— Думаешь, они долго не проспят? — спросил Джеймс, делая знак воинам собрать оружие людей Макенроя.

— Трудно сказать. Я боялась сделать снотворное слишком сильным, иначе они уснули бы навсегда. В любом случае лучше поторопиться.

Очень скоро всех людей Макенроя раздели и сложили их одежду на полу. Джиллианна посмотрела на храпящих пленников и улыбнулась: все были в нижнем белье. Ее взгляд невольно задержался на сэре Конноре. Ну почему он так красив, даже когда на нем только исподнее.

— Какие стыдливые, — усмехнулся Джеймс. — Еще одно доказательство, что они готовились проиграть. У всех только по одному оружию, а нижнее белье говорит о том, что им не хотелось оставаться совсем голыми. А что за странные льняные штаны на этом лэрде?

— Мой кузен тоже носит такие, — поморщился Джордж. — Говорит, не может носить одежду на голое тело — у него от этого сыпь выступает, особенно от шерсти.

— Да. — Джиллианна отвернулась, чтобы не рассмеяться. — Это как детская потница.

— Мой кузен страшно переживает из-за этого. Говорит, что у настоящих мужчин такого не бывает.

Джиллианна покачала головой:

— Какая глупость! От этого страдают многие люди. Например, у меня бывает сыпь от земляники. Вы же не будете думать, что такой великан не настоящий мужчина?

Джордж тут же замотал головой.

— Уносите их, — приказала Джиллианна.

— Далеко? — спросил Джордж.

— Не слишком. На пару миль.

— Если бы тебе пришлось выбирать, ты бы выбрала его? — спросил Джеймс, глядя, как выносят спящих.

— Он действительно очень красив, но глуп.

— Думаю, он просто честен.

— Да, говорит, о чем думает, не заботясь о последствиях.

— Джиллианна, я хочу сражаться! — вдруг вспыхнул Джеймс, — Ты не заслуживаешь того, чтобы один из этих глупцов силой тащил тебя под венец.

— Но мне почти двадцать один год, и до этих глупцов еще никто не делал мне предложение. Впрочем, это не важно. Джеймс, они не предлагают ничего постыдного. Сэр Коннор откровенно рассказал об их планах. Затевая все эти игры, я просто хотела выиграть время и дождаться отца, который поможет мне выпутаться из этой истории. Но если дело дойдет до реальной схватки, я найду способ не допустить кровопролития. Джеймс, поклянись, что одобришь любое мое решение.

— Клянусь, — недовольно буркнул он. — Но, Джиллианна, нельзя выходить замуж таким способом! Ведь брак не будет настоящим.

— Согласна, мне придется разделить с мужем ложе. И я стану женщиной. Может быть, я наконец узнаю, что так привлекает людей в исполнении супружеских обязанностей. — Она торопливо выбежала из зала, не дав Джеймсу опомниться.

— Черт побери, где мы?

Голос Дэрмота разбудил Коннора. Он открыл глаза и тут же зажмурился от яркого солнца. Затем он медленно сел и оглянулся.

— Думаю, мы в миле или двух к северу от нашего лагеря, — ответил он.

— Нам придется идти назад пешком? — Дэрмот длинно и витиевато выругался. — Если я встречу того, кто вырастил эту дрянную девчонку, то буду бить его долго и больно!

— Да, она действительно умна, — пробормотал Мосластый.

— Зачем нас сюда притащили?

— Чтобы у нас не осталось времени на вторую попытку, — ответил Коннор.

— Понятно, — вздохнул Дэрмот. — Нам бы успеть назад в лагерь до захода солнца. Неужели ты думаешь, что все это придумала эта пигалица?

— Вероятно, ей помогал ее кузен, — пожал плечами Коннор. — Но уверен, основные идеи родились в ее голове.

— И ты все еще хочешь жениться на ней?

— Я хочу получить ее землю, — ответил Коннор. Затевая эту авантюру, он совершенно не хотел жениться, однако теперь он изменил о ней мнение. Правда, Дэрмоту было не обязательно об этом знать. — Такая умная и хитрая жена может оказаться настоящим сокровищем.

— Или проклятием. Уж больно она маленькая.

— И все же она женщина, которая может родить наследников. Хотел бы я иметь детей, таких же умных, как она.

— Тогда тебе предстоит нелегкая схватка. Сэр Роберт и сэр Дэвид не стерпят нанесенного им оскорбления и будут драться до победы.

Коннор кивнул:

— Они не боятся понести потери.

— Ты думаешь, она тоже будет сражаться?

— Вполне возможно, но если она не хочет крови, то ей придется остановить наше соперничество.

— Значит, она выберет мужа?

— Пока создается впечатление, что это ее единственная возможность. Хотя не удивлюсь, если она снова что-нибудь придумает.

Глава 5

Нужно принять решение, думала Джиллианна, глядя в потолок большого зала. Обе кошки примостились возле нее на кресле. Приехав в Алд-Дабач, она думала, что ее проблемы будут связаны с обустройством замка, например с тем, как отмыть вековую копоть с потолка — он действительно в этом нуждался. Однако вместо этого она была вынуждена принимать решения, которые определят ее будущее.

Никогда она даже не мечтала о том, что трое лэрдов будут ломиться в ее ворота с предложением выйти замуж за одного из них. Джиллианна поняла только теперь, что не отдавала себе отчета в том, насколько оскорбительно было для нее безразличие мужчин.

Но она сумела победить всех троих, нанеся при этом оскорбление им. Хотя она сознавала, что они этого заслуживали, она была готова к тому, что расплата не заставит себя ждать. Мужчины не умеют прощать оскорбления, тем более нанесенные хрупкой маленькой женщиной.

Сэр Коннор предупредил ее, что другие не будут столь снисходительны, как он. Его слова постоянно звучали у нее в голове. Вообще-то ее слегка удивила его забота о ней. Она не могла прочитать его мысли, но пришла к выводу, что он был человеком с тяжелым характером и довольно упрямым. То, как он относился к браку, выдавало в нем ярого приверженца домостроя. Однако он был готов проиграть ей и, как показалось Джиллианне, отнесся к своему поражению с некоторой долей юмора. Вот это было, пожалуй, самым странным. Тем не менее она искренне поверила ему, когда он заявил, что прощает ее и что двое других претендентов на ее руку потребуют расплаты за нанесенное им оскорбление.

Это означало, что вскоре должна была начаться настоящая война, думала Джиллианна, а у нее больше не оставалось в запасе ни единой уловки. Спокойная жизнь, которой так долго наслаждались местные жители, оказалась под угрозой. Люди могут погибнуть, их дома будут разрушены, и мирной жизни придет конец. Но ради чего они затеют войну? — спрашивала она себя. Из-за того, что она отказалась выйти замуж за одного из трех достойных землевладельцев? Или потому что дорожила своей девственностью и любой ценой хотела дождаться отца, способного уладить конфликт? Конечно, было крайне неправильно уступить принуждению, но таким образом она спасала жизнь многим людям. Это была жестокая правда, которую она не могла больше игнорировать.

— Там написаны ответы на мучающие тебя вопросы?

Джиллианна улыбнулась вошедшему в зал Джеймсу.

— Если и так, то надписи не видно под слоем грязи, — вздохнула она. — Если те глупцы, что стоят у наших ворот, решили начать настоящую драку, то ответ на все вопросы может быть только один. Разве не так?

— Я тоже ничего не могу придумать. Моя голова раскалывается от боли. Мне трудно признаться в своей слабости, но единственный, кто может нам помочь, — это твой отец. Только он обладает достаточной властью, чтобы прекратить эти домогательства, и не только потому, что он твой отец, но и потому, что он — приближенный короля.

— Того самого, который натравил на меня этих лэрдов.

Джеймс скривил губы:

— По его мнению, это было лучшее решение всех проблем. Мало кто из отцов откажется от таких предложений, сделанных его дочери. Но все дело в том, что мы, Мюрреи, по-другому относимся к свободе выбора. — Джеймс улыбнулся. — Однако у тебя больше возможности выбирать, чем у многих других девиц.

— Это я понимаю. Кроме того, мой клан вряд ли отнесется ко мне с сочувствием. — Джиллианна вздохнула. — Конечно, они будут сочувствовать мне, но не слишком сильно. Мне не хочется отдавать свои земли человеку, который даже не потрудился немного поухаживать за мной, но эти три лэрда сделали мне честное предложение выйти замуж. Они хороши собой, молоды, сильны и богаты. Каждый из них желанный жених. Люди Алд-Дабача помогли мне выиграть три дня, но я не могу просить их о большем. Если мои женихи решили пролить кровь, то я не должна допустить этого.

— Еще до ночи мы будем знать о том, что они задумали.

— Да? Каким образом?

— Мы послали паренька разведать, что к чему. Может быть, ему удастся подобраться достаточно близко и подслушать, о чем они говорят. О, не беспокойся! Джордж уверен, что юноша в полной безопасности. Единственное, что ему угрожает, — это быть схваченным, но лэрды ничего ему не сделают, по крайней мере до начала сражения.

— Ты прав. Надеюсь, он скоро вернется. А теперь нам надо как следует выспаться, чтобы утром быть свежими и отдохнувшими. Если нам предстоит решительная схватка, то негоже зевать во весь рот во время сражения.

Коннор стоял, прислонившись к дереву и скрестив руки на груди. Он мрачно смотрел на двух лэрдов, споривших друг с другом с пеной у рта. Дэвид и Роберт были настроены решительно. Они могли ранить или даже убить женщину, на которой собирались жениться. Конечно, было тяжело пережить оскорбление, нанесенное этой пигалицей, но Коннор полагал, что она не должна расплачиваться за это жизнью. В конце концов, она лишь защищала себя, свою честь, а также свои земли так, как могла. На ее месте любой сделал бы то же самое.

— Как ты думаешь, к утру они успокоятся? — спросил Дэрмот, стоявший рядом с Коннором.

— Нет, — ответил тот, стараясь говорить как можно тише. — Они полагают, что задета их гордость, и хотят получить девицу и ее земли в качестве компенсации.

— Может быть, тебе стоит уговорить их разрешить тебе пойти первым? Если предстоит ворваться в Алд-Дабач, то ты сделаешь это с наименьшими разрушениями.

— Они не будут повторять попытку ворваться туда, боясь очередного поражения, — покачал головой Коннор. — Если сэр Дэвид снова окажется в дураках, то от злости вырвет себе все волосы на голове.

— Это будет нетрудно сделать, — усмехнулся Дэрмот.

— Учти, мы имеем дело всего лишь с женщиной.

— Да, но вы просите ее руки. Не многим делают предложение сразу трое.

— Однако мы хотим получить не столько ее руку, сколько ее земли, а эта девица достаточно горда. Может быть, нам стоит попробовать поухаживать за ней?

— Ты когда-нибудь ухаживал за девушками?

— Нет, но разве это так трудно? Несколько поцелуев и пара ласковых слов. Думаю, у меня получится.

— А мне кажется, у сэра Роберта это получится гораздо лучше. Не стоит доводить до этого. Ты рискуешь проиграть.

Слова Дэрмота были справедливы, однако Коннору было неприятно их слышать. У него были женщины. Не так уж много, но, вероятно, это происходило потому, что он редко покидал Дейлкладач. В замке всегда находились женщины, готовые ему отдаться, а в тех редких случаях, когда Коннор отправлялся в поход, он не упускал возможности воспользоваться женской благосклонностью.

Задумавшись об этом, он вдруг понял, что общение с женщинами легкого поведения и ухаживание — совершенно разные вещи. Однако он отмахнулся от этих досадных размышлений. Или он женится на леди Джиллианне, или нет. А за женой не принято ухаживать, внушал себе он.

— Эй, ты с нами или нет? — прервал его размышления сэр Дэвид.

Он был так зол, так хотел отплатить за нанесенное ему оскорбление, что Коннор начал сомневаться, удастся ли ему вразумить обезумевшего соседа. Сэр Дэвид жаждал крови, и это вполне могла оказаться кровь леди Джиллианны.

— А если при нападении сама леди будет ранена или даже убита? — спросил Коннор.

— Тогда так тому и быть.

— А вы не боитесь рассердить людей ее клана?

— Она первая выступила против нас. Я не собираюсь возвращаться домой поджав хвост из-за какой-то девицы. Так ты с нами или нет?

— Я с вами потому, что я единственный, кто хочет, что бы эта девица осталась живой хотя бы до замужества.

— О Господи, — прошептала Джиллианна, когда Джордж ввел в зал того паренька, которого посылал шпионить за лэрдами, — Джордж явно взволнован.

— Джордж всегда взволнован, — заметил Джеймс, прихлебывая вино.

— Я давно заметила, что у нашего управляющего есть несколько степеней взволнованности. Пожалуй, сейчас самая сильная. Да и юноша не выглядит спокойным. — Она улыбнулась Джорджу и мальчику. — Садитесь, Джордж и, если не ошибаюсь, Дункан?

Она налила им вина. Пятеро воинов Мюрреев тоже сели за стол.

— Да, миледи, меня зовут Дункан. Я дядя Мэри.

— Итак, Дункан, что тебе удалось узнать?

— Мне очень повезло, миледи, — начал Дункан. — Я подобрался очень близко и слышал все, что говорили лэрды.

— Наверно, они были недовольны мной.

— Это точно. Сэр Роберт и сэр Дэвид очень сердились, особенно сэр Дэвид.

— Меня это не удивляет.

— Сэр Роберт и сэр Дэвид хотят напасть на вас завтра утром, миледи.

Джиллианна вздохнула:

— Этого я и боялась. Полагаю, что на этот раз они не будут нападать по отдельности.

— Да. Сэр Дэвид сказал, что они пойдут все втроем, вышибут ворота, а потом решат, комy из них вы достанетесь.

— Если только я останусь жива. Но ты ничего не сказал о сэре Конноре.

Дункан быстро глотнул вина.

— Миледи, он говорил мало. Стоял, хмурился и о чем-то переговаривался со своим братом. Когда сэр Дэвид спросил его, с ними он или нет, сэр Коннор наконец заговорил. Он сказал, что вы можете пострадать при атаке, а сэр Дэвид заявил, что так тому и быть. Тогда сэр Коннор спросил, не боятся ли они рассердить ваш клан, но сэр Дэвид сказал, что не хочет возвращаться домой с поджатым хвостом. Сэр Коннор сказал, что пойдет с ними только потому, что он единственный, кто хочет, чтобы вы остались живы хотя бы до замужества.