Эро Шан грустно улыбнулся.

— Ну, мы пока еще есть, — сказал он. — Знаешь, пойду-ка я прямиком в постель. Я очень устал.

Комната, в которой мы находились, казалась большой из-за тусклого света светильников, истощенного, немощного света, явно нуждающегося в подкреплении жизненных сил, а может, в мужестве, чтобы добраться до четырех стен, которые казались такими далекими. В комнате были две очень низкие кровати, пара лавок и комод. Словом, это была бедная, скудно обставленная, унылая и мрачная комната. Но несмотря на это, я упал в кровать и почти мгновенно уснул.

Было что-то около полуночи, когда я проснулся. Мне понадобилось несколько секунд, чтоб сориентироваться в темной комнате. Я не смог понять, где я и что это за скрип, который я отчетливо слышал. Вскоре я отчетливо разобрал голоса, разговаривающие шепотом, постепенно сбросил с себя остатки сна и понял, где нахожусь. Голоса доносились из-за двери.

Я встал и зажег светильник, в это время проснулся Эро Шан и уселся на кровати.

— Что это? — спросил он.

— Они за дверью, — ответил я шепотом. — Мне это не нравится.

Мы прислушивались и вскоре услышали удаляющиеся шаги. Кто бы это ни был, он мог услышать наши голоса, или увидеть полоску света под дверью.

— Давай запрем дверь, — сказал Эро Шан. — Мы будем лучше спать.

Мы нашли тяжелый деревянный брусок-засов, и я быстро поставил его на место в двери. Я не знаю, почему мы не сделали этого раньше. Потом я задул светильник и вернулся в постель. Сейчас, чувствуя себя в безопасности, мы должны были заснуть немедленно. И заснули, смею вас заверить.

Следующее, что я почувствовал, было ощущение, что по мне шагает полк солдат. Я был связан по рукам и ногам и совершенно беспомощен. Тем не менее я пытался бороться, но мне почти ничего не удалось сделать, кроме как заехать кому-то локтем в челюсть.

Очень скоро в комнату внесли светильники, мои противники скрутили мне руки за спиной и отошли подальше. Я увидел, что Эро Шан связан так же, как и я. В комнате было около десятка солдат и слуг и все четыре члена семьи. За ними я увидел открытую дверь, но совсем не ту, которую я так старательно укреплял, — это была другая дверь. Раньше она пряталась во мраке.

— Что все это значит, Товар? — спросил я.

На мой вопрос ответила Нула.

— Я знаю вас, — прокудахтала она. — Я знала, кто вы такие, все это время. Вы пришли забрать нас к Моргасу в волшебном корабле, который летает по воздуху. Только колдун может сделать такой корабль.

— Чушь! — сказал я.

— Никакая не чушь, — возразила она. — У меня было видение: женщина без головы пришла и сказала мне, что Ваная хочет мне что-то сообщить. Я пошла к Ванае и долго говорила с ней. Она все мне сказала! Она сказала, что вы те самые люди, которые украли ее и отвели к Моргасу.

Йонда подошла почти вплотную ко мне.

— Я пыталась предостеречь вас, — прошептала она. — Она совсем безумна. Вы в большой опасности.

— Если вы хотите остаться в живых, — закричала Нула, — сделайте так, чтобы она снова стала человеком!

— Но я не могу сделать этого, — сказал я. — Я не колдун.

— Тогда умри! — выкрикнула Нула. — Выведите их во двор и убейте! приказала она солдатам.

— Это очень опасно, — сказала Йонда.

— Замолчи, дура! — заорала Нула.

— Я не буду молчать, — возразила Йонда.

Я и не думал, что у этой девушки столько мужества, она выглядела такой испуганной…

— Я не замолчу, потому что ты подвергаешь мою жизнь такой же опасности, как и свою. Если эти двое — действительно люди Моргаса, Моргас отомстит нам, если мы причиним им вред.

— Это правда, — сказал Эндар.

Слова Йонды заставили Нулу остановиться и призадуматься.

— Ты тоже так думаешь? — спросила она Товара.

— В этом может таиться большая опасность, — сказал он. — Мне кажется, мы должны дать им уйти. И не стоит их убивать.

Нула наконец пришла в себя и приказала нам убираться из замка.

— Отдайте нам наше оружие, мы улетим на нашем энотаре, и никогда больше не вернемся, — пообещал я.

— Вы не получите свое оружие, которое вы можете повернуть против нас, заявила Нула. — Свой вонючий волшебный корабль вы тоже не получите, пока не возвратите нам Ванаю.

Я попытался было спорить, но понял, что это бесполезно.

— Ладно, — сказал я. — Если мы должны оставить энотар здесь, мы его оставим. Но вы еще очень пожалеете о том, что не дали нам его забрать, потому что кто-нибудь захочет его потрогать.

На этом я остановился, давая ей возможность догадаться самой.

— Ну? — обиделась она. — И что будет, если кто-нибудь дотронется до него?

— О, это совершенно не повредит энотару, — заверил я ее. — Но любой, кто дотронется до него, умрет.

Нас вывели из замка, и мы сонно потащились в долину, сопровождаемые предупреждениями не возвращаться без Ванаи. Но я еще раз попробовал внушить солдатам и стражникам мысль, что будет разумнее, если они и близко не подойдут к энотару. Я надеялся, что мне поверят, — а почему бы и нет? Люди, которые верят, что человека можно превратить в залдара, поверят чему угодно.

Пока мы наощупь брели вниз в долину, казалось, что наше положение безнадежно. Мы остановились у берега реки, чтоб обсудить наши дела и дождаться наступления дня.

— Мы попались, Эро Шан, — сказал я. — Без оружия, без друзей, за пять тысяч миль от Корвы, без всяких средств к передвижению, — а домой-то надо двигаться через неизвестную и неизведанную землю и по меньшей мере через один океан.

— Ну, — сказал он, — и что мы будем делать?

— Есть единственный выход — вернуть наш энотар.

— Естественно. Но как?

— Освободив Ванаю и возвратив ее родителям.

— Великолепно, сэр Галахад, — поаплодировал с ухмылкой Эро Шан. — Но Ваная в загоне за замком.

— А ты ведь веришь в это, сэр Парсифаль, не правда ли? — спросил я.

— Конечно, нет, но где же она тогда?

— Если она жива, она должна быть у Моргаса. А значит, мы идем к Моргасу.

— Возможно ли, чтобы умопомешательство было столь смелым? — воскликнул Эро Шан. — А если ты не безумец, то как же ты намереваешься отдать себя в руки помешанного преступника?

— Потому что я не думаю, что Моргас помешан. Насколько я могу судить, он единственный смышленный и здравомыслящий человек во всей долине.

— Почему ты пришел к такому выводу?

— Это просто, — сказал я. — Остальные три клана воровали залдаров Моргаса. Моргас уже имел репутацию колдуна и, играя на этом, начал рассказывать сказки о превращении людей из этих кланов в залдаров. После этого никто не убивал и не ел залдаров, таким образом стадо Моргаса было в безопасности, да еще он смог захватить покинутые стада остальных.

Эро Шан некоторое время обдумывал сказанное мной, и наконец согласился, что я прав.

— Стоит попробовать, — сказал он. — Потому что я тоже не вижу другого пути, чтобы вернуть себе энотар.

— Тогда пошли, — сказал я. — Не имеет смысла ждать наступления дня.

6

Мы пошли по течению реки и к рассвету очутились перед массивными воротами замка Моргаса. Это было грозное нагромождение камней, хмурящееся с возвышенности. Мы не заметили ни одного намека на то, что в нем кто-нибудь живет. Замок казался домом мертвых. Я поднял камень и швырнул его в ворота, потом громко крикнул.

— Кажется, они не очень боятся нападения врагов, — заметил Эро Шан.

— Наверное, потому что у Моргаса не осталось врагов. Некому на него нападать, — предположил я, продолжая швырять камни в ворота.

Вскоре в воротах открылось небольшое окошко, и на нас уставилась пара глаз.

— Кто вы? И что вам здесь надо? — спросил грубый голос.

— Мы гости из далекой страны, — ответил я. — Пришли засвидетельствовать свое почтение Вутугану Моргасу.

Я заметил, что глаза смотрят куда-то вдаль, сквозь нас.

— Где ваши воины? — спросил голос.

— Мы одни, мы пришли с миром, с мирным визитом.

Возникла пауза, во время которой обладатель голоса и глаз скреб голову в раздумье.

— Ждите здесь, — сказал он и захлопнул окошко.

Мы прождали минут пятнадцать. За это время на барбикене появился человек и внимательно осмотрел нас. Окошко открывалось и закрывалось несколько раз, и чьи-то новые глаза пялились на нас, но никто не сказал ни слова. Однако скоро ворота все же отворились, и дежурный офицер приказал нам войти. За ним стоял небольшой отряд — около двадцати солдат.

— Вутуган Моргас примет вас, — сказал офицер и пристально осмотрел нас. — У вас нет оружия?

— Никакого, — заверил я его.

— Тогда идите за мной.

Солдаты окружили нас и мы пошли через двор к донжону, высокой круглой цитадели, окруженной у основания рвом со вкопанными в дно заостренными кольями. К своему удивлению, я увидел, что мост, переброшенный через ров, был подъемным — Моргас далеко шагнул вперед по сравнению со своими современниками.

Мы сразу же вошли в большой зал, в дальнем конце которого на очень высоком помосте сидел человек. Солдаты выстроились за ним, остальные стали столбами под помостом.

Кроме него здесь, в большом зале, было, наверное, около сотни мужчин и женщин. Я сразу же поискал глазами Ванаю, но обнаружить ее в этой толпе не смог.

Нас подвели к ступенькам, ведущим на помост. Человек, который, как я предположил, и был Моргасом, осмотрел нас с ног до головы. Я ответил ему тем же.

Моргас выглядел отвратительно: длинные сальные волосы, закрывающие низкий лоб, глаза, подпирающие с двух сторон переносицу. Пальцы рук у него были непомерно длинные и гибкие. Такой тип рук у мужчины всегда вызывал во мне чувство отвращения, даже непристойности. Его кожа была нездорового белесого цвета, это была какая-то трупная бледность. В общем, это была исключительно неприятная личность.

В зале стояла невероятная тишина, не было слышно ни звука, когда он вдруг закричал:

— Тихо! Я не терплю этого адского шума! Отрубите им головы! Отрубите головы всем! Может, тогда я успокоюсь.

Это были первые слова, сказанные достойным Вутуганом, но их оказалось вполне достаточно для того, чтобы я отказался от своего прежнего представления об этом человеке. Вместо единственного нормального и здравомыслящего человека в долине передо мной стоял безысходный врожденный маньяк.

Единственной реакцией на его вспышку было приглушенное бормотание и шарканье ног.

— Так-то лучше, — довольно сказал Моргас, оглядывая вассалов прищуренными глазами. — Наконец-то я смогу уснуть. Прицепите им головы на место.

Его глаза, шарившие по залу, остановились на нас.

— Кто вы? — спросил он.

— Это странники из далеких земель. Они пришли увидеть вас, — объяснил сопровождавший нас офицер.

— Я Вутуган Моргас, колдун Гаво, — сказал человек на помосте. — А кто вы такие?

— Это Корган Сентар Эро Шан из Хавату, — ответил я, указывая на моего спутника. — А я — Карсон Венерианский, Танджонг Корвы.

— Значит, вы не верите, что я колдун, да? — спросил Моргас, и не давая нам ответить, добавил. — Подойдите сюда, я покажу вам. Они не верят, что я колдун, а? Они думают, что я не колдун! Подойдите! Идите сюда!

Мне показалось, что будет разумным, если я отнесусь и к этому существу с малой толикой доброжелательной иронии, и мы поднялись по ступенькам, ведущим на помост. В это время Моргас рылся в карманах в поисках чего-то. Наконец он нашел то, что искал, и вытащил небольшой орех, который держал между большим и указательным пальцами.

— Здесь вы видите небольшой орех, — объяснил он нам, очевидно, подозревая за нами то ли слепоту, то ли полную тупость. — Вот! Возьмите, посмотрите!

Мы взяли орех и осмотрели его.

— Да, это действительно небольшой орех, — сказал Эро Шан с невероятно убежденным видом.

Моргас выхватил орех у него из рук, спрятал в руках, потер руки одна об другую, сделал в воздухе несколько пассов и затем показал открытые руки. Орех исчез.

— Невероятно! — вскричал я.

Моргас, казалось, был польщен сверх всякой меры.

— Видели ли вы когда-нибудь такое колдовство? — спросил он.

Я почел за лучшее заверить его, что никогда ничего подобного не видел.

— Ты ничего не видел, — подвел он итог.

Потом Моргас подошел к Эро Шану и сделал вид, что достает орех из его уха. Люди в зале одновременно пооткрывали рты от изумления. Это случилось столь же неожиданно и неотрепетированно, как выдвижение президента на третий срок.