— Попрошу без оскорблений! — обиженно отозвался Граммофон. — Ты же сам меня оживил, старина! Я тут ни при чем.
— Да, наделали вы дел, доктор Пипт, — презрительно заметил Кот.
— Я не жалуюсь, — сказала Лоскутушка и стала весело кружиться по комнате.
— Это все я виноват, — сказал чуть не плача Оджо, потрясенный участью дяди Нанди. — Меня же зовут Невезучим.
— Что за чушь, мальчуган! — весело воскликнула Лоскутушка. — Если у тебя есть ум, чтобы принимать решения и действовать, тебя нельзя считать невезучим. Невезучие — это те, кто надеется на авось, как доктор Пипт. А в чем, собственно, проблема, господин Волшебных Дел Мастер?
— На мою дорогую жену и дядюшку Нанди случайно пролился Окаменитель и превратил их в мраморные статуи, — печально отозвался Колдун.
— Так почему ты не посыплешь их этим твоим Порошком из баночки и не превратишь опять в людей? — спросила Лоскутушка. — Ха-ха-ха! Хныхны-хны!
Кривой Колдун, услышав это, подпрыгнул.
— Ив самом деле! Мне это как-то не пришло в голову! — воскликнул он и, схватив золотую баночку, подбежал к жене.
Лоскутушка же сказала такой стишок:
Колдун вскарабкался на скамейку, ибо он был такой скрюченный, что иначе не смог бы никак дотянуться до макушки жены, и начал трясти над ней баночку. Но из нее не высыпалось ни крупинки. Колдун снял крышку, заглянул внутрь и с криком отчаяния отбросил баночку в сторону.
— Ни крупинки! Все, все ушло на этот проклятый Граммофон. Нечем оживить мою дорогую жену!
Кривой Колдун уронил голову на руки и горько заплакал.
Оджо стало жаль Колдуна. Он подошел к нему и мягко напомнил:
— Вы можете сделать еще порцию Оживительного Порошка, доктор Пипт.
— Да, но мне придется шесть лет, шесть долгих лет помешивать в четырех котлах руками и ногами, — последовал грустный ответ. — И все эти шесть лет несчастная Марголотта будет стоять тут и смотреть на меня.
— Неужели нет никакого другого средства? — осведомилась Лоскутушка.
Сначала Кривой Колдун покачал головой, но потом что-то припомнил и сказал:
— Есть еще один волшебный состав, который может разрушить действие Окаменителя и вернуть к жизни и Марголотту, и дядю Нанди. Но для этого снадобья требуются вещи, которые очень нелегко достать. Но если они у меня будут, я бы мог сделать в одно мгновение то, на что иначе у меня ушло бы шесть лет непрерывной возни с котлами.
— Отлично, давайте отыщем то, что требуется, — предложила Лоскутушка. — Это все-таки лучше, чем гнуть спину над котлами.
— Неплохая мысль, Заплатка, — одобрительно отозвался Стеклянный Кот. — Я рад, что у тебя неплохие мозги. А мои — вообще бесподобны. Ты только посмотри, как вертятся розовые шарики.
— Заплатка? — переспросила девушка. — Ты назвал меня Заплаткой? Это что, мое имя?
— Мне кажется, моя бедная жена собиралась назвать тебя Ангелиной, — подал голос Кривой Колдун.
— Заплатка мне нравится больше! — рассмеялась та. — Это имя больше мне подходит, я же состою из латок и заплаток. Спасибо, господин Кот, за то, что вы мне его придумали. А у вас тоже есть имя?
— Есть, но очень глупое. Его дала мне Марголотта, но оно решительно не подходит к такой особе, как я, — отвечал Кот. — Она назвала меня Промахом.
— Да уж… — вздохнул Кривой Колдун. — Для меня это оказалось самым настоящим промахом в работе. Я совершил оплошность, ибо в мире нет более бесполезного, тщеславного и колкого создания.
— Насчет «колкого» я бы возразил, — сказал Кот. — Я уже много лет живу на белом свете — на мне доктор Пипт и поставил свой первый опыт с Оживительным Порошком, но, как видите, я цел и невредим и от меня не откололось ни кусочка.
— А разве на спине у тебя не трещинка? — пошутила Лоскутушка.
И Кот тотчас же побежал к зеркалу смотреться.
— Скажите, — обратился Оджо к Колдуну, — что мы должны отыскать для снадобья, которое оживит дядю Нанди?
— Во-первых, шестилистник клевера, — последовал ответ. — Такой клевер попадается на зеленых лугах возле Изумрудного Города, но и то крайне редко.
— Я его вам найду, — пообещал Оджо.
— Во-вторых, левое крыло желтой бабочки. Такие водятся в желтой Стране Мигунов, что расположена к западу от Изумрудного Города.
— И это я достану, — пообещал Оджо. — Больше ничего не нужно?
— Нужно. Сейчас я возьму Книгу Рецептов и посмотрю, что там требуется еще.
С этими словами Кривой Колдун отпер шкаф и извлек оттуда небольшую книжечку в голубом кожаном переплете. Перелистав ее, он отыскал нужный рецепт и сказал:
— Еще мне нужна фляжка воды из темного колодца.
— Что это за колодец? — спросил мальчуган.
— Колодец, в который никогда не попадает дневной свет. Воду надо налить в золотую банку так, чтобы на нее не упал свет, и доставить мне.
— Я достану воды из темного колодца, — сказал Оджо.
— Затем мне понадобятся три волоска из хвоста Вузи, а также капля масла с тела живого человека.
Оджо задумался.
— А кто такой Вузи? — спросил он.
— Это какое-то животное, но я не могу описать его тебе, потому что никогда его не видел.
— Если я найду Вузи, то достану три волоска из его хвоста, — сказал Оджо. — Но разве есть в человеке масло?
Кривой Колдун на всякий случай еще раз глянул в книжечку.
— Так сказано в рецепте, — отозвался он, — а значит, мы должны достать все, что положено, иначе снадобье не сработает. Тут не сказано.
Выслушав это стихотворение Лоскутушки, Кривой Колдун задумчиво посмотрел на нее и сказал:
— Бедняжка Марголотта, видать, по ошибке добавила ей в мозги «Поэтичности». Если это действительно так, то либо я не очень удачно сделал это свойство, либо ты, Лоскутушка, получила его не в нужной пропорции. Я решил отпустить тебя с Оджо, ведь моя бедная жена захочет иметь служанку, лишь когда опять вернется к жизни. Кроме того, вдруг ты сможешь помочь Оджо. В твоей голове возникают мысли, которые я, признаться, не ожидал услышать. Но береги себя, ведь тебя сделала своими руками моя дорогая Марголотта. Не порви одежду, а то вылезет вся вата. Один глаз пришит непрочно, надо прикрепить его получше. Если будешь много болтать, то истреплешь свой плюшевый язычок, который надо было бы обметать по краям ниткой. И помни: ты принадлежишь мне, и когда вы с Оджо выполните поручение, ты должна вернуться сюда.
— Я пойду с Заплаткой и Оджо, — заявил Стеклянный Кот.
— Нельзя! — отрезал Колдун.
— Почему?
— Ты разобьешься. К тому же от тебя им никакого прока.
— Не могу с вами согласиться, — напыщенно произнес Кот. — Три головы лучше, чем две, а в моей — прелестные розовые мозги. Вы только на них полюбуйтесь!
— Ну ступай, — раздраженно проговорил Колдун. — От тебя одно сплошное беспокойство, и я рад, что избавлюсь от твоего общества.
— В таком случае я обойдусь без выражения благодарностей, — сухо заметил Кот.
Колдун вынул из шкафа маленькую корзинку и, что-то в нее положив, вручил Оджо со словами:
— Тут немного еды и кое-какие магические амулеты. Это все, что я могу дать тебе в дорогу, но я уверен, что по пути ты найдешь друзей, которые тебе помогут. Береги Лоскутушку и доставь ее обратно целой и невредимой — она еще пригодится моей жене. Что же касается Кота по имени Промах, то, если он будет слишком докучать, разрешаю разбить его вдребезги. Все равно он меня не уважает и не слушается. Зря я вставил ему розовые мозги!
Оджо подошел к дяде Нанди и нежно поцеловал его в мраморную щеку.
— Я попытаюсь спасти тебя, дядя, — сказал он так, словно изваяние могло его слышать.
Затем он пожал скрюченную руку Кривого Колдуна. Тот уже развешивал над очагом свои четыре котла. Оджо взял корзинку и вышел из дома.
Вместе с ним вышла и Лоскутушка, а чуть сзади шествовал Стеклянный Кот.
6. ПУТЕШЕСТВИЕ
До этого Оджо никогда не путешествовал. Он знал лишь, что если спуститься по тропинке с горы, то можно оказаться в краю, где живет много Жевунов. Заплатку только сегодня оживили, и она ничего еще не знала о Стране Оз, а Стеклянный Кот признался, что не отходил далеко от дома Колдуна. Других тропинок видно не было, и некоторое время они шли по лесу и молчали, размышляя о важности данного им поручения.
Внезапно Лоскутушка рассмеялась Это было очень комичное зрелище — смеющаяся Лоскутушка щеки ее покрылись морщинками, носик вздернулся вверх, глазки засверкали, а уголки рта очень потешно приподнялись.
— Что тебя развеселило? — спросил Оджо, удрученно размышлявший о случившемся с дядей.
— Ваш мир, — отвечала девушка — Какой он странный! И вообще, какая причудливая штука жизнь Вот я, сшитая из старого одеяла Марголоттой, чтобы служить ей верой и правдой, оказалась вольной как ветер из-за случая, который никто не мог предвидеть. Я гуляю по белу свету и радуюсь жизни, а женщина, сделавшая меня, стоит каменным истуканом Если это не смешно, то я тогда не знаю, над чем же смеяться.
— Ты еще не познакомилась как следует с этим миром, бедная, наивная Заплатка, — сказал Кот — В нем не одни лишь деревья, что сейчас окружают нас со всех сторон.
— Но деревья — часть этого мира, и очень симпатичная, — возразила Лоскутушка, покачивая головой так, чтобы ее рыжие кудри развевались на ветерке — А между ними я вижу папоротники, зеленый мох, цветы. Если остальной мир хотя бы наполовину такой прекрасный, я рада, что живу!
— Я не знаю, каков он, остальной мир, — буркнул Кот, — но скоро это выяснится.
— Я всю жизнь прожил в лесу, — признался Оджо, — и мне эта чащоба кажется мрачной, и цветочкам в ней неуютно. По-моему, куда лучше открытые пространства, где могут жить люди, много людей.
— Интересно, сможет ли кто-то из тех людей, что мы встретим, сравниться со мной? — начала Лоскутушка. — Пока те, что попались мне на глаза, сильно мне уступают — кожа бледная, бесцветная, а одежда уныло-голубая А я сверкаю самыми разными цветами и красками Потому-то я весела, а ты, Оджо, грустишь!
— Я, кажется, ошибся, что дал тебе так много мозгов, — буркнул мальчик. — Нет, Колдун верно сказал: с мозгами у тебя вышел перебор, и это тебе не пошло на пользу.
— А какое отношение ты имеешь к моим мозгам? — заинтересовалась Лоскутушка.
— Самое прямое. Марголотта хотела дать их тебе самую малость, только чтобы ты делала домашнюю работу, но когда она отвернулась, я добавил в тарелку мозгов лучшего свойства — из разных банок, что стояли в шкафу Кривого Колдуна.
— Вот спасибо! — воскликнула Лоскутушка, пританцовывая. — Много мозгов лучше, чем немного.
— Но их свойства должны хорошо сочетаться друг с другом, а у меня на это не было времени. Судя по тому, как ты себя ведешь, состав получился так себе.
— Разве у Заплатки мозги! — фыркнул Кот. — Вот у меня мозги — загляденье. Вы только полюбуйтесь, как вертятся розовые шарики!
Они долго шли по лесу, пока не подошли к ручейку, который пересекал тропинку. Оджо присел отдохнуть и подкрепиться провизией из корзинки. Оказалось, что Колдун положил туда полбуханки хлеба и кусок сыра. Оджо отломил ломоть хлеба, но с удивлением обнаружил, что хлеба не убавилось. То же самое случилось и с сыром. Оджо отломил большой кусок, но сыру осталось столько же.
— Вот оно что! — понимающе покачал он головой. — Колдун заколдовал хлеб и сыр, и мне их хватит на все путешествие, сколько бы я ни ел.
— Зачем ты запихиваешь в рот эти штуки? — удивленно спросила Заплатка. — Тебя плохо набили? Тогда лучше добавить ваты — я, например, набита ватой.
— Вата мне не нужна, — отозвался Оджо.
— А рот нужен для того, чтобы говорить, да?
— И еще для того, чтобы пить и есть, — отвечал Оджо. — Иначе я проголодаюсь и выбьюсь из сил.
— Я этого не знала! — воскликнула Лоскутушка. — Дай-ка мне кусочек.
Оджо дал ей немножко хлеба, и она тотчас же положила его в рот.
— А фто вальфе? — спросила она с набитым ртом.
— Прожуй и проглоти! — распорядился мальчик.
Она попыталась это сделать, но не тут-то было. Ее жемчужинки-зубки не смогли разжевать хлеб, а кроме того, она не имела возможности ничего проглотить, потому что за языком и зубами не было отверстия, лишь материя. Заплатка выплюнула хлеб и рассмеялась.
— Выходит, я проголодаюсь и выбьюсь из сил. Ведь я не могу есть, — сообщила Заплатка.
— Я тоже не могу, — подал голос Кот, — но я не настолько глуп, чтобы пытаться. Неужели ты не понимаешь, что мы устроены куда лучше этих людей и потому выше их?
— Откуда мне это знать! — отозвалась девушка. — Не морочь мне голову загадками. Я сама во всем разберусь.
И она принялась прыгать через ручей и обратно, получая от этого большое удовольствие.
— Осторожней, а то упадешь в воду, — предупредил Оджо.
— Подумаешь!
— Если ты упадешь, то промокнешь насквозь и не сможешь идти, — не отставал Оджо. — И твои цвета поплывут.
— А от моих прыжков они не побегут? — весело спросила Заплатка.
— Я не в том смысле. Просто если ты промокнешь, то красные, зеленые, желтые лоскутки сольются в одно серо-буро-малиновое пятно.
Поделиться книгой: