— Прости, что-что ты сказала?

— Ой, я все смешала в кучу, — извинилась она с видом очаровательного недовольства собой. — Я хотела сказать, что у меня есть для тебя предложение.

Это было уже лучше. То есть это было даже слишком хорошо, чтобы быть правдой. Даже когда я позволял себе в мечтах думать о Луанне как о возможной жене, я никогда не смел и помыслить, что она может так же думать обо мне… я имею в виду как о муже, а не как о жене.

— Предложение? — переспросил я, намеренно медля, чтобы привести в порядок свои мысли.

— Именно. Мне пришло в голову, что теперь, когда ты на жалованье у королевства, у тебя, наверное, завелось какое-то количество свободных средств, а те виды мошенничества, которые я практикую, дают приличный доход на вложенный капитал, в общем, я подумала, что у тебя можно будет получить немного денег на раскрутку и…

— Стой! Погоди!

Мне потребовалось некоторое время, чтобы ее слова дошли до моего сознания, настолько они — эти слова — расходились с тем, что я ожидал от нашего разговора. Даже теперь, когда радужный мыльный пузырь моей мечты лопнул у меня на глазах, мне было трудно перестроиться и сосредоточиться на том, чего же она от меня хотела.

— Ты можешь остановиться и начать сначала? Так значит, ты пришла просить денег?

— Ну… да. На самом деле мне нужно совсем немного… может, пятьдесят золотых… или семьдесят пять, — торопливо пояснила она. — Мелкое мошенничество тем и хорошо, что не нужен большой начальный капитал.

— Ты хочешь сказать, что собираешься занять у меня денег, чтобы мошенничать? Здесь, в Поссилтуме?

Взгляд, которым она в ответ окинула меня, был, мягко выражаясь, холодным и оценивающим. Совсем не тот застенчивый, скромный взгляд, к которому я привык.

— Конечно. Это мое ремесло, — спокойно сказала она. — Я думала, ты об этом знал, когда предлагал мне работу. Или ты просто злишься, что я предпочитаю работать независимо? Я полагаю, тебя такие мелочи мало интересуют, но это лучшее, что я умею.

Пока она говорила, в голове у меня пронеслись все наши с нею прежние встречи и разговоры. Хотя я и тогда понимал, что она каждый раз была вовлечена в какое-нибудь мошенничество или же спасалась бегством от результатов очередной проделки, я все же всегда думал, что она просто милое дитя, во всем следующее за своим партнером Мэттом. Но теперь я осознал, что, кроме ее невинного вида, у меня не было ни малейших оснований для такого предположения. Кстати, ее внешность — это и в самом деле единственное, что я о ней знал.

— Это правда? — спросил я. — Это действительно самое лучшее, что ты умеешь?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, может, ты смогла бы с тем же или даже большим успехом попробовать заняться каким-нибудь легальным бизнесом? Я бы дал тебе денег, чтобы начать дело.

Последние остатки моих идеалистических фантазий в отношении Луанны развеялись, когда я увидел, как ее губы кривятся в презрительной усмешке.

— Ты имеешь в виду какое-нибудь ателье или бакалейную лавочку? И чтобы я этим занималась? Нет уж, спасибо. Это слишком похоже на работу. Смешно сказать, я думала, если уж кто-то должен это понимать, так именно ты. Ты ведь добрался до своего нынешнего положения не трудясь в поте лица, а обирая доверчивых простаков и одурачивая невежд, точно так же, как мы с Мэттом… только в больших масштабах. Конечно, у нас не было в помощниках демона, как у тебя. И даже теперь, при всем твоем нынешнем богатстве и респектабельности, я готова поспорить, что ты снимаешь хорошие сливки с этого королевства. Что должно быть нетрудно, когда королева ходит у тебя по струночке и все делают все, что ты им скажешь. А я всего-то и хочу, что отрезать себе кусочек пирога… и, между прочим, совсем маленький кусочек.

Какое-то время я молчал. Мне хотелось рассказать ей обо всех долгих часах и невероятных усилиях, которые мы с командой тратили, пытаясь привести в порядок финансы Поссилтума. Я даже думал, не показать ли ей парочку загадочных таблиц с моего стола… но потом решил, что не стоит. Она может оказаться способна расшифровать их, а тогда, несомненно, мне будут заданы кое-какие неприятные вопросы насчет моих раздутых гонораров. Мне и перед самим собой было за это неловко, а перед ней тем более.

Однако неизбежный вывод заключался в том, что какой бы милой, с моей точки зрения, ни казалась Луанна, наши с ней взгляды на людей и на то, как к ним следует относиться, различались кардинально.

Я выдвинул ящик стола, где мы держали мелкие деньги, и начал отсчитывать монеты.

— Знаешь, Луанна, что я тебе скажу, — начал я, не поднимая глаз. — Ты говоришь, тебе надо пятьдесят или семьдесят пять золотых? Так вот, я даю тебе сто пятьдесят… это в два или три раза больше, чем ты просила… и не в долг, не в качестве вложения капитала, а просто так, даром.

— Но с какой стати ты будешь…

— …Однако, у меня будет два условия, — продолжил я, как будто она ничего не говорила. — Вопервых, часть этих денег ты должна истратить на путешествие. Отправляйся в другое измерение или в другое место на Пенте… мне все равно. Только чтобы твои мошеннические дела вершились не в Поссилтуме.

— Хорошо, только…

— И во-вторых, — сказал я, кладя столбик монет на край стола возле Луанны, — я хочу, чтобы ты обещала никогда больше со мной не встречаться… никогда больше… начиная с этого момента.

Какое-то мгновение я думал, что она заговорит. Она открыла рот, поколебалась, пожала плечами и вновь сомкнула губы. В полном молчании она забрала со стола монеты и ушла, захлопнув за собой дверь.

Я налил себе еще кубок вина, отошел к окну и уставился в пространство невидящим взглядом. Мечты умирают трудно, но все мои романтические мысли о Луанне только что были разбиты вдребезги. Поправить я ничего не мог, оставалось лишь оплакать их гибель.

В дверь тихо постучали, и сердце мое замерло. Может, она передумала! Может, решила вернуть деньги и попросить ссуду на честный бизнес!

— Входи, — отозвался я, стараясь, чтобы это не прозвучало слишком уж радостно.

Дверь открылась, и вошел вампир.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Вы просто не знаете женщин.

X. Хефнер

Вина? Нет, спасибо. Я его в рот не беру.

— А, действительно. Прости, Вик, — сказал я, наполняя собственный кубок.

— Знаешь, — начал мой гость, поудобнее устроившись в кресле, — это из-за женщин вроде Луанны у вампиров складывается такая скверная репутация. Это не мы, а они способны без всякой жалости высосать чью-нибудь кровь, а обвинять все будут нас!

Если вы не поняли (или просто не читали раньше книг этой серии), то Вик — это тот, кто вошел ко мне в комнату в конце предыдущей главы, и он именно вампир. На самом деле он очень славный парень, примерно моего возраста, и может по праву считаться довольно приличным магом. Дело в том, что он с Лимбо, а это измерение изначально населено вампирами, оборотнями и тому подобными существами.

Судя по всему, он зашел в нашу контору на Деве, собираясь пригласить меня куда-нибудь пообедать. Тананда, которая осталась там присматривать за нашими делами, сказала ему, где я, и он решил меня проведать. (Кстати, одним из талантов, присущих уроженцам Лимбо, является способность путешествовать по измерениям без помощи механических приспособлений. Я этому всегда завидовал и мечтал научиться.) Честно говоря, я был ужасно рад видеть Вика. Он единственный из немногих моих знакомых, кто на себе испытал злоключения и невзгоды, связанные с профессией мага, не являясь при этом членом нашей команды. Не хочу сказать ничего дурного или неуважительного о моих коллегах, но… понимаете, они для меня практически как семья, и все мои действия и планы на будущее касаются их непосредственно. Вик же мог взять на себя роль стороннего наблюдателя и объективно взглянуть на вещи. Мне гораздо легче было рассказать о своих чувствах и проблемах именно ему. Этим-то я и занялся, начав с предложения королевы Цикуты и выложив все вплоть до последней встречи с Луанной, совершенно разбившей мое сердце.

Пока Вик сам не заговорил об этом, я и не вспомнил, что он был знаком с Луанной. Он, вообще говоря, работал вместе с нею и с Мэттом, а потом вместе с ними скрывался от преследования… именно тогда я с ним впервые и встретился. Таким образом, упомянутую даму он знал гораздо лучше меня, и мое новое представление о ней, как оказалось, гораздо больше соответствовало сложившемуся у него впечатлению, чем дорогим моему сердцу грезам.

— Насчет того, что вы тут делаете с бюджетом королевства, мне особенно сказать нечего, — заявил вампир, пожав плечами. — Это не мой профиль и не мой уровень. — Но я определенно вижу, что проблем с женщинами у тебя более чем достаточно.

— Да уж, — согласился я, поднимая кубок за его здоровье.

— Должен сказать, это меня несколько удивляет, — продолжал Вик. — Я-то думал, при твоем опыте можно было бы и обойти некоторые из этих подводных камней… и уж во всяком случае, такую вымогательницу, как Луанна, можно было распознать за целую милю.

Мгновение поколебавшись, я решил с ним согласиться:

— Если честно, Вик, то у меня совсем не такой уж большой опыт по части женщин.

— Правда? — Вампир выглядел удивленным, что несколько меня утешило.

— Дело, наверное, в том, что Ааз и все остальные проявили массу усердия, обучая меня всему, что связано с бизнесом и с магией, но некоторые разделы моего образования оказались, к сожалению, прискорбно запущены.

— Ну, вот с этим я как раз смогу тебе помочь.

— Прости, что?

На какое-то мгновение я углубился в свои мысли и, видимо, упустил момент, когда разговор принял новый оборот.

— Это очень просто, — заявил Вик, пожав плечами. — Ты никак не решишь, следует ли тебе жениться вообще… а тем более на королеве Цикуте. Так?

— Ну…

— Так? — настойчиво повторил он.

— Так.

— С моей точки зрения, проблема в том, что тебе не хватает информации для принятия грамотного решения.

— Еще бы, — грустно согласился я, отхлебывая вино. — Мало того, при всей этой нагрузке и при том сроке, какой поставила королева Цикута, я не думаю, что успею за оставшееся время получить хоть какуюто информацию.

— Вот с этим я тебе помогу, — улыбнулся мой гость, откидываясь в кресле.

— Прости, что? — переспросил я, борясь с ощущением, что наш разговор пошел по замкнутому кругу.

— По-моему, тебе надо влюбиться вслепую. А если и не влюбиться, то хотя бы познакомиться.

К такому предложению я был абсолютно не готов.

— Знаешь, я как-то об этом не думал… — в конце концов произнес я. — Как это я с ней познакомлюсь? И вообще…

— Да нет, ты не понял, — перебил меня вампир. — Как ты смотришь на то, чтобы я познакомил тебя с девушкой? С девушкой, которую ты прежде никогда не видел?

— Не знаю, поможет ли это, — пожал я плечами. — У меня никогда не было знакомых слепых… ни девушек, ни мужчин. Ты не думай, не то чтобы я их специально как-то избегал…

— Стоп! Погоди! — Вик сделал мне знак рукой замолчать, а другую руку поднес ко лбу.

Я вдруг заметил, что в этой позе он ужасно похож на Ааза.

— Давай попробуем все сначала. Мы говорили о том, что тебе не хватает опыта в отношениях с женщинами. Я предложил познакомить тебя с девушкой… с моей знакомой… чтобы ты мог набраться этого опыта. Так?

— Так, — кивнул я. — У тебя есть знакомая слепая девушка, и ты хочешь, чтобы я с ней познакомился и, возможно, влюбился. А что, со слепыми надо вести себя как-то по-особенному?

— Нет… В смысле да! НЕТ!

Вик выглядел очень возбужденным, и при этом изрядно сбитым с толку — точь-в-точь как я.

— Слушай, Скив, — наконец, сжав зубы, начал он. — Девушка, о которой я говорю, не слепая. Она совершенно нормальная. Это понятно?

— Понятно, — с сомнением произнес я, ожидая подвоха. — Совершенно нормальная, обычная девушка?

— Ну, не то чтобы совсем уж нормальная, и тем более обычная, — улыбнулся вампир, слегка расслабившись. — Она очень заводная… если ты понимаешь, о чем я говорю. И действительно видная… то есть такая красотка, что у тебя глаза на лоб полезут.

— Ты что» хочешь сказать, что это я ослепну?

По природной доброте и в интересах краткости повествования (надо мне было раньше об этом подумать) я опущу подробное изложение оставшейся части беседы. Достаточно сказать, что к моменту расставания мы с Виком договорились, что он организует для меня выход в свет с одной своей знакомой, милой особой, вполне владеющей своими чувствами… в некотором роде (это уточнение меня несколько смутило), причем особа эта не нанесет ущерба моему здоровью или чувствам, но, напротив, по уверениям Вика, поднимет уровень моих познаний о противоположном поле до головокружительных высот.

На мой взгляд, это выглядело неплохо. Как всякий здоровый молодой человек, я испытывал к женщинам нормальный интерес… то есть я думал о них не чаще трех-четырех раз в день. Отсутствие у меня непосредственного опыта я объяснял тем, что не представлялось подходящего случая — положение, которое вскоре, похоже, предстояло исправить. Сказать, что я ждал этого свидания, было бы ничего не сказать… совершенно ничего.

Однако события этого дня были еще не исчерпаны.

Раздался стук в дверь, но на этот раз я не поддался на искушение и не позволил себе делать никаких предположений.

— Кто там? — спросил я.

— Генерал Плохсекир, — последовал приглушенный ответ. — Может быть, у вас найдется для меня минута?

Я был изрядно удивлен. Мы с генералом никогда особенно не ладили, и не так уж часто (если не сказать никогда) он являлся в отведенные мне помещения. Ища объяснения происходящему, я подумал даже, что генерал сильно обиделся на учиненные мною сокращения армии и военного бюджета и теперь собирается убить меня прямо в моей комнате… а если не убить, то по крайней мере набить морду. Впрочем, это предположение я сразу отверг. Как бы я ни думал о генерале, он был одним из самым прямых и не склонных к вероломству людей из всех, кого я знал. Если бы он желал со мной расправиться, то, несомненно, сделал бы это не медля, подкараулив меня где-нибудь в коридорах или переходах дворца, вместо того чтобы прокрадываться в мою комнату. Короче, я решил, что гипотезу о намерении генерала нанести мне тяжкие телесные повреждения можно отвергнуть. Если он соберется меня убить, то убийство это будет внезапным… надо сказать, последняя мысль успокоила меня гораздо меньше, чем я надеялся.

— Заходите, — сказал я. И он зашел.

Это был все тот же генерал армии Поссилтума, правда, на этот раз без своей знаменитой секиры. Не то чтобы ее отсутствие делало генерала менее опасным в моих глазах — все-таки он превосходил по своим параметрам всех, кого я знаю, — тем не менее при взгляде на него мне стало как-то даже неудобно за мои опасения. Вместо воплощения суровой мощи, к которому я привык, я увидел человека, явно чувствующего себя не в своей тарелке.

— Простите, лорд маг, что прервал ваши труды, — начал он, нервно оглядывая комнату, — но я счел необходимым переговорить с вами по… по личному вопросу.

— Конечно, генерал, — с готовностью кивнул я. Странно, но от его очевидного замешательства мне самому было как-то неловко. — Присядьте, пожалуйста.

— Спасибо, я постою.

Вот и приглашай его.

— Как хотите, — кивнул я. — Так о чем вы хотели со мной поговорить?

С некоторым огорчением я осознал, что впадаю в официальный тон, но делать было нечего. Плохсекир, видимо, твердо решил держаться чопорно, и я чувствовал себя обязанным отвечать в том же ключе.

— Видите ли… Я хотел поговорить с вами об одном лице, которое состоит у вас в учениках.

— Об Аазе? — переспросил я. В королевстве Поссилтум Ааз числился моим учеником. — А что такого он натворил?

— Нет… не об Аазе, — спохватился генерал. Я имел в виду Машу.

— Машу? — удивился я. Вот это сюрприз. Насколько мне было известно, у Маши с генералом всегда были прекрасные отношения. — Хорошо, а с ней что не так?

— О, не поймите меня неправильно, лорд маг. С ней ничего такого. Как раз наоборот. Я хотел поговорить с вами о том, что собираюсь просить ее руки.

Из всех сюрпризов этого дня заявление генерала оказалось для меня самым неожиданным.

— А почему? — только и вымолвил я, не придумав ничего лучшего.

Генерал заметно нахмурился.

— Если вы имеете в виду то, что она не худышка, или нашу с ней разницу в возрасте… — начал он с глухим рычанием в голосе.

— Да нет, вы меня не поняли, — торопливо прервал я его, хотя оба упомянутых им обстоятельства вполне могли бы вызвать вопросы. — Я хотел сказать, почему вы решили поговорить об этом деле со мной.

— А… Вы об этом.

Плохсекир, кажется, смягчился. Я мысленно отметил, что любые дискуссии по двум вышеназванным вопросам следует отложить на другой раз.

— Очень просто, лорд маг, — продолжил генерал. — Понимаю, с моей стороны это выглядит весьма старомодно, но я хочу, чтобы все было как следует. Чтобы вы не сомневались в моих самых благородных намерениях, я должен объявить о них заранее. Вообще в таких случаях принято обращаться к отцу, но у Маши в этом качестве нет никого ближе вас.