- Понятно. Я твой охранник, лейтенант Воробьев.

- Один? Разве у тебя нет напарника?

- Один. Как мне объяснили в управлении, все при деле и я только один в резерве.

- Как звать то?

- Георгий.

- Меня Андрей.

- Знаю уже, громкое дело. Тебе не повезло парень. Все равно попытаются свернуть голову, даже я не помогу. Залечь бы тебе на дно...

- Зачем. Я их, сволочей, ненавижу...

- Случайно не в десантных служил?

- Там.

- То-то видно, так здорово отделал Копыто, этого уголовника с весьма сомнительным прошлым. Я в управлении видел лица моих начальников, никто не верил... Теперь этому мешку дерьма конец.

- Прибьют до суда.

- Конечно. Копыто же не выполнил приказ начальства...

Мы замолчали. Я невольно задумался, как здесь все переплелось, милиция, суд, прокуратура, следствие и махровая уголовщина...

- А что будет со следователем Дороховым?

- С этим то? Ничего. Сейчас он где-нибудь на юге. До него теперь добраться трудно, так что дело это заглохнет, так и не родившись. Кажется приехали.

Мы останавливаемся недалеко от гостиницы. Лейтенант захлопывает дверцу машину.

- Пошли, Андрей.

В холле много народа. Мы протискиваемся к администратору и, при виде меня, он торопливо отдает ключи от номера. Кто то дергает меня за рукав.

- Не узнаете меня? Это я, журналистка. Вы еще вчера со мной сидели на скамейке в здании суда.

Эта та энергичная мадам, которую встретил в суде.

- Помню.

- Мне нужно взять у вас интервью.

- Гражданка, - это мой сопровождающий, - прошу не мешать. Андрей идем, а то мне это место не нравится.

- Можно с вами? - она семенит рядом и не отрывается от нас. - Это так важно для телевидения

- Нет, нет, нет, извините гражданка, - лейтенант решительно отталкивает ее рукой, - дело еще в суде не окончено, так что давать интервью еще рано.

- Возьмите мою визитку.

Она втискивает мне в руку кусок картонки и на узкой лестнице отстает.

Коридорная, при виде милицейской формы, угодливо сгибается и присоединяется к нашей процессии до номера. Перед дверью лейтенант задерживается.

- Погоди, я первый.

Он отбирает от меня ключ, осторожно открывает дверь и исчезает за ней. Я, с испуганной коридорной, стоим в коридоре и ждем, когда он обследует комнаты. Наконец голова Георгия высовывается наружу.

- Заходи, все в порядке. А вы куда? - это вопрос коридорной.

- Так я это, тоже посмотреть..., как мои посетители.

- Иди на место. Увидишь незнакомых мужиков, шатающихся здесь, сообщи мне по телефону.

- Поняла.

В комнате лейтенант плюхается в кресло и сдирает с головы кепи.

- Ну и попал я в историю...

- Это со мной?

- А с кем же. Теперь придется попотеть. За эту неделю до прибытия свидетельницы, все можно ожидать.

Я валюсь на кровать. В это время ожил телефон.

- Кого черт несет?

Лейтенант насторожился и знаками показывает чтобы я взял трубку.

- Але..

- Андрюша, - мурлыкает женский голос, - это я Галя. Не узнаешь?

- Узнаю. Как ты узнала, что я здесь?

- Абрамчик сказал, я только что к нему позвонила. Он мне сообщил, что только что хлопнула дверь у тебя. Ты сегодня вечером свободен?

Я зажимаю трубку и шепотом говорю милиционеру.

- Эта женщина, просит свидания...

- Пошли ее к черту или скажи, что сегодня не можешь.

- Але, Галя, сегодня не могу.

- У тебя кто-нибудь там есть?

- Да, знакомый.

- Я тогда зайду к тебе попозже.

Она бросила трубку раньше, чем я решил ей отказать.

- Ну что? - с ухмылкой спрашивает лейтенант.

- Она собирается навестить нас.

- Да, я тебе не завидую.

Опять звонок. Я поднимаю трубку.

- Але.

- Ты, говнюк, - слышен грубый голос, - приготовься на тот свет.

Трубка брошена.

- По твоей роже вижу, что это не поздравление..., - хмыкает Георгий.

- Ты прав. Мне предложили приготовиться.

- Куда?

- В рай.

- Понятно. Итак скажи, какой у тебя распорядок дня.

- Пообедать.

- Так.

- Отдохнуть.

- Так.

- Отфутболить Галю.

- Так ее звать Галя? Понятно.

- Потом ужин и сон.

- У тебя сегодня тяжелое расписание, но я выдержу.

Опять телефонный звонок. На этот раз поднимает трубку лейтенант.

- Сам, говнюк, иди к черту, - огрызается он и, вырвав провода, отключает телефон. - Это все про твою душу, теперь тебе предлагают попасть в ад.

Мы в кафе при гостинице, заняли столик и с аппетитом уплетаем антрекот. Рядом останавливается с подносом все та же женщина - корреспондентка, с которой встретился в суде.

- Разрешите к вам...

- Опять вы? - удивляется лейтенант.

- Я никуда и не уходила. Я ведь прислана сюда в командировку из Москвы и живу так же как и вы, здесь в гостинице.

- Садитесь, чего стоит с подносом, люди черт знает что подумают.

Она с облегченно вздохнув, садится напротив меня. У нее киевские котлеты и компот. Женщина неторопливо начинает есть.

- Меня звать Алла, Алла Владимировна. Я журналистка шестого канала телевидения...

- Очень приятно, меня зовите Георгий, а его Андрей.

- Я про Андрея уже кое что знаю, а про вас только одно, что вы присланы для охраны.

- А что вы уже знаете про Андрея?

- Отслужил армию, сюда приехал в поисках работы, познакомился с одной девушкой и нечаянно увидел то, что простым смертным не положено видеть.

- У вас очень полная информация...

- Не совсем. Мне непонятно зачем Андрей так рискует. До него погибли или разбежались свидетели этого дела или дел связанных с Каюровым. Совсем трусливые отказались от своих прежних показаний. Что вас движет на такой подвиг?

- Ого. Это уже интервью?

- Нет. Это психологический анализ.

- Сколько вам лет?

- Это очень важно в нашем разговоре?

- Да.

- Хорошо, хоть это не тактичный вопрос для женщины, но я скажу. Мне двадцать пять.

- Вы не боитесь, что после того как вы выступите со своим репортажем о том, что творится здесь по каналу ТВ, с вами смогут расправится какие-нибудь подонки?

Она неторопливо доедает котлету, потом выдавливает.

- Боюсь.

- Я тоже боюсь. Однако вы делаете свое дело...

- Делаю, а какое дело у вас?