— Почему у вас ограничено время? — успела спросить Эш, пока Форт третий раз не попросил ее заняться челноком. — Это божественное установление?

— Закон природы. Пребывание у тела, конечно. Длительность около сорока суток.

— А потом?

Форт не решился повысить голос, видя, с каким трепетом слушает Эш.

— Неизвестно. Иное состояние. Вне.

— А для ихэнов — тоже? — вопрос отдавал крупной ересью, требующей длительного покаяния, но Эш не унималась. Когда еще представится подобный случай?!.

— Эш, довольно. Учитель устал, он мертвый; сколько можно спрашивать?

— Не устал. Не устаю. Другие тяготы. Ответ приблизительный. Все разумы есть одно свойство. Общность материи и нематерии.

— Эш, я прошу — отвяжись от него. Он занят борьбой с конкрементом, а ты отвлекаешь. Нам до Нортии добраться надо; сорвется Кэн среди дороги — и челнок не понадобится.

Эш пошла к переходнику, злясь и досадуя, что для разговора с умершим так мало времени, да еще этот челнок! И напасть в стволе!..

— А можете вы появиться в виде, доступном записи? — Далан надеялась документировать Учителя, чтобы потом предъявить следственной комиссии.

— Возможно. Некогда пробовать.

— Все, сеанс завершен! За дело.

Вопреки естеству, Учитель сделался как бы членом экипажа, а его работой было сдерживание эманации, распространяющейся от феномена в багажном ящике. Форт догадывался, что Кэн Мерфанд черпает силы там же, где и феномен, но высказываться не спешил — незачем дергать Эш, то и дело проверяющую, как идет переброс энергии с торнака 3. Не исключал он и того, что с опустевшего ТЗ облако и вихри переключатся на соседние емкости. Пока это случится, челнок уже отчалит от стыковочного узла и Учитель с феноменом останутся тэт-а-тэт.

Далан проворно и умело выполняла хитроумную задачу — ориентирование над плоскостью звездной системы GH15047, где второй по счету вращалась Нортия, и расчет траектории подлета к планете-кладбищу. «Сервитер» должен сразу войти в атмосферу Нортии.

Форт представлял, как эта вытянутая глыба разгорается пламенем торможения, с огромной скоростью пробивая плотный газовый покров. Слепящий шар болида с огненным хвостом на миг прорежет кроваво-черную мглу, освещая накаченные камни и скалы, изъеденные кипящим кислотным дождем и бешеными ветрами. Взрыв, сотрясающий твердь планеты до магматических недр; разломы коры, столбы вздымающейся лавы, многотонные осколки, разлетающиеся как песчинки. И все. Уставший от жизни корабль перестанет быть, а Учитель и его невероятный противник, им же пробужденный к жизни (если бытие неразумной силы можно считать жизнью), найдут вечное пристанище.

Далан скороговоркой называла данные, что возникали перед ней в ходе вычислений; Форт так же быстро повторял их, сличая со своим экраном и сбрасывая в память БЭМа. Путь обретал реальные черты, из намерения превращаясь в точно намеченный маршрут. Цель — Нортий. Конец пути. Эш подготовит челнок, без сомнений. Ей поручено по максимуму, детально сверить характеристики движков с нормативами.

Черная туча в хищных трещинах пылающих разрывов бушевала в стволе. Пять ходок туда и обратно?.. Далан не была уверена, что ста тридцати трех гранат на это хватит. Бугристые черные выпуклости шевелились уже в полусотне метров от щитов, и заслон из молний и смерчей не казался непреодолимым. Что будет, когда облако заполнит ствол? Удержит ли его противолучевая переборка?

В памяти Форта возник ряд чисел. Код допуска и номер узла связи. НАБЕРИ ЕГО. Не к добру это. В чем дело? Свое желание вызвало номер из архивов, или дотянулась до мозга тварь из ствола?..

Артоны получали почтой всякие рассылки — об услугах медтехников, о новых питательных растворах, о целебных добавках, продлевающих жизнь мозга, заключенного в кибертеле. С недавних пор артонам, занятым на транспортно-космических работах, стали приходить вежливые бледно-зеленые листки: «Если Вы знакомы с высоким надпространственным пилотированием, свяжитесь с нами по номеру… Мы предоставляем полное обслуживание, отличные условия труда, весь пакет социальных гарантий, юридическую помощь. Нас не интересует Ваше прошлое — мы обещаем будущее. Даглас-центр». Последние два слова означали, что рассылка предназначена единственному человеку — Фортунату Кермаку. Джомар Мошковиц, создатель и куратор семейства Дагласов, кибернетических пилотов с разумом людей, искал беглеца и сулил ему прощение — только вернись! Права человека, высокий заработок…

…и никаких скитаний со сменой внешности и документов, никаких опасений при виде безопасника вроде Сато.

…и роль машины, мыслящего элемента в корпусе истребителя «флэш» — навсегда. Второй раз удрать не дадут.

Набрать номер. Час-другой на согласование — и рядом с «Сервитером» из радужной вспышки выйдет истребитель. Человеку из семьи Дагласов не нужно ни мягкого кресла, ни удобной каюты — залезаешь в отсек для боеприпасов и — хлоп! — ты видишь Джомара. «Албан, я всегда верил, что ты будешь благоразумен и вернешься…»

«Нет, не облако нашептало. Это я сам себя уговариваю, — неприязненно подумал Форт. — Легкий выход из проблемы. Нет, Джомар, не получится. Эш и Далан в ракетную ячейку не улягутся — то есть живыми из нее не встанут. А я — капитан, ты понял?»

Соблазн простого решения отступил.

— У меня сложности с заправкой челнока, — доложила Эш. — Выясняю причину.

— Капитан Кермак, вас вызывает «Скайленд-4», — вторгся хорошо поставленный голос диспетчера прямой связи. — Поговорите с комиссаром Сато.

«Проняло! — Форт подавил усмешку. — Ну-ну, потолкуй со мной, детка».

Лишь расстояние уберегло Форта от того, чтобы Сато вцепился в него разъяренным котом — прямо в глаза когтями.

— Кермак, что вы себе позволяете!? — экран едва не хрустнул от нескрываемой ярости беловолосого. — Какие еще трупы на борту, с чего вы взяли?! Вы отдаете себе отчет в том, что передаете по связи?!!

— Здравствуйте, комиссар, — как можно бесцветней ответил Форт.

— Пожелайте это себе — вам много здоровья понадобится, когда будете отвечать перед ситуационной комиссией! Немедленно отчитайтесь, по какой причине вы отправили свое бессмысленное и беспочвенное сообщение!

«А можно и медленно, — подумал Форт, — сейчас за связь платишь ты».

— Отвечаю. Мы по внутреннему каналу установили контакт с человеком, находящимся в одном из грузовых отсеков. Обмен сообщениями с ним документирован. В доказательство мы можем привести то, что сохраняет самописец; как положено, мы снимем «черный ящик» и доставим на «Скайленд».

Форту ужасно не хотелось выступать свидетелем по делу Кэна Мерфанда и объясняться в СК о необычных явлениях на корабле, но иного варианта не предвиделось, и надо было проделать это с наибольшей пользой для себя.

— У вас не могло быть и не было никаких контактов, — смело отверг очевидное Сато, — поскольку в отсеках нет ни живых людей, ни мертвых.

— Вот как? А пассажир с багажом?

— Этот не в счет.

— То есть вы подтверждаете, что трупы на борту есть?

— Не трупы, а труп! Один, согласно завещанию, и больше ни-че-го!

— У нас нет в этом полной уверенности. Контакт документирован самописцем. Это вполне внятные, осмысленные сообщения. Значит, на корабле минимум двое, кроме экипажа, — мертвый и живой. Согласитесь, что мертвых может быть и больше, чем один. Их число трудно установить, поскольку мы заняты авральными мероприятиями и не можем отвлекаться на осмотр отсеков. Ситуация на станции не исключает того, что часть трупов…

— Ваши дурацкие подозрения ничем не обоснованы, — жестко напирал Сато. — Одни выдумки! То, что вы настаиваете, заставляет усомниться в том, что вы психически здоровы…

— Меня допустили к полету.

— …У вас галлюцинации!

«Были, — согласился Форт, — но совсем не те, о каких ты думаешь».

— …и я зря трачу время, говоря с вами. Умалишенные не критичны к своему состоянию; вся ваша настойчивость — продукт бредового сознания.

— И все аварии мне померещились? И тем, кто устранял их, — тоже?

— Во всяком случае, вы не могли вести переговоры с кем-то на борту, поскольку никого нет, кроме вас троих. Все ваши домыслы — фикция. Ноль! Сейчас же составьте письмо с опровержением предыдущего. Трупов НЕТ. Вы их НЕ ВИДЕЛИ.

— «Не видели» не означает «нет». Майлер БЭМа поддерживает связь с кем-то, находящимся в одном из…

— БЭМ неисправен! У него программный сбой!

— Спасибо за подсказку.

Сато готов был откусить себе язык, но слова вылетели — не вернешь.

— Вероятно, — развивал его ляп Кермак, — вы такую возможность предвидели. Не может же полноценный, проверенный и опломбированный БЭМ разлететься от обычного скачка, верно? И вы, как сведущий специалист, мне подтвердили, что он готов был сойти с рельсов на первом повороте. То есть он изначально был дефектным. А нас с ним в рейс отправили… Кто-то за это будет отвечать, не так ли? И вот еще вам тема для размышлений — вы не сообщили нам о характере груза. Полагаем, кое-какие наши заморочки связаны именно с ним. СК с интересом выслушает мой доклад. Тут и трупы, и феноменальные ящики, и корабль, не пригодный к полету… Хотя по здравому разумению хватило бы чего-то одного. Пока не знаю, что мне выбрать для отчета. А теперь извините, что отключаюсь, — у нас очень сложная обстановка.

СЕАНС ПРЯМОЙ СВЯЗИ ОКОНЧЕН, — глумливо подмигнул Сато экран. И почти сразу его разорвало строкой: СРОЧНОЕ СОЕДИНЕНИЕ!

— Господин комиссар! — начальник станции дышал гневом. — Как вы объясните появление возмутительных слухов о том, что…

— Подлая провокация! — не растерялся Сато. — Я вплотную занимаюсь этим!

— Надеюсь, у вас есть что сказать репортерам. Через полчаса экстренная пресс-конференция on-line, где нам предстоит отвечать на неприятные вопросы. Будьте любезны немедленно явиться ко мне для согласования позиций.

— Я определила… причину неисправности, — речь Эш прерывалась печальным стоном. — Капитан, мы не сможем заправить челнок.

— Что такое?

— Проводящие кабели… — Эш еле справилась с подступившим к горлу комком. — Из них вынуты сегменты по три метра… от штекерных гнезд до коммутатора питания, как при консервации.

Эш по пояс погрузилась в расчищенный доступ к кабелям; блоки изоляции и снятые фрагменты переборок лежали грудой, захламляя узкий служебный проход надпалубного пространства. Она ощупывала пустые разъемы в надежде, что все ей только снится, а на самом деле толстые кабели стоят на месте, и энергия с торнаков «Сервитера» перетекает к емкостям челнока. Нет, это не сон. Челнок не оживет. Запаса в батареях второго ряда надежно хватит на освещение, поддержку системы жизнеобеспечения и БЭМа да на пару маневров. При этом датчик в рубке уверяет: «Заправка 100 %»!..

— Масштабная ошибка? — спросила Далан, словно не вникнув в смысл слов бортинженера.

— Скорей, что-то похуже. Продолжай расчет, — поднявшись из кресла, Форт поспешил к переходнику.

Все дружно заботились о том, чтобы полет закончился похоронами. Учитель, своими духовными экспериментами разбудивший силу, что неисчислимое множество лет покоилась, замкнутая в камне. Техники, снарядившие в рейс полугнилое судно с бесполезным кораблем-эвакуатором. Сато… и он здесь руку приложил, сомнений нет. Если б не перепроверка систем, они бы загрузились в челнок, который даже звездную систему не покинет… да что там, еле-еле на орбиту Нортии встать сможет в ожидании спасателей. И не исключено, что Сато сам вызовет кого следует — федеральных безопасников. Или они уже на подходе. К заседанию ситуационной комиссии все показания будут приглажены и выправлены. Далан с почетом передадут бохрокцам — что ей два существа из младших миров? Распрощается и забудет.

«А нас будут обрабатывать, пока не заговорим как надо, — мелькнуло у Форта, когда он завидел Эш. — Эх, Ящерка, и влипли мы с тобой!..»

Набрать номер. Пусть прилетит «флэш».

Отстранив бортинженера с его горестным безмолвием, Форт сам втиснулся в нишу. Так и есть. Заправка нереальна. Заменить недостающие сегменты, сняв токопроводы с «Сервитера»? Оно хорошо в теории — практически же придется вынимать их на уровне торнаков 3-5, в зоне влияния облака, и времени понадобится больше, чем позволят продержаться гранаты. Одиночка в защитном скафе провозится суток двое; неизвестно, что за два дня сумеет натворить феномен.

— Все отменяется, — выбравшись, Форт отряхнул полетный костюм, хотя пыли на нем не прибавилось. — Мы возвращаемся на «Сервитере».

Эш порывисто кивнула. Да! Да! Что угодно — скачок, гаснущие лампы, плазмоиды — лишь бы вернуться! Там люди, там помогут!

— …если не найдем каких-то непоправимых поломок. Тогда просигналим SOS и будем ждать спасателей.

— Нет, — раздался искусственный голос динамика. — Ни то ни другое.

— Учитель, я вас не спрашивал.

— Не делайте так. Он не должен вернуться в мир людей. Он растет. Будет уничтожать болезнями безумием. Сколько сможет охватить. Будет подчинять. Его понятия иные. Ни жалости, ни сострадания. Не знает, что есть общество. Одиночество, эгоизм. Он мыслит себя единственным. Остальные ничто.

— Хватит паниковать, Учитель, положение не так плохо. Нас он не убил и не подчинил.

— Вы не знакомы ему. Непривычны. Он поражает знакомое. Людей. Однородное, которое запечатлелось. Технику. Она проще живого. Постепенно будет познавать вас. Найдет слабые места. Дело времени. Изучает. Пробует. Как дети. Познание через разрушение. Анализ значит расчленение.

— Да будет вам запугивать! Ему не дадут этим долго заниматься. Есть кериленовые бомбы, дегейторы — разок шарахнуть, разнесут на атомы.

— Нет. Он образовался. Собрать ядро дело времени. Уже собирает. Стирает изоляцию. Хочет скорей. Разнос частей ядра врозь замедлит. Не отменит. Охват будет большой. Планета, система и больше.

— Идем, Эш, — позвал Форт. — Не время слушать лекции.

Голос не отставал, он преследовал их.

— Много жертв. Пока научится повелевать — будет губить. Цель неизвестна. Возможно только разрушение. Власть — это агрессия. Он непредсказуем. Может выбрать анализ как вид удовольствия. Как маньяк. Сотни мертвы. Будут тысячи. И больше.

— Далан, изменяем курс. Вычисляй скачок к «Скайленду».

— Подумайте о других людях. Вы обрекаете их на смерть.

— Нас самих обрекли, даже не спросив согласия.

— От вас зависят судьбы. Множество судеб. Помогите мне завершить миссию.

— Капитан, мы не можем вернуться, — сказала Далан. — Это черное расширяется. Если Учитель прав…

— Ну и что, если он прав?! — вскипел Форт. — Ты хочешь увидеть свой Бохрок?! А ты? Эш, тебе жить охота?

— Черное доберется до нашего здоровья, — твердила Далан. — До ума почти добралось. Оно вмешивается в нашу технику. Подслушивает, я уверена. Сотрет самописец, обнулит нам память. Мы даже не сможем рассказать, чем оно грозит. Ваши специалисты по изучению феноменов столкнутся с неизвестной опасностью и тоже пострадают. Затем остальные. Потом исчезнет Учитель, и некому будет сдерживать облако. Капитан, мы должны ему помочь. Если мы струсим и об этом узнают — домой можно не являться. Мне не позволит стыд. Я могла — и не сделала. Я уроню престиж своей цивилизации, это совершенно непростительно.

«Вот это я понимаю — гонор!.. — против воли восхитился Форт. — Своя жизнь — ничто, а престиж Бохрока — все!..»

— Эш? Твое мнение.

«Домой!» — кричало все существо шнги, но какой-то размеренный, пошаговой холод складывал сумятицу догадок в ледяные кристаллы выводов. Выход. Ищи выход. Далан говорит злую, жестокую истину — нельзя думать только о своей шкуре. Тот, кто принял это как руководство к действию, может многое. Выпрямись!

— Я согласна, — выговорила она с усилием. — Надо помочь. Только придумать — как? Пока не вижу.

— Мы ждем приказа, — гукнула Далан.

Форт молчал; лицо его оставалось неподвижным. Набрать номер, набрать номер. «Флэш» явится. Значит — бросить Далан и Эш? Свой экипаж? А забыть их ты сумеешь?.. А всех остальных, кого пожрет черный кошмар?

— Челнок, — он что-то перешагнул в себе. — Сбросить феномен на челноке.

— Но ведь он… он не полетит!

— Ерунда. Много ему не надо. Есть переносные емкости. Будем перетаскивать вручную, заправим хоть на сколько-то. Достаточно того, чтоб он сошел с орбиты. Но, — Форт оглядел свою команду, — груз из отсека 14 тоже придется нести самим. Нечего надеяться на автоматы — они не выдержат.

«А мы?!» — хотела крикнуть Эш, но лишь сжала челюсти. Решение стало общим, оставалось выполнять.

— Отставить расчет нового курса. Курс прежний — вперед, на Нортию.

— Есть, капитан, — Далан повернулась к экрану, но не успела протянуться к сенсорам рукой, как экран погас.