Сначала ему жилось неплохо. В стеклянном домике было тепло и чисто. Но скоро арбуз загрустил, затосковал по земле. В бутылке ему стало тесно. Солнце казалось теперь зелёным и сплющенным, а луна светила тускло, будто сквозь туман. И скрипка кузнечика как-то охрипла, и дождик не плясал больше по арбузиной спине.

- Эх, - думал арбуз, - пусть уж лучше ворона клюнула бы меня разок-другой. Это можно пережить. Перевязал бы рану листиком, скоро бы и зажила...

Но ворона так и не прилетела. Появились одна за другой разные букашки, они заискивали перед ним, потому что он жил в красивом домике, называли "королём арбузов".

- Пленный король... - вздыхал арбуз.

В середине лета он почувствовал, что удлиняется, становится длинным, как бутылка. Он перестал есть и спать, ночи казались ему бесконечными. Теперь букашки называли его королевой и прилетали по-прежнему стаями, будто ничего не случилось.

А арбуз-король тосковал в своём стеклянном домике. Он тешил себя одной мыслью: "Вот будет у меня много арбузиков - бело-чёрно-зелёных, полосатых. И все они будут круглыми, как дедушка Солнце и бабушка Луна".

СЕСТРЁНКА

Когда Арбузайка выглянула из цветка, она ещё не знала, что вырастет не круглой, как все арбузы, а длинной, вытянутой, как огромный огурец.

Арбуз, её круглый брат, уже три дня как спустился с ботвы на землю. Он был старшим и взялся заботиться о сестрёнке. Арбу-зайка была ещё совсем крохотная. Она даже не знала, когда спать ложатся, путала день с ночью.

Арбуз убаюкивал её по ночам и будил утром. Он рассказывал ей всякие истории, и понемногу Арбузайка набиралась ума.

- Братец, откуда меня взяла ботва?

- Купила.

- А почему она купила меня такой маленькой? Могла бы подождать, пока стану большой.

Когда Арбуз не знал, что ответить, он сердился:

- Скажи лучше, почему ты вся в грязи?

- Играла, братец.

- Для этого у тебя ума хватает. Займись-ка лучше устным счётом.

- Один...

- Дальше!

- А я только до одного умею.

- Голова у тебя длинная, а ум короткий. Ты самая глупая на всём баштане.

Арбузайка прикрывалась листочком и лежала тихонечко, пока её не звали к обеду. После обеда Арбуз снова брался за её воспитание:

- Что надо сказать ботве?

- Ещё хочу!

Арбуз злился и называл сестрёнку жадиной и невежей.

Когда они выросли, Арбуз больше всего на свете полюбил музыку. Он валялся животом кверху и слушал концерт лягушек с соседнего пруда. С сестрёнкою он не ладил. В музыке она не разбиралась. Наверное, потому, что у неё была слишком узкая голова.

Как-то ночью Арбузайка растормошила Арбуза:

- Скажи, братец, кто посеял на небе пшеницу?

- Это не пшеница, а звёзды.

- А у звёзд есть колосья?

- Есть, как не быть...

- Братец, а почему лягушки квакают?

- Чтобы арбузы лучше росли.

- Не обманывай.

В один прекрасный день на баштане появился шалаш. Арбузайка удивилась:

- Братец, почему у шалаша такой большой рот?

- Чтобы видеть весь баштан.

- Ты, братец, оказывается, тоже глуп. Кто видит ртом?

- Оставь меня в покое, - проворчал Арбуз и повернулся на другой бок.

Сквозь сон Арбуз слышал шаги, но не разобрал, что к чему. А утром хотел он разбудить сестрёнку и застыл на месте: возле него остался только её след на земле да хвостик.

СКАЗКА

О САМОМ БОГАТОМ

НА СВЕТЕ МАЛЬЧИКЕ

- Отпусти меня, бабуля,

Отпусти, родная, в сказку.

- Что ж, иди да возвращайся.

Мамалыга уж вскипела.

Нику в дверь шмыгнул проворно,

Озабоченный, серьёзный,

Побежал туда, где бродит

Папой сложенная сказка.

От отца ещё зимою

Нику слышал сказку эту.

Чудеса, что в ней случились,

За холмом в лесу таились.

Нику знал туда дорогу,

Этот путь недальний к лесу.

О боязни нет и речи!

Там лесник с двустволкой ходит.

Впрочем, Нику сам не робок,

Защитить себя сумеет.

Не его ли меч разящий

Разогнал зимой драконов!

Вверх идёт он по тропинке,

А село внизу осталось.

Не оглядываясь, Нику

Босиком идёт по травке.

Он пошёл босым нарочно,

Чтоб почувствовать ногами

Ласку тёплой пыльной стёжки,

Травки шёлковой касанье...

В башмаках ведь не узнаешь

Радость этих ощущений.

Волшебство босым дано лишь,

Босиком лишь в сказку ходят.

Дома бабушка, наверно,

Думает, что Нику рядом,

Где-нибудь в саду играет.

А уж он за холм спустился.

Всё тут кажется волшебным.

Вот оно, начало сказки!

Встали рослые деревья,

Шелестят о чём-то травы...

Ветер, что бежал за Нику,

Перед лесом бег замедлил:

- В лес идти нельзя мне, мальчик,

Ждёт на мельнице работа.

Про себя же ветер думал:

"Ох! Заблудится мальчишка!"

Только Нику не боится

Всё в лесу ему знакомо.

Входит в чащу шаг за шагом

Пробуждаются полянки.

В белых платьицах ромашки

Расступились перед Нику.

Еле слышно шелестели

Вслед ему цветы и травы:

- Это Нику, мальчик Нику

Из отцовской доброй сказки!

Мальчик смотрит на деревья,