.

Зеленые кеши с оглушительными криками стали преследовать беглецов. Воин с горящими глазами кинулся на них. Рейт всегда держал наготове пистолет, но не хотел тратить драгоценные боеприпасы и размахнулся, готовясь нанести сильный удар мечом. Но конь нападавшего поскользнулся на мокрой траве и упал, так что всадник по высокой траектории вылетел из седла. Рейт подбежал к нему и, подняв свой эмблемный щит, ударил по толстой шее поверженного противника. Воин дернулся и испустил дух. Трое беглецов стали сквозь дождь пробираться в Перу.

Наконец, промокнув до последней нитки, они добрались до первых развалин на окраине города. Укрывшись под бетонной крышей, они почувствовали, что замерзли. Но, тем не менее, ощущали себя здесь в безопасности от зеленых кешей.

— Как минимум, мы в Пере, — философски заметил Трез, — И именно сюда мы стремились.

— Если и не в ореоле славы, то хоть живыми. — добавил Рейт. Достав из кармана радиопередатчик, проверил показания индикатора.

— Он показывает на Дадих, — объявил он. — Двадцать миль отсюда.

Придется туда ехать. Трез хмыкнул:

— Там тебе до тошноты придется забавлять синих кешей. Девушка из Ката оперлась о стену, закрыла лицо руками и горько заплакала. Для Рейта это было совершенно неожиданно, и он, утешая. погладил ее по спине.

— Что случилось кроме того, что тебе холодно, что ты промокла, хочешь есть и испугалась? — спросил он.

— Я никогда не вернусь в Кат. Я знаю это, я знаю, — заплакала она.

— Ну конечно же ты вернешься. Ведь существуют еще и другие караваны.

Было видно, что Рейт ее не убедил, но. тем не менее, всхлипывать она перестала. Дождь немного утих, гроза переместилась на восток, и раскаты грома не казались уже такими страшными. Вскоре тучи рассеялись и в лужах сквозь дождь заиграло солнце. Все трое, еще абсолютно мокрые, вышли из-под навеса и почти столкнулись с маленьким человеком в длинном кожаном плаще, несшим вязанку хвороста и от испуга выронившим ее. Быстро подняв свой хворост, он уже собирался сбежать, но Рейт крепко схватил его за плащ.

— Подожди! Куда ты так торопишься? Ответь нам только на один вопрос: где мы можем найти приют и что-нибудь поесть?

Было заметно, что человек с облегчением вздохнул, посмотрел сначала на Рейта, потом на остальных и с чувством собственного достоинства выдернул плащ из рук Рейта.

— Приют и еду? Это не так просто и можно получить только по рекомендации. А у вас есть чем заплатить?

— Да, заплатить мы можем. Человек поразмыслил:

— У меня есть уютная квартира с тремя комнатами. Потом покачал головой:

— Нет, идите лучше в гостиницу "Мертвая Степь". Если я возьму вас к себе. разбойники все равно заберут себе весь доход, и я от этого ничего не выиграю.

— Это лучшая гостиница в Пере?

— Да, хорошая гостиница. А разбойники проверят, насколько вы богаты.

Мы это допускаем ради нашей собственной безопасности. В Пере никто не имеет права грабить, кроме Нага Гохо и его разбойников. Это что-то вроде закона. А что могло бы случиться, если бы каждый мог приобрести лицензию?

— Так значит Нага Гохо правитель Перы?

— Можно сказать и так, — он показал на несколько зданий в центре города. — Там его дворец, в цитадели. Там он живет со своими разбойниками.

Больше ни о чем я с вами говорить не собираюсь. В конце концов, они выгнали фангов в Северную Перу. А с Дадихом мы ведем торговлю, и поэтому бандиты избегают города, иначе могло бы быть хуже.

— Да, я понимаю, — сказал Рейт. — А где же находится гостиница?

— Там дальше, у подножия холма. Там, кстати, оканчивается и караванный путь.

Глава 7

Гостиница "Мертвая Степь" была самым грандиозным сооружением. увиденным Рейтом в разрушенном городе: длинное строение с богато украшенной остроконечной крышей, прислонившееся к главному холму Перы. Как и во всех гостиницах Чая, в ней был огромный ресторан. Но вместо обычных грубых столов и скамеек здесь стояли мягкие кресла из черного дерева с богатой резьбой.

Три светильника из черного металла и разноцветного стекла освещали помещение. На стенах висели древние терракотовые маски, изображавшие лица получеловеческого народа.

В ресторане витал пряный запах пищи, и многие беглецы с каравана уже толпились у столов. Постепенно к Рейту возвращалась любовь к жизни. Во всяком случае, здесь было тепло, удобно и тихо.

Хозяином оказался маленький толстый человек с аккуратной рыжей бородой и лучистыми красно-коричневыми глазами. Его руки постоянно двигались в поисках работы, а ноги, казалось, все время куда-то спешили. Когда Рейт спросил о возможности получить номера, тот с сомнением скрестил руки:

— Разве вы не слышали, что зеленые демоны уничтожили караван Баойиана?

Здесь собрались все, оставшиеся в живых, и мне надо для всех найти место. И не все могут за это заплатить. А ты? Нага Тохо распорядился, чтобы я разместил всех.

— Мы тоже ехали с этим караваном, — ответил Рейт. — Но заплатить мы в состоянии. Услышав это, хозяин повеселел.

— Я думаю, что могу и вам выделить комнату, но обо всем остальном вы должны позаботиться сами. И еще один совет. — он быстро оглянулся. — В последнее время в Пере кое-что изменилось. Так что, будьте осторожны.

Им выделили чистую комнату, а чуть попозже принесли три мешка, набитых соломой. Сухой одеждой гостиница их обеспечить не могла, и поэтому в ресторан пришлось идти в еще невысохших вещах. Туда часом раньше уже пришел и дирдир-человек Анахо. Баойиан тоже был здесь и задумчиво смотрел на огонь в камине.

На ужин им подали миску густого супа и грубый хлеб. Пока они это ели, в зал вошли семеро высоких мужчин и окинули ресторан взглядом, По ним было видно, что жизнью они довольны: от голода, судя по красным лицам, не страдали. На них была темно-красная одежда, элегантные черные сандалии из кожи и яркие вышитые плащи. У последнего человека плащ был расшит особенно богато, и это был, видимо, сам Нага Гохо. Другие же были его разбойниками.

Нага Гохо был высоким и подтянутым человеком и имел странную большую голову, напоминавшую волчью. В ресторане стало тихо.

— Добро пожаловать в Перу, — крикнул он. — К счастью, у нас порядочный город и вы сами сможете в этом убедиться. Здесь принято неукоснительно соблюдать закон. Поэтому мы взимаем со всех налог за пребывание. Если кто-либо не может его оплатить, он должен для общественности выполнить какую-нибудь работу. Есть ли у вас вопросы или жалобы?

Он обвел зал взглядом, но все молчали. Разбойники принялись обходить ресторан и собирать монеты. Терзаемый противоречивыми чувствами. Рейт заплатил за себя. Треза и Цветок Ката девять секвинов. Никому из присутствующих этот грабеж не показался чем-то из ряда вон выходящим. Здесь, очевидно, было совершенно естественным, что кто-то использует свое преимущество.

И вдруг Нага Гохо увидел красивую девушку. Распрямив плечи и подкрутив усы, он подозвал хозяина. Оба пошептались, причем Нага Гохо не выпускал девушку из поля зрения.

Хозяин подошел к Рейту и прошептал ему на ухо:

— Нага Гохо заметил женщину. Он хочет знать ее положение. Кто она: рабыня, дочь или жена?

Рейт бросил на Юлин-Юлан быстрый взгляд и, будучи готовым к отпору, ответил:

— Я ее сопровождаю, и она находится под моей защитой. Хозяин пожал плечами и вернулся к Нага Гохо, который ответил коротким жестом. После этого он исчез вместе со своими людьми.

Они сидели в своей маленькой комнате, и Цветок Ката выглядела очень расстроенной. Она сидела на своем соломенном матрасе.

— Ну что ты, будь повеселее, — говорил ей Рейт. — Дела не так уж плохи. Она грустно покачала головой:

— Я затерялась в этой варварской стране. Жемчужина, упавшая в пучину, и забытая.

— Чушь, — прервал ее Рейт, — Следующим караваном, уходящим из Перы, ты отправишься домой. Юлин-Юлан оставалась безутешной:

— Дома другая девушка станет Цветком Ката. На банкете ей вручат мои цветы и она, а не я, будет требовать у других девушек, чтобы они называли ей свои имена. А меня там не будет. Никто меня больше ни о чем не спросит, никто не будет знать моих имен.

— Так скажи мне свои имена, — предложил Рейт, — Я с удовольствием их послушаю. Цветок посмотрела на него:

— Ты действительно этого хочешь?

— Конечно, — подтвердил Рейт.

Тогда она посмотрела на Треза, который как раз занимался выделенным ему мешком с соломой.

— Давай выйдем, — прошептала она Рейту на ухо. Вслед за ней Рейт вышел на балкон. Некоторое время она смотрела на городские руины, и их локти касались друг друга. Эз висел высоко на небе между тонкими облаками. Внизу кое-где горел свет, откуда-то доносилось дребезжащее пение, сопровождающееся глухими ударами деревянного барабана. Девушка заговорила тихо и торопливо:

— Мой цветок — Юлин-Юлан. и ты уже знаешь, что это и мое цветочное имя. Но это имя используется только в официальных случаях и во время больших праздников, Она так близко наклонилась к нему, что он почувствовал ее чистый сладкий запах.

— Так у тебя есть и другие имена? — тихо спросил Рейт.

— Да, — она вздохнула, — Почему же ты не спрашивал меня об этом раньше? Ты же знал, что я тебе их все равно бы назвала.

— Так какие же имена у тебя есть еще? — спросил он.

— Мое придворное имя Шар Зарин.

Она положила голову на его плечо и прижалась к его руке.

— Детское мое имя было Зози, но так называл меня только отец.

— Цветочное имя, придворное имя и детское имя… Какие же имена существуют кроме этих?

— Мое дружеское имя, мое тайное имя — и еще одно. Хочешь, я скажу тебе мое дружеское имя? Если ты хочешь его знать, ты должен назвать мне свое. И тогда мы станем друзьями.

— Конечно.

— Дерль., - А меня зовут Адам, — сказал Рейт и поцеловал ее.

— Это твое дружеское имя?

— Можно сказать, да.

— А твое тайное имя?

— А я и не предполагал, что оно у меня может быть. Она нервно рассмеялась:

— Может оно и не так уж важно. Но если ты мне его назовешь, я буду знать твою тайну, лежащую в глубине твоей души; а потом… Затаив дыхание, она взглянула на него:

— Ты должен иметь тайное имя. которое будет известно только тебе. У меня такое есть. От ее близости Рейт будто опьянел и забыл всякую осторожность:

— А как твое тайное имя? Она приложила губы к его уху:

— Л'лае. Это такая нимфа, которая живет на облаках над горой Дарамтисса и любит бога звезд Ктана.

Она обворожительно улыбнулась, и Рейт страстно ее поцеловал. Она снова улыбнулась:

— Если мы одни, ты можешь называть меня Л'лае, а я буду звать тебя Ктан. Это будут наши тайные имена.

— Если тебе этого хочется, — смеясь, отвечал Рейт.

— Мы подождем здесь следующего каравана, идущего на Коад, а потом на корабле поплывем через Драшаду в Верводу, что в Кате. Рейт закрыл ей ладонью рот.

— Мне нужно попасть в Дадих.

— В город синих кешей? Но зачем это тебе?

Рейт посмотрел на звезды, будто хотел получить оттуда поддержку. Что он мог сказать? Расскажи он ей правду, она подумает, что он сошел с ума. несмотря на то, что именно ее предки, судя по всему. послали на Землю сигналы.