В ночи на кумаре приперлась отпизженная Нинка Хуеглоттт. Мылась, ширнул, выебала.
После ебли глядел в потолок. Горы, моря, деревья, как из окна поезда. Стены корчили рожи.
Пора в ремиссию. Или просто отоспаться.
Зарядил Нинку Хуеглоттт за терками и салютом. Принесла.
Стендаля не хватало, позвал Клочкеда. Поделился, забрал квадраты, свалил.
Все заебало. Пора завязывать.
ДЕНЬ ОДИННАДЦАТЫЙ
Ночью ширялся на кухне, пока Нинка Хуеглоттт спала. Утром мазались на пару. Кругом сплошные глюки. Надо кончать с винтом.
Нинка Хуеглоттт притаранила все. Сварил шатаясь. Вмазался. Хочу спать — не могу! Пиздец!
ДЕНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ
Проспал почти трое суток. Сломался. Истощал. Когда не спал — жрал.
Зато теперь все ништяк. Веняки поджили. Голова ясная никаких глюков не видно. Рассудок трезв и на сердце приятственность.
Нинка Хуеглоттт агитирует завтра пойти по теркам, драгам и сварить. Почему бы и нет? Я уже чувствую, как чешутся мои веняки, требуя новой вмазки.
Главное, не входить в марафон и держать себя в руках.
ДЕНЬ ДВАДЦАТЫЙ
Не сплю пятые сутки. Прошлой ночью ко мне ломились торчки и требовали коки. Под обоями нашел гнездо каких-то мелких тварей. Раздавил. С потолка на лицо постоянно падает штукатурка.
НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ…
Приснился однажды наркоману Чевеиду Снатайко страшный сон: Идет он по знакомому городу. Ночь, улица, фонарь… И нет аптеки!
ЗАМОРОЧКА — 6. УПРАВЛЕНИЕ ЛЕТУЧИМИ МЫШАМИ
Произошло это странное происшествие в одной глухой деревушке. Туда на лето укатила Шура Кикоззз, переламываться от винта.
В ближайшем поселке была, конечно, каличная, но ничего, кроме марганцовки и горчичников в ней не продавалось. Зато в огородах росли бошки.
Антинаркотическая кампания не проникла в среднерусскую глубинку, чем Шура Кикоззз и пользовалась, еженощно совершая набеги на соседние деревни на предмет дербана лишнего мачья.
Там ее и нашел Навотно Стоечко.
Шура Кикоззз сперва обрадовалась, обняла его, но потом отступила на шаг и спросила:
— Привез?
Навотно Стоечко кивнул.
— Много?
Навотно Стоечко снова кивнул.
— Будешь?
Третий раз кивнул Навотно Стоечко, и Шура Кикоззз разрыдалась:
— Я же не вытерплю!
На этот раз Навотно Стоечко пожал плечами, как бы показывая, что это его не волнует.
Вечерело. Шура Кикоззз и Навотно Стоечко перекусили и пошли гулять в леса. Карманы Навотно Стоечко подозрительно оттопыривались, но невозможно было угадать, что же они на самом деле скрывают.
Набредя на подходящую полянку, Навотно Стоечко сел прямо на землю и разложил носовой платок. Через мгновение на нем появились колючки, пара сучков и фуфырик, обмотанный скотчем.
Любознательные муравьи попытались тут же проникнуть на новую территорию, но были безжалостно сдуты в траву.
Все было готово, и Навотно Стоечко приступил к ритуалу. Надев выборку на пятишку, он проколол резиновую пробку на обмотанном фуфыре, и набрал в баян два квадрата. После этого он вопросительно взглянул на Шуру Кикоззз. Та махнула рукой:
— Полтора, бля!..
Баян в руке Навотно Стоечко пополнился еще полутора кубами. Слив все это в щелочильный фуфырь, Навотно Стоечко сыпанул туда децил соды и стал наблюдать, как пузырится винт, доходя до готовности.
Когда сода перестала давать пузыри, Навотно Стоечко одним движением намотал на выборку метлу и выбрал себе двушку. Просушив петуха, он сменил выборку на ширяльную колючку, и на этом предварительные приготовления были завершены. Наступил решающий момент ритуала. Закатав рукав рубашки, Навотно Стоечко отвел руку назад, и, с силой прижав бицепс к боку, вытянул руку вперед. Кожа на ней перекрутилась, и тут же выступили вены, над которыми виднелись красноватые точки дорог.
Над его головой пролетела, хлопая кожаными крыльями, ранняя летучая мышь.
Шура Кикоззз, сощурив подслеповатые глаза, наблюдала за тем, как колючка вонзилась в кожу, как потекла в сучок кровь Навотно Стоечко, как бегунок заскользил к канюле, вдавливая в веняк раствор винта.
Ширнувшись, Навотно Стоечко повалился навзничь. Открыв через пару минут глаза, он увидел, что прямо у его рта висит крупная земляничина. Сорвав ее губами, Навотно Стоечко покатал ягоду по небу, смакуя редко попадающийся вкус, и проглотил.
— Не испортился в дороге? — Встала Шура Кикоззз и начала стаскивать с себя футболку. Навотно Стоечко хмыкнул и взял второй сучок.
Когда баян был заряжен, Шура Кикоззз потрогала пальцем центряк и сказала:
— Давай сюда.
Она обхватила ладонью бицепс, несколько раз с силой сжала кулак на ширяемой руке и подставила ее для вмазки. Прицелившись, Навотно Стоечко резко воткнул струну. В баян сразу потек контроль.
Пока девушка приходовалась, Навотно Стоечко снял с нее джинсы, раздвинул послушные ноги и начал ебать, не обращая внимания на комаров, принимающих жопу Навотно Стоечко за бесплатную кормушку. Шура Кикоззз все время ебли лежала тихо, не открывая глаз. Лишь когда Навотно Стоечко кончил и уже вытирал свой хуй листом какого-то лопуха, наркоманка проявила признаки жизни.
— Узнаю твой винт. — Сказала Шура Кикоззз. Она встала и Навотно Стоечко отметил про себя, что ее обнаженное тело приятно контрастирует своей белизной на фоне чернеющих кустов. Но Шура Кикоззз стала одеваться и скрывать свое тело от чужих взглядов.
Неясное томление охватило Навотно Стоечко. Ему захотелось тусоваться, чего-то поделать, но что делать в лесу, когда ебля уже закончилась?
— Пойдем на дербан? — Предложила Шура Кикоззз. — Тут деревня есть. Там на нескольких огородах маковки растут.
В отличие от Шуры Кикоззз Навотно Стоечко был мононаркоманом. Он хавал только винт и не прикасался к другим кайфам. Шура Кикоззз же, напротив, считала, что торчать нужно на всем, что позволяет на себе торчать. И без разбору мазалась черняжкой, хавала колеса, курила траву и пила сок манго, который в просторечье назывался гораздо проще — «молоко бешеной коровки».
Спать не хотелось, и Навотно Стоечко согласился побродить за компанию.
Пока Шура Кикоззз лазала по-пластунски в чужих огородах, Навотно Стоечко глазел по сторонам и считал звезды. Некоторые из них двигались, и достаточно быстро. Не находя этому объяснений, Навотно Стоечко просто смотрел на них.
С мешком маковых растений они возвращались в свою деревню. Шел где-то четвертый час утра.
Вскоре показалась заброшенная голубятня. Это строение указывало, что пройти осталось метров двести, но Навотно Стоечко, утомленный ходьбой и тасканием чужого кайфа, кинул мешок на землю и сел на него. Шура Кикоззз пристроилась рядом.
Вдруг появилась летучая мышь. С пронзительными попискиваниями она устремилась к голубятне и скрылась внутри. Через мгновение она же, или ее подруга, вылетела обратно и скрылась за ветками.
Навотно Стоечко понял, что там их гнездо. Или что там у летучих мышей бывает? Ему захотелось потрогать эту странную мышь, которая не жрет себе зерно в погребе, а парит над и между деревьями, ущемляя тем самым личность Навотно Стоечко, который летать не умеет.
Наркоман прикинул, что надо сделать, чтобы мышь подлетела и далась в руки? Наверное прикинуться такой же мышью. И Навотно Стоечко надел на себя телепатическую маску летучей мышки.
Теплокровные покорительницы воздушных пространств закружили вокруг Навотно Стоечко, но почему-то не садились. И он понял, что у них есть язык. Мыши свистели, но все по разному. Одни тоньше, другие басовитее, если можно так сказать об ультразвуке на пределе слышимости человеческим ухом.
— Пойдем, дотащим? — Предложила Шура Кикоззз, но Навотно Стоечко лишь отмахнулся, продолжая свои попытки установить контакт с летучими мышами. Теперь он пробовал мысленно подозвать их, чтобы одна из мышей села ему на плечо и позволила взять себя в руки.
В ответ на это раздался громкий писк, и мыши заметались в воздухе, словно убоявшись чего-то. В ответ Навотно Стоечко стал излучать доброжелательность. Он мысленно гладил мышек по головкам, приговаривая при этом какие-то ласковые слова. Мыши вроде бы успокоились, но садиться на плечо явно не хотели.
Поняв, что это твари дикие и к человеку не приученные, Навотно Стоечко изменил политику. Теперь он не просто хотел вступить в мысленный диалог, а полностью подавить волю животных, чтобы они исполняли его приказания, как повеления своего властелина.
Напрягшись, Навотно Стоечко выбрал одну из мышей и накрыл ее голову телепатическим колпаком. Мышь резко захлопала крыльями и скрылась в голубятне. Она не признавала Навотно Стоечко.
Раздосадовавшись, тот удвоил свои усилия. Поймав очередную мышь, Навотно Стоечко проник в ее нервную систему и дал, как бы изнутри, приказ сесть на этот классный насест, которым прикинулся сам Навотно Стоечко.
Мышь задумчиво покружила вокруг головы Навотно Стоечко, но решила, что насест далеко не классный и полетела прочь. Наркоман выругался про себя и возобновил попытки завладения и подавления чужого сознания.
Больше часа он пыхтел от натуги. Раздражался, успокаивался, пробовал различные способы. Продолжалось это до тех пор, пока не стало светать и все мыши не скрылись в своем жилище.
Но и тогда Навотно Стоечко несколько раз требовал вылета одной из мышей. Но что взять с неприрученных тварей? Они нагло не подчинялись.
Несколько ночей, пока не кончился привезенный винт, Навотно Стоечко торчал у голубятни, карауля мышей. Вскоре они уже принимали его за своего, но, как прирожденные индивидуалистки, игнорировали всякие его поползновения на амикошонство.
Плюнув, в конце концов, на некоммуникабельных мышей, Навотно Стоечко ширнулся сваренной Шурой Кикоззз черняжкой и пошел ебать ее, девушку, а не черняшку, в курятник.
ЗАМОРОЧКА — 3. БИТВА ЛЕТАЮЩИХ ТАРЕЛОК
Ты ширнут. Ты вмазан. Ты задвинут. И, кроме того, в твоем кармане бултыхаются несколько квадратов заебатого винта.
Эти обстоятельства наполняют тебя блаженной радостью. Тебе хочется объять весь мир, всех людей, и особенно женщин, которые попадаются тебе по пути домой.
В метро ты ебал троих. В автобусе одну, но зато весь путь до дома. Когда ты выходил, она даже тоскливо посмотрела тебе вслед, но преследовать не решилась.
Ты стоишь на пустой ночной остановке и раздумываешь: куда бы направиться. Конечно, ты идешь домой, но там пусто и одиноко, а тебе так хочется поебать кого-нибудь еще. Познакомиться и вздрючить ее по-настоящему.
Парк. Там наверняка кто-то есть. Одинокие девочки, гуляющие, как и ты в поисках приключений. Девочки с маленькими зовущими пиздами, которые жаждут чтобы их поебали.
И вот, ты уже идешь во мраке по тропинкам, высоко поднимая ноги, чтобы не зацепиться за корни деревьев. Над тобой теплое звездчатое безлунное небо, а вокруг — никого. Ты несколько раз меняешь направление, ходишь большими кругами в надежде встретить ту, которую можно выебать, но почему-то никого не попадается.
На небольшой полянке, возле широкой магистральной тропы, ты обнаруживаешь скамейку. Ты садишься на нее, пахнущую влажным деревом, прикидывая, что если девочка пойдет куда-нибудь, она обязательно должна будет пройти мимо тебя, а ты-то и воспользуешься моментом.
Приготовившись к ожиданию, ты расслабленно смотришь на небо. Оно не черное. В точке, куда устремляется твой взгляд, оно становится ярко-фиолетовым. И это фиолетовое пятно мигает, переливаясь оттенками цвета, от него по всему небу расходятся фиолетовые волны, лучи, и ты понимаешь, что это Космос сигналит тебе о чем-то.
Ты продолжаешь созерцать небо, в надежде расшифровать загадочное послание, но никакой информации к тебе не приходит, а может и приходит, но ты ее не замечаешь. Волны фиолетового, бьющие тебе в глаза, прорастают голубыми и розовыми прожилками. Этот свет уже заполняет все небо, и тебе становится видно как днем. Звезды перестают быть звездами, маленькими светящимися точками, теперь они уже огромные шары, у которых одна половина черная, а другая — светлая, и они вразнобой вращаются, показывая тебе то одну, то вторую сторону, как маленькие луны.
Тебе видно все: деревья, кусты, прежде спрятанные во тьме, листья, траву, асфальт, корни. Ты смотришь на свою руку и видишь на ней все подробности, все вены.
Выбрав одну из вращающихся звезд, ты посылаешь к ней мысленный клич: «Эй, разумные существа, прилетите ко мне!» Ты вкладываешь в него всю свою силу, все свое желание встретиться с настоящими инопланетянами. Вдруг и среди них попадется смачная телка, которая будет не против с тобой перепихнуться?
Теперь остается только ждать. Ты чуешь, что посланный тобой сигнал дошел до адресата, и теперь они спешно собирают шмотки, чтобы навестить тебя.
Небо потемнело, но только слегка. Из него ушли все разноцветные разводы и теперь оно ровного серого тона, на котором продолжают крутиться шарики звезд.
Каким-то внутренним знанием ты осознаешь, они уже в пути. Они торопятся к тебе. Но сколько времени займет полет? Им же придется пронестись сквозь неимоверные космические пространства… Но их технология настолько высока, вдруг доходит до твоего сознания, что на все про все им хватит нескольких минут или, в крайнем случае, часов. Ты дождешься.
Холодает, но ты не реагируешь на эту мелкую помеху. Закрыв слезящиеся глаза, ты пытаешься вновь вступить в телепатический контакт с пришельцами. Да. Они уже близко! Да, они подлетают к Земле. Ты начинаешь дрожать, но не от холода, а от предвкушения встречи с иным разумом.
Вот, прямо на дорожку перед тобой, бесшумно садится летающая тарелка. Она мигает посадочными огнями, в стенке образуется проем и в нем возникает человеческая фигура, залитая, как в лучших спилберговских традициях, ярчайшим голубым светом. Его интенсивность постепенно спадает, и ты начинаешь различать черты пришельца. Пусть это будет девушка. Она стройна и красива. Она обнажена. Она подходит к тебе и спрашивает:
— Чо, бля, ебаться хочешь, козел?
Ты мотаешь головой, пытаясь таким способом стряхнуть чужеродную реплику инопланетянки. Но ее мыслеобраз продолжает, не взирая на все твои попытки контроля над собственными мыслями:
— Мы тут, бля, хуячим через сотни световых лет, думаем, какой-то просветленный дорос до контакта, а тут, бля, похотливый наркоман!
Наконец, тебе удается овладеть ситуацией, и девушка начинает говорить гораздо ласковее:
— Ну, ничего, не за просто же хуй мы сюда пиздюхали? Иди со мной, мы, там, у себя, сделаем из тебя человека. Согласен?
Ты радостно киваешь и тащишься вслед за инопланетянкой.
Вот, ты уже внутри. Взлет…
Но от представления будущего контакта тебя отвлекает что-то, творящееся на небе. Погрузившись в мечтания, ты не сразу отреагировал на эти изменения, а, обратив на них внимание, теперь не можешь понять, что, собственно, происходит.
На темно-сером небесном своде сияют фиолетовые сполохи. Резко проносятся невидимые объекты, обозначенные тремя белыми огоньками. Их много. Ты понимаешь, что они в кого-то стреляют. Но в кого?
Поделиться книгой: