Пусть рухнет свод воздвигнутой державы!
Мой дом отныне здесь. Все царства — прах.
Земля — навоз; равно дает он пищу
Скотам и людям. Но величье жизни —
В любви.
И доказать берусь я миру,
Что никогда никто так не любил,
Как любим мы.
Клеопатра
Блистательная ложь!
Не тот ли, кто любовь так славословит,
На Фульвии женился, не любя?
Не так глупа я: знаю, что Антоний —
Антоний.
Антоний
…Покоренный Клеопатрой.
Но умоляю: из любви к любви
И сладостным часам ее не будем
На горестные споры тратить время.
Пусть каждый миг несет нам наслажденье.
Каким забавам вечер посвятим?
Клеопатра
Послушаем гонцов.
Антоний
Ах, как упряма!
Но спорит ли, смеется или плачет —
Все ей к лицу. Любым ее порывом
Я только восторгаюсь удивленно. —
Что мне гонцы? Я твой и только твой.
Вдвоем с тобой мы вечером побродим
По улицам, посмотрим на толпу.
Пойдем, моя царица. Ведь вчера
Ты этого хотела.
Прочь! Ни слова.
Деметрий
Пренебрегает Цезарем Антоний.
Филон
По временам, когда он не Антоний,
Теряет он величие души,
Которое Антонию присуще.
Деметрий
Как жаль, что сам он подтверждает слухи,
Дошедшие до Рима. Но надеюсь,
Что завтра будет он другим. Прощай.
Хармиана
Сиятельнейший Алексас, сладчайший Алексас, наипревосходнейший Алексас, почти всесовершеннейший Алексас! Где же тот прорицатель, которого ты так расписывал царице? Мне не терпится узнать что-нибудь о будущем супруге, который, по твоим словам, будет венком прикрывать свои рога!
Алексас
Эй, прорицатель!
Прорицатель
Я к твоим услугам.
Хармиана
Так это он? — Ты, говорят, всеведущ?
Прорицатель
Порой в великой книге тайн природы
Мне удается кое-что прочесть.
Алексас
Пускай он взглянет на твою ладонь.
Энобарб
Живее, ужин! И вина побольше.
Поделиться книгой: