Антропоид потоптался на месте и, помедлив не много, двинулся вперед. Сортировщики тронулись за ним.

Дошли до поворота.

"Направо!" - скомандовал Рустан.

Антропоид послушно повернул. Наблюдать за ним дальше без обратной связи было невозможно. Ишимбаев выключил установку.

"Ох, и денек выдался! - Он сжал руками голову. - Будь оно все неладно!"

Ему хотелось спать, но ложиться на два часа не имело смысла.

"Дурак, - подумал он, - напросился сам на сверхурочные! Мало тебе было!"

"Однако не торчать же здесь два часа". - От встал с кресла, потянулся и вышел в ход сообщения.

Диаметр трубы был меньше человеческого роста, и ему приходилось идти, согнувшись в три погибели, преодолевая мощный встречный поток воздуха, насыщенного приторным запахом аммиака.

"Ну и запашок! - подумал он, зажав ноздри и дыша ртом через платок, смоченный поглотителем. - Уже год, как собираются сделать настоящие ходы сообщения. Видно, руки не доходят, только и думают об этом поганом веноцете. Подумаешь, эликсир бессмертия!"

Прямо перед ним была дверь пульта пятого участка. Он нажал стопор и вошел. Здесь по крайней мере хоть меньше воняло аммиаком. Каждая кабина имела очистительную установку.

Душанов стоял во весь рост, с глазами, прикрытыми дисками. Телекинетический колпак - где-то на затылке, руки вытянуты вперед, как будто в них фрезы.

Он обернулся на шум открываемой двери и снял диски.

- А, это ты!

- Я. Можно, я у тебя посижу немного?

- Садись. - Он переключил пульт на программное управление. - Ты чего ходишь?

- Авария.

- Что-нибудь серьезное?

- Часа на два. А ты сколько сегодня сделал?

- Семьсот кубометров.

- Врешь!

- Чего мне врать? - Душанов включил экран и показал ящик, наполненный до половины шариками веноцета.

У Рустана глаза полезли на лоб.

- Сколько тут?

- Да с полкило будет.

- Везет тебе!

- Работать надо. Участки у всех одинаковые.

- Значит, способностей нет, - вздохнул Рустан.

- Глупости! С телекинетическими способностями никто не рождается. Их развивать нужно.

Рустан встал с кресла.

- Я это уже слышал. На курсах.

- Ну ладно, - Душанов взглянул на экран, - горизонт понижается, пора переходить на обратную связь. Ты уж меня извини.

- Извиняю. Только скажи: тебе правда эта работа доставляет удовольствие?

- Доставляет.

- А почему?

- Как тебе сказать? - Душанов надел на глаза диски. - Я еще в детстве мечтал о том, чтобы одна моя мысль управляла машиной. Понимаешь, когда ты вот тут, в кресле, а весь твой опыт, воля, знания - там, в антропоиде.

- А я - нет.

- Что нет?

- Не мечтал.

- А о чем ты мечтал?

- Да ни о чем. А сейчас мечтаю, чтобы выспаться.

- Лентяй ты, Рустан.

- Может, и лентяй, - сказал Ишимбаев.

* * *

Маленькая узкая комнатка была полна звуков. Справа раздавался храп, над кроватью орал репродуктор, слева доносились приглушенные голоса.

Рустан снял ботинки, выключил радио и лег на кровать.

- Искать нужно в нижних горизонтах, - произнес баритон слева, оттуда идет мощное пси-излучение.

- Но, говорят, там эти.. как их... сильфии, - отозвался женский голос.

"Наверно, это парочка геофизиков, - подумал Рустан, - те, что прилетели позавчера" Он их видел в кафе. У мужчины была густая шевелюра и мясистый нос. Женщина носила брюки и черную размахайку. Волосы до плеч.

- Ерунда! - авторитетно сказал баритон. - С нашими средствами поражения...

"Дубина! - подумал Рустан. - Густопсовый дурак! Показать бы тебе сильфию!"

- Ты не жалеешь, что сюда прилетела?

- Нет, с чего-то ведь нужно было начинать. Только пахнет тут почему-то преотвратно.

- Аммиак. Атмосфера планеты содержит много аммиака, а очистка воздуха не на высоте. Ведь настоящее освоение планеты еще не начато.

"Не на высоте! - Рустан захлебнулся от злости, вспоминая ходы сообщения. - Вот поживешь тут, увидишь, какая это высота!"

- А мне кажется, что еще воняет кошками.

- Это меркаптан. Им пропитывают костюмы, когда выходят в зону. Сильфии боятся запаха меркаптана.

- А ты уже все тут знаешь.

Раздался звук поцелуя. Рустан чертыхнулся и включил радио.

"...основа телекинетического управления состоит в абсолютно идентичной настройке длины волны пси-поля управляемого объекта и управляющее субъекта. Максимальный эффект управления достигается при полном психическом переключении на выполняемую объектом работу. Водитель антропоида должен не просто отдавать команды, но и, пользуясь средствами обратной связи, мысленно воплотить себя в антропоиде..."

Рустан пощупал затылок Он уже хорошо знал, что такое воплощение при помощи обратной связи.

"...Учитывая, что напряженность пси-поля падает пропорционально квадрату расстояния, следует регулировать контур усиления в зависимости от интенсивности рецепторного восприятия..."

Ишимбаев выдернул штепсель из розетки.

- Разгадка терапевтической активности веноцета практически решает проблему долголетия, - урчал баритон слева. - Я лично являюсь сторонником биологической теории происхождения, хотя утверждение о том, что веноцет - это окаменевшие личинки насекомых...

- О господи, и тут веноцет! - Он взглянул на часы, натянул ботинки и поплелся в кафе. В его распоряжении оставалось около часа.

* * *

В кафе еще никого не было, если не считать Граве. Он, как всегда, сидел за столиком около стойки.

"Счастливчик, - подумал Рустан, - два месяца на больничном!"

- Садись. - Граве придвинул ему стул.

- Чего бы пожевать? - Рустан раскрыл меню.

- Можешь не смотреть, - сказала буфетчица, - сосисочный фарш и кофе, больше ничего нет.

- Н-да, здорово кормите.

- Ты что, заболел? - спросил Граве.

- Нет, перерыв для ремонта.

- Завтра обещали подкинуть мяса, - сказала буфетчица. - На Новый год руководящий хочет сделать котлеты с макаронами.

- Неплохо бы! - облизнулся Граве.

- И еще по рюмке спирта на брата.

- По рюмке! - хмыкнул Рустан.

- Если не нравится, можешь не пить, - сказала буфетчица, охотники всегда найдутся.

Рустан молча жевал фарш.

Граве макал галету в кофе и откусывал маленькие кусочки.

- Ну, как выработка? - спросил он.

Рустан махнул рукой.

- Ну ее в болото! Осточертело мне все до тошноты!

- Романтик! - презрительно сказала буфетчица. - Я их здесь за четыре года повидала, этих романтиков. Начитались фантастики, а тут, как увидят сильфию, по месяцу ходят с выпученными глазами. Ты чего ждал, когда вербовался?

- Не знал же я...

- Ах, не знал?! Теперь будешь знать! И чего им только нужно? Сиди в мягком кресле да командуй четыре часа в сутки. Постоял бы на моем месте за стойкой. А то - телекинетика! Подумаешь, работа! Я тоже с удовольствием кормила бы вас телекинетически.

- Ничего, привыкнет, - сказал Граве.

- Пойми, Граве, - Рустан с трудом подбирал слова, - вот говорят, я лентяй. Может быть, и лентяй, не знаю. Только... не по душе мне эта работа... Я ведь старый шахтер. Мне приходилось и отбойным молотком и даже кайлом... но ведь это... совсем другое дело.

- Чудак! - сказал Граве. - Тебе что, приятней махать кайлом, чем водить антропоид?

- Приятней. Там настоящая работа и устаешь как-то по-человечески, а тут форменный... - он осекся, бросив взгляд на буфетчицу.

- Нужно тренироваться, - сказал Граве. - Когда освоишься, поймешь, что за машиной тебе с твоим кайлом не угнаться.

- Может быть, но ведь кайлом я чувствую породу. Она же разная, порода - здесь твердая, а там мягкая. Работаешь, а сам соображаешь, где рубить, а где сама отвалится. - Рустан вздохнул, взглянул на часы. - Ладно, хватит трепать языком. Налей мне кофе.

Оставалось двадцать минут. Если бы кто-нибудь знал, как ему не хотелось идти на вахту!

* * *

За два часа температура внутри кабины упала ниже нуля.

Рустан включил отопление и набрал номер ремонтной.

- Да? - на этот раз голос был мужской.

- Я Ишимбаев с седьмого участка. Как там мой дружок?

- Какой дружок?