Мужчина встал из-за стола и тяжелой поступью вышел, громко хлопнув дверью.

- Разоралась. Все на нервах,- угрюмо пробурчал он, приближаясь к похрапывающему парню, сладко спящему на прежнем месте, где его "уложил" отец.

Раздражение нарастало. Винный запах, царящий в воздухе, действовал на нервы сильнее таблеток "озверина". Мужчина ногой растормошил парня, гневно выкрикивая:

- Вставай! Давай просыпайся! Пьянь подколодная. Думаешь взрослым стал,вырос,- я приостужу твой пыл. Я тебе покажу сейчас где раки зимуют! Пацан.

Парень зашевелился и, потягиваясь, перевернулся на спину. Приоткрылись глаза, и на Анатолия Сергеевича уставился пустой непонимающий взгляд.

- Я сплю,- пробурчал Сергей заплетающимся языком.

- Спишь, спишь,- кивая головой, злобно подтвердил отец.- И я твой самый страшный кошмар.

Он рывком поставил парня на ноги. Тот шатаясь отпихнул отца и угрожающе предупредил:

- Не трожь меня.

- А то? Что будет?-напирал мужчина, размахивая руками.

- Узнаешь, когда обломаешься,- парень с вызовом посмотрел в глаза отца.Ты кто такой чтобы прикасаться ко мне?

Анатолий Сергеевич побледнел от гнева, бесподобная выходка сына вывела его из равновесия. Задыхаясь от бешенства, он дрожащими пальцами расстегнул ремень. Голос сорвался на крик:

- Я тебе покажу как поднимать руку на отца! Паршивец. Сейчас быстро дурь выбью! Мерзавец.

- А что ты, папа, делаешь в моем сне? Тебе уже не хватает яви, ты уже решил меня достать даже тут. А?-злобно ухмыляясь, поинтересовался Сергей.

Мужчина, едва сдерживая крик, ответил:

- Вот выпороть тебя хочу. Просто горю огромным желанием.

- Не получиться, батя,- угрожающе произнес Сергей, сжав кулаки и облизывая пересохшие губы.- Не выйдет. Это мой сон, и я в нем что хочу, то и делаю. Это мое законное право. А твое дело-просто убраться из него. Исчезнуть. Испариться.

- Да? Не может быть. Ну это мы еще посмотрим, сыночек, ехидно воскликнул отец, сжимая в руке широкий кожаный солдатский ремень.

Мужчина размахнулся и ударил, но удар не достиг конечной цели, Сергей, отпрянув, неуловимым движением перехватил руку отца. С силой сжал запястье, заставляя мужчину вскрикнуть от боли и выпустить ремень, который с бряцанием упал на пол. Видя замешательство отца, с издевкой в голосе заметил:

- У тебя кишка тонка, чтобы достать меня. Я уже вырос, папочка.- Он дико рассмеялся, тыкая в сторону мужчины указательным пальцем.

В комнату бесшумно вошла Настя и с любопытством уставилась на кричащих друг на друга взрослых. Не в состоянии понять, что происходит, девочка писклявым голосом задала свой традиционный вопрос:

- А что вы здесь делаете?

Сергей обернувшись с ненавистью прорычал:

- Ты разве не видишь, что мы с папой разговариваем? Ослепла вконец! Любопытная карга.

- Кто любопытная?..- переспросила девочка, грызя ноготь.

- Карга,- безумно усмехаясь, ответил парень.- Карга, которая сует нос не в свои дела. А теперь я считаю до трех, и ты проваливаешь отсюда. Если не успеешь до окончания счета, я тебе поддам такого пинка, после которого ты кубарем покинешь комнату. Ты меня поняла, я надеюсь.- И неожиданно для всех закричал:-Вон отсюда, стерва!

Настя испуганно вздрогнула и, заливаясь слезами, выбежала на кухню "за помощью".

- Как ты с сестрой разговариваешь,- гневно воскликнул Анатолий Сергеевич, грозно наступая на парня с блестящими от возмущения глазами.

- А тебе какое дело, папуся?

Парень напряженно замер, готовый в любую минуту дать достойный отпор отцу.

- Да как ты смеешь со мной так разговаривать, ведь я твой отец! Родной отец, намного старше тебя. Твой отец!

Руки мужчины безвольно повисли. Мир покачнулся, уплывая из-под ног, а глаза предательски заблестели. Он едва сдерживал эмоции, напрягая силу воли, чтобы не разрыдаться.

- Надоел ты мне, папа, со своими идиотскими взглядами на жизнь. Отстань от меня. Если надо, учи себя. Мне это не нужно.

- Но нас так учили-старшие,- печально откликнулся отец, скрывая слезы обиды.- Мы вырастили тебя. Воспитали. А ты...

- Да не нужно мне ваше воспитание,- оскаливаясь, бросил Сергей,- засунь его лучше в задницу.

- Что ты сказал?-Анатолий Сергеевич удрученно уставился на сына. Повтори. Повтори немедленно свои слова.

- Что услышал, то и сказал.

Парень схватил со стола соленый огурец и, надкусив его, громко зачавкал, с презрением взирая на покрасневшего отца.

- А в общем почему бы и нет. Я повторю,- он на секунду задумался и с жаром воскликнул:-О! Я вспомнил. Я тебе сказал, чтоб ты засунул свое воспитание себе в задницу. И еще добавлю- как можно глубже.

Мужчина стоял словно пораженный громом, не в силах поверить, что перед ним сейчас находиться его родной сын. Его плоть и кровь. Тот, человек от которого за всю жизнь он ни разу не услышал грубого слова, тем более не испытывал противодействия.

Он не понимал, где допустил ошибку. Роковую ошибку, стоящую ему потерей сына. И как он почувствовал, навсегда. Уже никогда не вернуть того отзывчивого паренька с добрым сердцем. Теперь это сердце заполнилось грязью и тиной, навеки замуровав в себе отблески чистого света. Чернота, заполненный до краев сосуд мрака-вот чем стал его ребенок.

Всматриваясь в остекленевшие глаза сына, он не находил в них ни капли разума и понимания, тех чувств, которыми человек отличается от дикого зверя. Только пустой взгляд, с пугающим выражением лица угрожающе отвечал ему. Сын превратился в человека с явными признаками помешательства. А значит опасного для общества.

Мужчина безвольно снял очки, положил их на комод. И, подобно автомату, механическим голосом произнес:

- Я тебя породил. Я тебя и убью.

Опрокидывая на своем пути стулья, метнулся к столу, на котором лежал огромный кухонный нож, больше напоминающий меч. Но не успел сын оказался проворнее и опередил его.

- Не получиться папа,- произнес Сергей, и не раздумывая ударил ножом отца в грудь.

Холодная сталь, обжигая сердце, приостановила стремительный бег. Мужчина застыл почувствовав что наткнулся на невидимый барьер, сквозь который не существовало пути. Замер и, сжимая ладонями рукоятку ножа, удивленно прохрипел:

- Ты поднял руку на отца.

- Ты этого заслужил-нельзя врываться в гости без разрешения.

Парень без капли жалости и доли содрогания выдернул из груди пошатывающегося мужчины нож. И, еще живому отцу, единым взмахом перерезал горло. Алые фонтаны брызнули из ужасной раны, обливая подростка с ног до головы кровью. Шея, не выдержав тяжести головы, с хрустом переломилась, а голова безвольно повисла на груди, едва удерживаемая сухожилиями. Сергей, отбросив бездыханное тело, злорадно хихикнул:

- У меня нет отца. Когда-то был, да весь куда-то вышел.

Мертвые глаза с упреком уставились на обезумевшего от вида крови парня. Смерть отца осталась для Сергея неосмысленным достоянием, не вызывавшим в душе ни капли сожаления о содеянном. Он придерживался в жизни единственного принципа: если не ты первый, то тебя. Этот закон джунглей он применил к отцу и не видел в этом ничего плохого. Ведь отец сам захотел убить его, а он лишь защищался.

- Что здесь происходит?-в комнату влетела разъяренная мать.- Кто-то что-то уронил...

От вида кровавой картины, глаза женщины округлились от ужаса, испустив истерический вопль она обвела комнату ошарашенным взором, ноги ее предательски подкосились и перестали слушаться. Мария Петровна с недоумением уставилась на перепачканного в крови сына, ожидая услышать от него объяснения происшедшего. Но что-то в лице сына ее насторожило, увидев в его руке багровый нож, моментально осознала, что смерть мужа-дело его рук. Парень, хищно улыбаясь, двинулся к матери-Что-ты-хо-хо-хочешь сделать?-заикаясь, закричала она, пятясь назад. Парень наступая хранил гробовое молчание. Но не нужно было слов, она догадалась и так, прочитав в глазах сына смертный приговор себе. Развернувшись, она побежала, Сергей рывком бросился к матери и в дверях перехватил ее.

- Мама, не надо уходить-папа зовет тебя.

Из груди женщины раздались булькающие звуки, она дрожащей рукою схватилась за сердце и порывисто задышала. При этом, не переставая взахлеб голосить.

- Не надо кричать, моя дорогая мамочка.

Парень ладонью зажал рот женщины и с силой надавил, закидывая голову. Обнаженное горло выглядело заманчиво. И он не смог устоять перед соблазном. Короткий взмах, и отточенное лезвие погрузилось по самую рукоятку в человеческую плоть.

Глаза женщины широко раскрылись, в них промелькнул скрытый ужас, рядом с которым в ногу маршировала СМЕРТЬ. Крик захлебнулся кровью и затих. Тело с глухим стуком упало на пол.

Парень склонился над бьющейся в предсмертных судорогах женщиной и весело прошептал:

- Я люблю тебя, мама. Но в моем сне я настаиваю, чтобы вы меня оставили в покое. Я устал от ваших глупых нравоучений, это я говорил отцу, то же самое я повторяю тебе-оставьте меня в покое! И схватив женщину за волосы, единым махом обезглавил тело. Из разрезанных артерий хлынул кровавый поток, смешиваясь с ранее пролитой кровью отца. Сергей приподнял отсеченную голову и всматриваясь в застывшую маску боли на лице матери, с грустью в голосе произнес:

- Я не хотел тебя убивать.- И, истерично смеясь, добавил:-Но если уж убил, то значит убил. Извиняйте, сожалеть уже поздно. Ой, мам, забыл тебе сказать, что тебя ждет отец. Парень взглянул на будильник и, ухмыляясь уточнил:-Вот уже как пять минут.

Он перетащил труп матери на середину комнаты и бережно положил его на труп отца. При помощи их рук заключил тела в объятия. И любуясь собственным творением радостно воскликнул:

- Как вы сильно любите друг друга! С каким жаром обнимаетесь, шалуны! Ой, я что-то забыл. Но только что?

Вскочив на ноги и всхлипывая как ребенок, обвел комнату задумчивым взором, не переставая озабоченно шептать:

- Чего-то не хватает. Я что-то забыл. А! Вспомнил!

Он ударил себя ладонью по лбу и стремительно бросился к письменному столу. Схватив ручку и листок бумаги, Сергей вновь вернулся к трупам родителей. Встав на колени перед окровавленной головой, он взял руку матери и втиснул между безжизненными пальцами стержень от ручки. Дико смеясь в перемежку с завываниями, пробурчал:

- Мама, я чуть не забыл, ты должна изложить мне свою последнюю волю. Пиши!

Сергей с силой сжал неподвижные пальцы женщины и корявым почерком стал выводить буквы, читая вслух написанное:

- С сегодняшнего дня. Точка. Я разрешаю моему любимому сыну. Два восклицательных знака. Первый пункт. Курить. А-а-а!-радостно завопил парень:-Молодец, мама. Второй пункт. Можно пить, и не только воду. Я горжусь тобою, мама. Третий заключительный. Я разрешаю ему все, что бы он не захотел сделать. Я также обещаю, что больше не буду вмешиваться в его личные дела. Клянусь всеми святыми. Восклицательный знак. Мама, и это ты делаешь ради меня...

Из глаз парня хлынули слезы умиления. В порыве благодарности, размазывая рукою по лицу слезы радости, перемешивая их с кровью, он с нежностью поцеловал отрезанную голову женщины в посиневшие губы и дрожащим от волнения голосом воскликнул:

- Как ты меня сильно любишь! Ты даже сделала меня свободным. Я горжусь тобою. Ты откинула в сторону старые ложные предрассудки и встала на верный путь, приемлемый для нас обоих. Теперь я не услышу от тебя слов ругани в свой адрес, ведь ты мне разрешила все. Это значит-я буду делать то, что захочу, не спрашивая на это твоего разрешения. Как хорошо. Прекрасно. А вдруг ты забудешь данные тобою обещания?

Сергей нахмурился и решительно разжал сведенные судорогой челюсти женщины. Скомкав исписанный правилами листок, запихнул его в приоткрытый рот. Завершив работу, радостно запел:

- Теперь я чебурашка,

и каждая дворняжка

при встрече

мне сразу

лапу подает. Вот. Вот. Вот.

И заржав добавил:

- Теперь ты их не забудешь. Ведь правила внутри тебя, и стоит тебе подзабыть их, как ты в любой момент можешь извлечь листок изо рта и вспомнить наш уговор. Вот так. Я надеюсь на твою порядочность, мама-Он удрученно взмахнул руками:-Ой, мама. Совсем заработались. Ты, наверное, хочешь поцеловаться с папой-ведь это ваше любимое развлечение. Я знаю об этом.

Осторожно подняв женскую голову, он бережно положил ее на лицо отца.

- Откуда я это знаю?-бредил Сергей, прилаживая головы так, чтобы их губы совпадали.- Я подглядывал за вами почти каждый день, а вы меня не видели. Заржав, Сергей с жаром воскликнул:-Вы ни разу не застали меня за этим занятием. Я был осторожен как тигр. И вот я узнаю о вас очень многое.- Он многозначительно замолчал, а через секунду вновь возбужденно продолжил:-Чем вы только не занимались! Даже вспомнить стыдно. А застали бы вы меня за таким занятием-я даже сейчас содрогаюсь от ужаса, представляя ваши решительные меры. Но лично я вас все равно люблю. А вы любите друг друга. Получается отличный замкнутый круг. Круг любви и взаимопонимания.

Вскочив на ноги, он осмотрелся вокруг,- Красота какая,- из груди парня вырвался вздох восхищения.- Необычные пропорции. Полная гармония души и тела.Мусоля указательный палец во рту, непринужденно заметил:-Смерть как заключительное ответственное испытание природы вы преодолели успешно. Не легли лицом в грязь. За это вас стоило наградить медалью посмертно, я горжусь вами, мои дорогие родители. Правда, завтра вы будете вновь живыми,- он состроил недовольную физиономию,- но сегодня я буду праздновать свою победу. Свой долгожданный праздник. Мы мирно побеседуем, как и прежде, обсудим назревшие проблемы, внимательно выслушаем друг друга, ведь нам есть о чем поговорить. Я, в свою очередь, без утайки сообщу вам, что меня волнует в вас, а именно-что достает и не устраивает в вашем отношении ко мне. Это будет для нас полезным опытом. Равноправное общение детей и родителей. Смак.

Вдруг внимание Сергея привлекло едва заметное движение в дверях, обернувшись, он краем глаза разглядел скрывшийся на кухне розовый подол платья.

- О, как я мог забыть,- с сожалением произнес парень, ударяясь головой об стенку.- Ведь семья не в полном сборе. Папа, мама, я виноват, что оставил сестренку за кругом семейного совета. Не ругайтесь, я сейчас быстро схожу и приведу ее за собой.

Парень, шатаясь, вышел из комнаты. Вваливаясь на кухню, он громко спросил:

- Настя, ты где? Иди к своему братику. Я жду! Никто не отозвался. В поисках сестренки, Сергей заглянул за приоткрытую дверь, но укромное место оказалось пустым. От захлестнувшей ярости он побагровел и с силой ударил дверью о стену, от неожиданного хлопка, Настя испуганно вскрикнула под столом.

- А вот где ты,- радостно вскрикнул Сергей, выпученными глазами разглядывая под скатертью маленькие ножки, обутые в сандалии.- А я тебя повсюду ищу. Иди ко мне!

Разметав в бешенстве стулья, он рывком вытащил из-под стола визжащую от страха девочку. Настя, ожидая избиения, сжалась в комок, испуганно тараща глазенки на залитого кровью брата.

- Не бойся,- успокаивал Сергей, поглаживая рукою всхлипывающую девочку по голове.- Плакать не надо. Никто тебя не обидит, когда я рядом с тобой.

- Мама,- жалобно пропищала девочка, вытирая рукою слезы.

- Мы и идем к ней. Она очень сильно не довольна тобой. Ты своим плохим поведением расстроила родителей. И сегодня они решили тебя наказать, плохая девочка. Пойдем!

- Не пойду,- Настя рукой ухватились за ножку стула.- Я боюсь, они все в крови. Ты что-то сделал с ними плохое? Мама...-жалобно позвала девочка, опухшая от слез, поток которых, не переставая, заливали лицо. Курносый носик от постоянного шмыгания покраснел. Настя невинным детским взором посмотрела в глаза брату.

- Ты уже зашла слишком далеко своими выходками. Значит, родная мать тебе уже не указ? Ты что, принцесса, чтоб тебя ждали? Или тебе просто наплевать на родителей? Я что-то не пойму тебя. Все, что ты сейчас делаешь, похоже на презрение к нам. К родной семье. Значит, ты не любишь нас, сестренка.

Кровавая пелена затмила глаза, помрачая рассудок, поведение девочки вывело парня из равновесия. С пеной на губах он бросился на сестренку.

- Не трогай меня!-завизжала Настя, упав на пол и истерично задергала ногами, пытаясь отбиться от сумасшедшего брата. С испуганной девочкой случилась истерика, ребенка затрясло, задыхаясь, она исходила плачем. Не обращая внимания на болезненное состояние сестренки, Сергей, изловчившись, схватил железной хваткой брыкающуюся ножку и, везя девочку по полу, увлек за собой в зал-обитель мертвецов. При входе в залитую кровью комнату с радостью воскликнул:

- А вот и я! Не заставил вас долго томиться в ожидании?

Безумный взгляд замер на неподвижных телах, почувствовав немой укор, залепетал в свое оправдание:

- Нет, это не я виноват, что нас так долго не было. Это все Настя, гадкая девчонка ни в какую не хотела идти к вам. Пришлось силой притащить. Совсем никого не слушается.

Настя немного успокоилась и, как затравленный зверек, осмотрелась вокруг. Детская любознательность брала верх. Открыв ротик и вытянув шейку, она невинно поинтересовалась: