И тогда все увидели бледное лицо, как две капли воды схожее с тем, что было написано на портрете, висевшем в кабинете Джералалы.

– Ой, – только и вымолвила Джералала. – Папа и в самом деле прилетел! И даже мне ничего не сказал! А Петр его победил! Самого Брадуфила победил!

Даже отсюда, с трибуны, было прекрасно видно, каким испепеляющим гневом горят глаза побежденного Брадуфила. Таким, что Петр было даже отступил от него, но только на миг.

А потом он поднял шлем Брадуфила высоко у себя над головой, победно потряс им в воздухе и обернулся к герольдам, так и стоящим напротив ложи Джералалы.

Надо отдать справедливость: самым первым из общего оцепенения вышел главный герольд. И поступил в полном соответствии с рыцарскими правилами турнира. Он медленно подъехал к месту последней схватки, приподнялся в седле, обвел взглядом по-очереди все четыре трибуны и громко провозгласил:

– Честную победу в поединке одержал Петр! Он вправе требовать об побежденного рыцаря выполнения его воли!

Брадуфил заскрежетал зубами. Но, видно, жесткое воспитание бабушки Джералалы третьей дало ему и кое-что хорошее. Так что поражение, овладев собой, он перенес стойко, – по крайней мере, на глазах у тысяч своих подданных.

Сначала Брадуфил сел, потом жестом руки отверг помощь оруженосцев, бросившихся к властелину, и встал без посторонней помощи.

В следующее мгновение микропереводчик Джералалы перевел для Кости фразу, которую хоть и с великим усилием, а все же, преодолев себя, смог произнести Брадуфил:

– Подтверждаю, что Петр бился честно! Готов выполнить его волю!

Петр сорвал с себя шлем. Глаза его сияли ни с чем не сравнимым восторгом.

– Поверни эскадру обратно! – крикнул он. – Солнечная система принадлежит нам!

И Брадуфил в знак покорности склонил перед победителем голову.

8. Место финиша – квартира Трофименко

Джералала провожала Петра, Костю, Златко и Бренка до самого космокатера, так и стоявшего в целости и сохранности в том отсеке, куда его затащил сачок-ловушка.

По приказу Джералалы кухня космокатера уже был загружена несметным количеством еды, особенно сладкими кушаньями – в герметично закрытых сосудах разной величины.

Спорить было бесполезно: командир эскадры и губернатор четырех планетных систем тараторила без умолку, давая инструкции, как и в какой последовательности все это надо было есть. Запомнить инструкции из-за их количества тоже было невозможно.

Но на подарки надо отвечать подарками и, посоветовавшись, земляне решили одарить Джералалу космокатером номер шесть, стоящим в соседнем отсеке.

Когда от восторга она на некоторое время замолчала, дядя Габродал, также пришедший проводить землян и, видно, не держащий на них зла, с очень большим сожалением сказал:

– Жалко, что вы отказались вступить в космический легион! Да я бы с такими ребятами…

– Не огорчайтесь, – вежливо ответил Костя. – Не сошелся же на нас клином белый свет!

Габродал на вежливость ответил вежливостью:

– Для вас места в легионе все равно всегда найдутся! Если надоест вам ваша система, захочется приключений, дайте только знать!

А папа Брадуфил после поединка так ни разу и не появился. Видимо, переживал свое поражение в одиночестве, а, может, и улетел уже восвояси, чтобы продолжать править всеми своими многочисленными владениями.

Во всяком случае Петра-победителя своим сыном он так и не назвал. Но слово свое сдержал: эскадра Джералалы повернула обратно. Теперь землянам пора было домой.

Вот и настал момент прощания.

Габродал по-рыцарски щелкнул каблуками, зазвенели шпоры. Джералала четвертая вдруг снова стала обыкновенной девчонкой, какой Петр и Костя один раз ее уже видели: она разразилась слезами и опять бросилась Петру на шею.

– Увидимся ли мы когда-нибудь? – всхлипнула она. – Я так к вам привыкла!

– Да ты прилетай как-нибудь на Землю! – вырвалось у Кости. – Без эскадры, как добрая гостья. Мы всегда тебе будем рады!

– Обязательно прилечу! – всхлипнула Джералала.

Она оставила Петра и кинулась на шею Косте. Но потом опять вернулась к Петру.

– До свидания, братья! – выдавила она из себя сквозь слезы.

Костя тут же подумал: а куда же я, собственно, ее пригласил? В какой век? В двадцать третий, конечно, а мы-то живем в двадцатом! Ну ладно, решил он, в случае чего Златко и Бренк придумают что-нибудь!

– До свидания! – сказал он и полез в люк.

В рубке управления он велел космокатеру включить наружный обзор.

Видно было, как Джералала оторвалась наконец от Петра, милостиво кивнула Златко и Бренку и, под руку с дядей, вошла в тот самый нескончаемый туннель, где совсем недавно бушевала великая битва двух землян с роботами.

В следующий момент туннель закрыла гигантская заслонка: звездолет готов был выпустить земной космокатер.

Петр, Бренк и Златко тоже уже были в рубке управления. Оказалось, если приказать космокатеру, тот может выдвинуть из стены и два дополнительных кресла, так что мест хватило на всех четверых.

Еще некоторое время экран наружного обзора был совершенно темным; и вдруг на нем ослепительно вспыхнуло Солнце, зажглись на черном небе и яркие огоньки-звезды, и стала быстро уходить в сторону черная громада – звездолет Джералалы, на котором развернулось столько событий.

– Космокатер номер семь, домой, на Землю! – распорядился Златко.

– Так мы на Землю летим? – спросил Петр. – Остальные космокатера догонять не будем?

– Да они уж наверняка давным-давно долетели до Плутона и теперь уже на Земле, – небрежно ответил Бренк.

Петр сдвинул брови. Ему пришло в голову то, что прежде из-за множества головокружительных приключений еще не приходило.

– Но если они вернулись, а двух космокатеров до сих пор нет на Земле, что же они поиски не начали? – спросил он угрюмо. – Тем более, связь с нами они с самого начала гонок потеряли. Или у вас в двадцать третьем веке больше не принято товарищу на выручку приходить?

Он заметно помрачнел: видимо, снова вспомнил, как покорно Златко и Бренк дали себя посадить под замок, вместо того, чтобы сражаться, изобретать планы освобождения, словом, бороться до последней возможности.

Неужели в самом деле всего за три каких-то века человечество столь заметно оскудело удалью, дерзостью, да верой в собственную крепкую руку и локоть товарища?

Но такие мысли вдруг заставили Петра вспомнить и другое.

– Эй, ребята! – воскликнул он. – Я свой пояс забыл. Ну тот, что силы удесятеряет. Будем возвращаться?

– А зачем же ты его снимал? – удивился Костя.

– Как зачем? – вопросом на вопрос ответил Петр. – Перед поединком.

Костя недоуменно воззрился на товарища.

– Постой! Так ты бился с Брадуфилом без пояса? – догадался он. – Специально снял? Но почему?

Петр покрутил головой. Взглянул на экран, где все меньше становился звездолет Джералалы.

Теперь в экран помещались и другие корабли ее эскадры. Их было очень видимо-невидимо.

– Ну как почему? – ответил он не очень охотно. – Это же был честный рыцарский поединок. Одно дело роботов поколотить, когда они толпой на тебя нападают, а тут один на один. И Брадуфил честно бился, ничего не могу сказать!

– Так у него опыт какой! – воскликнул Костя. – Наверняка он все время упражняется на арене, а ты? Ты же за Солнечную систему бился! А если б проиграл?

– Не мог я проиграть, – убежденно ответил Петр и повторил: – Не мог!

Костя только рукой махнул. Говорить теперь и в самом деле было нечего. Все было позади, и хорошо, что все кончилось так удачно…

И вдруг все, что происходило с ним с Петром, действительно кончилось.

В следующий же момент рубка космокатера куда-то исчезла, исчезли и Петр, Златко и Бренк. Мгновение все кругом было черным-черно, а потом снова ярко вспыхнуло Солнце. Но светило оно теперь не с экрана наружного обзора, а в окно той самой комнаты в квартире Петра, где собраны были африканские луки и стрелы, боевые топоры, ножи, бивни слонов и носорогов, шкуры леопардов, – словом все то, что Трофименко-старшему нравилось привозить домой из продолжительных зарубежных командировок.

Костя понял, что сидит он за столом, что на соседнем стуле сидит Петр, а Бренк и Златко, от души улыбающиеся, разместились за столом напротив.

Бренк сказал:

– Поздравляю с возвращением! И с победой! Самого Брадуфила победили, Солнечную систему отстояли! Не каждый бы смог!

– А куда же наш космокатер делся? – с безмерным удивлением спросил Петр. – Во дворе, что ли, мы его оставили?

Бренк и Златко весело переглянулись. Видимо, изумление Петра было столь забавным, что оба начали хохотать.

Отсмеявшись, Златко ответил:

– Нет, не во дворе! Но космокатер всегда в вашем распоряжении. И не только он. Хотите, на звездолете полетите в соседнюю Галактику. Хотите, пройдете под Землей по жерлу вулкана. Да мало ли что вы еще теперь сможете!

– Про звездолет вы ничего не говорили, – недоверчиво молвил Петр. – Вот космокатер нам действительно Галакспол подарил, и вам тоже! Только мы все вместе решили его Джералале на память оставить.

Бренк и Златко снова переглянулись.

– Ладно, – сказал Бренк, – пришла пора вам все объяснить. Галакспол действительно подарил вам космокатер. Нам тоже. Но вместе с тем и вы, и мы получили в подарок и многое другое. Да вот он, ваш подарок!

Только после его жеста Костя и Петр увидели, что на столе перед ними лежит маленькая плоская коробочка с двумя десятками кнопок. На ней была надпись «ИИ-217».

– Игровой иллюзор, – продолжил Бренк. – Самая последняя модель. У нас сейчас каждый мальчишка о таком мечтает. Вот Галакспол и подарил нам два игровых иллюзора за поимку Сооло Грина. И мы включили вас в игру, чтобы показать как он работает. Выбрали для начала космические гонки.

У Кости мелькнула смутная догадка.

– Иллюзор? – проговорил он медленно. – Игровой? Это значит…

– Это игра была! – сказал Бренк. – Увлекательная игра! Иллюзор сам на ходу менял ее условия, моделируя все новые и новые ситуации. С ним можно играть одному, можно вдвоем. Вот вы вдвоем с Петром и играли, а мы сидели здесь за столом и смотрели на вас. Очень недолго. Это вам казалось, что все события заняли немало времени, а на самом деле – несколько минут. Тем-то игра и хороша! А отдых какой!

В комнате воцарилась тишина. Петр тоже смутно начинал понимать, что все это значит. Глядя на Златко и Бренка в упор, он встал.

– Это что же, – сказал он угрюмо, – мы на самом деле нигде и не были?

– Считай, что были! – весело ответил Бренк. – Когда мы включили игру с космическими гонками, иллюзор настроился на ваши биотоки и стал строить ситуации в полном соответствии с вашими характерами и душевным складом, создавая для вас самую полную иллюзию того, что вы принимаете непосредственное участие во всех событиях. Вот если б на месте Петра был другой человек, не столь отважный, он мог бы и не победить Брадуфила, а то и вовсе не участвовать в поединке.

– Этот иллюзор вроде наших компьютерных игр, что ли? – спросил Костя, чтобы уяснить все до конца.

– И сравнивать нельзя! – ответил Златко. – «ИИ-217» создает в вашем сознании полную иллюзию непосредственного участия в той или иной игре. Вы же все совсем как наяву переживаете! От вас самих зависит, что дальше будет!

Костя задал новый вопрос:

– А если б мы так и остались в космокатере, не открыли роботам люк?

– Тогда иллюзор по-другому построил бы ситуацию. Как – не знаю! Ну, возможно, роботы взломали бы люк, посадили вас в камеру на звездолете, а потом иллюзор определил бы, что ни на что другое вы не способны и прекратил игру.

– Сидели бы в камере, как вы? – угрюмо спросил Петр.

– Да мы и не играли вовсе! – улыбаясь, ответил Бренк. – Вы вдвоем играли. Иллюзор создал в вашем воображении и гонки на космокатерах, и нас со Златко, и битву с роботами, и Брадуфила. Правда, иллюзор дает возможность подключиться и наблюдать, что происходит с игроками. Вот мы со Златко и наблюдали. Очень интересно было! Вы прямо герои!

– И Джералалы, стало быть, на самом деле не было? – мрачно спросил Петр. – А что же вы нас даже не предупредили заранее, что все это игра?

– Сюрприз вам хотели сделать, – не очень уверенно ответил Бренк. – Разыграть немного.

Было видно, с каким усилием Петр берет себя в руки. Наверное, он очень многое мог бы сказать в эту минуту Златко и Бренку. Но сказал только одно:

– Эх вы! Да вы хоть представляете себе, что это такое – выехать на поединок и знать, что если проиграешь, Солнечная система будет завоевана пришельцами! А трибуны кричат, и все против тебя! Эх вы!

Он тяжело сел на место и не глядел больше на Златко и Бренка.

Костя тоже сообразил кое-что.

– Постойте, значит и Парижа тоже не было? – спросил он с великой горечью.

Бренк и Златко переглянулись.

– Вот Париж был на самом деле, – ответил Златко. – Париж мы вам на самом деле решили показать хоть немного, потому что это лучший город вашего времени. А попасть туда из вашей страны не каждый пока может. Порадовать вас хотели! Мы действительно перенеслись в Париж, прошли от острова Ситэ до Люксембургского сада, а потом включили игровой иллюзор на космические гонки и перенеслись сюда, в эту квартиру. Остальное вы знаете!

Несколько минут в комнате было очень тихо. Петр и Костя привыкали к тому, что стали владельцами игрового иллюзора, подаренного Галаксполом, и к тому, что на самом деле ничего, кроме короткой экскурсии по Парижу, не было.

Косте вдруг пришло на ум, что, собственно, и во время игры он смутно подозревал, что здесь что-то не так: уж слишком много на звездолете Джералалы было земного, привычного антуража. Правда, сильно трансформированного, но все равно хорошо знакомого: и сладкое Джералалы, и рыцарские поединки, и роботы. Понятно: игровой иллюзор вызывает в сознании лишь то, что в нем есть… Хотя кто его знает, на что он способен, этот иллюзор.

Наверное, теперь им с Петром еще придется-таки попробовать его в действии. Кто же перед такими необыкновенными играми устоит?!

Но пока у них обоих лица, видно, были такими огорченными, что Бренк примирительно сказал:

– Ну не переживайте так сильно! Хотите, мы прямо сейчас на самом деле в Древнюю Грецию отправимся? Погуляем немного на берегу Эгейского моря, отдохнем, вы успокоитесь. Ну не думали мы, что вы игру так близко к сердцу примите!

Он извлек из сумки знакомый блок хронопереноса. Мгновение, и все четверо оказались на скалистом берегу, омываемом зелеными волнами.