На сей раз она увидела его голым. Голым и скованным.

Пропади все пропадом!

Джед задержался у дверей в кабинет Кейт, чтобы перевести дух.

И как теперь прикажете вести себя с этой чертовски привлекательной женщиной — после того как она стала свидетельницей самого большого позора в его жизни?..

Черт побери, она не просто была свидетельницей — она отвечала за произошедшее, так как заставила его подписать злополучное дополнение к контракту!

Джед рухнул на скамью в приемной перед кабинетом, чувствуя себя неимоверно уставшим. Он умирал от желания выпить. Кейт было мало получить от него согласие на наблюдение «24/7» — она раскопала такого типа, как Боб Холландер, и даже не подумала о том, что для отставного сержанта морской пехоты может быть в порядке вещей употребление наручников. О, конечно, Мери Кейт О'Лафлин вряд ли придумала все это нарочно, однако именно она виновата в его позоре!

Она подвергла его такому унижению, и он хотел… Джед и сам пока не знал, чего именно он хочет.

Больше всего на свете Джеду хотелось бы получить сейчас стакан виски. Но об этом нечего было и мечтать, а потому имело смысл обдумать более доступный способ возмездия.

Вообще-то Джерико никогда не был ни злопамятным, ни мстительным человеком, но в случае с Кейт ему следовало взять реванш. Месть наверняка будет приятной на вкус — ничуть не хуже доброго виски. И если на то пошло, Джед уже знал, как именно должен отомстить.

Он заставит ее хотеть себя. Чтобы Кейт увидела в нем не того неудачника, за которого принимала до сих пор, а самого желанного мужчину в своей жизни.

А для этого предстояло ее соблазнить — медленно, исподволь вскружить ей голову. Пока она сама не затащит его к себе в постель, и они окажутся друг у друга в объятиях, на самом краю чудесной бездны, и Кейт станет умолять овладеть ею. А он загадочно улыбнется и уйдет.

Или… или останется.

Может, ему захочется сперва овладеть ею, а уж потом улыбнуться и уйти. Или он будет заниматься с ней любовью до самого окончания съемок и улыбнется и уйдет в последний день.

Джед считал момент «улыбнется-и-уйдет» самой смачной частью своего плана, вот только никак не мог решить, когда подобный финал будет смотреться лучше всего.

А пока соблазнение Кейт сулило ему массу удовольствий. Она одинока, у нее давно не было мужчины, ее легко завести — и к тому же она успела испытать к нему физическое влечение.

Джед отлично видел, что творилось с ней в то утро, когда она застала его голым в трейлере. Ей достаточно было посмотреть на него, чтобы сомлеть.

Джед отлично знал, как великолепно он смотрится. Зеркало в ванной подтверждало это всякий раз, когда он принимал душ. Да, небеса не обделили его физической привлекательностью, и этого у него не отнимешь.

Джед выглядел как образчик успешного генетического отбора. Господь свидетель — ни его сестре Луизе, ни братишке Лерою не досталось и десятой доли этих генов. В отличие от Тома. Да, старший брат также получил красоты в избытке, и вдобавок светлые волосы — хотя никто не мог сказать, с чего это он уродился белобрысым.

Джед отлично знал свои преимущества и умело ими пользовался. Однако он никогда не относился к таким вещам серьезно — в отличие от других людей. Таких, как Мери Кейт О'Лафлин.

Джеду достаточно было однажды заглянуть ей в глаза, чтобы понять — она к нему неравнодушна. Черт побери, нынче утром был даже такой момент, когда тело ясно выдало свою хозяйку — Кейт была не прочь, чтобы ее поцеловали.

Скорее всего она не отдавала себе отчета в том, что происходит, но это уже не важно. Главное — какая-то ее часть готова ему отдаться.

Оставалось закрепить успех.

Да, больше он не будет скучать в свободное от съемок время и получит от жизни все, что сможет.

Правда, путь предстоял долгий и нелегкий, потому что Джеду мало поработить ее тело — ему нужна и ее душа. Стало быть, следует сначала выяснить, какого типа мужчин она предпочитает, чтобы подобрать себе подходящую роль.

Судя по всему, Кейт О'Лафлин принадлежала к разряду тех дамочек, что превыше всего ставят порядочность и честность. Вон как она крыла Рассела Маккоя и его экс-супругу! Ну что ж, значит, и Джеду следовало стать честным и открытым.

Он решительно встал, распахнул дверь и вошел в контору, чувствуя себя готовым к борьбе.

Личный офис Кейт располагался сразу напротив двери. Она разговаривала по телефону, но дверь оставалась распахнутой, и Кейт заметила, как вошел Джед. С хорошо отработанной улыбкой она взмахом руки пригласила его войти и присесть.

Если вспомнить, какое у нее выдалось утро, следовало удивляться, что Кейт вообще способна улыбаться. Сперва разбиралась с ним, потом с Расселом Маккоем…

— Да, — сказала она в трубку, пока Джед садился. В отличие от ее роскошных апартаментов в Бостоне это было сугубо рабочее помещение. Облезлый металлический каталожный шкаф, стол, заваленный папками и бумагами, развешенные вдоль стен таблицы и расписания.

Хотя в одном из окон мерно жужжал кондиционер, на столе у Кейт стоял еще и вентилятор. Он медленно поворачивался на своей оси, и временами струя воздуха легонько шевелила пушистые пряди ее волос.

— Да, да, — повторяла она в трубку. — Достань их. Слушай, мне некогда. У меня важная встреча, и… — Она засмеялась и добавила:

— Ладно, ладно. Перезвони потом.

Кейт опустила трубку и обратилась к Джеду:

— Извините.

— Я все еще готов провалиться сквозь землю после всего, что случилось утром, — начал он. — Я честно старался успокоиться, но такой позор трудно позабыть. — Джед тут же пожалел о своих словах. Он выпалил их, не подумав, и почувствовал себя таким же голым, каким был утром.

Кейт встала и плотно прикрыла дверь в кабинет.

— Слава Богу! — воскликнула она. — Я больше всего боялась, что нам придется делать вид, будто с вами ничего не произошло. Хотя это не так и я тоже чувствую себя опозоренной. Спасибо, что вы нашли в себе смелость заговорить об этом честно.

Джед только теперь обратил внимание, что на ней больше нет помятых шорт и футболки, в которых Кейт прибежала утром. Она снова облачилась в простой, но элегантный наряд: коричневая юбка, по его мнению, чересчур открывавшая ее бесподобные ноги, босоножки на высоких каблуках и белоснежная блузка.

Наверное, у Кейт в гардеробе припрятана целая куча белых блузок на все случаи жизни — и в любой из них она смотрелась чертовски привлекательно. Сегодняшняя версия отличалась длинными рукавами, свободным покроем и тончайшим материалом, вполне позволявшим догадываться о тех формах, что скрывались под ним.

У Джеда улучшилось настроение. Да, в ближайшие недели ему скучать не придется!

А Кейт вернулась обратно к столу, уселась и как-то по-ученически сложила руки. Ну разве не прелесть? Она все еще стесняется, когда ее разглядывают, — несмотря на вызывающий стиль одежды. А может, она стесняется только его, Джеда?

— И вот что я придумал, — продолжал он, старательно глядя прямо ей в лицо. Ведь на первом этапе он собирался только подружиться с ней — не более. — Понимаете, чтобы все было по-честному, вам следует пойти ко мне в трейлер, раздеться, приковать себя наручниками и ждать, пока я вас найду!

Кейт остолбенела.

Ого! Кажется, он переборщил. И выпустил наружу Джеда Бомона. Единственное, чего он этим добился, — осознание того, что Кейт не способна оценить своеобразный юмор старины Джеда.

Но в следующий момент она рассмеялась. Ну кто бы мог подумать? Кейт рассмеялась и покраснела, заинтриговав его еще больше.

— Не думаю, что это поможет решить проблему!

— Сделайте одолжение — ради меня! Обещаю, что все прощу!

Кейт подалась вперед, и не думая отводить глаза.

— Джерико, у меня нет слов, чтобы выразить свое сожаление о случившемся. Я хочу, чтобы вы знали: Боб Холландер получил расчет и вы больше его не увидите!

Джед кивнул, удовлетворенно следя за тем, как кровь все сильнее приливает к нежным щечкам. Ага! Они уже друзья!

— Какое счастье! А я-то боялся, что он захочет рассчитаться за то, что я приложил его мордой об асфальт! Знаете, возьмет да уговорит вас его оставить — дескать, я раскаиваюсь в своей оплошности и обещаю, что больше не буду обижать мистера Бомона!

— Это не оплошность, — убежденно покачала головой Кейт. — Он не имел права приковывать вас даже на пять минут — не говоря уже о пяти часах! Вы представляете, что могло произойти в случае пожара? Я даже думать об этом не смею!

А ведь Кейт не шутила! Она действительно переживала. Ах как жалко, что ее стол слишком широк и он не дотянется, чтобы погладить ее по руке!

— Ну да, но теперь все в прошлом.

Все шло как по маслу. Не позднее понедельника он сможет пригласить ее на обед. Это случится через три дня, а до тех пор он будет укреплять возникшую дружбу, играя на своей честности и на ее чувстве вины. К понедельнику Кейт созреет для небольшой романтической увертюры, и тогда…

— Но я теперь не знаю, что делать, — неожиданно призналась Кейт. — У меня ушло целых четыре недели на то, чтобы разыскать Холландера и проверить его прошлое. Ума не приложу, где я смогу найти замену?

— Что? — опешил Джед. — Замену Холландеру?!

— Поверьте, я меньше всего хотела бы повторять свои ошибки. Но с другой стороны, в этом случав я не имею права полагаться ни на одного из ассистентов — да к тому же они и так завалены работой.

Джеду стало не до предвкушения романтического обеда в понедельник.

— Постойте, вы ведь пошутили, правда? Черт побери, не может быть…

— Что не может быть?.. — Кейт явно чувствовала себя неловко.

— Замены Бобу Холландеру! — взорвался Джед. Все, на что ему хватило выдержки, — не выругаться перед ней.

Она явно испугалась этой вспышки, но твердо стояла на своем.

— Ох, Джерико, вы правда вообразили, будто я оставлю все как есть?!

— Да, представьте себе! После кошмара прошлой ночи…

— На подписанном вами документе основано все наше финансирование! — отрезала Кейт. — И стоит кому-то из инвесторов только что-то заподозрить — съемки остановятся…

— Никто ничего не узнает! Ради всего святого, да ведь половина народу и так считает Холландера моим любовником!

— О Господи! — Кейт не смогла сдержать нервный смех. — Это правда?

— Никто не знает, почему он жил в одном трейлере со мной, и вряд ли он кому-то мог проболтаться! — Джед провел руками по лицу и перевел дух. Своими отчаянными воплями он ничего не добьется. — Кейт, послушайте! Что я должен сделать ради того, чтобы вы мне поверили: я не собираюсь гробить ваш фильм!

Но она лишь молча покачала головой.

— А что, если мы заключим сделку? Вы освободите меня от надзирателя, а я не стану предъявлять «О'Лафлин продакшнз» иска за моральный ущерб, причиненный сегодня ночью?

— Вы хотите предъявить иск? — Теперь настала очередь Кейт удивляться. Она рассмеялась, не поверив своим ушам. — Но разве вы сами только что не утверждали, что все в прошлом?

— Вряд ли это можно оставить в прошлом, если вы снова норовите подсунуть мне еще какого-нибудь морячка, который станет любоваться на то, что я делаю в сортире!

Кейт так уставилась на него, будто хотела вскрыть череп и пощупать его мысли.

— Ни вы, ни я не хотим, чтобы эта история появилась на первых полосах газет. — Она подтолкнула к нему телефон и продолжила:

— Мистер Бомон, я считаю, что вы блефуете. — Воркующий голосок не соответствовал жестоким, резким фразам. — Валяйте. Возбуждайте свой иск, но я советую вам хорошенько подумать, прежде чем бросать такой кусок «желтой прессе». Тем более что этим вы нарушите пункты шестой и седьмой в нашем договоре, после чего лишитесь и контракта, и роли.

Джед не моргнул и глазом. Не хватало только, чтобы она действительно догадалась, о чем он думал, набирая номер.

— Ах вот как, я потеряю роль! Да плевать я на нее хотел! — Эта ложь далась ему на диво легко. — Черт побери, я получу по своему иску намного больше той подачки, которую вы зовете гонораром! И вы знаете, что так оно и будет!

Где-то в Калифорнии его агент поднял трубку:

— Стейплтон.

— Привет, Рон, это Джерико. Извини, что разбудил, но у нас тут возникла проблема, и я решил, что тебе следует знать…

Кейт не смогла усидеть на месте. Она вскочила и выхватила трубку.

— Рон, Джерико перезвонит вам попозже!

Тяжело дыша, она обернулась к Джеду.

— Черт бы тебя побрал! — Джед решил, что сейчас в него запустят этим самым телефоном. — Ты, наверное, лучший артист на свете! И мне противно иметь с тобой дело, потому что никогда не знаешь, играешь ты или нет! — Она прищурилась. — Но сейчас ты ведь играл, верно? И я сорвалась напрасно? Ты не стал бы ничего рассказывать Рону, но ни за что теперь не сознаешься! — Кейт ткнула в его сторону пальцем и продолжала:

— Я знаю, что ты делаешь это не ради денег! Я знаю, что ты пришел сюда, потому что хочешь сыграть эту роль! Тебе достаточно произнести слово, чтобы угробить наш фильм! Ты волен звонить своему агенту и даже тащить нас в суд. И вполне возможно, что тебе удастся выиграть дело. Ты отомстишь, ты смешаешь меня с грязью, но если уж дело дошло до взаимных угроз, то помни, что, как только ты обратишься в суд, все вокруг узнают: ты признал, что тебе необходима нянька!

— Я ни в чем таком не признавался… — возмутился он. Но Кейт уже кричала во весь голос:

— И продюсер твоего следующего фильма — если таковой найдется — наверняка подумает: «Черт, а ведь это отличная идея!» И захочет прикрыться точно так же, как это сделала я, — а ты останешься с тем же, с чего начал! И будешь каждое утро первым делом мочиться в банку, а затем любоваться, как обшаривают твой трейлер! Вот только не известно, ради чего тебе придется так унижаться? Одно могу сказать наверняка: это уже не будет роль Ларами! — И она с размаху пихнула к нему телефон:

— Ты больше не будешь звонить Рону! А если ты все же это сделаешь, то не для того, чтобы нанять адвоката и обратиться в суд! Да, Бомон, тебе удалось меня одурачить — но ненадолго! Ты бесподобный артист, но я слишком многое о тебе знаю! Если понадобится — ты продашь душу дьяволу ради этой роли! И не собирался отказываться от нее сейчас! Ты любишь Ларами не меньше, чем я!

Ну и что теперь? Она его раскусила. Черт побери, она просто загнала его в угол! В отчаянии Джед чуть не схватился за телефон, чтобы и правда позвонить Рону. На какую-то долю секунды он готов был предпочесть деньги — хотя бы чтобы доказать Кейт О'Лафлин, что она ошиблась.

Но ведь она не ошиблась. Она все рассчитала. Роль Ларами для него дороже денег, дороже собственной гордости.

Джед замер в кресле под разъяренным взглядом Кейт. Он довел ее до белого каления, и она готова была ринуться в бой.

Да, он явился сюда, собираясь обыграть Кейт, заставить ее смягчиться и увидеть в нем друга. А вместо этого умудрился превратиться в смертельного врага. Джед понимал: самое умное — попросить прощения и исчезнуть подобру-поздорову.

Но он не мог так поступить. Да, Кейт выиграла этот раунд, но если у него все же остался хоть какой-то шанс что-то выторговать для себя — нужно делать это, пока не поздно.

— Я хочу, чтобы на обоих туалетах снова повесили двери, — процедил Джед, содрогаясь от ярости, вспыхивавшей с новой силой при одной мысли о том, за что ему приходится бороться. — И чтобы это было сделано сегодня же, до того, как я лягу спать!

— Хорошо, — неохотно кивнула Кейт.

Он смотрел ей в глаза, не пытаясь скрыть, насколько омерзительно ему создавшееся положение.

— Кроме того, я требую право вето на возможную замену Бобу Холландеру. И даже не вздумайте искать кого-то по объявлениям!

Кейт обессиленно плюхнулась в кресло.

— Я собиралась обратиться за помощью в центр реабилитации, чтобы оттуда прислали не новичка, но и не отставную гориллу с наручниками на поясе.