— Мало. Мало крови… — повинуясь его жесту, тело бросили в ящик со льдом. Волшебник внимательно осмотрел сосуд с горячей кровью.

— Арахэ, фризос, араэва, — произнес он нараспев. В тот же миг алая жидкость превратилась в кусок красного льда, а сосуд покрылся инеем.

— Не так плохо, — улыбнулся маг. Сэр Галахэд фыркнул.

— Ну вот, твоя мечта исполнилась. Ты побывал на охоте.

— Странная охота вышла, — заметил Танфист. — Меня не покидает чувство, словно кто-то следит за всем что происходит, кто-то полный боли и ненависти…

— Не воображай, — Галахэд подкрутил усы. — Лучше предвкушай. Сегодня на ужин у нас жареный дракон. Мммм, райское наслаждение! Жаль, их так мало осталось.

— Кстати, как вы обнаружили это логово?

Рыцарь почесал в затылке.

— Помнишь, в Стоунлоте живет такой предсказатель, старик Нилмер?

— Конечно, — Танфист нахмурился. — Он шарлатан.

— Как видишь, не совсем.

Рыцарь и маг медленно шли по направлению к лошадям.

— Он заявил, что видел во сне какого-то языческого божка по имени Серпентис, и тот указал места где прячутся последние чудовища. Мы уже разорили два гнезда грифонов, вырезали селение отвратительных тварей типа орков, зарезали пять единорогов… И вот теперь покончили с целым выводком драконов. Скоро земля Данглии будет свободна от нечисти, — торжествующе заявил сэр Галахэд.

В этот миг из пещеры показались несколько солдат. Один из них подбежал к рыцарю и поклонился.

— Сэр, мы загнали зверя в тупик и сбросили в бездонную пропасть. Я сам слышал агонизирующий вопль.

— Молодцы, — похвалил сэр Галахэд. — Выражаю вам свое одобрение.

— Корона, честь и свобода, сэр, — почтительно поклонился солдат.

— Верно, — кивнул рыцарь.

А маг нахмурился. Ему вновь почудился полный непередаваемой, невыносимой ненависти взгляд, исходивший из ниоткуда. Танфист тряхнул головой и рассмеялся. Предрассудки.

* * *

Змей проводил долгим взглядом исчезающий призрак дракона.

Огромные зеленые глаза рептилии устало прикрылись.

— Я устал, — произнес Серпентис неизвестно кому. — Я устал.

Из воздуха неслышно появились две полупрозрачные фигуры. Одна напоминала своими очертаниями некую птицу, вторая больше походила на парящего в воздухе осьминога.

— Не падай духом, сын наш… — это не было голосом, фигуры общались совершенно другим способом.

— Двадцать девятый раз я отправляю этого несчастного наблюдать смерть его семьи. Двадцать девятый раз.

— Он дракон. Сломить его волю очень сложно.

— Аэоау, я не хочу ломать его волю! — гневно ответил Серпентис. — Я хочу, чтобы он сам понял! Я хочу объяснить, что люди — единственные существа, неспособные превзойти девятый уровень сознания, и что боги приняли решение изолировать Землю от других измерений — но не могут, пока на ней остаются драконы, единороги, грифоны, и все остальные существа, называемые сказочными!

— Если ты скажешь ему, что сам указывал путь убийцам…

— Он проклянет меня, и я навсегда потеряю надежду победить, — глухо докончил Змей.

— Мы никогда не верили в твой план, — призраки плавно перемещались над гигантской змеей.

— Но я в него верю! — с жаром ответил Серпентис. — Помогите мне освободить Керрелена, и больше никогда нам не придется наблюдать картины подобные смерти его семьи!

Тихое мерцание светлых звездочек.

— Твое желание находится за гранью наших способностей.

Долгое, тягостное молчание.

— Знаю, — Змей медленно закрыл глаза. — Знаю. Но надежда умирает последней.

Фигуры с неземной лаской склонились над гигантской рептилией.

— Ты не сможешь лишить Землю последнего дракона, Серпентис.

— Надежда умирает последней! — упрямо возразил Змей.

— И поэтому Керрелен бессмертен. Он никогда не потеряет надежды, он никогда не поверит, что любовь может умереть.

— Я тоже не верил в это, когда был драконом.

— Но ты поверил, и перешел на следующий уровень…

Серпентис долго не отвечал.

— Оаеау, скажи… — негромко произнес он наконец. — Возможно ли обратное движение? Есть ли путь обратно, к низшим формам сознания?

Мертвая тишина.

— Да, есть.

Змей растянул чешуйчатую пасть в усмешке.

— Как ступить на этот путь?

— Спросив об этом, ты уже ступил на него.

В мертвой, абсолютной тишине медленно гасли призрачные фигуры.

— Прощай, сын наш, — Змей уже с трудом улавливал их мысли. — Нам жаль, что так получилось. Мы желаем тебе счастья.

— Счастье кончается на девятнадцатом, — просто сказал бог смерти. — Но все равно, спасибо.

Ответа он уже не услышал. И впервые с начала времен бог смерти рассмеялся, подняв могучую голову над подземными равнинами ада.

Очертания Змея неуловимо расплылись. Под тяжестью многотонного тела дрогнули скалы, и на берега Стикса вступил грандиозный черный дракон с золотыми глазами.

— Подождем, — невесело усмехнулся дракон. — Когда я паду на девятый уровень, барьер между мирами окажется проходим и для меня.

Он медленно поднял могучую руку и сжал когтистые пальцы в сокрушительный кулак.

— Надежда умирает последней, — произнес бог смерти. — А я никогда не терял надежду отомстить убийцам своей семьи!!!

И яростное рычание дракона по имени Керрелен разорвало полумрак Ада.