На лице Тайнара появилось страдальческое выражение.

— Еще один Арпо, — презрительно обронил он.

— Кто — кто? — не понял Кенлон.

Сидевший напротив Робайрст откашлялся и встал.

— Ладно, — сказал он, и вся напускная его добро — желательность исчезла,

— я думаю, мы достаточно поговорили. Итак, да или нет?

Кенлон глубоко вздохнул. Наступал критический момент. Но он не мог даже представить, что согласится. Нельзя же ради благополучия двух человек разрушать город с сотнями или тысячами жителей. :

— Нет! — кратко сказал он.

Во время последовавшей паузы Кенлон поглядывал то на хозяев, то на море снаружи. Он чувствовал, что рыбачье судно медленно дрейфует, разворачиваясь, из-за чего теперь видно шарообразный корабль, находившийся сейчас гораздо ближе, чем тогда, когда он видел его в последний раз с палубы коптера, отставшего уже на полмили. До него оставалось всего 150 ярдов, однако никаких признаков деятельности на борту не было видно.

В это мгновение до Кенлона дошло, что оба владельца судна стоят рядом, мрачно глядя на него.

— Командор Кенлон, — начал Робайрст, — надеюсь, вы понимаете, что в этом мире нет законов, с которыми нам пришлось бы считаться?

— Офицеры и экипаж «Морского Змея», субмарины военно-морского флота Соединенных Штатов Америки, готовы вести себя согласно местным правилам и обычаям, как и в своем собственном веке, — спокойно ответил Кенлон. Тайнар повернулся к партнеру, разводя руками.

— Вот видите, — усмехнулся он, — пройдет не меньше полугода, пока до него дойдет, что нет иного выхода.

— Он повернулся к Кенлону и бросил ледяным тоном. — Хватит уговоров! Да?.. Или смерть! Кенлон вздохнул.

— My, допустим, я соглашусь, а когда вернусь на субмарину, дошлю вас к чертям? — Он пожал плечами.

— Давайте смотреть фактам в лицо. Тайнар сухо улыбнулся.

— Когда вы вернетесь на свой корабль, мистер Кенлон, на коже у вас под мышкой будет укреплена крошечная капсула — одна их тех, которыми мы пользуемся, стреляя больших рыб вроде акул. Вытащить ее вам будет не под силу, а взрывается она на любом расстоянии.

— И если в течение сорока восьми часов после возвращения на субмарину вы не начнете атаку города: плавунов, — жестко подхватил Робайрст, — мы взорвем ее дистанционно. Я сожалею, мистер Кенлон, что вам не удалось договориться по — хорошему.

Кенлон встал.

— Хорошо, — холодно бросил он. — Цепляйте свой крючок, ублюдки!

Тайнар, казалось, не слышал. Он подошел к стене, нажал на нее, открыв выдвижной ящик, и в высшей степени осторожно вынул небольшие щипчики. Между лапками инструмента что — то поблескивало. Он повернулся к Кенлону и, не оглядываясь, протянул свободную руку напарнику.

— Дай-ка набойщик.

Робайрст молча шагнул вперед, положил какой — то плоский гибкий предмет в протянутые, пальцы и отступил, не «водя с Кенлона внимательного взгляда.

Тайнар протянул набойщик Кенлону со словами:

— Снимите мундир и приложите его под правую руку, затем, я прикреплю капсулу. Кенлон медлил»

— Я искренне рекомендую вам воспользоваться набойщиком, командор, — раздался голос Робайрста. — Одежда не поможет: не забывайте, эти капсулы пробивают жесткую шкуру акул, а закреплять ее насильно до — вольно болезненно.

Кенлон поверил. Он неохотно начал расстегивать мундир и уже высвободил одну руку из рукава, когда это произошло.

Тайнар вдруг скорчился и осел на пол, следом рухнул Робайрст. Оба лежали, как мертвые, на толстом ковре.

В трансфоне раздался треск, затем послышался голос:

— Командор Кенлон, мы наблюдали всю сцену с нашего корабля. Мы просим вас поспешить, так как они быстро придут в себя. Выходите наружу. Мы подключимся к палубному трансфону.

На палубе Кенлону хватило мгновения, чтобы сориентироваться. Коптер Сессны Клен находился на расстоянии полумили, и, кроме круглого корабля, дрейфовавшего совсем рядом, прочие суда оставались так же далеко, как и вначале, заставив его подумать, возможно ошибочно, что на них, не очень — то считаются с тем, куда попали.

В блестящем металле огромного шара появилось отверстие. Кенлон ждал. Что

— то вроде балкона скользнуло наружу. На нем стояли трое мужчин в одинаковой форме и девушка в купальном костюме.

«Балкон» внезапно отделился от корабля и скользнул по воздуху к Кенлону, меньше чем за минуту преодолев разделяющее оба корабля расстояние, и замер, паря над палубой рыбачьего судна. Двое мужчин и девушка спрыгнули вниз, третий остался.

Один из спустившихся на палубу, мужчина среднего роста с худощавым лицом, доброжелательно улыбаясь, протянул Кенлону крошечный предмет. Кенлон обратил внимание, что у него остался второй такой же предмет, в который он заговорил:

— Обращайтесь к нам через микрофон, он отправит ваши слова на наш корабль, откуда их передадут на переводной компьютер и систему трансфона.

Кенлон кивнул в знак того, что понял, все его внимание было привлечено к маленькому воздушному судну, спокойно парившему в воздухе над палубой. Очарованный, он подошел ближе. Он вопросительно посмотрел на сидящего в нем человека, тот кивнул, и Кенлон ощупал борт, чувствуя живительное тепло.

Он снова взглянул на сидевшего в нем молодого человека и спросил в микрофон:

— Как оно действует?

Но прежде чем тот успел ответить, один из спустившихся на палубу тронул Кенлона за плечо и, когда тот обернулся, произнес в микрофон:

— Мистер Кенлон, Робайрст и Тайнар очнутся с минуты на минуту, так что давайте не будем попусту тратить время: вы все равно не поймете совершенно необычный для вас принцип действия нашего катера. Лучше позвольте, я представлю вам себя и своих друзей.

Девушку звали Лилдид, второго человека — Кэмфри, юношу на воздушном судне

— Массаганд, последним представился говоривший — Талгоронет — и добавил, что они из Сетидилладской эры истории человечества.

— Насколько мы сумели вычислить, — сказал Талгоронет, — мы, грубо говоря, из 86 столетия после 20 века, где-то около 10 650 года.

Их шарообразное судно в действительности было космическим кораблем, межпланетной исследовательской лабораторией, совершившей после длительного перелета посадку на воду возле одного города — там — то и появился крылатый, прикрепив к кораблю ампы времени.

— Прежде чем нам удалось от них избавиться, — уныло продолжал Талгоронет,

— мы очутились здесь.

Космический корабль!

Под этими словами подразумевались подробнейшие знания планет, истории человечества, передовая технология и…

Раздумья Кенлона прервала девушка, вернее, даже не сама она, а то, что произнес женским голосом трансфон, когда она поднесла микрофон к губам.

— Нам лучше доставить командора Кенлона, — настоятельно заметила она, — или на его корабль, или — она взглянула прямо на Кенлона, — на коптер Сессны Клен.

Кенлон не стал возражать против предложения поторопиться, но, поднимаясь на борт катера, указал на оставшиеся корабли и не удержался от еще одного вопроса:

— Вы, наверное, прозондировали все корабли лучами, которыми, я полагаю, воспользовались сейчас?

— Кроме одного, — ответил Массаганд. — Вон в тот корабль, — показал он, — мы не смогли проникнуть, несмотря на все наши старания.

Кенлон посмотрел в указанном направлении и, когда глаза привыкли к мельтешащим теням на покрытой рябью воде, увидел, что ему показывают на большое Торпедо — образное судно, наиболее похожее на субмарину из всех прочих судов.

Лиддид тронула его за руку.

— Куда вас, командор? Мы хотим уйти, прежде чем очнутся Робайрст с Тайнаром. — В ее голосе сквозило нетерпение.

— Давайте на коптер Сессны Клен, — сказал Кенлон. Через полторы минуты он стоял на палубе коптера, а воздушный катер исчезал в борту круглого корабля.

Глава 10

Кенлон повернулся и увидел, что Дорили стоит рядом ним.

— Я уже начала беспокоиться о вас, — сказала она. — Чего они хотели?

— Чтобы я разрушил город плавунов, — пожал плечами Кенлон.

— Вы согласились? — На крупном, красивом лице Дорили появилась тревожная заинтересованность.

До Кенлона вдруг дошло, что Сессна Клен захочет того же самого.

— Я сказал, что мы подумаем, — непринужденно ответил он.

— А те, с космического корабля?

— Просто хотели со мной повидаться, — проворчал Кенлон.

Объяснение, казалось, удовлетворило Дорили, так как она отвернулась и отдала распоряжение: коптер снова начал медленно двигаться.

Вблизи корабль Сессны Клен оказался большой, высокопалубной яхтой почти 200 футов в длину. Коптер опустился в открывшуюся в палубе полость.

Дорили поспешно спрыгнула, торопливо пробормотав что — то своим джоаннас, и жестом предложила Кенлону спуститься.

— Надо торопиться, — сказала она. — Нельзя заставлять Сессну Клен ждать.

Кенлон не возражал. Он прошел следом за ней два коридора и спустился по движущейся лестнице. Наконец, они подошли к двери, открывшейся при их приближении, за которой скрывалось то, что на других кораблях принято называть пассажирским салоном.

В огромном, ярко освещенном зале находилось около пятидесяти дам, одетых в красные с белыми полосами мантии. Могучие джоаннас — Кенлон насчитал их около тридцати — стояли у многочисленных дверей по двое, а в дальнем конце зала выстроились в две шеренги.

Мимолетно приметив все это, Кенлон обратил внимание туда же, куда смотрели остальные.

В кресле в противоположном конце зала сидела молодая, стройная, белокурая женщина. Кресло стояло на помосте, поднимавшемся в футе над полом.

На первый взгляд, женщина казалась почти девочкой, но, подойдя, Кенлон понял, что ей лет 25 — 27, может быть, даже больше.

Только он подумал об этом, Дорили отступила в сторону, пропуская его вперед. Кенлон продолжал идти, не останавливаясь, пока не очутился в восьми футах от кресла.

Через несколько минут до него дошло, что он оказался вовлечен в целый ритуал этого королевского двора, и он растерялся, не зная, как следует вести себя, чтобы никому не нанести обиды.

В это мгновение Сессна Клен чуть кивнула ему.

Кенлон счел это за официальное приветствие» и в свою очередь слегка поклонился.

Вблизи лицо женщины казалось ясным и спокойным. Кенлон подумал, что, подобное выражение может поддерживаться лишь благодаря большой силе духа и железной воле.

Прежде чем он смог получше разобраться в этом, женщина заговорила. Голос у нее был глубокий, с чуть заметной хрипотцой. Дорили за спиной Кенлона тут же перевела:

— Командор Кенлон, Сессна Клен приветствует вас на борту своей яхты и просит уничтожить оружием субмарины подводный город плавунов, поскольку она находится здесь, а ее дело не терпит отлагательств: Сессна Клен выходит замуж.

Кенлон вздохнул. Ясность так ясность.

— Я отказываюсь, — сказал он. Наступило долгое молчание, потом Дорили ошеломленно сказала ему:

— Я не могу перевести этого, командор.

Должно быть, Сессна Клен поняла, что что-то неладно, поскольку обратилась к Владелице джоаннас с каким — то резким вопросом. Та неохотно ответила. Внезапно общий вздох прокатился по залу, и Кенлон понял, что Дорили перевела его слова.

Сидящая перед ним белокурая женщина встала, небрежно бросила несколько слов, затем повернулась к двери, вышла в коридор и исчезла.

— Сессна. Клен понимает, что ваше заявление, капитан, продиктовано неведением протокола относительно такой персоны, каковой является она, — сказала Кенлону дрожащим голосом Дорили.

— Только по этой причине ваши слова останутся безнаказанными.

Все это звучало примирительно, но Кенлон взял себе на заметку — местная повелительница привыкла, что любые ее прихоти тут же исполняются. Однако, в данную минуту его интересовало, как выбраться отсюда, тем более, что окружающая обстановка подавляла его. Тем более, что, кроме всего прочего, стоило заглянуть и на другие суда.

Он молча последовал за Дорили обратно к выходу. Едва появившись на палубе, Кенлон взглянул на солнце, но в его отсутствие небо вновь затянули облака, и солнце угадывалось только неопределенно — смутной яркостью в тучах

— правда, это могла быть и иллюзия.

Кенлон подошел к поручням и кивком указал на суда, лежавшие в отдалении с левого борта. Дальше всех находилось самое большое судно, почти прямо по курсу лежала щеголеватая синяя яхта, а за ней длинное темное судно, похожее на субмарину без боевой рубки.

— Что это такое? — спросил он.

Красивое, крупное лицо Дорили чуть омрачилось.

— Еще никому не удалось вступить в контакт с его экипажем, — процедила она. — А на синей яхте всего один человек. Он из периода гораздо более позднего, чем время Клен, и очень могущественный, хотя совершенно миролюбивый. Большой корабль… — Она еще больше нахмурилась, затем с видимой неохотой объяснила, что большое судно называется «Сегомэй 6», что оно из 2852 года и что экипаж — исключительно мужской — уже делал неприличные намеки и предложения в связи с огромным количеством женщин в эскорте Сессны Клен.

— Туда мы вас не повезем, — закончила Дорили, — но у них имеется своя автоматическая переводная система, так что, если хотите, можете переговорить с капитаном Гандом.

Должно быть, по выражению его лица Дорили поняла, что Кенлон хочет воспользоваться ее предложением, поскольку тут же выкрикнула какое — то приказание на своем языке. Немного погодя одна из ее подчиненных протянула Кенлону небольшой микрофон со словами:

— Капитан Ганд на связи. Кенлон поднес микрофон к губам.