– Она думает, что они близко?

– Она сказала, что пока нет.

– Ободряет.

– Я устала. Мне кажется, мне самое лучшее сейчас – пойти и освежиться.

Она встала, взяла свой рюкзак и пошла к ванной.

Прежде чем она подошла к двери, я сказал:

– Кстати... я так и не удосужился поблагодарить тебя... за тот, пришедшийся очень вовремя, потрясающий выстрел. Где ты, черт возьми, припрятала эту пушку?

– Я никогда не скажу, – ответила она хитро через плечо. – Я это сделала ради того, что мы пережили в добрые старые времена.

Она вошла в ванную и закрыла дверь.

Я просигналил Сэму.

– Чего тебе?

– Кое-что, что сказал Уилкс. Он сказал множество странных вещей. Но там было что-то насчет историй и слухов. Слухов про меня и, как я понимаю, про тебя тоже, которые гуляют по людям.

– Слухи?

– Сплетни. Не знаю. Как тебе это кажется?

– Мне от этого не жарко и не холодно.

– Нам нужны сведения.

– Это правильно. Но как?

– Я собираюсь пройтись по общему залу и посмотреть, нет ли там кого.

– Будь осторожен. Кстати, есть какой-нибудь способ спуститься с этого птичьего домика?

– Да. Тут есть веревочная лестница, скатанная на приступку балкона. Как мне кажется, это пожарный выход. Я бы не стал тут останавливаться, если бы тут не было спуска вниз.

Я постучал по двери ванной и сказал Дарле, куда я иду.

– Ну и ладно, а у меня все-таки есть «Рыжая Бетти»<Род сладкого пудинга>, – сказала она.

Пусть лопает на здоровье. Разделяться на этой стадии приключений, конечно, рискованно, но мне показалось, что на стоянке я заметил знакомый тяжеловоз.

Снаружи полоска неба, которая была видна сквозь зеленую крышу листвы, превращалась в серебряную, посылая вниз струи солнечного света. Воздух был густой, влажный, пропитанный миллионом запахов. Что-то зачирикало в ветках у меня над головой, когда я переходил мост, это существо не то упрекало меня, не то предупреждало.

Прежде чем я добрался до общего зала, мне пришло в голову, что я мог бы расспросить относительно проекта расчистки джунглей – где, насколько близко от нас, – чтобы потом, возможно, использовать это как средство к побегу. Обычно вокруг такой расчистки всегда строят неплохие дороги.

Никого за письменным столом в конторе не было. Я подождал несколько секунд, потом обошел кругом и открыл дверь за конторкой.

Перес стоял спиной ко мне, держа тонкую длинную деревянную палку над Читой, которая жалким комочком скорчилась в углу офиса. Перес резко обернулся. Тут же спрятал за спину палку.

– Да?

– Простите меня. Моя подруга жизни хочет, чтобы ваша служанка выполнила еще одно ее поручение. Можете кого-нибудь послать?

– Да-да. Прямо сейчас.

– Она особенно полюбила вот эту Читу. Она, знаете ли, любит животных. Можно мне попросить пойти Читу?

Пересу этого не хотелось, но...

– Да, конечно.

Он сделал жест в сторону Читы, не отрывая от меня взгляда.

Когда она ушла, я сказал:

– Если вы не желаете иметь совершенно и качественно новый вид и иной взгляд на жизнь, вы не станете бить это существо, пока я, тут гость.

Перес ощетинился.

– Вы мистер Хрюк, правильно? Это не ваше дело. Я должен просить вас... – я закрыл дверь.

Общий зал был довольно крупный, по стенам были развешаны маски-пугала шаманов, которые таращились со всех стен, съежившиеся препарированные головы свисали с потолочных балок, везде росли папоротники в горшках, а над баром была растянута и прибита полосатая шкура какого-то местного животного. Это была сумасшедшая мешанина Микронезии, Африки и местного туземного колорита. Воспоминания о Терре становились все туманнее год от года. Посетителей было немного, но Джерри Спаркс сидел в угловой кабинке с привлекательной молодой дамой. Я заказал изысканный, невероятный коктейль, который, казалось, целиком состоял из фруктов и бумажных зонтиков-игрушек, и подошел к ним, громко его прихлебывая.

– Джейк? Господи!

– Привет, Джерри.

– Э-э-э... Андромеда, это Джейк МакГроу. Один мой приятель.

– Привет.

– Привет, Джерри, можно мне с тобой минутку поговорить?

Джерри поколебался, посмотрел в сторону.

– Да, конечно.

Девушка нашла приличествующую случаю причину и ушла от нас. Я сел.

– Черт возьми, Джейк, ты появляешься в самый неподходящий...

– Извини. Это займет действительно только минутку. Кстати, ты пока еще член Гильдии? Я в последнее время не видел списков.

– Ты хорошо знаешь, что со своими взносами я на год запаздываю. Но мне теперь на это, собственно говоря, плевать – я теперь владелец трех тяжеловозов. И скоро смогу совсем отказаться от того, чтобы самому корчиться за рулем.

– А-а-а, переходишь в категорию работодателей? Хорошо, – я дал ему минутку попыжиться, потом сказал: – Джерри, этот вопрос может показаться тебе странным... но что ты в последнее время про меня слышал?

Джерри рассмеялся.

– А кто не слышал про перестрелку с «Сынка»? Это по всей стране разнеслось. А что ты тут до сих пор делаешь?

– Это не то, что я имел в виду. Что ты обо мне слышал – я хочу сказать, какие странные слухи?

Видимо, он понял, что я имею в виду. Он откинулся назад, закурил сигарету и искренне сказал:

– Джейк, я не верю девяноста процентам дорожных историй, которые слышу. А кто верит? Кто-то клянется, что видел транспорт самих Строителей Космострады, случается, слышишь, как кто-то напоролся на трассу, которая идет назад во времени, и оказался собственным дедушкой, и всякое такое. Я и про тебя слышал подобные слухи, такие же дикие.

– Например?

Он скептически пожал плечами.

– Ну хорошо, говорили, что ты и Сэм нашли выход из лабиринта расширенных ограничений и проехали по Космостраде до самого конца.

Это было чем-то невообразимо безумным. На Космостраде можно было передвигаться только до определенного предела, пока не исчерпаешь известные маршруты. Разумеется, можно было рискнуть и проскочить сквозь один из неисследованных порталов... и оказаться где угодно во вселенной. Если планета на другой стороне была снабжена двусторонним порталом, как тут, откуда можно было вернуться обратно на Тау Кита – тебе, считай, повезло. Если нет – то надо было выбирать: либо ты проскакиваешь сквозь следующий портал, который ведет тоже неизвестно куда, либо... помирать тут, где оказался. Вот почему никто не желает верить, что кто-то смог вернуться из случайно открытого двойного портала.

Я запихал в рот кусок какого-то кислого фрукта.

– Я могу тебе наверняка сказать, что ничего подобного мы не делали.

– Вот черт, это я и сам знаю. Но я еще слышал, что ты СОБИРАЛСЯ это сделать. Я слышал слухи и про то, и про это.

– Собирался такое вытворить? – Я подумал над этим. – И как мы намереваемся совершить это невероятное деяние?

Я случайно повернул голову. Перес заглядывал в комнату, и наши глаза встретились. Он быстро убрал башку обратно. Слишком уж быстро.

– С помощью дорожной карты.

Я снова повернулся к Джерри.

– С помощью дорожной карты?

– Ну да. Подлинное создание Строителей Дороги. Как ты смог раздобыть себе такое сокровище – продолжение следует в очередном слухе, надо полагать.

Что мне всегда казалось примечательным, так это то, что Космострада порождает подобные страшилки. Космострада – сама наполовину легенда, наполовину реальность. Тем не менее есть многочисленные свидетельства, что Космострада продолжается и в другие регионы Галактики. Каждый день на дороге видны инопланетные транспорты, которые приходят из неизвестных мест и едут туда, куда только ведомо тем, кто этот транспорт ведет. Большая их часть не останавливается. Время от времени один из таких тяжеловозов останавливается, и тогда мы встречаемся с новой расой: Зета Ретикулянцы, Бета Гидранцы, Глиезцы-59, расы вроде Риккса, Кваа-джхина, и те существа, которые называют себя Людьми Железного Солнца, чьи родные звезды нельзя найти ни в одном каталоге Земли, и многие, многие другие. Всего существует примерно шестьдесят рас, чьи ограниченные лабиринты, маршруты, которые ведут из их родной солнечной системы в ближайшую, исследованы и нанесены на карту. Составь эти карты воедино – и получишь один большой ограниченный лабиринт, маленькие секции которого разбросаны по значительному куску многих спиралей Галактики. Но наверняка существует еще огромное количество того, что предстоит исследовать и открыть. Время от времени в эту маленькую глухую часть дороги попадает новая раса и останавливается, чтобы поболтать. Тогда мы получаем новый кусок информации – но процесс идет очень медленно.

– Скажи мне, где кончается Космострада? – спросил я.

– В начале вселенной.

Я выпил последние капли моего тошнотворного сладкого коктейля.

– А там есть хороший мотель?

Джерри рассмеялся.

– Джейк, ты же знаешь, как зарождаются эти рассказики. Чужеродное инопланетное пойло в человеческом брюхе. Случайное помешательство химического происхождения.

Мы еще немного поговорили, примерно еще минут пять, Джерри сказал мне, что он знал о проекте расчистки джунглей. Все это время мои задние мысли что-то терзало: то, как Перес на меня посмотрел.

– Джерри, огромное спасибо. Удачи тебе в твоем новом бизнесе.

– О'кей, Джейк. Дай мне знать, как дела у нас там.

– Я напишу.

Я вышел в общий холл.

Перес сидел за письменным столом, странно улыбаясь мне, а три гладких спортивных модели подъезжали на стоянку.

Я рванулся к лифту, а пока я ждал проклятую медленную телегу, вызвал Сэма.

– Сэм, старина, ситуация совсем швах. Будь готов катиться дальше.

– Куда катиться, господин?

– Ищи две дороги и желтый лес, куда мы сможем свернуть. Иначе – нам крышка.

Возле лифта был интерком для внутреннего пользования в отеле. Я нажал номер нашей хижины.

– Да?

– Дарла, пакуй вещи. Сбрасывай лестницу и беги к Сэму. Поскорее, и потом используй свой огнемет и сожги лестницу. Сожги!

– Хорошо!

Трое – один из стволов Уилкса и двое неизвестных, уже приближались к прозрачным входным дверям. Я посмотрел кругом и увидел двойные двери, которые, по всей вероятности, вели в кухню.

Я оказался прав, и три повара, один из них инопланетянин, Тот, подняли на меня глаза от своей черной работы. Я не остановился и рванулся к задним дверям. Они открывались в холл, который вел к ресторану. Отдельный вход вел на стоянку. Комната была темная и пустая. Из-за перегородки в отделении для официантов раздавался грохот посуды. Я тихо перешел через зал, присел у передней стены и выглянул из окошка.

Еще пятеро бежали к двери ресторана. Я нырнул под ближайший стол и замер там как раз вовремя, чтобы услышать, как дверь рывком распахнули, а ноги загремели по полу. Тяжелая скатерть мешала мне видеть. Я подождал, пока они ушли, потом поднялся и рискнул посмотреть еще раз. Еще трое ждали на стоянке, стоя возле бока одной из машин, а руки засунуты были под их тропические рубашки. Ясное дело, опять стволы.

Я был загнан, как животное отряда грызунов, сиречь крыса.

Мне надо было выбраться через дверь и вправо, к концу стоянки, где тропинка выходила из леса. Но, пока я смотрел, двое вышли через передний вход ресторана и пробежали мимо моего наблюдательного поста, вне сомнения, для того, чтобы как раз встать у моего облюбованного маршрута бегства. Теперь у меня оставалась возможность пробежать через стоянку и броситься в лес, используя ту тропу, которую проложил Сэм, как вход в лес. Трое на посту все еще стояли на страже.

Что-то двигалось на стоянке. Судя по звукам – тяжеловоз. Потом я увидел, что он выезжает задом между мною и стволами. Это был Джерри, который поспешно сматывался. Неважно, что я был здесь, ему тут быть не хотелось.

Когда для стволов на стоянке вид был совершенно заслонен тяжеловозом, я выскочил из укрытия, рванул вперед, вскочил на подножку тяжеловоза и постучал по боковому иллюминатору в трех дюймах от головы Джерри. Он подскочил.

Потом открыл окно.

– Привет, Джейк. НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО!

– Извини, Джерри. Привет, Андромеда. Можете подвезти меня до дальнего конца стоянки?