Ролло вышел из комнаты буквально окрыленным. Вот его шанс в армии! Если как следует справиться с этой работой, его могут перевести в военную контрразведку. Вот это было бы здорово, ведь для этого он и призван, для этого его и маринуют в строевых частях. Но его подогревало не только желание проявить себя и заложить хороший фундамент для будущей карьеры. Он ощущал себя посланцем Скотленд-Ярда и хотел поддержать престиж своей конторы в этом чуждом мире. И еще он очень не хотел бы подвести главного инспектора Френча, который не только рекомендовал его в армейскую контрразведку, но и дал ему проявить себя при расследовании того дела в Челфонте. К Френчу он относился с глубочайшим уважением и признательностью.

Он задумался о предстоящей работе. Первые шаги совершенно понятны. Прежде всего нужно собрать все, что уже известно по этому делу. Доложив о своих намерениях майору Рейксу, он отправился в Сент-Полс за местными газетами. Потом засел в ресторанчике и за чашкой чаю все прочитан. Получив общее представление о ситуации, он двинул в полицейский участок и там спросил сержанта Ганди.

Форма и звание обеспечивали ему внимание и готовность помогать, так что когда Ганди понял, что капитан хочет поговорить о гибели Рэдлета, он тут же сообщил, что сейчас в участке инспектор Вэнсон, который ведет расследование этого дела, и проводил Ролло в небольшой кабинет, расположенный в глубине здания.

— Здравствуйте, сэр, — приветствовал его Вэнсон, вставая. — Если сообщите мне, что вы хотите узнать, буду счастлив поделиться с вами любой информацией.

Ролло уселся на предложенный ему стул.

— Спасибо, мистер Вэнсон. Боюсь, вы сделали ошибку, обратившись ко мне «сэр». Скорее это я должен так обращаться к вам. Можно поделиться с вами военной тайной? — Он широко осклабился и протянул удостоверение офицера полиции. Вэнсон был поражен.

— Я хотел служить в авиации, — объяснил Ролло, — но мне отказали. Теперь я изучаю их армейские порядки, а мне говорят, что я должен заниматься контрразведкой, что бы это ни значило. Сегодня я получил задание вникнуть в это дело с точки зрения армии. Я говорю с вами совершенно откровенно. Похоже, что армию обвиняют в том, что на пляже взорвалась именно их мина, и генерал Уэстон хочет знать, так ли это.

— Буду рад сделать для вас все, что смогу, — повторил Вэнсон, на этот раз безо всякого «сэр». — С чего бы вы хотели начать? — Он вытащил папку с досье и начал листать страницы. — Здесь все, что собрал сержант Ганди — все показания, протоколы осмотров и даже фотографии места происшествия, которые мы успели сделать до прилива. Вот, — он перелистнул страницы досье, протоколы судебного заседания, а это выводы и отчеты. А вот найденные им осколки мины.

— Потрясающая работа, — отреагировал Ролло, также опуская формальности. Если я вам не помешаю, то хорошо бы прямо сейчас все это просмотреть.

— Смотрите на здоровье, — согласился Вэнсон. — Можете расположиться здесь, а если что понадобится, вы только скажите. Ганди, расчисть этот стол для капитана Ролло, а свои вещдоки сгреби на угол.

Изучение досье не отняло много времени. Потом Ролло занялся вещественными доказательствами, которые состояли из четырех мелких предметов. Там была ржавая гайка от болта с резьбой три восьмых дюйма, латунный штырь с отверстием и сорванной резьбой с одного конца, длиной чуть больше дюйма и диаметром три шестнадцатых, тонкая искривленная пластинка бакелита, похожая на ореховую скорлупу, и рваный кусок белой жести, площадью шесть квадратных дюймов. Внимательно осмотрев каждый предмет, Ролло повернулся к Вэнсону.

— У меня вопрос. На фотографиях видно, что песок из воронки разлетелся во все стороны, как оно и должно быть. Вы не попытались просеять этот песок, чтобы найти еще что-нибудь?

Вэнсон отрицательно покачал головой и неодобрительно покосился на Ганди.

— Боюсь, что нет, а вам кажется, что стоило?

Ролло почувствовал, что ступил на зыбкую почву и нужно срочно отыгрывать назад.

— Да нет, просто я поинтересовался, мистер Вэнсон. Что вы об этом думаете?

Вэнсон помедлил.

— Может, там что-то и удастся обнаружить, — признал он. — Когда мы все это собирали, вопрос о поисках виновных как-то не возник. Сейчас иная ситуация. Пожалуй, стоит попробовать.

Он явно спасал свою репутацию, но Ролло мудро пропустил это мимо ушей. Не мальчишка же он, чтобы радоваться тому, что кто-то оценил его идею? Он спросил, не нужно ли прислать армейских, чтобы сделать работу.

— Мы сами справимся, — отклонил Вэнсон, не пожелавший делить славу возможного открытия с другим следователем. — Минуточку, ага, в шесть утра нижняя точка отлива. Мы отправимся туда с рассветом, пока никто еще не проснулся.

— Отлично! Не возражаете, если я присоединюсь?

— Нет, конечно. Будем рады.

На другое утро Ролло часов в пять покинул лагерь и зашагал к заливу Сент-Полс. Солнце только взошло, но было еще пасмурно. День обещал быть замечательным, но перед рассветом прошел дождь, а с моря задувал сырой и холодный бриз.

К волнолому Ролло подошел одновременно с Вэнсоном, за которым следовали два констебля, вооруженные лопатами и граблями. Начал Вэнсон с того, что начальник полиции хотел бы переговорить с Ролло и что он будет ждать его в участке после полудня. Затем мужчины вышли на берег. Песок чист и гладок, нигде никаких следов.

— Воронка была где-то здесь, — показан Вэнсон. — Море постаралось на славу.

— Да уж, — разочарованно отозвался Ролло. — Похоже, мы запоздали. Море все смыло.

— Ну, заранее знать нельзя, — откликнулся Вэнсон. — Если там было что-то тяжелое, его должно было засосать в песок.

— В любом случае нужно покопаться вокруг.

Они начали от самого волнолома, постепенно продвигаясь туда, где была воронка. Вскоре один полисмен вскрикнул и поднял над головой какую-то штуковину. Стальной обломок, недавно попавший в песок, потому что налет ржавчины был совсем свежий. Это был штырь длиной в три дюйма и диаметром в четверть дюйма, в центре переходивший в диск диаметром полтора и толщиной в восьмую часть дюйма. Штуковина напоминала поршень, в котором шток выходит по обе стороны цилиндра. Вэнсон отложил его в сторону для позднейшего изучения.

После этого нашли еще три деревяшки, крытые луженой жестью. Одна из них была похожа на угол, а жесть покрывала ее снаружи. Ролло решил, что это ящик, обитый жестью, пропаянной для водонепроницаемости. Потом долго ничего больше не находили, но когда они уже собирались кончать раскопки, лопата зацепила что-то длинное и черное. Сначала Ролло подумал, что это какая-то водоросль, но потом понял, что перед ним прорезиненный электрический шнур.

— Господи мой боже, здесь стоило рыться! — воскликнул он. — Мистер Вэнсон, мы сможем его откопать, но не отрывая, вдруг он к чему-то привязан?

Вэнсон, который уже давно скучал и был не рад всей затее с раскопками, теперь очень приободрился. Песок быстро разбросали и вытащили наружу весь провод.

В нем оказалось почти тридцать футов, и зарыт он был в направлении на юго-запад. Конец около воронки был оторван взрывом, а другой соединен с чем-то, похожим на разломанный штепсель. Сохранились только латунный стержень и кусок бакелитового корпуса, и Ролло сразу сообразил, что найденные Ганди в первый день латунный стержень и кусок бакелита вполне могли быть частью этого разъема.

Находка подхлестнула их интерес, так что они какое-то время копали с удвоенным усердием, но больше не нашли ничего, кроме еще двух гаек.

— Этот провод должен нам помочь, — заявил Ролло, когда Вэнсон наконец распорядился кончать раскопки. — Если не возражаете, мистер Вэнсон, я бы показал его нашим специалистам, может они его сразу узнают.

— Хорошая идея, — одобрил Вэнсон, — и если хотите, можете показать им другие вещественные доказательства и фотографии.

Ролло решил, что для проведения технической экспертизы никого лучше майора Хэмфри ему не найти, и после завтрака он позвонил ему и попросил о личной беседе. Потом он со всеми найденными предметами отправился к нему.

— Сэр, мне приказали провести расследование, — и он изложил все обстоятельства дела. — Вы не могли бы на основании всего этого определить, что там взорвалось?

Майор Хэмфри осмотрел провод.

— Для меня это что-то новое, — сказал он, — если только провод вообще имеет отношение к этому делу. Мне не известны ни мины, ни заряды, в которых бы использовалось что-то в этом роде. Что еще хуже, я даже не могу сообразить, к чему это вообще может относиться. И то же самое с этим поршнем, — он повернулся к гайкам. — В мине могут быть гайки, но это маловероятно. А если они оттуда, то где болты? Я имею в виду, что при взрыве болты должны быть сорваны, а не скручены.

— Понимаю, сэр, — задумчиво сказал Ролло. — Это действительно загадка.

— Может, это не такая уж и загадка, — откликнулся Хэмфри. — Вы ведь думаете, что это детали взрывного устройства. Но так ли это? Из того, что вы рассказали, этого никак не следует.

— Но, сэр, откуда они еще могли взяться?

— Ну, не знаю, это не моя область. А может, старик что-нибудь нес с собой? Тащил в ремонт электрическую лампу или еще что-то?

Ролло до этого не додумался. Здесь был шанс, хотя, конечно, странно, что никто об этом не упомянул. Впрочем, их об этом и не спрашивали, так ведь?

В любом случае нужно было навести справки и, выйдя из кабинета майора, он отправился повидать Уилтонов и Мод Веджвуд. Здесь он получил исчерпывающую информацию. Уилтон присутствовал при уходе своего хозяина, и никаких электрических приборов с ним не было. Миссис Веджвуд столь же уверенно заявила, что с ним не было ничего, кроме трости.

Это озадачивало. Ролло был уверен, что шнур как-то связан со взрывом, но как? Разговор с майором Хэмфри его разочаровал: он рассчитывал на помощь, но ее не получил. Хэмфри считался знающим человеком, но даже не высказал никаких версий. А прекращать поиски было нельзя. К кому еще можно обратиться с вопросом?

Ролло остро переживал свою изолированность. Когда в Скотленд-Ярде возникала техническая проблема, раздумывать не приходилось — эксперты были всегда под рукой. Там были специалисты по всем областям знаний. Но здесь был только Хэмфри, да и тот оказался бессилен.

Долго искать решения не пришлось. Он позвонил в Ярд и договорился о консультации у эксперта на следующее утро. Вечером он позвонил начальнику полиции, и тут же выяснилось, что тот не горит желанием с ним встречаться. После этого он ночным поездом выехал в Паддингтон.

Полковник военного министерства Кросби, к которому его направили, был крупным мужчиной, с массивным непроницаемым лицом и живыми, умными глазами. Внимательно осмотрев Ролло, он сказал:

— Доброе утро. Вы капитан или сержант, Ролло?

Ролло улыбнулся.

— Сержант, сэр, здесь, в Скотленд-Ярде, я сержант. Там, в Корнуолле, я исполняю роль капитана. Но прислали меня туда в качестве сержанта.

— Отлично, сержант. Садитесь и объясните мне, чем я могу быть вам полезен?

— Спасибо, сэр. Я хочу показать вам несколько предметов, найденных на месте взрыва, и спросить вас, не знаете ли вы от какой мины, фугаса или чего там еще они могли бы быть. Если вы располагаете временем, я мог бы ввести вас в курс дела.

— Начинайте.

Ролло с предельной лаконичностью изложил происшествие, а затем показал фотографии и вещественные доказательства. Полковник заинтересовался. Рассказ он выслушал с величайшим интересом, а найденные предметы рассмотрел очень внимательно. После чего задумался.

— Вообще-то в этом вопросе я согласен с майором Хэмфри, — сообщил он наконец. — Все это не имеет отношения ни к одному из известных мне типов взрывных устройств.

Ролло, заинтригованный и раздосадованный, гадал, скажет ли полковник что-либо более определенное.

— Нет, сэр? — задал он довольно дурацкий вопрос.

Полковник не обратил внимания на бессмысленность его вопроса.

— А что думают об этом местные люди? Коронер и полицейские?

— Они не смогли разобраться в этом, сэр, но в суде рассматривались три версии: мина, принесенная морем, противопехотная мина и гранаты, похищенные на складе ряда самообороны.

— А как на самом деле, в ходе учений они минировали побережье?

Да, сэр, хотя и не в этом месте. Но меня заверили, то боевых мин там быть не могло, а все учебные были потом собраны и пересчитаны.

— Вы сами это перепроверили?

— Пока еще нет, сэр. Это может сильно встревожить всех причастных, и я надеялся, что, если смогу найти какой-либо другой источник, можно будет без этого обойтись.

— Давайте-ка я сниму беспокойство с вас и возьму на себя, как вы?полковник подмигнул, показывая, что шутит, затем опять вернулся к вещественным доказательствам. — Ну-ка, ну-ка, посмотрим, что это может нам дать? Возьмем-ка их всех по очереди. Этот штырь с диском. Может использоваться для разных вещей, скажем, для расцепляющего устройства. Без дополнительной информации ничего не понять. — Он отложил его и воззрился на гайки. — И опять-таки я согласен с майором Гамильтоном относительно гаек. В некоторых типах мин используют гайки, но всегда с болтами. А гайки без болтов, сержант Ролло, вот это заковыка именно для вас.

— Так точно, сэр, — откликнулся Ролло, старательно подавляя потки малейшего пыла в своем голосе.

— А эти куски жести, — медленно продолжал полковник, — не могли выйти из государственных арсеналов.

В душе Ролло положительно поднималась волна возбуждения. Он с трудом сохранял внешнее спокойствие.

— Немецкая работа, сэр?

— Совершенно невозможно. Немцы делают вещи с той же тщательностью, что и мы.

— Может быть, условия военного времени, дефицит материалов?

Полковник отрицательно качнул головой.

— По нашим сведениям, до такого у них еще не дошло. Ладно, забудем об этом. Возьмем этот провод, — он с отсутствующим видом указал на него. — Есть несколько типов мин с электродетонаторами, но это же совсем ни на что не похоже. Вы говорите, что уверены, что покойник не нес собой провод?

— Свидетели очень надежные. Я верю им.

— Ладно. И думаю, что бессмысленно предполагать, что этот провод никак не связан со взрывом, так?

Ролло задумался.

— Сэр, мы, естественно, можем только гадать. Но нужно совсем невероятное совпадение, чтобы эта штука оказалась в том месте в связи с чем-нибудь другим.

Кросби покосился на него.

— Тогда мне нужно подумать, — сухо сказал он, — и похоже, мы вынуждены сделать вывод, что провод использовался для приведения взрывного устройства в действие.

Ролло еще не понял, как реагировать на это, но его возбуждение еще возросло.

— Вы имеете в виду, сэр, что мистер Рэдлет, скажем, дернул этот провод ногой и получился взрыв?

— Нет, — возразил Кросби. — Я имею в виду не это. Я думаю, что кто-то еще был на другом конце провода, и в нужный момент послал по нему ток. Иными словами, сержант Ролло, — он заговорил с большей определенностью, — считаю, что вы расследуете убийство.

Наконец это слово было произнесено! Ролло перестал скрывать свои чувства. Именно это крутилось у него в мозгу с самого начала, просто он даже не надеялся, что ему так повезет. Дело об убийстве! И расследовать его будет он, потому что, увидев, как хорошо он начал, они, естественно, дадут именно ему довести дело до конца! Оказывается, в армейской жизни немало хорошего! В Скотленд-Ярде ему еще ни разу не было такого везения.

Полковник Кросби смотрел на него с нескрываемым любопытством.

— Уже думали об этом, верно?

Ролло взял себя в руки.

— Не мог поверить в то, что это оно, — довольно глупо ответил он.

— И вас это, похоже, устраивает? Да ладно, я понимаю, что одному мед, другому отрава. Думаете, вам доверят расследование?

Ролло ухмыльнулся.

— Мне уже дали это задание, сэр, и я затребую море информации, прежде чем смогу доложить о результатах.

На массивном лице Кросби появилось нечто вроде улыбки.

— Тогда удачи, вам, — он неожиданно хмыкнул, — а если потребуется еще что-то, не колеблясь обращайтесь прямо ко мне.

С чувством законной радости Ролло выбрался из громадного здания и вернулся в Скотленд-Ярд.

Глава 7

Капитан Артур Ролло

Хотя с его запросом о проведении технической экспертизы работал другой офицер, Ролло чувствовал, что не может побывать в Ярде, не повидав своего прежнего шефа, Джозефа Френча. Когда Ролло позвонил ему утром, тот был занят, но сейчас ему было сказано немедленно подниматься наверх.

Френч сидел за столом и рассматривал в лупу фотографии отпечатков мужских ботинок. Он поднял глаза.

— Здорово, доблестный воитель! Я-то думал, ты уже успел разделаться с немцами. Хочешь взглянуть на прекрасный отпечаток?