— Побил? — поинтересовался Леша с делано невинным видом. — И вы, конечно, на него тоже страшно разозлились? И затаили зло?

— От мордобоя он воздержался. Но все равно недоволен был сильно. Очень сильно. Потом неделю со мной не разговаривал. Все твердил, что я ненадежный человек. Что я чуть было не погубила себя и его заодно.

— И что?

— И что он мог потерять из-за моей глупости огромные деньги. И не только деньги. Потом долго еще не мог успокоиться и все ругался. И уже когда мы с ним помирились, сказал, что если бы мою слежку обнаружили, то у него были бы крупные неприятности. Очень крупные — так он выразился.

— А что было потом? Я имею в виду, вы еще видели этого странного знакомого вашего Игоря и его светлую иномарку? — спросил у Лены Коля.

— Нет, больше не видела. Но слышала. Несколько раз он звонил Игорю. Я каждый раз знала, что это звонит именно он.

— Откуда? — поинтересовался Коля. — Вы слышали его голос?

— Нет, но понимаете… — Лена помялась. — У меня есть такая особенность. Я всегда точно знаю, кто именно мне по телефону звонит. Ну, когда ошибаются номером, этих я не знаю, но вот если звонит знакомый человек или человек, о котором я много думаю, то я всегда угадываю. Не верите? Можете попробовать.

От эксперимента менты почему-то отказались. Они вообще как-то слишком уж скептически улыбались. Марише их улыбки не нравились.

— А об этом странном незнакомце вы часто думали? — снова спросил у Лены Коля.

— Очень часто. Можно сказать, постоянно. Хотите верьте, а хотите нет, но я предчувствовала, что он принесет беду Игорю.

— А Игорю вы о своих предчувствиях говорили?

— Конечно, а что толку? — вздохнула Лена. — Он меня не слушал. А над моими предостережениями просто смеялся. Мол, глупости все и никакой опасности нет. Что он нужен им ничуть не меньше, чем они ему.

Что без него те люди пропадут. А он знает слишком много, чтобы они с ним шутки шутить вздумали.

— И у него ни разу не закралась мысль, что то дело, в которое он ввязался, может быть смертельно опасным для него? — спросил у Лены опять же Коля.

— Нет. Думаю, что он и в самом деле ни о чем не догадывался. Игорь вырос в деревне, у заботливых родителей, и как-то умудрился сохранить удивительную наивность, когда дело касалось людей. Он плохо понимал, что его жизнью легко пожертвуют, если это будет кому-то необходимо.

Менты поблагодарили Лену. Затем явился еще один мент, вернее, он оказался следователем. Он выдворил из кухни всех посторонних и остался один на один с Леной и проклятой подковой, которую он притащил с собой на кухню. Мариша осталась ждать в коридоре. Уже минут через десять она поняла, что сбылись ее самые скверные предчувствия. Из кухни появилась смертельно бледная Лена, которую цепко держал за руку противный следователь.

— Мариша, меня ведут в тюрьму! — закричала Лена, увидев подругу. — Они говорят, что это я убила Игоря.

А я не виновата. Мариша, я тебе клянусь, я его не убивала. Мариша, это кто-то другой. Выясни, может быть, Витька, сосед, или тот странный знакомый Игоря что-то знают.

Следователь тащил Лену к выходу. Мариша вцепилась в Лену и не давала ее вывести. А та, не умолкая, говорила:

— Найди их, умоляю! Докажи, что я ни в чем не виновата. Адрес Вити узнай в домоуправлении. Может быть, он кого-нибудь в квартире видел. Или что-то знает. Помоги мне! А маме пока ничего не говори. Как бы ей хуже не стало.

Тут следователю удалось отцепить Лену от Мариши, и он вытащил девушку на лестницу. Маришу к этому времени уже держали подоспевшие на подмогу Коля с Лешей.

— Найди убийцу, Мариша! — раздался уже с лестницы голос Лены. — Найди!!!

Потом голос стих. Мариша высвободилась из рук оперов, села на стульчик и едва не расплакалась. Но вместо слез неожиданно накатила злость. И разозлилась логичная Мариша не на кого-нибудь, а на ментов, которые не дали даже толком попрощаться с подругой. Сейчас Лена казалась ей чуть ли не ближайшей закадычной подругой. Вот так бывает, много лет люди не видятся и даже друг о друге не вспоминают, а потом вдруг — раз, и все меняется.

— Я найду убийцу. Обещаю тебе, Лена, — тихо сказала Мариша и поднялась.

Дома у Лены делать ей больше было нечего. Нужно искать убийцу и вызволять Ленку из тюрьмы.

— А кто позаботится о ее маме, если Ленки не будет?

Придется еще ее к нам переселять. Ленкина мама ведь даже до магазина дойти сама не сможет. Вот и выходит, что нужно ее взять. А нам такой подарок нужен? — бурчала себе под нос Мариша, не желающая признаваться даже самой себе, что сделает для Лены все возможное.

Во-первых, она ее подруга. А во-вторых, не потерпит, чтобы несправедливость восторжествовала.

Если в первый момент, увидев труп Игоря в комнате Лены, Мариша и подумала, что это Ленкиных рук дело, то потом, хорошенько подумав, поняла, что тут многое не сходится. Во-первых, что это были за бурые следы на паркете в квартире Игоря? Во-вторых, зачем Лене было оставлять труп у себя дома и потом еще тащить туда Маришу, если она знала, что там труп? В-третьих, у Игоря и в самом деле появились большие деньги. А известно, где большие деньги, там и большой риск.

И наконец, оставался Ленин сосед Витя. Мариша отлично помнила, какой злобой горели его глаза, когда Ленка спускала его с лестницы. Ущемленное самолюбие, помноженное на отсутствие жилплощади, вполне могло привести его к преступлению. Хотя почему он в качестве жертвы выбрал Игоря? Ведь конфликтовал-то он с Леной? А тоже очень просто.

— Если бы Витек убил Лену, — рассуждала сама с собой Мариша, — то подозрение запросто могло бы пасть на него. Все соседи знали об их вражде и скандалах. И уж точно не преминули бы сообщить об этом ментам. А к Игорю у Витька вроде бы никаких претензий не было.

Так что на него убийство Игоря повесить трудно. Мотива вроде бы и нет. А мотив-то как раз есть. Ленка в тюрьме? В тюрьме. А раз так, то квартира освобождается в единоличное пользование Витька. Когда там еще Лену выпустят.

К домоуправлению, где Марише предстояло выяснить второй адрес Вити, она подошла окончательно уверенная, что убить Игоря Ленкин сосед вполне был способен. В домоуправлении царила тишь и благодать. Жилистая тетя, то ли бухгалтер, то ли инженер, сидела и пила чай, отдуваясь и пыхтя. Только сейчас, глядя на эту картину, Мариша задумалась: а какого черта второй адрес Витька должен храниться в ЖЭКе? Скорей уж он был бы в паспортном столе. Хотя тоже странно.

— Тебе чего?

Тетка оторвалась от чаепития и угрожающе посмотрела на Маришу. Прославленная Маришина проницательность подсказала ей, что сейчас ее выставят вон. Поэтому она вышла сама, вежливо извинившись. Выйдя, она немедленно рысью направилась в сторону ближайшего магазинчика, где купила симпатичную коробочку с вафельным тортиком. После этого она помчалась назад.

Там чаепитие было в полном разгаре. К той тетке присоединились еще две таких же габаритов. Больше всего они походили на крепких рабочих лошадей. Тортик они снисходительно согласились принять. И все трое вопросительно уставились на посетительницу.

— Мне нужен адрес одного человека, — объяснила Мариша, — Дело в том, что он прописан в подведомственном вам доме, но живет в другом месте. Мне сказали, что адрес у вас есть.

— Откуда у нас может быть его адрес? — удивилась первая тетка. — Спросите у соседей. А где живет ваш приятель?

Мариша назвала адрес Лены.

— Ой! — воскликнула вторая тетка. — Это же мои соседи. А вам кого нужно?

— Виктора.

— А, — подобрела лицом тетка. — Я уж испугалась, что тебе та оторва нужна.

— Оторва?

— Ну да, — энергично кивнула тетка. — Лошадей в городской квартире держит. И вообще хулиганка. Соседей своих выживает. Вот и Витя от нее сбежал. Адрес у меня его есть. Он оставил, если вдруг что случится, так чтобы его найти можно было. А с Ленкой он не живет. Да и никто с ней не уживется. Сейчас дам адрес.

Она полезла в стол, но вдруг опомнилась, очень не вовремя, и спросила:

— А тебе он зачем?

Мариша судорожно соображала, что придумать.

— Перепись населения! — вдруг бухнула она.

Как ни странно, тетка поверила.

— Не знала, что уже началась, — сказала она. — А когда до нас дойдете?

— У вас другой инспектор, — ответила Мариша. — Дурацкая система. Полдома ведет один, полдома другой.

Так вы не в моей половине. А жаль. Вот вы, передо мной сидите. А к этому Вите мне еще за тридевять земель тащиться, чтобы его переписать.

— Какие тридевять земель! — махнула рукой тетка. — Он через дорогу живет.

И она достала бумажку и продиктовала Марише адрес.

— А как он вообще? — осторожно спросила Мариша. — Не пьяница, не буянит? А то, бывает, сунешься к человеку в квартиру, а он потом тебя еще обидеть норовит.

— Что ты! — улыбнулась тетка. — Он смирный. Уж сколько его Ленка — это та самая оторва и есть — лупила, а он лишь старался, чтобы не по лицу Даже я ему говорила: что ты, Витя, врежь ей разок. А я потом, если что, засвидетельствую, мол, это дрянь нападала и сама об косяк навернулась.

— А он? Послушался?

— Куда там, — махнула рукой тетка. — Сказал: нет, тетя Лида, я лучше пока с женой и тещей поживу. Все равно целыми сутками на работе пропадаю.

— И где же он работает?

— В милиции, — сказала тетка. — А вы разве не знали? У вас в бумагах не записано?

— Я просто забыла, — пробормотала Мариша, плохо соображая, что говорит.

Из домоуправления Мариша вышла на ватных ногах. Мент убивает Игоря, чтобы избавиться от надоевшей ему до чертиков соседки. Это выглядело как-то слишком уж мерзко. Мариша не была высокого мнения о ментах, считая, что в милиции, как и везде, попадаются плохие и хорошие люди. Но такая гнусная подстава была для ментов уж слишком гнусной.

«Не знаю, что и думать», — призналась себе Мариша, пока топала к записанной в адресе улице.

На ее счастье, Витя оказался дома. Здесь Мариша не решилась врать. К тому же Витя уже видел ее с Леной.

— Вот это гость! — удивился Витя, открывая дверь. — Какими судьбами? Как ты меня нашла?

— Витя, кто там? — раздался голос из глубины квартиры.

— Ко мне по делу пришли, — ответил Витя, жестом приглашая Маришу в комнату.

Мариша уселась на жестком диване и огляделась по сторонам. Квартира как квартира. Типовая, оклеенная порядком порыжевшими, но еще целыми обоями. Мебель конца семидесятых. Тоже не новая, но еще годная на то, чтобы производить впечатление — не хуже, чем у людей.

— Ну, что случилось? — спросил у Мариши Витя, когда она наконец огляделась.

— А почему ты решил, что что-то случилось? — насторожилась Мариша.

Витя для начала оторопел, а потом сказал:

— Ну, раз ты здесь, значит, что-то случилось.

Мариша подумала и пришла к выводу, что его объяснение звучит убедительно. Она решила не врать и сразу же бухнула:

— Убили Игоря.

— Кого? — удивленно спросил у нее Витя. — Какого еще Игоря?

— Игоря — жениха Лены, — пояснила Мариша. — Надеюсь, хоть Лену ты помнишь? Твоя соседка.

— А, эта полоумная! — вспомнил Витя. — Конечно, такое не забывается. Так что, она и убила жениха? А я не удивляюсь, она на всех кидалась. И на меня тоже. У меня сто раз было искушение сдать ее в участок, пусть бы ей впаяли административную ответственность для начала.

Значит, прикончила она все-таки парня.

— Но почему ты так уверен, что это именно она его убила? — возмутилась Мариша. — Может, кто-то другой убил, а на Лену свалить хочет.

При этой провокационной фразе Мариша впилась глазами в лицо Вити, надеясь обнаружить на нем следы сомнения или тревоги. Но, увы, Витя оставался непоколебимо спокоен. Либо он был отличным актером и обладал потрясающей выдержкой, либо был и в самом деле невиновен.

— И кому это могло понадобиться? — спросил у Мариши Витя.

— А ты не знаешь?

Витя ненадолго задумался.

— Вообще-то Лена любила Игоря, — сказал он. — Относилась к нему с нежностью. И старалась обуздывать свой нрав, когда он был с ней рядом. Так что вроде бы ей не с чего было его убивать. А вот кому могло понадобиться ее подставить? Не знаю, может быть, ревнивая соперница решила свести таким образом счеты с обоими?

Эта версия не вызвала горячего отклика в душе Мариши, но она ее запомнила. Просто так, на всякий случай.

— А еще какие версии? — спросила она. — Лена человек неуживчивый. Могла и разозлить кого-нибудь. Да вот хотя бы взять тебя, Витя. Ты ведь от нее ушел страшно злой.

— Так ты думаешь, что это я прикончил Игоря, чтобы свалить вину на Лену?! — поразился Витя.

Мариша начала лепетать что-то невразумительное, но понять ее можно было так: да, она так думала, и попробуйте ее убедить в обратном.

— Зачем же брать на душу такой тяжкий грех? Я не понимаю, — и Витя развел руками. — Я мог решить свои проблемы гораздо проще.

— Как?

— Наверное, ты знаешь, что Ленина мама в больнице?

— Знаю, — кивнула Мариша. — Лена мне говорила.

— А она тебе не говорила, почему она там лежит? По глазам вижу, что не говорила. Taк вот я тебе скажу. Ее мать лежит с переломом ноги и ребра. А знаешь, кто ей эти переломы обеспечил?

У Мариши потемнело в глазах и сперло дыхание.

— Нет, — прошептала она. — Она не могла! Это же ее мать!

— Лена — опасная психопатка, — отрезал Витя. — Мать свою она, конечно, любит, но сдержать или взять навсегда под контроль свои негативные эмоции она не может. Вот и выплескивает их время от времени на окружающих. Я не говорю, что она систематически избивала свою мать и даже специально сломала ей ногу. Нет, но она толкнула ее довольно сильно. Мать на ногах не удержалась, вот вам и переломы, и больница. Известно, что у пожилых людей кости хрупкие. Так что Ленкина мать в больнице по ее вине.

— И что?

— А то, что, работая участковым, я при желании мог бы обставить этот, в общем-то, несчастный случай так, что Лену забрали бы за нанесение тяжких телесных повреждений собственной матери. Суд такое отношение к матери не одобряет. Условным сроком она бы не отделалась.

Мариша признала, что Витя прав. Он и в самом деле мог устранить Лену из своей жизни, не прибегая к радикальным средствам. Витя кругом был прав. Оставалось надеяться, что насчет ревнивой пассии Игоря Витя тоже был прав.