— Ну-ну, — покачала головой бабушка. — Ладно, надеюсь, вы не связались с дурной компанией…

— Связались, бабуля, связались! Да еще с какой! Сплошные убийцы и наркоманы! Но такие клевые ребята! Особенно главный, Костя Мухомор! Качок, весь в наколках, красавец, все девчонки по нему сохнут!

«Что она несет?» — испугался Никита, который совсем не знал Ксюшу.

— Не надо так шутить, — поморщилась бабушка. — Глупые вы еще, не понимаете, как мы, взрослые, за вас боимся. Вот будут у вас свои дети…

— Я своим детям буду доверять! — заявила Ксюша.

— Знаешь, Ксеня, если бы тебе не доверяли, то у тебя был бы совсем другой образ жизни. Но смотри, не злоупотребляй нашим доверием.

— Бабуль, ну ты что?

— Тут появился Гошка, умытый и причесанный.

— Георгий, хочешь морсу? — спросила бабушка.

— Очень хочу! Просто жутко! Спасибо!

— Ладно, Ксеня, я пойду, а ты тут напои мальчиков. Проголодаетесь, можешь сделать яичницу.

— Едва за Агнией Васильевной закрылась входная дверь, как Никита и Ксюша в один голос воскликнули:

— Ну что?

— Мне бы кто рассказал, я бы решил, что так не бывает!

— Как? — опять в один голос спросили Никита с Ксюшей.

— Какая-то немыслимая пруха!

— Гошка, кончай придуриваться! — рассердился Никита. — Говори нормально, в чем дело!

— Он ходил к метро и там звонил из автомата, а я не только все слышал, но и сумел подглядеть, какой он номер набрал!

— И как тебе удалось? — недоверчиво осведомился Никита. — Я еще понимаю, подслушать…

— Там автомат кнопочный… а у меня зрение — дай бог всякому. Орлиное! Вот я и углядел, на какие кнопки этот тип нажимал. Я потом проверил, все точно.

— Что ты проверил? Как?

— Гошка, говори все по порядку, а ты, Никита, не сбивай его! — потребовала Ксюша.

— Ладно, — кивнул Гошка, — слушайте! Иду я за ним и не пойму никак, почему он собачку в сквер не повел, значит, какое-то дело у него… Смотрю, он прямиком к автомату идет, а там какая-то девчонка разговаривает. А он на часы все глядь да глядь, однако девчонку не гонит. Наконец она сама трубку повесила и ушла. А я, пока он ждал, в сторонке пристроился, но так, чтобы видеть… Ну, он набрал номер, я его запомнил, слышу, он говорит: «Можно попросить Ивана Егоровича? Иван, это я. Все в порядке. Я вчера с ним виделся, все передал. Он слегка удивился, что отправка только на конец сентября назначена, но обещал присмотреться».

— Отправка? — спросила Ксюша. — Какая отправка?

— На тот свет, — хладнокровно пояснил Никита.

— Ой, мамочки!

— Гошка, а дальше что?

— Дальше? Да, в общем-то, ничего. Они еще поговорили про какую-то Ирину, но я ничего не понял. Скорее всего, это их общая знакомая.

— Но к нашему делу она имеет отношение? — быстро спросил Никита.

— Почем я знаю? Но мне показалось, что нет. Ксюха, плесни еще морсику.

Ксюша достала из холодильника кастрюлю с морсом.

— Гош, а ты сказал, что проверил… — начала она.

— Да, да, — подхватил Никита.

— Я пошел за ним, он вернулся в свой двор, чуточку с псинкой погулял там, псинка, кстати, здорово симпатичная, и пошел домой. А я к первому же автомату кинулся и позвонил по тому же номеру. Там тетка какая-то ответила. Я попросил к телефону Ивана Егоровича. Она сказала, что он уже ушел. Вот и все.

— А что, не хило! — заметил Никита. — Похоже, настоящий заказчик именно этот Иван Егорович, а Усатый — просто посредник. Ну и ну, целая цепочка… Кстати, я слыхал, теперь есть такая служба, которая по номеру телефона может дать адрес… Надо разузнать, как туда обратиться.

— Правда? — оживился Гошка. — Вот было бы здорово! Тогда бы мы разузнали все об Иване Егоровиче…

— Да ну, чихня все это! — фыркнула Ксюша. — А Иван Егорович еще позвонит какому-нибудь Петру Петровичу, а тот Сергею Сергеевичу, а мы всеми будем заниматься? Нам главное — старушку найти и предупредить. У них, может, целый синдикат преступников, нам с ними не справиться.

— И что ты предлагаешь? — полюбопытствовал Никита.

— Пока надо как можно больше разузнать о хозяине Ларри. Он тут, под боком. За ним следить не так сложно. Мы ведь даже знаем, куда он ходит звонить… А разбрасываться мы не можем. Нас ведь всего трое, да и Никита не здесь живет…

— А я не согласен! — закричал Гошка. — Если мы будем разбрасываться, то вообще ничего не узнаем! А Усатый вряд ли все время будет этим делом заниматься. Поэтому для нас главный объект — Иван Егорович! Все говорит о том, что это именно он заказал старушку! И вывести на нее нас может именно он. Или уж киллер, которого мы не знаем, где искать. По-моему, мы должны действовать так, и только так! Всех мы не спасем все равно, а одну старушку — можем.

— Должны! — поддержала его Ксюша.

— Значит, наша первоочередная задача — по номеру телефона раздобыть адрес! — как ни в чем не бывало заметил Никита. — Это я возьму на себя, согласны?

— Валяй!

Они еще поговорили, а потом Никита собрался домой. Мальчики простились с Ксюшей и вышли во двор.

— Только ты поскорее, ладно? — сказал Гошка двоюродному брату. — Нельзя время терять.

— Сам понимаю, — буркнул Никита, — все, я пошел! Пока. Будем держать связь!

А Гошка не спешил домой. Ему безумно хотелось еще разок взглянуть на ту девчонку, Сашу… Он минут двадцать проторчал во дворе, но напрасно. Саша не появилась. «Ну и фиг с ней», — решил Гошка. Он уже потянул за ручку двери, как вдруг услышал за спиной незнакомый голос:

— Ой, подожди, не закрывай!

— Он оглянулся. К подъезду спешила девчонка с большой и, видимо, тяжелой сумкой. Та самая, которую в прошлый раз ждала Саша. Теперь он знал — это ее младшая сестра! Он придержал тяжелую дверь.

— Спасибо! — улыбнулась она. — Фу, жарко!

— Помочь? — радостно предложил Гошка.

И, не дождавшись ответа, взял у девчонки из рук сумку, донес до лифта.

— Ты тут живешь? — спросила девчонка.

— Ага.

— И я тоже! Меня Машей звать. А тебя?

— Гошей.

Гошей? Это Георгий, да?

Но тут подошел лифт, и Гошка внес сумку в кабину.

— Тебе на какой этаж?

— На десятый. А тебе?

— На пятый, но я тебя довезу, дотащу сумку до квартиры.

— Здорово! — просияла Маша. — А ты в какой школе учишься? В красной за углом?

— Да. А ты?

— Теперь тоже буду там учиться. Мы только недавно сюда переехали!

Гошка донес сумку до квартиры, помедлил мгновение, но, увидев, что Маша достала из кармана сумки ключи, отступил к лифту.

— Ладно, пока!

— Спасибо, Гоша! Может, зайдешь?

— Да нет, мне домой надо, — смутился вдруг он. — Еще увидимся!

— А ты, кажется, клевый парень! — заметила Маша и отперла дверь.

Гошка залился краской и вошел в лифт. «Все отлично!» — решил он. С младшей сестрой он уже, можно сказать, подружился, а всего только помог ей сумку донести. Но зато она наверняка расскажет Саше про клевого парня Гошку, который живет с ними в одном подъезде.

А Маша тем временем выкладывала из сумки продукты в холодильник и громко пела: «Ах, Гоша, Гоша, Гошенька, какой же хорошенький, какой же заботливый, какой ты молодец!»

— За этим занятием ее и застала старшая сестра.

— Манька, что ты орешь? Какой Гошенька? Что-то я такой песни не знаю!

— Правильно, не знаешь! Я ее только что сочинила! Скажешь, плохая рифма «Гошенька — хорошенький»?

— Бывает лучше! А кто такой этот Гошенька?

— Ой, Сашка, я с таким парнем познакомилась, отпад! Живет в нашем подъезде на пятом этаже и учится в красной школе! Его зовут Гоша!

— А, я знаю… Соседка, тетя Лена, говорила, она с его мамой дружит. Чем он так тебе понравился?

— Всем! И еще он сумку мне помог донести, до самой двери! И нисколечко не задается!

— Сумку помог донести? Надо же, молодец! Сейчас будем обед готовить!

— Саш, давай не будем… Жарко, неохота у плиты торчать. Попьем чайку с бутербродиком.

— Да я уже для окрошки все приготовила, осталось только сметаны положить и квасу налить.

— Тогда кайф! Саш, а папа…

— Что папа? — сразу вскинулась Саша.

— Не звонил?

— Не звонил! Манька, его, наверное, нет в Москве.

— Сашка, не ври… Ты мне вот что скажи, неужели можно любить-любить детей, а потом в один прекрасный день разлюбить?

— А кто тебе сказал, что он нас разлюбил? Ничего подобного! — без особой уверенности в голосе проговорила Саша. — У них с мамой… испортились отношения… А мы тут ни при чем.

— Знаю, — вздохнула Маня. — Но я по нему скучаю…

— Я тоже. Все, иди мой руки!

— Иду, иду!

Когда Маня вернулась на кухню, Саша решила перевести разговор на менее волнующую тему:

— Надеюсь, ты этому Гоше не сообщила, что мы сейчас одни, без мамы?

— Еще чего! Что я, дура совсем? Ой, как вкусно, Санька! Слушай, Гошка просто классно рифмуется с окрошкой! У нас сегодня, Гошка, прекрасная окрошка! Класс!

— Да, рифма отличная! А ты что, влюбилась в этого Гошку?

— Нет, я еще не влюбилась, но могу…

— А сколько ему лет?

— Думаю, сколько тебе…

— Понятно… Тебе еще окрошки дать?

— Я не могу без Гошки, налейте мне окрошки!

— Манька, ты сдурела! — засмеялась Саша. — Чтобы я больше про этого Гошку не слышала.