И мастер Вало продолжал:

– Капитан Сварог, мы имели возможность ознакомиться, главным образом, с побочными и, увы, большей частью негативными эффектами ваших магических экзерсисов. Не скрою, кое-что из того, что вы… сотворили на Океане, нам известно. Некоторые из ваших опытов сумели нас удивить, а некоторые – заинтересовать. Однако не соизволите ли вы поведать мне и почтенному Совету, насколько далеко простираются ваши возможности?

Что ж, Сварог мог поведывать об этом хоть до рассвета. А чего, вот так вот взять да и вывалить на дамургов всю свою историю: и про службу в советской десантуре, и про отца, про Талар, про Империю ларов, Поток и атарские приключения. Пусть офонареют, пусть въедут, что они со своими растительными островами – отнюдь не центр Вселенной и опора мироздания. А то возомнили о себе, понимаешь, бог знает что. (Кстати, они уже и без того заметно удивлены, что мастер Вало соизволил поинтересоваться у какого-то объекта номер такой-то его именем.) А после саги о множественности миров, для полноты эффекта, неплохо пострелять в самого себя из шаура, спрыгнуть с местной башни и не разбиться, выпить отраву и не умереть, с помощью детектора лжи обыграть их в «верю – не верю», забраться в бочку с водой, сидеть там и дышать. Хороший цирк получится, ядрен батон…

И все же Сварог отказался от столь заманчивой идеи.

– Если говорить коротко, то далеко простираются, – смиренно возвестил он. – Все мои возможности неизвестны даже мне. Они раскрываются по мере необходимости. Перечисление же того, чем я владею, займет слишком много времени, а я не смею отнимать его у почтенного Совета.

Подтекст подразумевался следующий: «Я нужен вам, а мне нужны выгоды. Вот и давайте поговорим о выгодах – и о том, возможна ли наша сделка в принципе».

– Мне известно, что вы до сих пор приобретаете необходимые вам вещи в лавках, – улыбнулся мастер Вало, показывая, что уловил тайный смысл. – Это называется у вас торговля, она имеет свои законы, и я понимаю, что вы привыкли переносить законы торговли на иные сферы общения… Хорошо, мастер Сварог. Из сегодняшнего заседания Совета вы уже поняли, что на Граматаре находится некий Ключ. Ключ позволит дамургам достичь Цели. Что это за Цель – вам знать не обязательно, это наше частное дело, касающееся исключительно дамургов. Доступ к Ключу открыт весьма непродолжительное время, и часть этого времени уже прошла. Так что суть задания проста и недвусмысленна: Ключ нужно добыть. Остаются подробности… Какого рода подробности вас интересуют?

На скамьях недоуменно перешептывались. Заседатели в толк взять не могли, зачем вообще нужно разговаривать с объектом, почему он должен принимать участие в решении собственной судьбы?

– Как я понимаю, – осторожно сказал Сварог, стараясь не ляпнуть лишнего – из того, о чем ему удалось узнать у Ксави и о чем, по идее, он знать не должен, – раз Ключ до сих пор там, где его однажды забыли, задание не из простых… И это самое мягкое определение, которое можно к нему подобрать… Известно ли что-нибудь о препятствиях на пути к Ключу?

– Увы, нет, – охотно ответил мастер Вало. – После каждого всплытия все выглядит по-разному. В предпоследний, например, раз тагорту не удалось прорваться через необычное природное явление, названное нами Утренняя Метель. А в следующий раз следующий тагорт на том месте, где погиб его предшественник, не обнаружил ничего опасного, зато кабелотах в пяти к бисте попал в ловушку Масок На Камнях и вернулся ни с чем… Собственно, вернулся не он – а только его телесная оболочка… Хотя Граматар поднимается со дна раз в тысячу лет, но мы бережем память обо всем, что происходит не только на Граматаре и не только в годы всплытий. Однако, уж поверьте, сведения о препятствиях прошлых всплытий вам не помогут, характер и места возникновения смертоносных новообразований не повторяются…

«Не врет, – отметил Сварог. – А жаль…»

– Я вас не очень расстроил? – спросил Вало.

– Что вы, что вы… – поклонился Сварог. – Но гораздо больше, мастер Вало, меня пугает другое обстоятельство. Магия, которой я владею, штука донельзя чувствительная… Если быть точным, она предельно болезненно реагирует на внутренние воздействия, к внешним будучи вполне стойкой. Это, знаете, как механизм в прочном корпусе… типа часов. Бей, колоти по этому корпусу, – часы идут как ни в чем не бывало. Но если что-то затронуть внутри, то произойдет сбой. И меня это весьма беспокоит…

На нормальном языке сие звучало так: «Я знаю про ваши игры с кровью, про то, как вы превращаете тагортов то ли в просто марионеток, то ли в зомби. Отсюда – главное и непременное условие возможной сделки: никаких забав с моей кровушкой и им подобных штучек». Вало должен понять, если такой умный. Ну а если не такой, то тогда тут вообще не с кем дело иметь…

Мастер Вало описал полукруг, заложив руки за спину и тем самым взяв паузу для непродолжительного размышления. Круто развернулся и сказал:

– О тагортах вы, разумеется, наслышаны, мастер Сварог. Да, мы набираем их из людей. Да, они выполняют наши поручения на земле. Обычно у тагортов мы не спрашиваем согласия… Что ж, быть может, в том и состоит наш главный просчет – в том, что люди работают… под давлением и под контролем. Другое дело, когда они работают за свою мечту.

В зале зашумели. Чувствовалось, что мастер Вало нещадно и беспрецедентно ломает законы. Но дамурги его не перебивали, смельчаков не находилось. Держит, ох держит мастер Вало это сборище в ежовых рукавичках…

– Вы способны исполнить мечту, даже не зная, в чем она состоит? – спросил Сварог.

Вало развел руки в стороны.

– Обычно люди мечтают об одном и том же. И в случае успеха вашей миссии вы можете просить о многом. Понятно, жезл правителя Океана я в виду не имею, – но если вы попросите произвести вас в дамурги, предоставить вам собственное жилище и даже место в Совете… то, пожалуй, я могу вам это обещать… Какая же ваша мечта, мастер Сварог, не поделитесь?

– А если я хочу абсолютной власти на материке? – громко вопросил Сварог. Рошаль рядом с ним едва слышно хмыкнул. – Хочу, чтобы новая история Граматара началась с короля Сварога Первого, которому бы повиновались все народы новой земли? По силам вам такое?

Шум на скамьях возрастал. Но ведь надо же было запросить что-то этакое. Чтоб не смельчить и не переборщить… И правды не сказать.

– Это нам по силам, – с жесткой серьезностью сказал мастер Вало, поднимая руку и тем самым успокаивая зал. – Мы можем обеспечить вам механизм влияния на тех правителей, что подчинят себе переселившиеся народы. А подчинив, в свою очередь, правителей, вы уж сами дальше решите – взбираться вам на большой трон под овации толпы или править, оставаясь в тени. Последнее не так уж худо, смею вас уверить… Впрочем, потом выберете сами, что лучше… Итак, ваши слова следует понимать как согласие взяться за задание?

– Мне поверить вам на слово? – Сварог изобразил вполне естественный скепсис.

– А вы хотите письменного договора? Уверяю, его сила менее действенна, чем мое слово, данное в присутствии Совета.

– Хорошо, тогда меня устроит ваше слово дворянина.

– У нас нет дворян, мастер Сварог, у нас все равны, – с оттенком укоризны, но при этом иронически кривя кончики губ, поправил мастер Вало.

– Ах да, я все время забываю… Тогда – слово дамурга и слово члена Совета.

– Я даю вам это слово. – Вало отвернулся от Сварога, обвел взглядом притихший зал. – Почтенный Совет! Перед вами человек, который может приблизить нас к Цели. Во имя Цели мы готовы на многое, мы готовы отступить от догм и условностей, мы согласны нарушить давний устав нашей жизни. Потому что Цель… (Сварог подумал, что Вало скажет: «оправдывает средства») …превыше всего. Теперь подумайте о варгах. Почему никто из вас сегодня не вспомнил о них? Неужели нас перестали волновать их назойливые потуги внести раскол в Совет, во все сообщество Островов? Учтите, они тоже знают о Ключе, и то, что их путеводной звездой не является Цель, еще не значит, будто они отказались от коварных планов везде и всегда вставать нам поперек дороги…

– Варги слишком глупы и неорганизованны, чтобы причинить нам серьезный вред, так что толку говорить о них? Мы ж не вспоминаем, собираясь в Океан, о волнах или акулах. Каждый из нас в юности был уверен, что способен изменить мир к лучшему, что старики заблуждаются. С годами это пройдет.

Сварог узнал голос оратора, который утверждал, будто сказочки про Ключ распускаются последователями какой-то «черной величины».

– С годами! А разве кто-то может поручиться, что варги уже не заполучили некое средство, открывающее им доступ к Ключу? – Вало удостоил оппонента лишь легкого поворота головы в его сторону.

«Еще и варги какие-то, – с тоской констатировал Сварог. – Расплодилось вас…»

– Кто-нибудь из нас может поручиться, что они не доберутся до Ключа раньше? А Ключ-то один. Значит, и обладатель может быть только один. И этим обладателем должны стать мы… Я обращаюсь к почтенному Совету и к председателю с просьбой выразить вашу волю. Согласен ли Совет с моим предложением оставить объект номер триста сорок шесть в живых и привлечь его к миссии извлечения Ключа на обговоренных с ним условиях?

Председатель, на которого выжидающе смотрел Вало, не без труда, с явной неохотой поднял себя с диванчика и дребезжащим старческим тенорком слово в слово повторил последнюю фразу мастера Вало. Потом с облегчением плюхнулся обратно.

После чего состоялось голосование с местным уклоном. Оказалось, что дамурги выражают согласие, снимая и укладывая на колени свои накидки цвета старого золота. Несогласие – оставляя накидки на плечах. Голосовали только за или против, хитрой и трусливой позиции «воздержался» не предусматривалось. Надо ли говорить, что Совет единодушно, как на пленумах компартии, проголосовал за предложение мастера Вало?

– Теперь нам предстоит избрать дамурга, члена Совета, кто взял бы на себя ответственность за подготовку и исход миссии, – словно бы загодя зная о результатах голосования, сказал Вало. – Если Совет доверит эту работу мне, почту за честь. Но, может быть, кто-то другой, более достойный, сойдет вниз и назовет себя?

Наиглавнейшее слово – ответственность. Вало даже выговорил его вкусно, с удовольствием, понимая, как оно пугает владельцев золотых накидок.

Более достойных не нашлось. Да и не сказать, чтобы их особенно искали. Процедура голосования повторилась с прежним результатом.

– Польщен и тронут, – сказал Вало, сходя с «арены» и жестом приглашая Сварога со товарищи следовать за ним. – С позволения почтенного Совета, я не стану откладывать дело, которое так важно для всех дамургов. Счет идет уже даже не на недели – на дни… Прошу разрешения откланяться.

«Лихо, как говаривали в иных местах, „развел“ их Вало. Вот что значит удобренная почва, засевай ее чем хошь», – думал Сварог, двигаясь за Вало к выходу из Купола.

Глава третья

Кое-что о Дверях и Ключах

– Ох уж мне эти формальности. Одна необходимость выслушивать все эти бредни чего стоит… – зло бросил мастер Вало, сразу проходя к плетеному «бюро», на полочках которого стояли ряды одинаковых сосудов, похожих на высушенные тыквы и отличающиеся друг от друга лишь цветом пробок. Вало взял с пробкой ярко-красной, наполнил стакан пенистой жидкостью.

Они довольно скоро оказались в этом помещении: покинув зал, сделали каких-то пять шагов и свернули в узкий, по двое не пройдешь, коридорчик. У двери, которой заканчивался коридор, их встретил слуга, но, в отличие от ранее виденных, у этого в глазах не темнела стоячей водой рабская покорность. Взгляд этого был умным и внимательным… жестким и острым, как хирургический скальпель. На слугу он походил, пожалуй, только лиловой формой одежды, а в остальном – на верного и натасканного сторожевого пса.

Дверь свернулась на манер соломенных штор, пропуская их, как догадался Сварог, в рабочий кабинет мастера Вало… Что ж, кабинет был обставлен в предельно аскетическом стиле. Только самое необходимое – в число чего входили сосуды с богатым ассортиментом неких жидкостей и некий предмет, не древний, гикорат Сварога на него не среагировал, но тоже из разряда странных: размером с пень вековой сосны розовая раковина, внутренность которой была словно бы залита зеркалом.

– Хотите пить – подходите, берите. – Вало провел ногтем по сосудам. – У меня без затей и церемоний… Без этих там – «почтенный Совет», «соблаговолите выслушать», «Ваша Мудрость»! – неожиданно рявкнул он. – А изо рта этой Мудрости, простите за натурализм, воняет, как из отхожего места…

Вало теперь и говорил по-другому, да и весь его вид уже ничуть не соответствовал внешности доброго диснеевского гнома. В его взгляд словно бы плеснули ковш олова.

– Это я так, – он махнул рукой, – пар выпускаю, как говорят у вас на броненосцах. Времени жалко. Не скрою, меня всецело устраивает такой Совет. Самодовольный, недалекий, управляемый. Более того, я делал этот Совет под себя. На что ушел не один год.

Сварог не стал спрашивать, сколько при этом ушло яда, пороха и слов из лексикона Макиавелли. А мастер Вало не стал об этом рассказывать.

– К делу, мастер Сварог. У нас, уж поверьте, мало времени. Вы хотите говорить наедине или в присутствии ваших…

Вало замялся, подыскивая подходящее слово, и Сварог пришел ему на помощь:

– …моих спутников? Как вы уже, конечно, поняли, они отправляются вместе со мной.

– Ваше дело, – отмахнулся островитянин. – Но давайте сразу определимся по главному пункту. Поначалу, то есть на первых этапах вашей деятельности на Океане, я поддерживал тех, кто предлагал вас уничтожить. Отныне можете считать меня своим заклятым врагом, но вы, по-моему, человек разумный и должны обойтись без невыносимых страданий с мстительно прикушенной губой. Теплых чувств ко мне испытывать необязательно. Мы заключили сделку, она устраивает нас обоих, будем придерживаться ее условий, а больше ничего не надо.

Вало налил себе еще пенистого напитка – видимо, заседание Совета иссушило тайного диктатора. Олес, единственный из команды Сварога, кто тоже захотел водички, на всякий случай князь воспользовался тем же сосудом, что и Вало, а отпив, недовольно поморщился.

– Переломный момент – ваша победа над Синим Клювом, – как ни в чем не бывало продолжал островитянин. – После нее я подумал, что вы сможете нам пригодиться. А уж когда вы сумели скрутить этого недоумка Ксави, утвердился в своем мнении окончательно… Как видите, мастер Сварог, мне многое про вас известно…

– Почему же вы прямо тогда, после Клюва, не послали к нам гонца с предложением той же сделки? – подозрительно спросил Рошаль.

Вало прищурился, глядя на старшего охранителя, – раздумывал, наверное, стоит ли посвящать слугу тагорта в тонкости островной жизни.

– А что, закономерный вопрос, – подбодрил его Сварог.

Вало махнул рукой, сдаваясь.

– Не хочу вдаваться в наши сложности. Скажу только, что в последнее время все происходит не так гладко и радужно, как хотелось бы. И пусть вас не вводит в заблуждение та легкость, с которой сегодня Совет поддержал все мои позиции. Просто сегодня я все очень старательно подготовил… Видите ли, мастер Сварог, мы живем непривычной вам жизнью. Жилища дамургов могут в любое время покидать Древо, находиться в Океане сколько вздумается и быть где пожелается из хозяевам. Стало быть… – он замялся.

– …стало быть, Острова могут сходиться сами по себе в любой точке Океана, а дамурги – вести праздные разговоры вдали от чрезмерного количества ушей… – озарило Сварога. – А где праздные разговоры, там и рукой подать до заговоров.

– Вот-вот. С вами, капитан Сварог, приятно беседовать… Жаль, особо некогда. – Мастер Вало никому не предлагал садиться. Не садился и сам, стоял возле «бюро». – Да, именно заговоры. Знаете, некоторые дамурги ищут приложение своим силам вовсе не там… И Совет в последнее время не так послушен, как в лучшие годы. Но, отправив за вами мастера Ксави, я немного поработал накануне нынешнего заседания, и, как вы убедились, небезуспешно. Хотелось бы, чтоб и ваша миссия увенчалась таким же успехом. Давайте говорить о ней. Или вас еще терзают неразрешенные вопросы, не имеющие прямого отношения к миссии?

– Всего парочка, пожалуй, – сказал Сварог. – Что такое Цель?

– Ах, Цель! – неожиданно весело воскликнул Вало. – Уж она-то имеет прямейшее отношение. Правда, вы сами вряд ли проникнетесь ею. – Он помолчал, прошелся по «кабинету» от стены к стене. Круто развернулся, и сказал: – Верьте или не верьте, мастер Сварог, но рядом с нами существует другой мир, где материки под воду не уходят. Никогда. Вам это понять сложно, однако примите как данность: есть места, где людям не надо бегать туда-сюда, где они с момента Сотворения живут там, где жить им определил Пресветлый…

Сварог очень надеялся, что лицо его остается бесстрастным, однако что-то такое, очевидно, промелькнуло в его глазах, потому что мастер Вало вдруг стал очень серьезным.

– Я сказал – вы этой идеей не проникнетесь, – жестко рубанул он. – Достаточно с вас и того, что вы станете полноправным властелином на всем Граматаре. Пятьсот лет, согласитесь, достаточный срок, чтобы в полной мере насладиться властью, – особенно если учесть, что срок вашей, человеческой, жизни неизмеримо меньше… Да и нечего вам делать в другом мире, там…

Он вдруг замолчал. Молчали и остальные – потому что сказать, было по большому счету нечего. Тишина висела такая, что Сварог отчетливо слышал, как бухает сердце где-то около гортани.

Значит, островитянам известно, где находится выход на Тропу!

Вот уж действительно – не знаешь, где найдешь, где потеряешь…

– Ладно. Расскажу вам все, чтобы не было между нами кривотолков, – негромко сообщил Вало. – Во-первых. Существует один предмет – из тех, что вы называете древними. Как и тысячи остальных, его принцип работы остается неясным, зато предназначение сомнений не оставляет. Это Дверь. Во время катаклизма – не важно, тонет Граматар или всплывает – что-то включается в ней, то ли сбой какой-то происходит, то ли еще что, но Дверь приоткрывается и демонстрирует панораму другого мира. Точнее – сухую, выжженную солнцем степь. Ни деревца, ни животных, ни людей за многие тысячелетия наблюдений мы там не увидели… Однако Дверь именно что приоткрывается – протиснуться в эту щелку нельзя, сколько мы ни пытались. Можно только подглядывать… Во-вторых. Изучая древние предметы, мы наткнулись на данные о том, что этот другой мир стабилен, но необитаем, и люди, жившие на Димерее до первой Тьмы, беспрепятственно проникали туда и возвращались обратно – с помощью некоего Ключа. Что это за Ключ, как он выглядит, как работает – неизвестно, мы знаем только, что он находится на Граматаре, в тайнике, который можно открыть только в течение двух месяцев после всплытия, в так называемый Период Нестабильности. Мы знаем, где находится тайник – но проникнуть к нему пока не удавалось, тут Ксави вам не солгал. Мы знаем, как выглядит тайник – это какой-то форт, здание, построенное Древними, – из некоего жидкого камня, понятия не имею, что это означает… Как бы то ни было, наша Цель – уйти в этот мир. Основаться, обжиться, развернуться на твердой земле. И многие поколения дамургов жили подготовкой к Уходу. Вот зачем и во имя чего мы проводили и проводим опыты по быстрому превращению абсолютно голой земли в пригодное для жизни пространство – с необходимым набором растений и животных. И сейчас мы полностью готовы к переселению, мы не боимся встречи с любым, самым неприспособленным миром – осталось немного: найти дорогу… Что скажете, мастер тагорт?

– Невероятно… – только и выдавил тагорт, с головой погруженный в осознание изложенного.

А вот лорд Сварог был погружен совсем в другие раздумья. Предводитель островитян не лгал, им и в самом деле удалось найти выход на Тропу… Но вот почему она, Тропа, ведет только в один мир? Где россыпь звездочек-миров, где Поток, который вынес его на Димерею? Или сейчас дверка и вправду лишь приоткрыта, а с помощью Ключа удастся распахнуть ее полностью и выйти в Поток?..

– И где же находится эта… Дверь? – недоверчиво спросил он, внутренне обратившись в слух.

Но Вало лишь хитро улыбнулся.

– Увы, мастер Сварог, я и так сказал много лишнего. Месторасположение Двери – секрет, известный лишь горстке посвященных. Я не имею права.

«Ладно, сокол, на эту тему мы еще поговорим… Позже».

– А вы сами… – начал суб-генерал и примолк, не закончив фразы.

Впрочем, главный островитянин понял его прекрасно.

– Верю, Пэвер, есть к тому все основания, – сказал, как припечатал, мастер Вало. – И очень желал бы, чтобы Цель была достигнута. Спроси, зачем лично мне это надо, когда и здесь вроде бы живется неплохо, жаловаться вроде бы не на что?.. Отвечу. Но если не поймешь, вдаваться, уж не обессудь, не стану. Скучно, Пэвер. Нет движения, нет масштаба, нет большой игры, нет новизны задач, а есть лишь мелкая суета.

Пэвер машинально схватился за рукоять шпаги, набрал было в грудь побольше воздуху, чтобы в генеральской манере рявкнуть на зарвавшегося островитянина, который смеет обращаться к нему, боевому офицеру, на «ты», но Сварог поспешно наступил ему на ногу.

– А варги – это кто такие? – задал он второй обещанный вопрос, скептической улыбкой изобразив полнейшее неверие в легенды про какой-то там стабильный мир. Пусть себе думает, что Ключ интересен ему только как возможность получить граматарское царствование.

– Варги, они… Они входят в перечень известных трудностей, с которыми вы можете столкнуться. А можете и не столкнуться. Фрондеры, которых, видите ли, не устраивает сложившийся порядок вещей… О трудностях, с вашего позволения, мы поговорим чуть позже.

– Когда выступаем? – деловито спросил Олес.

– Завтра на рассвете. Одно из небольших жилищ доставит вас на берег и будет ждать вашего возвращения столько, сколько понадобится. Впрочем, если вы не вернетесь через восемь дней, я буду считать, что миссия провалилась. Так что все зависит только от вас… и от вашей экипировки. Вопросы закончились?

– Почему восемь дней?

– Потому что Период Нестабильности заканчивается, мастер Сварог. Примерно через восемь дней тайник закроется – на очередную тысячу лет… Но этого времени вполне достаточно, чтобы добраться до тайника, изъять Ключ и вернуться к побережью – даже с учетом многих известных препятствий. Прошу сюда.

С тихоньким скрипом открылась еще одна дверь… да нет, какая там дверь – просто разошлась в стороны стена, открывая проход в смежное помещение. Комната была небольшой, и почти целиком ее занимал овальный стол. А на столе были разложены предметы, при беглом взгляде на которые никаких дельных предположений на ум Сварогу не пришло, как он ни пытался.

– Как в песенке: «В лабиринте, в лабиринте, где же выход из него», – пробормотал Олес себе под нос, за что удостоился неодобрительного взгляда Вало. Тайный диктатор держал Олеса и остальных за слуг графа Гэйра, и вряд ли был в этом переубеждаем.

– Времени действительно мало. Поэтому вам не придется отдыхать, а необходимые знания дополучите уже в дороге.

Вало остановился возле стола, оперся о него кулаками. Остальные разместились вдоль плетеного овала… Впрочем, другой диспозиции комната и не предусматривала.

– И опять же здесь вступают в силу наши внутренние сложности. Ваше присутствие в Древе служит дополнительным раздражителем тем силам, что играют в заговорщиков. Я подозреваю, что когда-нибудь они ворвутся в эти комнаты – но мне бы не хотелось, чтобы это случилось сегодня. Мне бы хотелось подготовиться и быть уверенным в исходе. Итак…

Мастер Вало взял со стола и встряхнул, разворачивая, нечто, более всего смахивающее на помесь комбинезона с гидрокостюмом.

– Одеждой обеспечим всех, – сказал он. – А вот оружие, уж извините, в единственном экземпляре. Мы не рассчитывали, что вас окажется… несколько больше, чем один человек. Оружие, знаете ли, требует длительного… ну, скажем, изготовления.

– В своей одежке как-то привычней, – сказал Олес, с сомнением рассматривая комбинезон.

– Тогда останешься здесь, – резко бросил Вало. – Я не собираюсь ставить успех миссии в зависимость от капризов… уж не знаю кого.

– Я останусь в своем, – твердо сказала Чуба-Ху.

– Слушайте, вы… – начал было накаляться Вало, но Сварог быстро встал между ними.

– Пусть будет так, как она говорит. В конце концов, нам за Ключом идти…

Некоторое время Вало тяжело сопел, глядя на Сварога, потом вдруг сдался.

– Мне докладывали, что вы в высшей степени непростые люди, но… – сказал он задумчиво. – У меня нет времени спорить. Возможно, команде удастся то, что не удавалось одиночкам, мы никогда не посылали одновременно несколько тагортов – может быть, в этом была наша ошибка… Тем более таких тагортов… Но просто запомните, что без риксы вы не сумеете проделать путь быстро и будете так же уязвимы, как черепаха без панциря. Покрой не совсем для вас обычный, но эта ткань не промокает, нейтрализует раздражающее воздействие выделений потовых желез, согревает, когда холодно, а также способна защитить от относительно высоких температур…