Давыдов, как юрист, расспросил обстоятельства дела. Прокунин не скрывал от него, что исчез он сознательно, желая разбогатеть в дальних краях, чтобы вернуться в родные края другим человеком, желал он снова уйти в науку.

- Я ведь был уверен, что завод сам по себе расквитается с кредиторами, а теперь... После Желтухи мое имя стало частенько мелькать в газетах, один из кредиторов, с которым не расплатились как надо, по газетам и установил, что я живу и благоденствую в Благовещенске. Остальное тебе, Коля, известно. Для меня это удар, и боюсь, он станет для меня роковым.

- Я надеюсь, - утешал его Давыдов, - с твоей стороны было только банкротство, но не злостное, ибо ты бежал только при часах покойного отца, а уголовно наказуемого сокрытия имущества с твоей стороны не усматривается. Так и говори на суде, что обижать или обманывать кого-либо ты не хотел.

- Поверят ли? - жалко усмехнулся Прокунин.

- Должны, - убежденно произнес Давыдов... Адвокат на суде доказал честность Прокунина:

- Когда от правосудия скрывается злостный банкрот, он прихватывает с собой что-то самое ценное, о других не думая. Однако мой подзащитный, хотя и признал свое банкротство, но юридически он остался непорочен, аки ангел небесный, ибо, скрываясь, господин Прокунин не взял ни копейки... Давыдов оказался прав: суд оправдал Прокунина. Но трагедия его жизни стала уже необратимой. Чувство виноватости перед людьми не покидало Прокунина, и вскоре он отъехал обратно на Амур, - "уехал (по словам того же Давыдова), настроенный пассивно к настоящему и недоверчиво к будущему", говоря на прощание:

- Ах, если б оно у меня было, это будущее. Проклятый купорос, потом желтухинское золото выели мне всю душу. Ненавижу сам себя! Господи, как я был смешон, когда тропою тигров да хунхузов пробирался на Желтуху, мечтая иметь миллионы. А теперь я спрашиваю себя: зачем?

Расставание на вокзале было очень печальным.

- Ты хоть напиши мне, как там... Ладно?

- Напишу, - обещал Прокунин, но Давыдов как-то сразу подумал, что писем от него ждать уже не следует.

Поезд тронулся. Осталось помахать шляпой.

... Прокунин скончался в Благовещенске летом 1896 года на сорок седьмом году жизни. Кое-где мелькнули краткие и маловыразительные некрологи, в которых журналисты старались выделить именно то, что покойный был президентом Желтухинской республики. Вряд ли кто из читателей понял их намеки:

- Желтухинская республика - это где такая?