Очнулся я на плоту. Меня тошнило водой, я лежал на досках, дрожа от холода, во всем теле была слабость.

– Наконец-то очухался! – услышал я над собой голос ДС. – Я уже четверть часа делаю тебе искусственное дыхание! Три раза нырял за тобой, еле нашел!

Срывающимся шепотом поведал я другу свои подводные переживания и обиды.

– Значит, прогноз о твоих возможностях превращения в наяду был ошибочным, ибо прочного контакта с подводным миром реализовать ты не смог, – сказал ДС. – Не спорю, какие-то мгновения ты был как бы русалкой, однако решающего биогенетического переключения организма на естественное обитание в водной среде не произошло, что едва не привело тебя к летальному исходу.

– Зато теперь твердо установлено, что я не русалка! Как это хорошо! – с облегчением прошептал я. – Ведь там, под водой, никому не нужна машинка типа «руки – ноги» и там никто, никто не поймет и не оценит моих стихов…

1972