«Хорошенькое начало новой жизни», — в отчаянии подумал Оби-Ван.

Последним, что он увидел, был надвигавшийся на него чудовищный кулак хатта. Потом мальчик провалился в темноту.

Глава 7

Оби-Ван очнулся на койке в теплой комнате, залитой ярким светом. Перед глазами стоял туман, голова кружилась. Над ним склонился медицинский робот. Он накладывал лечебный клей на глубокие раны, проверял, все ли кости целы.

Посреди комнаты, внимательно вглядываясь в мальчика, стояла молодая женщина с темно-рыжими волосами и зелеными глазами.

— Неужели тебе никто не говорил, что нельзя ввязываться в драку с хаттом? — спросила она.

Оби-Ван хотел покачать головой, но даже от такого малейшего движения тело захлестнула волна острой боли. Он глубоко вздохнул и призвал на помощь свою выучку джедая — воспринимать боль просто как сигнал, посылаемый телом. Потом нужно обратиться к своему телу с просьбой начать излечение.

Когда ему удалось сконцентрировать разум на поставленной цели, боль начала отступать. Он обернулся к женщине.

— Мне больше ничего не оставалось.

— Я понимаю. — Лицо незнакомки озарила мимолетная улыбка. — Что ж, по крайней мере, ты остался в живых. Это уже хорошо. — Она подошла поближе к его койке. — Тебе повезло, что я вовремя нашла тебя. Ты не из наших.

— Наших? — недоуменно переспросил Оби-Ван и покосился на девушку. Она была одета в оранжевый рабочий комбинезон с зеленой треугольной нашивкой.

— Мы из Горнорудной корпорации «Аркона», — ответила женщина. — Если ты не работаешь на нас, то почему рабочие из «Дальних миров» тебя избили?

Оби-Ван хотел пожать плечами, но его опять пронзила острая боль. Иногда бывало нелегко относиться с уважением к сигналам, посылаемым телом.

— Откуда я знаю? Я всего лишь искал свою каюту.

— А ты парень крепкий, — одобрительно заметила женщина. — Не каждому удается остаться в живых после драки с хаттом. Ты пришел на корабль искать работу? Мы можем нанять тебя для «Арконы». Меня зовут Клат-Ха, я главный производственный управляющий компании. — На вид она казалась слишком молода для того, чтобы управлять горнорудным производством — ей было не больше двадцати пяти лет.

— У меня уже есть работа, — проговорил Оби-Ван, едва ворочая языком. — Меня зовут Оби-Ван Кеноби. Направлен в Сельскохозяйственный корпус.

Клат-Ха удивленно раскрыла рот.

— Значит, ты и есть молодой джедай? Тебя ищут по всему кораблю.

Оби-Ван попытался сесть, но Клат-Ха тотчас же уложила его обратно.

— Лежи. Тебе еще рано вставать.

Он откинулся на подушки. Девушка шагнула к двери.

— Удачи тебе, Оби-Ван Кеноби, — сказала она. — Будь осторожен. Ты попал в самую гущу войны. Твое счастье, что ты остался в живых. В следующий раз тебе может не повезти. — Она хотела уйти, но Оби-Ван коснулся ее руки.

— Погодите, — проговорил он. — Я ничего не понимаю. Какая война? Кто с кем сражается?

— Эту войну затеяли «Дальние миры», — ответила Клат-Ха. — Ты, наверное, слышал о них.

Оби-Ван покачал головой. Как объяснить, что он провел всю жизнь в Храме Джедаев? Он больше знал о путях Силы, чем о жизни во вселенной.

— «Дальние миры» — это одна из старейших и самых богатых горнодобывающих компаний в Галактике, — пояснила Клат-Ха. — И они достигли этого только потому, что безжалостно расправлялись с конкурентами. Те, кто осмеливается встать у них на пути, неизменно погибают.

— А кто их возглавляет? — спросил Оби-Ван.

— Никто не знает, кому принадлежит компания «Дальние миры», — ответила Клат-Ха. — Вероятно, некоему клану, который владеет ею на протяжении столетий. И я даже не уверена, что этот таинственный владелец в ответе за все убийства. Но на корабле, летящем к Бендомиру, правит жестокий и безжалостный хатт по имени Джемба.

Оби-Ван несколько раз повторил про себя незнакомое имя. Джемба. Может быть, его избил именно этот тип?

— Безжалостный? Что он натворил?

Клат-Ха украдкой бросила взгляд через плечо, словно боялась, что ее подслушают.

— «Дальние миры» используют самую дешевую рабочую силу. В мирах Внешнего кольца, на планетах, подобных Бендомиру, половина работников Джембы — это рабы, вифиды. Но это еще не самое худшее, — произнесла Клат-Ха и неуверенно замолчала.

— А что самое худшее? — в нетерпении спросил Оби-Ван.

Темные глаза Клат-Ха гневно вспыхнули.

— Лет пять назад Джемба был наместником «Дальних миров» на планете Варристад, где, кроме его компании, работала еще одна горнодобывающая фирма. Варристад — планета небольшая. Без атмосферы, поэтому рабочие жили в большом подземном куполе. И вот однажды в этом куполе возникла дыра. Воздух из-под купола мгновенно улетучился. Погибло больше четверти миллиона человек. Никто не сумел доказать, что это дело рук Джембы, но в результате аварии компания-конкурент лопнула, и «Дальние миры» перекупили права на добычу практически за бесценок. Корпорация получила громадную прибыль. Вот с какой компанией мы имеем дело на Бендомире.

— Вы уверены, что авария была устроена злонамеренно? Может быть, это был просто несчастный случай?

Клат-Ха с сомнением покачала головой.

— Возможно, — ответила она. — Но почему-то несчастные случаи неизменно происходят там, где появляется Джемба — точно так же, как вместе с вифидами появляется гнусная вонь. Один из таких несчастных случаев произошел и с тобой. Поэтому будь осторожен.

Оби-Ван понял, что девушка чего-то не договаривает. Он чувствовал борьбу, происходящую в ее душе. Там гнездилась давняя боль и страх, бурлила жажда мести.

— На Варристаде у вас были друзья? — спросил он.

Клат-Ха удивленно взглянула на него и с неохотой покачали головой.

— Никого, — солгала она.

Их взгляды встретились.

— Клат-Ха, так больше продолжаться не может. «Монумент» не принадлежит «Дальним мирам»! Нельзя допустить, чтобы они и дальше уничтожали всех и каждого.

Клат-Ха вздохнула.

— Может, корабль и не их, но шахтеров из «Дальних миров» на борту в тридцать раз больше, чем членов экипажа. Капитан не в силах защитить тебя. Поэтому на твоем месте я бы держалась подальше от их территории. В любое время ты будешь желанным гостем на нашей половине корабля. — Она направилась к двери, но на пороге остановилась. Серьезное лицо озарилось улыбкой, и вместо суровой управляющей перед Оби-Ваном на миг возникла озорная девчонка. — Надеюсь, дорогу к нам найдешь.

Оби-Ван улыбнулся в ответ. Но ему не нравилось, что Клат-Ха так легко мирится с несправедливостью. Он этого не понимал. Он вырос в мире, где все разногласия устранялись путем бескровных споров. В Храме Джедаев не было места несправедливости.

— Клат-Ха, это не правильно, — в тяжелом раздумье произнес он. — Почему мы должны обходить стороной их половину корабля? Почему вы так легко с этим смирились?

Девушка вспыхнула.

— Потому что не хочу, чтобы они появлялись на моей половине! Послушай, Оби-Ван, — настойчиво проговорила она. — Там, где Джемба, всегда происходят несчастья. Взрываются буровые установки, рушатся туннели, гибнут люди. Я не хочу, чтобы шпионы и саботажники из «Дальних миров» проникали на мою половину корабля, а он не больше моего хочет, чтобы мои люди совали нос в его дела. Поэтому смирись с существующим положением дел. Так будет лучше для всех.

Клат-Ха вышла из комнаты, плотно закрыв дверь. Оби-Вану показалось, что края двери как-то странно заколыхались. Он понял, что жар, охвативший его, был вызван не только гневом на несправедливость. Все тело горело, будто охваченное пламенем. Мальчик попытался примириться с болью и жаром, но его одолела тошнотворная слабость. Он бессильно откинулся на подушки. Голова шла кругом, перед глазами стоял туман. Он опять провалился в забытье.

Глава 8

Оби-Вану снилось, что он снова очутился в Храме Джедаев, прогуливается среди звездных карт. Он протянул руку и коснулся звезды, вокруг которой вращалась планета Бендомир, — крупного тусклого светила, одного из пары красных гигантов. В воздухе вспыхнула голограмма, и голос давно умершего мастера провозгласил: «Бендомир — место, где ты погибнешь, если не будешь осторожен».

Очнувшись, он обнаружил, что по-прежнему находится в лазарете, руки его обвиты множеством тонких трубок, лицо закрывает кислородная маска. На миг ему почудилось, что он все еще видит сон — над ним, склонившись, стоял Куай-Гон Джинн. Большая прохладная ладонь джедая легла мальчику на лоб, и Оби-Ван понял, что все-таки проснулся.

— К-как? — еле слышно пролепетал Оби-Ван.

Куай-Гон убрал ладонь и отступил на шаг.

— Не разговаривай, — тихо предупредил он. — У тебя была сильная лихорадка, но я о тебе позаботился. Как выяснилось, твои раны куда серьезнее, чем под силу вылечить медикам.

— Это и правда вы? — спросил Оби-Ван, силясь пробиться сквозь туман, застилавший разум.

Куай-Гон улыбнулся. Оби-Ван впервые увидел у него на лице улыбку. Оказывается, великому джедаю свойственна не только суровость и холодность суждений.

— Да, это и правда я, — ответил рыцарь.

— Вы пришли, чтобы разыскать меня? — с надеждой спросил Оби-Ван. Будь он здоров, он ни за что бы не стал вот так, в лоб, спрашивать, что привело сюда знаменитого джедая, но он был слишком слаб, чтобы самому доискиваться ответа.

Куай-Гон покачал головой.

— Я тоже лечу на Бендомир. По поручению Галактического Сената. Наши миссии никак не связаны друг с другом.

— И все-таки мы вместе, — произнес Оби-Ван. — Вы могли бы показать мне… Но Куай-Гон опять покачал головой.

— Нет, Оби-Ван, я здесь не за тем, чтобы учить тебя. Наши пути расходятся. Пора тебе познакомиться с народом, которому ты будешь служить. Забудь обо мне. Ты должен служить, подобно всем джедаям, но не так, как служат рыцари. В этом тоже заключена великая честь.

В голосе Куай-Гона не было суровости. Однако его слова поразили Оби-Вана, как жестокий удар. Стоило в его душе затеплиться хоть малейшей надежде, как ее тотчас же разбивали в прах.

Оби-Ван понял: несмотря на то, что судьба по чистой случайности свела их на одном корабле, Куай-Гон не желает иметь с ним ничего общего. Если верить слухам, выходило, что Оби-Ван, так же как любой послушник его возраста, невольно растравлял бы старую рану Куай-Гона, лишний раз напоминал о его потерянном падаване. Оби-Вану было не под силу заставить Куай-Гона забыть прошлое.

Он постарался не выказать разочарования и, несмотря на физическую слабость, выглядел храбрецом.

— Понимаю, — молвил мальчик.

Дверь лазарета чуть-чуть приоткрылась. В проеме показалась треугольная голова, блеснул любопытный зеленый глаз. Обнаружив, что Оби-Ван его заметил, незваный гость проворно захлопнул дверь.

Оби-Ван снова обернулся к Куай-Гону.

— Вы правы. В первую очередь я обязан выполнять свою миссию. Я буду… — Но тут дверь снова приоткрылась. Оби-Ван замолчал и попытался приподняться на локте. — Входите же! — крикнул он пришельцу.

В лазарет бочком протиснулся арконец. Он был немного ниже ростом, чем его сородичи, и кожа его была скорее зеленоватая, чем серая.

— Мы не хотели мешать… — начал он.

— Ничего страшного, — подбодрил его Оби-Ван. -… но Клат-Ха назначила нам встречу. Сказала, ей нужно кое-что обсудить. Мы слышали, здесь лежит мальчик, который сошелся в страшном бою с хаттом и остался в живых, — тихо произнес арконец. — Мы хотели увидеть великого героя. Очень жаль, если мы помешали. Мы подождем снаружи. — Он попятился.

Оби-Ван заглянул через плечо арконца, никого не увидел и только тогда вспомнил, что у арконцев принято называть самого себя «мы». Они жили сплоченными колониями и были лишены чувства индивидуальности.

— Давайте я вам сразу кое-что разъясню, — сказал Оби-Ван. — Во-первых, никакой это был не страшный бой. Просто хатт схватил меня за горло и придушил. Я потерял сознание. Вот и все. Никакой я не герой.

— Одно то, что ты остался в живых, делает тебе честь, — заметил Куай-Гон.

— Вот именно, — поддакнул арконец и робко приблизился на несколько шагов. — Хатты вселяют в нас великий ужас. Вы проявили силу и мужество. Мы восхищаемся вами. Вы отважный герой.

Оби-Ван беспомощно посмотрел на Куай-Гона, ища поддержки. Мальчик понял, что не в его силах переубедить чересчур восторженного арконца. Куай-Гон отвернулся, чтобы скрыть улыбку.

— Хорошо, садитесь, и давайте познакомимся, — сдался Оби-Ван. — По-видимому, на этом корабле я буду крайне нуждаться в друзьях.

— Нас зовут Сай-Тримба, — сообщил арконец, усаживаясь на стул. — Мы знаем, вас зовут Оби-Ван Кеноби. Мы сочтем за честь быть вашими друзьями.

Дверь скользнула вбок. В лазарет, горя нетерпением, стремительно шагнула Клат-Ха.

— Хорошо, что вы здесь, — сказала она Сай-Тримбе.

Сай-Тримба неуклюже вскочил на ноги.

— Мы… — начал он, но Клат-Ха перебила его, обратившись к Куай-Гону.

— У нас возникли трудности, — решительно заявила она. — Кто-то испортил наше оборудование. Наш юный друг Сай-Тримба обнаружил это во время очередной проверки. У нас имеются три арконские горнопроходческие машины, и все три выведены из строя.

— Каким образом? — спросил Куай-Гон. Сай-Тримба с поклоном вышел вперед.

— Сэр, с них сняты термодатчики, которые измеряют температуру стенок проходческой машины. А блоки сцепления отрегулированы так, что их невозможно разъединить.

— Что это значит? — спросил Оби-Ван.

Куай-Гон на минуту задумался.

— Арконские горнопроходческие машины предназначены для рытья туннелей через скальные породы и почву. Из-за трения о камни корпус машины во время работы очень сильно нагревается. Без термодатчиков не будет работать охлаждающая система. А при испорченных блоках сцепления машинист не сможет выключить двигатель. Машина будет вгрызаться в скалы до тех пор, пока не расплавится от перегрева. Все, кто в ней находится, погибнут.

— Вот именно, — мрачно подтвердила Клат-Ха. — Кажется, мы знаем, кто тут поработал.

Из коридора донесся трубный раскатистый бас.

— Си батха не бичи та Джемба? — пророкотал он по-хаттски. — Вы говорите обо мне, великом Джембе?

В дверь просунулась голова гигантского хатта. Он был куда крупнее того, с которым дрался Оби-Ван. Хатты живут несколько сотен лет и всю жизнь непрерывно растут, а вместе с ними растет их хитрость. Джемба, например, был так велик, что свободно мог бы проглотить троих человек сразу. Его чудовищная морда занимала весь дверной проем.

— Да, — ровным голосом подтвердил Куай-Гон. — Мы говорили о тебе, о великий Джемба. Входи, если сможешь.

Джемба в показном отчаянии распластался по полу.

— Много лет прошло с тех пор, как я мог проникнуть в такую маленькую норку, о джедай, — прогудел он. — Почему бы тебе самому не выйти? — Он хищно облизнул губы.

Куай-Гон неторопливо подошел к двери и встал лицом к лицу с хаттом.