Наступил момент замешательства, затем в его глазах зажегся опасный огонек, но тем не менее Пол позволил ей выскользнуть и с издевкой скривил рот.

- Реплика не отвечает принятым тобой стандартам, дорогая.

Робин поднялась на ноги, ничуть не удивившись тому, что ее покачивает.

- Зато вполне эффективная. - Неимоверным усилием воли она взяла себя в руки. - В следующий раз, когда притронешься ко мне...

- Знаю-знаю, ты сделаешь меня калекой на всю жизнь! - Издевка звучала все явственнее. - Я запечатлею это в своем сердце. - Он встал с дивана и усмехнулся, когда Робин невольно отступила на шаг. - Перестань дергаться. Я всего лишь собираюсь воспользоваться оставшейся водой. Побреюсь, приму душ и стану другим человеком.

- Любое изменение пойдет тебе на пользу по сравнению с тобой прежним. Это было лучшее, что Робин смогла придумать. - Я собираюсь позвонить на ферму и узнать, не смогут ли они расчистить дорогу, - добавила она, не давая Полу возможности прокомментировать свое заявление. - Чем скорее мы отсюда выберемся, тем лучше.

- Во всех смыслах, - согласился он. - Я обещал, что мы будем в Кейптауне не позже, чем через неделю.

Глаза Робин потемнели.

- А если бы я отказалась?

- Я знал, что этого не случится. Во всяком случае, не тогда, когда на карту поставлено будущее девочки. - Последовала многозначительная пауза. Возможно, все сложилось бы иначе, будь у нас собственный ребенок.

Робин постаралась справиться с внезапной резкой болью, которой отозвались в сердце его слова.

- Ты имеешь в виду занятие, которое отвлекло бы меня на то время, пока ты забавляешься с Эдной или еще кем-то, кто тебя очарует?

Если и была какая-то мягкость в этом худощавом лице, то она мгновенно исчезла.

- Разумеется, нет. Ладно, на этом я тебя покидаю.

Когда Пол вышел из гостиной, Робин обессиленно упала на диван, только сейчас осознав, насколько выбили ее из колеи последние несколько часов.

Вопреки всему, что случилось, Пол по-прежнему мог одним прикосновением заставить почву уйти у нее из-под ног.

Учитывая это, шансы противостоять ему в течение целых трех месяцев, начни он штурмовать ее по-настоящему, были, мягко говоря, невелики.

Вопрос состоял в том, рискнет ли она, клюнув на наживку, проглотить заброшенный им крючок, а также леску с грузилом?

Они покинули коттедж на двух машинах вскоре после полудня того же дня.

Мистер Флеминг велел своим рабочим расчистить проезд до основной дороги, движение на которой уже нормализовалось.

При условии, что нам удастся избежать особых осложнений в пути, мы к вечеру доберемся до дома, подсчитала Робин. До ее дома, разумеется. Пол настоял на том, что проводит ее туда, прежде чем отправится к себе. Нам ведь нужно подготовиться, сказал он.

Конечно, Робин не могла поставить под угрозу будущее Уэнди. Что же касается остального, просто постарается держать себя в узде. Пол вряд ли будет особо досаждать ей.

Труднее всего, пожалуй, будет объясниться с Шоном. Возможно, он и отнесется с пониманием к мотиву, но вряд ли ему понравится идея возвращения Робин к мужу, пусть даже и временного.

Как Пол будет управляться с девочкой, когда удочерение состоится, - это уже другой вопрос. Ей не верилось, что он сможет подолгу жить в загородном доме, а его вашингтонская квартира не то место, где можно воспитывать ребенка.

Впрочем, это тоже его проблемы, твердо сказала она себе, но тревога не исчезла...

За исключением одного короткого периода, Робин держала джип Пола в поле зрения и в конце путешествия затормозила прямо за ним. Ее квартира располагалась на третьем этаже и на самом деле была великовата для нее... одной, но она могла себе это позволить и наслаждалась простором.

- Я не была уверена, что ты найдешь дорогу. Ты ведь ни разу здесь не бывал, - заметила Робин, входя в дом.

- Мне знаком этот район, - спокойно ответил он. - Неподалеку отсюда живет мой друг.

Робин стрельнула в него взглядом.

- Я его знаю?

- Сомневаюсь. Он всего несколько месяцев назад вернулся из Англии, где прожил четыре года. Привез оттуда жену. Типичная англичанка: ни тени косметики и до жути сдержанная.

- Как раз твой тип, - пробормотала Робин и получила сухую улыбку в ответ.

- Никаких шансов. Она без ума от Коула, как и он от нее. Помнишь, как это бывает?

Робин нажала на кнопку в лифте, надеясь, что по ее лицу не видно, что она чувствует в эту минуту.

- У меня что-то сдает память.

- Зато моя в порядке. - Пол продолжил смягчившимся от воспоминаний тоном:

- Я помню, какой ты была в первую брачную ночь. Скольким мужчинам моего возраста в наши дни удается найти девственную невесту? - Его взгляд внезапно похолодел, а голос вновь стал жестким:

- Сколько мужчин у тебя было с тех пор?

"Ни одного", - могла бы ответить она, ничуть не покривив душой, однако сомневалась, что Пол поверит услышанному.

- Не твое дело, - сказала она вместо этого на удивление спокойным голосом. - Так же как и твои нынешние похождения не касаются меня. Мы собираемся развестись, когда все закончится, ты не забыл?

- О да, конечно, ты же выходишь замуж за Шона! И чем он зарабатывает себе на жизнь?

Лифт остановился, и Робин поспешила открыть дверь, чтобы не поворачиваться к нему лицом.

- Он бухгалтер.

- О, очень солидно!

- Можешь насмехаться, сколько тебе вздумается, - ледяным тоном сказала она. - По крайней мере, с ним я чувствую себя на своем месте.

- Мне всегда казалось, что ты чувствуешь себя на своем месте рядом со мной, - продолжал иронизировать Пол. - Но никто из нас не застрахован от неожиданных открытий.

Согласно этому и мне не следует удивляться неожиданным открытиям, связанным с ним, ядовито подумала Робин, вставляя ключ в замок.

Из холла, оформленного в золотисто-бежевых тонах, с темно-коричневым ковром на полу, вели пять дверей. Робин открыла первую направо и, войдя, включила свет. В гостиной размером с небольшую площадь тот же щедрый красный цвет повторялся на драпировках высоких окон. Мебель, которую Робин беспорядочно расставила повсюду, следуя своим причудам и сочетая старинные и не очень предметы, создавала атмосферу стильную и одновременно уютную.

- Мило, - осмотревшись, одобрил Пол.

- Рада, что тебе понравилось. - Она сняла длинное твидовое пальто и осталась в брюках в тон ему и свободном черном свитере, чуть ли не достигавшем ей колен. - Давай, - указала она на его кожаную куртку, - и я пойду приготовлю кофе. Если, конечно, ты не предпочитаешь чего-нибудь покрепче.

Пол покачал головой.

- Кофе - это то, что нужно! Куртка тоже не помешает, - сказал он, снимая ее и небрежно бросая на кресло. - Вряд ли я пробуду здесь достаточно долго, чтобы стоило ее убирать.

Робин отмахнулась от необъяснимого чувства разочарования. Поскольку они уже обсудили детали предстоящей поездки, было бы во всех смыслах лучше, чтобы он ушел. Ей еще нужно сделать несколько звонков - и один из них без посторонних.

Одетый в те же джинсы и белый свитер, с тенью, вновь появившейся на подбородке. Пол выглядел почти так же, как утром. Но ведь он, должно быть, очень устал, проведя целую ночь без сна?

- Действительно необходимо, чтобы я поехала с тобой за Уэнди? - спросила она, помедлив на пороге. - Ты ведь можешь просто показать свидетельство о браке, и тамошние власти вряд ли станут чинить препятствия. И потом, я думаю, это вообще не их забота, если Уэнди по-прежнему зарегистрирована как американская гражданка. Твой зять не менял гражданства?

- Кажется, нет, - ответил Пол. - Хотя они вряд ли выбросили бы Уэнди на улицу, если бы у нее не осталось ни одного родственника. Да, - добавил он, когда Робин открыла рот, чтобы повторить свой первый вопрос, - тебе необходимо поехать со мной - ради самой Уэнди. Только представь себе: каково будет девятилетней девочке, недавно потерявшей единственного родителя, когда появится абсолютно незнакомый человек, чтобы увезти ее на другой конец света!

- Но меня она тоже не знает, - возразила Робин.

- Хотя я и не люблю констатировать очевидное, но ты женщина, - сухо ответил Пол. - Это даст тебе некоторые преимущества, когда от нас потребуется внушить девочке доверие. Как бы то ни было, билеты на самолет уже заказаны.

- Самонадеян, как всегда! Тебе конечно же даже не пришло в голову, что я могу сказать "нет".

- Какими бы недостатками ты ни обладала, бессердечие не из их числа, спокойно сказал он.

- Если уж говорить о недостатках, - на время отвлекшись, подхватила Робин, - я могла бы провести целую ночь, перечисляя твои!

Внезапная ответная улыбка обезоружила ее.

- Нисколько не сомневаюсь. Ты никогда не умела говорить кратко. Но может, сначала приготовишь кофе? Мне просто необходимо взбодриться.

Робин проглотила очередное обвинение, поняв тщетность попыток задеть его за живое, когда он твердо решил не позволять ей этого.

- Если хочешь, могу дать тебе чего-нибудь поесть, - неосмотрительно предложила она, даже не зная, есть ли у нее что-то в холодильнике.

Пол покачал головой.

- Кофе будет вполне достаточно... если я его все-таки получу.

- Тебе никто не говорил, - парировала она, - что сарказм есть низшая форма остроумия?

- Ты только что, - сказал он в ее удаляющуюся спину.

Можно было не сомневаться, что последнее слово непременно останется за ним, кипятилась Робин. Хотя что в этом нового?

Она сварила молотый кофе, вместо того чтобы обойтись растворимым, как делала, когда бывала одна. Вернувшись в гостиную, Робин обнаружила, что Пол устроился в одном из глубоких кресел, и, еще не успев поставить поднос на стол, поняла, что он спит.

Даже в состоянии покоя его черты не теряли твердости: кожа туго обтягивала скулы, рот был закрыт и не перекошен. Дыхание - спокойным, слышным, но не чрезмерно громким. Робин иной раз приходилось выслушивать жалобы женщин на то, что партнеры будят их храпом. Пол же никогда не храпел, в каком бы положении ни спал.

Разглядывая его сейчас, она испытывала то же трепетное волнение, что и всегда. И физическая притягательность объясняла его лишь отчасти. Если бы Пол выглядел иначе, он все равно продолжал бы излучать ту же силу, бывшую сущностью его натуры.

Пол пошевелился, пробормотав нечто достаточно короткое, чтобы быть именем. Конечно же не мое, подумала Робин, наглухо захлопывая сердце.

Вытянув ногу, она не слишком вежливо пнула его в ступню.

- Кофе подан!

Серые глаза с неохотой открылись.

- Сделаешь так еще раз, - прорычал он, - и я за себя не ручаюсь!

- Мне это не потребуется, - холодно сказала Робин. - Ты уже проснулся. Я подумала, что ты захочешь выпить кофе прежде, чем он остынет. Кроме того, мы что-то собирались обсудить... хотя я теряюсь в догадках, что бы сие могло быть. Ведь это ты у нас занимаешься перспективным планированием.

- Что ты там говорила насчет сарказма? - спросил Пол, наклоняясь вперед, чтобы взять чашку. Он одним глотком выпил половину ее содержимого и одобрительно кивнул. - Кофе ты по-прежнему умеешь готовить!

Одно из немногих кухонных дел, которые ей удавались, - так следовало его понимать. Робин пропустила двусмысленное замечание мимо ушей. Теперь, когда все уже сказано и сделано, это всего лишь правда. Ее предложение нанять экономку, прозвучавшее в первый месяц совместной жизни, было категорически отвергнуто. "Имея домработницу, приходящую ежедневно и содержащую в порядке кухонную утварь, и мужа, готового принять участие в стряпне, если понадобится, зачем нанимать еще и экономку?" - спросил он. Оставалась мелочь - научиться готовить.

Что ж, она не умела тогда, не умеет и сейчас Даже всеядный Шон при малейшей возможности предпочитал обедать в ресторане. Впрочем, вынуждена была признать Робин, Пол никогда больше не нападал на нее за отсутствие кулинарных талантов. Они, как правило, тоже обедали вне дома.

Ну и что? - оправдывалась она. В жизни много такого, ради чего стоит жить и помимо приготовления пищи!

- Когда же мы вылетаем? - спросила она, усаживаясь как можно дальше от Пола.

- В четверг вечером, а в Кейптаун прибываем рано утром в субботу, по их времени. Я назначил встречу в субботу днем - в приюте, где живет сейчас Уэнди. У нас будет время, чтобы прийти в себя.

Целых пять часов после перелета через половину земного шара! - с иронией подумала Робин, однако от высказывания этой мысли вслух воздержалась.

- Учитывая, что ты, должно быть, приобрел и обратные билеты, как долго мы там пробудем?

Пол невозмутимо встретил ее взгляд.

- Обратные билеты я еще не заказал. Кто знает, сколько времени займет бумажная канитель? Бюрократия - привилегия не одних американцев. Почувствовав, что с ее губ готов сорваться протест, он ровным голосом добавил:

- Позвони своему Шону сейчас, если хочешь, и я ему все объясню.

- Тебе это доставило бы большое удовольствие, не так ли? - Робин была не в том настроении, чтобы подбирать слова. - "Я увожу свою жену на другой, конец света и не знаю, когда мы вернемся, поэтому наше вам с кисточкой!"

Если ты думаешь...

Тут она остановилась, заметив, что лицо Пола расплылось в улыбке.

- Твой стиль все стремительнее катится под уклон, милая! "Наше вам с кисточкой!.."

- Поди к черту! - взорвалась Робин, слишком злая, чтобы самой увидеть смешную сторону. - Никуда я с тобой не поеду, мерзавец! Можешь немедленно убираться отсюда!

Веселость немедленно покинула его лицо, сменившись пугающей суровостью.

Пол со стуком поставил на стол чашку и блюдце, словно добавляя веса своим словам.

- Позволь тебе напомнить, что ты уже дала согласие, - холодно начал он. И ты не только поедешь со мной, но и приложишь все усилия, чтобы убедить тамошние власти в том, что мы идеальные претенденты на роль родителей Уэнди.

Малейшее сомнение - и они могут ее забрать, несмотря на то что она моя племянница. Интересы ребенка превыше всего. Ты не можешь с этим не считаться.

Не выдержав его стального взгляда, Робин, прикусив губу, опустила взгляд на свои руки, крепко сцепленные на коленях. Конечно же он прав! Уэнди намного важнее, чем ее оскорбленные чувства.