Лесли обыскал бардачок и нашел там электрический фонарь на батарейках. Приблизительно определив направление, откуда стреляли, он направился туда, освещая фонариком путь. Он считал, что ничем не рискует: судя по виденным им фильмам и прочитанным книгам, наемные убийцы не задерживаются на месте преступления.

Миновав автостраду и пройдя еще метров сто, Лесли увидел небольшую дощатую будку. Дверь с противоположной стороны была распахнута. Несли вошел и обвел лучом фонаря стены, пол и нехитрую мебель. Потом он уложил фонарь так, чтобы осветить крышку стола, и принялся изучать находки.

Наиболее любопытным ему показалось оружие. Он никогда не видел ничего подобного даже в фантастических видеолентах. И, однако, этот странный предмет и был непосредственной причиной смерти Джона Каннингхэма.

Прибор ночного видения и рацию Лесли осмотрел бегло, а стреляные гильзы подобрал и сунул в карман. Больше здесь делать было нечего, и Лесли возвратился к "Тандерберду".

Превозмогая страх и отвращение, он подхватил тело под мышки, выволок его из салона и уложил на траву. В карманах погибшего обнаружились водительские права на имя Свена Лундквиста, выданные в Швеции, международный паспорт на имя Джона Уинстона Каннингхэма, гражданина США (фотографии на обоих документах были одинаковыми), кредитная карточка, немного наличных, пачка сигарет, зажигалка, носовой платок, квитанция об аренде машины и маленький клочок газеты с корявой непонятной надписью "Лион-300". В чемодане попутчика Лесли нашел то, что и полагается возить в чемодане американцу, отправляющемуся в Париж.

С минуту Лесли раздумывал, потом решительно подобрал увесистый камень, выбил стекло с пулевыми дырами, сел за руль и запустил двигатель.

- Прости, дружище, что бросаю тебя здесь, - сказал он мертвецу, - но о тебе позаботится полиция, а если я потороплюсь, глядишь, и выкопаю что-нибудь о твоих милых знакомцах.

С этими словами Лесли Энджел умчался к Сент-Питерсбергу. Не въезжая в город, он остановил "Тандерберд" на берегу залива и долго отмывал кровь в салоне. Покончив с этим печальным занятием, Лесли закурил и задумался.

Он мог избрать два варианта поведения. Первый: бросить автомобиль, улететь в Европу и забыть об этой чудовищной истории. Второй: пользуясь скудными данными, попытаться что-то узнать.

Лесли Энджел не был ни храбрецом, ни суперменом, ни бесстрашным журналистом из детективных романов. Изо всех сил он склонялся к первому варианту.

Ну, а вдруг... Вдруг это тот самый шанс, та самая сенсация, о которой он мечтал всю жизнь? Отказаться, сбежать? Он не простит себе этого никогда.

Один его приятель любил говорить: "Лучше сделать и потом жалеть, чем потом жалеть о том, чего не сделал".

Лесли вздохнул.

Если бы в ту минуту он отдавал себе отчет, во что ввязывается, он не колеблясь выбрал бы первый путь.

Он не знал и потому выбрал второй.

7

Лесли Энджел погасил сигарету о раму распахнутой дверцы.

Каким образом мог он что-либо разузнать о человеке, подвезшем его от Сарасоты и убитом под Сент-Питерсбергом, Лундквисте или Каннингхэме - а не исключено, что оба имени фальшивые?

Понятно, что Каннингхэм (удобнее называть его так, коль скоро он сам так представился) - не обычный турист. Обычные туристы не возят с собой двойные документы, не говоря уж о том, что обычных туристов не убивают из специально подготовленного оружия с глушителем и инфракрасным прицелом. Более того, в домике находилась рация, что предполагает наличие по меньшей мере еще одного абонента. А значит, за передвижениями Каннингхэма следил не один человек, и убийство из личных мотивов скорее всего придется исключить. Судя по квитанции, Аннингхэм взял машину напрокат в Нейпле, а так как его преследователи знали, какая у него машина, то, выходит, следили за ним от самого Нейпле? Он говорил, что направляется в Дженсонвилл, и скорее всего это правда - ведь он вез туда Лесли. Но из Нейпле в Дженсонвилл можно попасть на машине двумя путями - второй ведет через Лейкленд и Орландо. Как убийцы могли заранее знать, что Каннингхэм изберет дорогу через Сарасоту? Может, он не впервые здесь проезжал... Или засаду устроили сразу на обеих трассах? Тогда речь идет уже о солидной организации. Но это пока гадание на пустом месте...

А вот что действительно важно. Каннингхэм наверняка не опасался нападения, иначе не подсадил бы незнакомого попутчика.

Неоспоримых фактов пока два.

У Каннингхэма обнаружились документы на разные фамилии.

Каннингхэм убит, и убит профессионалом.

Он упоминал, что собирается вылететь в Париж. С Францией связана и загадочная надпись на бумажке из его кармана - "Лион-300". Разгадку придется искать во Франции?

"Ладно, - сказал сам себе Лесли Энджел. - Так или иначе, я сматываюсь из Штатов. А коли так, почему бы не Париж?"

Прежде чем тронуть машину, он еще раз тщательнейшим образом обыскал ее и распотрошил чемодан Каннингхэма. Ничего не найдя, он выбросил чемодан в залив и въехал на улицы Сент-Питерсберга. Решение пришло само собой: оставить небезопасный "Тандерберд", автостопом добраться до Дженсонвилла и вылететь в Париж.

Из Парижа он собирался отправиться в Лион.

Но в аэропорту Дженсонвилла, куда он позвонил, ему ответили, что такой кружный путь вовсе ни к чему, так как из Дженсонвилла отправляется самолет прямым рейсом до Лиона, к тому же уходит он раньше парижского.

Лесли поблагодарил и повесил трубку. Так. Либо Каннингхэм солгал, утверждая, что летит в Париж (что довольно вероятно - с какой стати ему откровенничать перед мимолетным знакомым), либо записка в его кармане не имела отношения к цели путешествия. Тогда что же это? Условный знак, пароль, код? А может быть, некий адрес в Париже?

Нет ли там улицы или места, название которого имеет отношение к Лиону?

Лесли неважно знал Париж - он бывал там лишь дважды и недолго, к тому же в первую и счастливую поездку его везде таскала за собой Астрид, а весь второй визит он просидел в отеле, накачиваясь виски, пока его жена пропадала у дальних родственников. Он напряг память. В Париже есть Лионский вокзал - это точно. Тогда, возможно, "300" - номер ячейки камеры хранения, но без кода ее не открыть. А еще? Существуют ли Лионская улица, Лионский банк, ресторан "Лион", отель "Лион"? Это выяснится на месте. Другая версия - Каннингхэм после каких-то дел в Париже намеревался выехать в Лион. Совсем скверно, теряется всякая надежда выяснить значение цифры 300. Ну, и еще, может быть, эта бумажка привязана к совершенно другим вещам и обстоятельствам или валялась в кармане Каннингхэма с незапамятных времен. Что ж поделаешь? Пусть его тоненькая ниточка оборвется в самом начале - что ж, значит, просто не повезло.

Лесли не имел амбициозного намерения во что бы то ни стало докопаться до истоков тайны Каннингхэма. Он делал ставку на номер в рулетке - выигрыш мог выпасть исключительный, а проигрыш его не слишком расстроит. Нет так нет, не первая и не последняя неудача в жизни Лесли Энджела.

Но прежде он хотел основательно выспаться и поесть - короткая передышка в машине Каннингхэма в счет не шла. По понятным причинам он не попытался соваться в дорогие и заметные гостиницы. Обойдя пешком неказистые окраины Сент-Питерсберга, он наткнулся на маленький замухрышистый отель "Лаки Дэй", где ему не задали ни одного неприятного вопроса, и снял крохотный номер, выходивший единственным окном на залив.

Там Лесли первым делом переложил из карманов в чемодан документы Каннингхэма, припрятал их ненадежнее, а также гильзы, с которыми не хотел расставаться. Не раздеваясь, он улегся на узкую кровать, натянул плед до подбородка и сразу уснул.

Утром в международном аэропорту Дженсонвилла Лесли без проблем приобрел билет на рейс 503 до Парижа. В его паспорте стояла французская виза, дающая право на многократный въезд - с тех пор, как он удостоился чести посетить дальних родственников жены. Тогда Лесли иронически усмехнулся, уступая требованию супруги о получении постоянной визы - он не собирался возвращаться в Париж. Слишком многое напоминало здесь и об Астрид Шеллинг, и об одиноком пьянстве в отеле.

И вот надо же, пригодилось.

Пройдет не так уж много времени, и Лесли Энджел усмехнется при воспоминании о радости и облегчении, испытанных им, когда он понял, что всетаки попал в самолет и летит в Париж. Если бы он догадывался в ту минуту, что ожидает его, мог бы предпочесть сдаться полиции и подвергнуться угрозе обвинения в разбое на яхте Арчибальда...

Лайнер заложил вираж над атлантическим побережьем и набирал высоту. Лески отстегнул ремни, расслабился и первым делом потребовал у стюардессы виски.

Его соседкой в первом классе оказалась пожилая француженка, неплохо говорящая по-английски, и Лесли не замедлил воспользоваться случаем.

Он предложил даме бокал шампанского, принятый с благосклонной улыбкой, и вскоре сумел разговорить ее. Мадам рассказывала об отдыхе в Майами, а Лесли соображал, как перекинуть мостик к интересующей его теме. Наконец он вставил в ее монолог следующее замечание.

- Майами - прекрасный город, мэм, но мне кажется, что его жители - не слишком большие патриоты. Многие его улицы названы в честь других городов Америки. Например, Мемфис-роуд, Спрингфилд-стрит, Кэтвилл-хай-плэйс.

Лесли никогда не бывал в Майами, но в недостатке фантазии никто его упрекнуть не мог.

- Да? - удивилась пожилая леди. - Я не замечала Но этот штрих улучшает мое мнение об американцах. Мне всегда казалось, что они не видят дальше собственного носа и не проявляют уважения ни к чему, что лежит за порогом их дома

Лесли также был в этом убежден, но вместо того чтобы дискутировать об американском квасном патриотизме, он гнул свою линию.

- А как с этим обстоит дело в Париже? Мой приятель рассказывал, что и там есть некоторые названия, связанные, например, с Лионом...

- Лион? - мадам задумалась - Дайте припомнить... Пожалуй, только те названия, которые непосредственно указывают на Лион. Лионский вокзал Лионский кредитный банк... Ах, да, есть еще кинотеатр "Лион". И отель "Лион". Это на улице Сен-Дени, рядом с рестораном "Латойя".

- А улицы, площади? - настаивал Лесли.

- Что касается Лиона, не знаю. Зато множество примечательных мест Парижа прослеживают происхождение от Клерман-ле-Ферма, Виллер-Богажа и Базанкура...

Дама пустилась в длинные рассуждения о топонимике, окрашенные в печальные цвета ностальгии, но Лесли уже не слушал ее, лишь вставляя время от времени вежливо-восхищенные "О да, мэм".

Кое-что полезное он узнал. Хотя бы Лионский кредитный банк. В этом случае цифра "300" в записке Каннингхэма могла означать номер счета. Проверить первым делом - если счет не секретный, конечно. А кинотеатр? Номер места, где назначена встреча? Тогда он должен получаться от перемножения номера ряда на номер кресла - скажем, десятый ряд, тридцатое кресло, или наоборот. Но это ничего не дает, дата встречи неизвестна. Отель "Лион"? Апартаменты в отеле? Кстати, с отеля логично будет начать. Надо же где-нибудь остановиться, так почему бы не там. Это символично и послужит своеобразным талисманом, направленным на успех поисков.

Рейс 503 приземлился в аэропорту Шарль-деГолль поздней ночью, вернее, очень ранним утром - около трех часов. Лесли зафрахтовал такси, засунул чемодан в багажник и распорядился ехать к отелю "Лион".

Вычурные неоновые панно гостиницы изливали в ночь холодный огонь. Шумная улица Сен-Дени не спала - мертвый час здесь настанет в семь утра и продлится до полудня. Лесли снял спокойный двухкомнатный номер, выходивший окнами во двор, триста двадцатый, на третьем этаже. Так получилось случайно, но Лесли усмотрел некий знак в том, что номер 300 расположен в другом конце коридора.

Обстановка гостиной и спальни - мягкие зеленые и голубые тона, уютная мебель, стилизованная под начало века и, несмотря на это, гармонирующая с неплохой аудио- и видеоаппаратурой, - располагала к приятному ничегонеделанию. Лесли был слишком возбужден, чтобы просто улечься спать.

Он откинул крышку чемодана, извлек пузатую бутылку шотландского виски "Клаб 99" и налил полный стакан. Включил телевизор, но монотонно тараторящие дикторы французских круглосуточных каналов не вдохновили его, тем более что по-французски он мог разве что кое-как объясниться в любви или заказать обед в ресторане. Лесли переключился на спутниковый музыкальный канал MTV, где в тысячный раз крутили "Аэросмит", большими глотками выпил виски, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Ему стоило изрядного усилия воли не отправиться немедленно на исследование номера 300. Он постучит в дверь, и что он скажет? Простите, мсье, вы случайно не из мафии? Или еще лучше: Каннингхэма убили, я за него...

Но виски начинало действовать. Лесли выпил еще, и как-то неожиданно ноги вынесли его в коридор, освещенный тусклыми полушариями желтоватых плафонов. В коридоре не было ни души - и совершенно тихо, если не считать едва доносящейся из-за двери Лесли упругой пульсации рокн-ролла.

Лесли почудилось нечто жуткое в этой тишине, будто он находился не в центре столицы мира, а в средневековом замке в Трансильвании. Он неслышно прошагал по серому паласу мимо рекреационного холла к двери номера 300.

Дверь ничем не отличалась от остальных, из-за нее не слышалось ни звука. Лесли осторожно положил руку на изогнутую позолоченную рукоятку.

Она внезапно легко поддалась. Между дверью и косяком появилась темная щель.

Дверь оказалась незапертой.

Сердце Лесли колотилось, как компрессор отбойного молотка, гнало кровь и выпитое виски.

Прежде чем он успел сообразить, что делает, Лесли толкнул дверь сильнее.

Она медленно и бесшумно растворилась в темноту.

Лесли вошел.

8

Утро принесло грозу на улицы Сент-Питерсберга. Крупные сверкающие капли ливня разбивались об оконное стекло и сливались в единый шумный поток. Лежа в постели, Фрэнк Коллинз безучастно взирал на безобразия природы. Он заметно устал, большую часть ночи сочиняя для генерала Стюарта отчет о поездке, который отправит сегодня по компьютерной сети. В него он включил подробный рассказ о беседе с портье в отеле "Фор Сизенс", а также собственное предположение о том, что Каннингхэму мог звонить из Парижа Эпилгейт.

Две попытки Коллинза дозвониться до майора не принесли успеха - номер не отвечал. Это не слишком обеспокоило полковника - он учитывал разницу во времени и надеялся связаться с Эпилгейтом позже.

Фрэнк Коллинз принял решение не возвращаться пока в Лэнгли. Ему хотелось непосредственно наблюдать за действиями полиции здесь, в Сент-Питерсберге, хотя он не питал ни малейших иллюзий по поводу быстрого раскрытия убийства.

Он выполз из-под одеяла, натянул рубашку и брюки. Болела голова, но Коллинз принципиально не признавал лекарств, даже безобидного аспирина.

Ливень кончился, гроза погромыхивала где-то над океаном на западе, и полковник собирался пешком дойти до полицейского управления, подышать свежим воздухом. Он с горечью подумал о том, что стареет и сдает. Еще года два назад бессонная ночь не оказала бы на него никакого действия, а теперь давит резиновым прессом противная головная боль.

Коллинз собрал в папку разбросанные по столу листки отчета, сунул папку в кейс и покинул гостиницу.

В кабинете начальника полиции Уиндэма дым стоял коромыслом в буквальном смысле слова - пятеро полицейских здоровяков, среди которых был и детектив Шарп, курили одновременно. Судя по концентрации сизых клубов, с которыми не справлялся бедняга кондиционер, заседали давно.

Лица присутствующих раскраснелись, галстуки спущены, рубашки расстегнуты, бутылки с минеральной водой опустошены наполовину.

- Доброе утро, джентльмены, - входя, поздоровался Коллинз.

- Доброе утро, сэр, - отозвался Уиндэм. - Надеюсь, хоть вам удалось выспаться, потому что мы-то вообще не отдыхали.

- Спасибо. - Коллинз подсел к столу. - Что нового?

- Тот взрыв, сэр.

- Да?

- Группой руководил лейтенант О'Рейли, он вам все расскажет. Но если можно, не здесь. Никто из нас уже слышать не может об этом долбаном взрыве.

- Ладно, - сказал Коллинз, - пошли в столовую. Я не завтракал.

Молодой краснощекий лейтенант О'Рейли заявил, что предложение полковника как нельзя кстати. Вдвоем они спустились на первый этаж, набрали уйму тарелок и стаканов и уселись за столиком.

- Доложу вам, это было дельце, - глухим голосом произнес О'Рейли, пережевывая громадный кусок бутерброда с ветчиной. - Мы собирали осколки этой штуки в радиусе полукилометра от воронки, представляете, сэр? На коленях облазить окружность диаметром в добрую милю!

Коллинз сочувственно кивнул.

- Так что же там взорвалось?

- Мотоцикл, сэр. "Ямаха". Вместе с мотоциклистом. Но если от мотоцикла все же кое-что осталось, то от того, кто был за рулем, - одна пыль и ошметья.

- Никакой возможности идентификации?

- Какое там.. Говорю же вам, пыль.

- А мотоцикл?

- Вот тут есть кое-что любопытное. - О'Рейли покончил с бутербродом и принялся за пылающую пиццу. - Мы собрали достаточно полезных обломков. Во-первых, номера штата Джорджия - фальшивые, изготовлены кустарным способом. Но на сохранившихся фрагментах двигателя выбиты серийные заводские номера. Мы обратились в диспетчерскую службу представительского бюро "Ямахи" и выяснили, что этот мотоцикл был продан два месяца назад некоему Доминику Флэндри в Бирмингеме, штат Алабама. Имя, конечно, вымышленное.

- Почему вы так думаете? - поинтересовался Коллинз, прихлебывая горячий кофе.

О'Рейли с оттенком гордости взглянул на полковника.

- Потому что Доминик Флэндри - герой фантастических романов. Он не так известен, как Люк Скайуокер или капитан Керк, но я-то не прочь почитать фантастику перед сном...

Коллинз хмыкнул.

- Когда выдается не слишком тяжелый день, сэр. Мы продолжим расследование. Отправимся в Бирмингем, поговорим с дилером "Ямахи". Дело было не так давно, он должен помнить приметы. Потом - автозаправки, дорожная инспекция, да мало ли... Проведем полную обработку. Ведь не призрак этот Доминик Флэндри и не в пятом измерении живет. Мы его найдем.

- Девяносто девять шансов из ста, - заметил полковник, - что разлетевшийся в пыль мотоциклист и есть Доминик Флэндри. Ну, установите вы его настоящее имя, а дальше что?

- Как что? - даже удивился О'Рейли. - Родственники, связи, род занятий, банковские счета, биография, передвижения... Дайте только потянуть за эту ниточку, и мы распутаем убийство Каннингхэма.

- Если эти два происшествия взаимосвязаны, - охладил Коллинз пыл лейтенанта.

- А вы полагаете, нет?

- Я ничего не полагаю, - сказал Коллинз.

Полковник не разделял энтузиазма О'Рейли, хотя в рассуждениях лейтенанта, несомненно, имелся резон. К тому же полиция будет работать в тесном контакте с ЦРУ, возможно, и с ФБР, тогда подкоп под убийцу будет вестись с разных сторон.

Лавируя между столиками, к собеседникам приблизился детектив Шарп.