— Ее шантажируют!

— Кто?

— Какой-то тип, противный, просто мерзкий!

— И чего он хочет?

— Денег, чего шантажисты хотят?

— А ты почем знаешь?

— Слышала! Совершенно случайно получилось, лифт не работал, я пешком спускалась и вдруг слышу голоса у мусоропровода!

— Он ее у мусоропровода шантажировал?

— Представь себе! Я остановилась, у меня шнурок развязался, и вдруг слышу, мужской голос что-то не очень внятно говорит, а женщина отвечает: «Вы что, с ума сошли? Откуда у меня такие деньги?» А он: «Ничего, хочешь нормально жить, найдешь! А не найдешь, пеняй на себя, всё все узнают, и тогда прости-прощай и карьера, и семья!»

— Но у нее, по-моему, нет никакой семьи! — припомнил Гошка.

— А может, она замуж собирается? Она же красивая и нестарая еще…

— Ну, а дальше что было?

— А дальше он ей сказал: «Короче, краля, через три дня, то есть в пятницу, принесешь мне две тонны баксов. Ровно в шесть вечера встречаемся тут, в скверике. Возьмешь свою псину уродскую и пойдешь. Но гляди, если к ментам сунешься, тебе же будет ох как кисло! Обещаю! Так что лучше тебе сомной дружить! Я человек понимающий, не требую с тебя всю сумму в один присест, отношусь по-доброму, согласен брать частями, притом небольшими! И не вздумай никому про это рассказывать, хуже будет! Ну все, краля, ты меня поняла, в пятницу в шесть в скверике! Две тонны и ни копейкой меньше!»

— Неслабо! — покачал головой Гошка. — Интересно, сколько всего он хочет с нее содрать? Она, похоже, не бедная, заплатит небось, если есть что скрывать.

— Каждому человеку, наверное, есть что скрывать, и каждого человека можно поставить в такие условия, что он не захочет, чтобы его тайну весь свет узнал!

— Ну, положим, не каждому…

— Но многим, очень многим!

— Ну и что ты хочешь?

— Гошка, мы же могли бы ей помочь?

— Мы? Как это?

— А как мы другим помогали?

— Ну, мы иногда просто влипали в какую-нибудь историю…

— Считай, что опять влипли!

— Но в таком случае придется тебе ей признаться, что ты подслушала ее разговор!

— Зачем?

— А что ты предлагаешь?

— Я предлагаю выследить этого шантажиста. В пятницу пойти в сквер и проследить за ним.

— А если он на машине?

— Нет у него машины, я сразу за ним побежала, он уехал на метро.

— Ты даешь! А что ж дальше не поехала?

— Я кошелек дома забыла. Чуть с ума не сошла, а потом побежала к тебе. Ну, как, ты согласен? Знаешь, эта Маргарита — хорошая женщина, добрая. Надо ей помочь!

— Да ну… пусть идет в милицию.

— Ну конечно, если помочь Маргарите, Умарову от этого не будет ни жарко ни холодно! — довольно ядовито заметила Маня.

— При чем здесь Умаров?

— Но ты же готов был в лепешку расшибиться, чтобы искать несуществующего сынка той ненормальной…

— Откуда ж я мог знать, что у нее с головкой плохо?

— Ладно, Гошка, проехали! Давай подумаем, как Маргарите помочь!

— Да ты уже все придумала! В пятницу в скверик припрется шантажист.;.

— Ой, Гошка, это прямо строчка из стихотворения: «В пятницу в скверик припрется шантажист, он жаден и коварен и с виду неказист».

— Маняша, тебе не надоело?

— Нет! Я сейчас редко стишки выдаю.

— Слава богу.

— Сашка тоже так говорит, — огорченно заметила Маня.

В оставшиеся до пятницы дни ничего интересного не происходило. Один раз Гошка внизу столкнулся с Маргаритой. «Плохо выглядит, — подумал Гошка, — глаза несчастные. Пожалуй, и вправду надо ей помочь». В четверг вечером Умаров вернулся домой довольный и объявил:

— Все, Георгий, завтра вы уже свободны. Приехала та женщина и утром выйдет на работу. Да, кстати, чтобы ты не думал, что я бессовестный эксплуататор, я вам за отработанные дни заплачу. Вот тебе пятьсот рублей, подели их поровну, или потратьте вместе на что захотите…

— Спасибо, — довольно сухо произнес Гошка.

— И немедленно позвонил Шмакову и Мане, предупредить, что завтра с утра не надо никуда идти. Услышав про деньги, Маня твердо заявила:

— Надо их оставить, мало ли на что они понадобятся.

Шмаков же предложил пойти в «Макдоналдс».

— На такие бабки мы там оторвемся по полной!

В результате решено было все-таки сходить в «Макдоналдс», но не отрываться по полной, а просто съесть по биг-маку и выпить коктейль. А остальные денежки приберечь. И заодно обсудить предстоящую встречу с шантажистом.

— Для начала надо его сфотать! — заявил Леха. — Гошка возьмет аппарат и сфотает.

— Шмакодявый, не произноси это кошмарное слово! — взмолилась Маня.

— А как прикажешь говорить?

— Как нормальные люди!

— Значит, я, по-твоему, ненормальный?

— Слушайте, вы что, рехнулись? — возмутился Гошка. — Если так дальше пойдет, мы не только шантажиста не поймаем, но и вообще…

— Твоя правда, — согласился Леха. — Все, молчу.

Ровно в шесть все трое уже были в сквере. И сидели на той самой скамеечке, с которой вообще началась их детективная деятельность. Тогда Ксюша Филимонова спряталась за скамейкой, чтобы не встречаться с одноклассницей Розой Мотиной по прозвищу Тягомотина, и случайно услышала разговор двух преступников. Но это было давно, год тому назад. С тех пор компания успела распутать несколько сложных дел.

А вот и Маргарита! На поводке у нее Нюша, чудесная, забавная и очень умная собака, английский бульдог. Красотой она не блещет, но мила и добра. Зато хозяйка очень красива. Высокая, темноволосая, с большими черными глазами.

— Даже если б я ничего не знала, — прошептала Маня, — я бы заметила, что у нее что-то случилось.

— Смотрите, какая бледная…

— Будешь бледная, если с тебя такие бабки тянут, — проворчал Леха.

И почти тут же Маня вскрикнула:

— Вон он!

К Маргарите какой-то вихляющей походкой направлялся до ужаса неприятный тип.

— Гнилой шмендрик, — с ходу определил Леха.

Это было хоть и не слишком понятно, зато точно. Именно гнилой шмендрик.

— Твоя шавка не тяпнет? — поинтересовался тот у Маргариты, не без опаски поглядывая на Нюшу.

— К сожалению, нет, — процедила Маргарита сквозь зубы и достала из кармана жакета конверт.

Гошка, отбежавший за кустик, сфотографировал этот момент. А Маня делала вид, что разглядывает цветочки на клумбе, присев на корточки совсем рядом с шантажистом и его жертвой.

— Вот и умничка, — сказал гнилой шмендрик. — Теперь каждый месяц будешь приносить мне такой же конвертик, и все у нас будет о'кей.

— У меня нет таких денег…

— Цыц, краля! Найдешь! Ты же нашла сегодня и через месяц найдешь, если захочешь жить нормально…

— Ничего себе нормально!

— Замолкни! Будешь возникать, три тонны потребую! И ведь заплатишь! Как миленькая заплатишь! Так что пользуйся, краля, пока я добрый! Все! Чао-какао!

И он не спеша пошел. За ним двинулся Леха. Маргарита опустилась в изнеможении на лавочку. Гошка с Маней отправились было вслед за Лехой. Вдруг Гошка схватил Маню за рукав:

— Слушай, Маняша. По-моему, тебе надо проследить, что будет делать Маргарита. А может, даже и поговорить с ней. Не давая понять, что ты в курсе, конечно, просто вырази сочувствие и все такое…

— Правильно, — деловито кивнула Маня. — Со слежкой вы и без меня справитесь.

И она побежала опять в сквер. Маргарита по-прежнему сидела на лавочке, закрыв глаза, а Нюша как-то грустно прикорнула у ее ног.

— Нюша! Ой, здравствуйте, Маргарита Сергеевна! Что с вами, вам плохо?

Женщина открыла глаза, в которых отражалась такая тоска, что у Мани сжалось сердце.

— Здравствуй, Маша. Нет, ничего страшного, я просто немножко устала… Садись, если хочешь.

Маня присела рядом, погладила Нюшу, та благодарно потерлась о руку девочки.

— Какая она у вас чудная!

— Да, хорошая псина, ничего не скажешь, но всего лишь псина… А как ты живешь? Что-то я твою сестру давно не видела.

— Да она ездила к подружке на дачу.

— А-а-а…

На этом разговор иссяк. Маргарита опять закрыла глаза, казалось, она совсем обессилела.

— Маргарита Сергеевна, может, вам помочь домой дойти? — предложила Маня.

— А? Что? Помочь? Нет, мне никто не поможет…

— Почему же? — улыбнулась Маня. — Я помогу.

— Дойти до дома?

— Да.

— А ты могла бы полчасика со мной побыть?

— Полчасика? Конечно!

— Ну что ж, идем, я тебя чем-нибудь вкусненьким угощу, у меня роскошная дыня, мне из Средней Азии привезли, любишь дыню?

— Спасибо, люблю.

Маня раньше никогда не бывала дома у Маргариты, они познакомились у соседки тети Лены, которая дружила со всеми в подъезде. Квартира показалась ей на редкость уютной и шикарной.

— Ой, как у вас хорошо! — искренне воскликнула девочка.