Адольф любил почему-то эмблему зайчика, как и форму СС, в которую были одеты шоферы машин с «зайчиками». Отличительный знак — на правом рукаве черная повязка с серебряными буквами «Адольф Гитлер».

…Итак, «серая колонна», покинув Растенбург, двинулась по маршруту Алленштейн-Варшава-Львов-Тернополь… Путь продолжался пять суток. По дороге ночевали трижды — в Варшаве, Львове и Тернополе.

«Серая колонна» на этом марше состояла из 63 машин в сопровождении обоза из 12 грузовых автомобилей. Машины шли, строго соблюдая дистанцию в тридцать пять — пятьдесят метров…

1-я рота разместилась поначалу в двенадцати километрах от города в бараках. Всего в Винницу выехало пять рот. После 1-й прибыла 3-я, затем 4-я, за ней — Гитлер со штабом, потом — 2-я рота. 5-я рота прибыла поездом…

Помимо «серой колонны», было ещё много различных подразделений обслуживания ставки.

Вот что рассказывал военнопленный Генер Вернер из Бремена, бывший унтер-офицер 11-й роты фузелерного полка дивизии «Великая Германия», награжденный «крестом за военные заслуги» второго класса и значком «за ранение», служивший писарем в штате коменданта ставки и в личной охране Гитлера с января по сентябрь 1942 года:

«Я приехал в ставку «Вольфшанце» близ Растенбурга (Восточная Пруссия) в январе 1942 года, а в июне того же года ставка целиком переехала в район недалеко от Винницы. Перебазировались батальон сопровождения фюрера, его личная охрана из тридцати эсэсовцев, два личных самолета Гитлера четырехмоторные «Кондоры» и эскадрилья связи фюрера…»

В числе тех, кто прибыл 16 мая с Гитлером в новое «Вольфшанце» и поселился в первой зоне, были (звания как написаны в документах): фельдмаршал Кейтель, генерал Шмунд, Геринг, группенфюрер Борман, обер-группенфюрер Шауб, гауптштурмфюрер Шульце, профессор, доктор Морелль, профессор, доктор Бранд (оба личные врачи Гитлера), начальник отдела печати доктор Дитрих, секретари Гитлера Вольф, Герман, Юнге, начальник имперской партийной канцелярии рейха рейхсляйтер Борман, начальник связи капитан Вольф, подполковник Гасель Борн, гауптман Путткамер, подполковник Билов, подполковник Энгель, адмирал Дениц, генерал-майор Галланд, штурмбанфюрер Юнге (муж секретаря Гитлера фрау Юнге), фотограф Гофман с сыном, тайный советник Гегель (служба безопасности), обер-ефрейтор Ратенгубер (служба безопасности), командир батальона капитан фон Вернер, адъютант гауптмана Вернера лейтенант Янзен, комендант ставки подполковник Штреве, обер-лейтенант Зельте, гауптштурмфюрер Фатер, повар Крюмель, повар Ферстер, ротенфюрер Шмидт (столовая), зав. столовой № 2 фельдфебель Шнейдер, начальник ординарцев столовой № 2, унтер-офицер Уферман, обер-ефрейторы Шмидт Гюнтер, Шмидт, Вали Вальтер, ефрейтор Костоц Ганс, унтер-офицер Заламан (повар), ординарец из отдела печати старший ефрейтор Борман, ординарец бани Шульц Горст, ординарец бункера № 8 Шульц Гельмут, ординарец бани Мюддер и другие.

При фюрере был и его адъютант генерал-майор Шмунд, который одновременно являлся шефом трех адъютантов различных родов войск — майора Энгля (сухопутные войска), капитана фон Путткамера (военно-морской флот) и подполковника фон Билова (военно-воздушные силы).

Как тень следовал за Гитлером его врач — профессор доктор Теодор Морелль, в прошлом отличный специалист по венерическим заболеваниям.

Досье

Морелль Теодор (1890–1948) — личный врач Гитлера. Получил медицинское образование, работал корабельным врачом; перебравшись в Берлин, практиковался по кожным и венерическим заболеваниям. Считал себя учеником лауреата Нобелевской премии биолога И. Мечникова, утверждая, что последний якобы передал ему секреты борьбы с инфекционными заболеваниями.

В 1935 году Морелль был представлен Гитлеру придворным нацистским фотографом Гофманом, которого он вылечил от тяжелого заболевания. Морелль обследовал Гитлера и поставил тому точный диагноз: истощение кишечно-желудочного тракта, вызванное переутомлением нервной системы. И вылечил Гитлера. Этого не смог сделать никто.

Став личным врачом Гитлера, Морелль не раз излечивал его и от других болезней, что послужило основанием для их большой дружбы в течение 9 лет. Болезни Гитлера прогрессировали — Морелль увеличивал дозы уколов с биологическими компонентами. И увеличивал свое баснословное состояние, выстроив фабрики по производству лекарств.

Но и количество врагов Морелля тоже увеличивалось: всесильный преемник фюрера Геринг, любовница фюрера Ева Браун и многие другие высокопоставленные лица. В окружении Гитлера считали, что Морелль медленно травит фюрера инъекциями опасных лекарств.

После того как у фюрера появились симптомы, сходные с болезнью Паркинсона и в июле 1944 года на Гитлера было совершено очередное покушение, последний отстранил Морелля и стал лечиться у Брандта и Людвига Штумпфеггера.

В мае 1948 года Морелль умер в Тенгезее.

Все время в ставке работал генерал-фельдмаршал Кейтель, ближайший помощник Гитлера по координации руководства всеми военными операциями.

Часто бывали в ставке Геринг и Гиммлер, для которых имелись специальные блиндажи. Был также выстроен отдельный блиндаж для руководящих партийных работников — краевых и областных, которые приезжали в ставку на совещания.

В «круге заграждения» находился также штаб по изданию различных уставов, наставлений и приказов по армии, которым руководил полковник фон Баяне, и штаб коменданта личной охраны Гитлера подполковника Штреве и его заместителя капитана Баума.

…А в ставку в Виннице все прибывали из Растенбурга остававшиеся там временно: штабс-врач Вяльпер, штабс-врач доктор Хаге, старший врач Приске, врач-ассистент Штютулер, зубной врач доктор Вагнер, обер-фельдфебель из санвзвода Гюнтер, унтер-офицер из колонны по снабжению Фридерик, обер-ефрейтор Вагнер Вилли, военный инспектор Боде, инспектор по вооружению Баттерман, инспектор по вооружению Майнерт.

Жизнь в новом «Вольфшанце» — «Вервольф» входила в привычный ритм, как это было в Растенбурге. Немецкая педантичность была видна во всем. Даже номера бараков в Виннице соответствовали номерам бараков в ставке в Растенбурге.

Ежедневно по маршруту Винница — Берлин и обратно стал курсировать поезд Гитлера. А также ежедневно прибывал курьерский поезд, доставлявший в ставку посетителей, почту.

Итак, впервые фюрер прибыл в «Вервольф» 16 мая 1942 года, чтобы быть ближе к своим войскам. Чуть больше месяца спустя, а точнее, 28 июня немецкие войска начали большое летнее наступление на Сталинград и Кавказ. (Эта операция в планах немецкого командования сначала получила название «Блау», затем её стали называть «Брауншвейг».)

Здесь, в ставке под Винницей, Гитлер подписал важную директиву о дальнейшем наступлении на Восточном фронте. Директива № 44 от 21 июля 1942 года ориентировала войска, которые воевали на Крайнем Севере, на мурманском направлении в районе Кандалакши. Этим ударом немцы хотели перерезать поставки советским войскам, которые приходили от союзников через Баренцево море.

23 июля Гитлер подписал ещё одну важную директиву, № 45 — об овладении Черноморским побережьем Кавказа, Сталинградом и о дальнейшем наступлении на Баку. Правда, это решение вызвало резкую критику больших генералов. В день подписания директивы генерал-полковник Франц Гальдер, начальник генерального штаба сухопутных войск, записал в своем дневнике:

«Всегда наблюдавшаяся недооценка возможностей противника принимает постепенно гротескные формы и становится опасной. Все это выше человеческих сил. О серьезной работе теперь не может быть и речи. Болезненная реакция на различные случайные впечатления и нежелание правильно оценить работу руководящего аппарата — вот что характерно для теперешнего так называемого руководства».

И хотя в тех боях вермахту удалось выйти к горам Кавказа и к Волге, все-таки у немцев не нашлось сил для развития наступления. Поэтому 9 сентября фюрер сместил с поста командующего группой армий «А» генерал-фельдмаршала Вильгельма Листа и тут же взял командование этой группой в свои руки (до этого он был главнокомандующим всеми вооруженными силами и командующим сухопутными войсками Германии). Решение командовать армиями перед большим наступлением ещё больше усложнило положение на фронте. Уже к средине октября стратегическое наступление немцев на южном крыле советско-немецкого фронта провалилось.

Красной армии эта «победа» стоила тоже величайших жертв. На огромном пространстве от Воронежа до Черного моря было потеряно 1,6 млн человек, в том числе около 900 тыс. убитыми, умершими от ран, пленными и пропавшими без вести.

Не меньшие потери были и у немецкой стороны.

14 октября Гитлер подписал оперативный приказ № 1, который предусматривал переход на Восточном фронте к стратегической обороне, а 31 октября вернулся в «Вольфшанце».

Второй раз фюрер прибыл в «Вервольф» 19 февраля и оставался в ставке до 13 марта 1943 года. Перед этим, 17–18 февраля, он провел большой смотр войск, которые к этому времени прорвались уже до Днепропетровска, а также смогли отбить Харьков у Красной армии.

Глава 9

…День был жаркий. Да и все лето 42-го выдалось жарким. Гитлер очень страдал от жары. Обычно он вставал в девять-девять тридцать утра, завтракал в своем бункере в присутствии двух лакеев.

В бункере он работал, отдыхал, спал. Лишь иногда посещал картографический отдел или помещение для гостей.

Завтрак длился не более десяти минут, после чего начиналась прогулка. Утренняя прогулка была каждый день, в любую погоду. После неё фюрер приступал к работе. Работал до двенадцати-двенадцати тридцати.

С двенадцати до часу дня снова совершал прогулку около своего бункера в сопровождении офицера СС и двух собак.

Во время его прогулки охрана должна была повернуться спиной к фюреру и не смотреть на него. Таким образом, создавалась видимость, что Гитлер гуляет и ему никто не мешает думать. Не имеет права мешать. Лишь офицер СС идет кошачьим легким шагом, почти на цыпочках, за ним да вымуштрованные овчарки…

После прогулки, в час дня — обед. Обедал Гитлер всегда в казино с пятью офицерами своей личной охраны из батальона сопровождения или зенитного дивизиона, которые ежедневно менялись (так в документах).

Обед длился сорок пять минут. После обеда в жаркую погоду Гитлер отдыхал в своей комнате. Большей же частью и после обеда он предпочитал прогуливаться в сопровождении двух своих любимых собак.

Во время послеобеденной прогулки его охраняли три эсэсовца, которые следовали за ним на расстоянии десяти-пятнадцати шагов. Один сзади и двое по сторонам. Если к этому времени приезжал Геринг или кто-то из министров прогуливался с ними.

Гитлер был бледен. Сказывалось длительное пребывание в помещениях. Ходил сгорбившись. Прогуливался заложив руки за спину и глядя под ноги. Почти постоянно был одет в черные брюки и серый пиджак полувоенного покроя с золочеными пуговицами, железным крестом и двумя значками — за ранение и золотым партийным.

После прогулки снова работал до семи часов вечера. Затем ужинал, обычно с теми же пятью офицерами, с которыми и обедал.

Ужин длился час, до восьми часов вечера.

Ел Гитлер в основном овощные, молочные и рыбные блюда. Пил минеральную воду «Фахино». Последнее время принимал пищу, приготовленную только его сестрой, которая сопровождала его всюду, даже на фронт. В районе ставки немецкая садоводческая фирма «Зайденшпинер» и организация «Тодт» создали большое огородное хозяйство, поскольку Гитлер был вегетарианцем и овощи составляли основу его рациона. Начальник кухни гауптшурмфюрер Фатер сам ездил в хозяйство и брал там необходимые овощи.

Ежегодно в Мюнхене, в пивной, где была образована национал-социалистическая партия, происходили встречи старых её членов. По традиции пили пиво. Гитлер тоже приезжал сюда, поднимал бокал, но не пил.

Национал-социалистическая рабочая партия Германии (НСДАП) создана Гитлером в 1920 году и правила в Германии вплоть до разгрома в 1945 году Третьего рейха.

В 1918 году обществом Туле был организован политический рабочий кружок для оказания влияния на рабочих и восстановления Немецкой рабочей партии (ДАП). 12 сентября 1919 года в качестве осведомителя на собрание рабочих был направлен Адольф Гитлер. Ему понравились лозунги партии. С отчетом Гитлера об этом собрании ознакомился капитан Эрнст Рем, политический советник, который и поручил будущему фюреру вступить в ДАП и взять на себя руководство ею.

Свой первый доклад перед 111 слушателями Гитлер сделал 16 октября 1919 года, где изложил свое видение «Великой Германии», объявив марксистов и евреев её «врагами», повинными в нищете немцев. В последующих выступлениях Гитлер требовал вернуть утраченные Германией земли и присоединить новые.

20 февраля 1920 года Немецкая рабочая партия была переименована в Национал-социалистическую рабочую партию Германии. Первое её собрание состоялось 24 февраля в мюнхенском пивном зале, где Гитлер представил партийную программу, состоящую из 25 пунктов.

В ней, в частности и прежде всего, говорилось об объединении всех немцев в границах Великой Германии, а также об отказе от Версальского договора, о требовании дополнительных территорий для расселения немцев, предоставлении гражданства по расовому признаку (евреи не могут быть гражданами Германии), первейшей обязанности государства — обеспечении условий существования немцев, об обязательном труде каждого, о конфискации незаконных прибылей и участии в их распределении рабочих и служащих, национализации крупных предприятий и поддержке мелких производителей, об обеспечении пенсий по старости, о реформе землевладения, введении смертной казни за спекуляцию, реорганизации образования, поддержке материнства и поощрении молодежи, введении всеобщей воинской повинности, запрещении работы в средствах массовой информации не немцев, свободе вероисповедания (кроме «еврейского материализма»), сильной центральной власти, способной осуществлять законодательство.

В 1921 году НСДАП насчитывала около 3 тыс. членов, а через два года её численность увеличилась в 10 раз. Гитлер потребовал для себя пост председателя партии и получил его с записью в уставе.

После ужина в помещении для совещаний Гитлер вместе с Кейтелем, Йодлем, другими генералами и офицерами из верховного командования обсуждал положение на фронтах.

Совещание длилось два — два с половиной часа, после чего Гитлер снова работал до двенадцати — часу ночи, как правило; иногда — до двух-трех ночи. Если на фронте положение было тяжелым — работал всю ночь.

Во время неудач на фронте бывали моменты депрессии, и тогда около него постоянно дежурил врач. Были предположения, что Гитлер болен раком желудка.

Работал он очень много и главным образом ночью. Часто ложился пораньше с вечера, затем вставал в двенадцать и работал всю ночь напролет. Любил тишину. Гробовую: ни шороха, ни шелеста. Комнаты были построены так, чтобы туда не долетало ни единого звука. Обслуживающий персонал надевал специальные туфли и двигался бесшумно. Нервный и раздражительный, Гитлер не выносил шума.

Два-три раза в месяц он обязательно выезжал из ставки. Поездки были непродолжительные, двое-трое суток. Посещал Берлин, некоторые участки фронта, бывал у себя на даче в Оберзальцберге, где проживала и вела хозяйство его сестра.

Оберзальцберг — высокогорный район неподалеку от городка Берхтесгаден в юго-восточной части Баварии, где находилось поместье и шале Гитлера Бергхоф — тщательно продуманное убежище фюрера. Ранее на этом месте был дом Вахенфельда, который Гитлер приобрел на средства, вырученные от продажи «Майн кампф».

Местоположение и архитектура Бергхофа отражали пристрастие фюрера к огромным помещениям, толстым коврам и горным пейзажам за окном. Дом, который он проектировал лично, строили военнопленные. Центральное шале, окруженное казармами на 2 тыс. солдат охраны, было защищено пятью кольцами фортификационных сооружений. Бергхоф, похожий на гриб, располагался на вершине горы. В доме было 13 этажей, но лишь верхний этаж находился над землей. В нем громадная приемная с панорамным окном во всю стену. Рядом банкетный зал. В подземных этажах располагались караульные помещения, спальни, кухни, продуктовые и винные погреба.

Над домом возвышалась башенка — «Орлиное гнездо» с потайным лифтом наверх, где уединялся фюрер.

Неподалеку находились дома Геринга, Геббельса и Бормана.

Среди многочисленных гостей, посетивших Бергхоф, был и Чемберлен, государственный деятель Великобритании, премьер-министр, прилетевший из Англии в Мюнхен, а затем на автомобиле 15 сентября 1938 года приехавший прямо к подножию лестницы, ведущей в Бергхоф, где его и встретил Гитлер. Здесь они обсудили критическую ситуацию вокруг Чехословакии и проект Мюнхенского соглашения 1938 года, ставшего прологом Второй мировой войны…

Во время войны Бергхоф многократно подвергался налетам авиации союзников и частично был разрушен.

Гитлер был скромен в одежде и пище, не ел мяса, не пил и не курил, неприхотлив в быту, но очень любил цветы в своей комнате, сливочные пирожные, конфеты, собак и умных женщин, любил кино и часто развлекал друзей последними фильмами.

Деловая активность Гитлера пробуждалась поздним вечером, он отправлялся спать через силу, поскольку с трудом засыпал. После обеда он собирал близких ему людей и гостей на ночные посиделки возле камина, во время которых беседовал на различные темы. При этом он жевал мятные лепешки, пил травяные настои и подолгу говорил о собственной философии жизни, вспоминал годы борьбы и её ветеранов.

Глава 10

В июле 1942 года Гитлер выезжал из Винницы в город Байрайт на родину немецкого композитора Рихарда Вагнера. Надо сказать, что Вагнеровские торжества по традиции проводились на родине композитора ежегодно, даже в годы войны. Гитлер всегда лично открывал эти торжества и ни разу не пропустил этого события. Приезжали и руководители всех рангов гитлеровской партии. Одновременно Вагнеровские музыкальные представления устраивались для раненых солдат.

В местном театре Байрайта в 42-м была поставлена опера Вагнера «Тангейзер», на премьере которой присутствовали Гитлер, Геринг, Геббельс и другие руководители рейха, приехавшие сюда специальным поездом.

В августе 42-го Гитлер выезжал на Центральный фронт и посетил города Вязьму, Ржев и Гжатск. Его поездка проходила под флагом «удержать Ржев любой ценой».

Сопровождали его Геринг и Гиммлер, что бывало не часто. Обычно Гитлер предпочитал не брать великих бонз в такие поездки. Большей частью выезжал один и брал с собой лишь необходимых «лакеев». Гражданских и военных.

…28 сентября 1942 года поезд с Гитлером через Тарнов, по линии Винница — Львов — Краков, проследовал в Берлин. Здесь 30 сентября в «Спортпалатце» Гитлер выступил с речью, в которой объявил начало четвертой кампании «зимней помощи».

В октябре и ноябре 1942 года, январе и феврале 1943 года Гитлер снова выезжал в Берлин…

Весной он посетил Харьков… В апреле поездом выезжал из ставки в Оберзальцберг и отсутствовал около месяца…

Пользовался Гитлер и авиацией. Известно, например, что в мае 1942 года, устроив новоселье в ставке «Вервольф» в Виннице, Гитлер уже в июне поездом выехал в Берлин, а вернулся самолетом.

Гитлер и Геринг обслуживались специальным авиакурьерским отрядом № 110. В отряде были самолеты Ю-52, Хе-111, ФБ-58 и Ф-200 — «Кондор». На последнем, «Кондоре» № Д-2006, в основном и летал Гитлер. У штурвала был пилот-эсэсовец гаупштурмфюрер Ханс Баур, что соответствовало общевоинскому званию капитан Люфтваффе.

Весь личный состав авиаотряда состоял только из офицеров и только из членов НСДАП. Номер Д-2006 видели ещё в 1939 году в Берлине, Вене и на других аэродромах Европы на самолетах Хе-111 и Ю-52 — «хейнкелях» и «юнкерсах», обслуживавших Гитлера и его свиту. Этот номер можно было увидеть только на машинах авиаотряда Гитлера. В 1942–1943 годах «Кондор» имел постоянную прописку на аэродроме в Калиновке, что в двадцати километрах от Винницы.

Фюрера всегда окружали охранники полка его личной охраны «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер», которые ближе ста метров к самолетам никого не подпускали.

Военнопленный, бортрадист 2-го авиаотряда дальних разведчиков Ф-22 фельдфебель Ганс Хаузер, сбитый 8 мая 1943 года в районе станции Таловая Воронежской области, рассказывал о богатой обстановке в штаб-квартире Гитлера в Летцене, где он бывал в начале войны — с июня по октябрь 41-го. Тогда Хаузер обслуживал командующего смоленским участком фронта фельдмаршала фон Бока.

Он часто летал с фон Боком в Летцен, где их пересаживали в автомашины, на которых предстояло проехать ещё двадцать километров по шоссейной дороге до ставки.

Другой военнопленный, унтер-офицер 51-й эскадрильи истребителей «Лильдрс» Георг Шварц, сбитый 21 июня 1943 года в районе Курска, рассказывал, как в мае-июне 42-го он занимался доставкой самолетов Ме-1109 из Кракова в Умань. При этих перелетах ему запрещались посадки на аэродроме в Виннице. Шварц и другие летчики знали, что там находится ставка Гитлера.

В конце февраля 1943 года Шварц был командирован в Смоленск, откуда должен был перегнать для своей части самолет. В первой половине дня, за полчаса до вылета из Смоленска, на аэродром совершили посадку четыре самолета ФВ-200 «Кондор». Шварц видел, как из первого самолета вышли Гитлер и несколько генералов. Подошли к ожидавшим их автомашинам и уехали в город. Гитлер был в Смоленске в общей сложности четыре часа.

В мае 43-го Шварц был в Берлине, где на аэродроме опять встретил четыре самолета ФВ-200 Гитлера…

В начале октября 42-го пилот фельдфебель Гейдрих Гейнц в семь часов утра получил от командира эскадрильи обер-лейтенанта Шваба распоряжение срочно подготовить машину к полету в Винницу.

В восемь утра самолет был готов. К нему подъехали три легковые машины с треугольными флажками авиации — на голубом фоне орел со свастикой в когтях. Знак команды Гитлера. Из автомашин вышли полковник, два подполковника, четыре капитана и пять-шесть солдат-денщиков с чемоданами, пакетами и портфелями.

Из Смоленска в Винницу летели четыре часа. На участке Смоленск — Орша шли на высоте сто метров. От Орши до Киева летели вдоль автострады на высоте 1200–1400 метров; не долетев до Киева, свернули на Винницу и снова шли на высоте сто метров. В Калиновке сели в двенадцать двадцать. Подъехавшие автомашины взяли офицеров-пассажиров и отбыли в ставку…

…Воспоминания о транспорте Гитлера можно было бы продолжить. Но дело не в том, каким транспортом любил пользоваться Гитлер: железнодорожным или авиационным. Он не любил ни того, ни другого. Даже авто. Ибо боялся быть убитым. Он даже был уверен, что его могут, его должны… убить! Поэтому с ним всегда и всюду была мощная личная охрана в три замкнутых круга.

Свои поездки по железной дороге он осуществлял лишь в специальном бронепоезде из шести вагонов с зенитками на платформах впереди и позади. Стекла в вагонах были пуленепробиваемыми. Таким поездом Гитлер приезжал ещё до войны в Италию к своему другу Муссолини…

У Гитлера было много двойников, изображавших фюрера в поездках — для публики. Чего стоят поездки его «близнецов» в Вену и Данциг, причем в открытой машине. Смотри-де, народ, — Гитлер ничего не боится! На самом деле Гитлер боялся ездить в открытую. Для этого и держал двойников-мишени.

Меры предосторожности всякий раз прорабатывались заранее. Репетировались даже. Если Гитлер ехал поездом, то по всей трассе выставлялась усиленная охрана. Устраивалась живая изгородь вдоль железной дороги. А что делалось на каждой станции, которую должен был проехать фюрер?

Например, октябрь 42-го. Гитлер едет по железной дороге из винницкой ставки в Берлин. Станция в Алленштайне. Народу на вокзале битком. Но вот появляются наряды железнодорожной полиции, которые в мгновение ока очищают от людей подъездные пути, перрон, вокзал и прилегающие к нему площади и улицы. Все оцеплено.

Мимо станции проходит товарный поезд. Это «болванка». Он должен на себе проверить — не заминирован ли путь. А такой случай уже был, когда 29 августа 1942 года в двух с половиной километрах от Винницы, незадолго до прихода поезда Гитлера, взорвался товарняк.

За товарным проносится курьерский. Он такой же, как и поезд Гитлера, и тоже из ставки, и по виду ничем не отличается от состава фюрера. В отличие от обычных пассажирских поездов, номера вагонов ставки помечены белой краской и с красной каймой на окнах.

Проносится такой курьерский — думают: Гитлер едет. А он ложный. Везет почту и других пассажиров. Если проследовал благополучно, тогда и поезд Гитлера проносится следом, не останавливаясь ни на одной станции.

В начале января 1943 года поезд Гитлера промчался через станцию Бельгарт на Берлин. Спустя восемь дней он вернулся обратно и ушел в сторону Кенигсберга. Спецпоезд, как всегда, состоял из шести спальных вагонов и двух вагонов-площадок с зенитной артиллерией. Полиция не только заранее удалила всех присутствовавших на путях и на вокзале, но даже, проверив все стрелки, взяла их под охрану.

В феврале 1943 года в середине дня спецпоезд должен был пройти через Нейштеттин. С раннего утра вдоль линии железной дороги выставлена охрана. Действительно, в назначенное время на восток проследовал… паровоз-одиночка. Через полчаса — паровоз с тремя классными вагонами. Еще через полчаса — ещё паровоз-одиночка. Через пять минут после него прошел спецпоезд из двух паровозов, шести классных вагонов и двух вагонов-площадок с зенитными орудиями. Ехал Гитлер.

Впрочем, это не имело никакого значения для его охраны: ехал ли фюрер в авто, в поезде, летел ли в самолете или отсиживался в бункере — его неусыпно охраняли эсэсовцы.

Глава 11

Охрана Гитлера и имперских министров была возложена на так называемую «Рейхазихерхейтдинст дер «СС», подчинявшуюся Главному имперскому управлению безопасности «Рейхсзихерхейтсхауптамт», то есть Гиммлеру.

По положению имперская служба безопасности должна была находиться в подчинении лишь самого фюрера. Руководитель имперской службы безопасности штандартенфюрер СС Ханс Раттенхубер, имевший свою резиденцию в Берлине, получал распоряжения непосредственно от Гитлера.

Служащие имперской безопасности пользовались большими привилегиями и льготами. Так чиновники в ранге не ниже старшего криминального секретаря имели право на пенсию, большое жалованье, возмещение служебных расходов и очень высокие путевые расходы.

Вот документ от 4 декабря 1941 года. «Шефу госбезопасности… Берлина. Начальник оперативной группы OCT. Ставка фюрера.

Относительно аванса на путевые расходы 20 ноября 1941 года криминал-оберсекретаря Даннера… Выплачено 1000 марок аванса на путевые расходы…»

Большинство сотрудников имперской службы безопасности составляли баварцы. Это и понятно. Баварцы-пивники были надежной опорой в дни прихода Гитлера к власти. Они же были самыми заинтересованными и надежными в охране этой власти и самого фюрера.

Спецподготовку они проходили при гестапо в Берлине. Форма охраны — на левом рукаве нашиты буквы «RSD». Личное оружие — пистолет «вальтер», калибр 7,65 мм.

Кроме прямых охранников, в службу безопасности проходили, после тщательного отбора, шоферы, пилоты, монтеры, радисты, повара, слуги, кельнеры, канцелярские работники. «Старые борцы» были в составе охранных отрядов ещё до захвата власти нацистами. Так что гитлеровцы унаследовали все нужное и полезное от старого и привнесли много своего. Получилась сильная служба безопасности…

Имперская канцелярия. Внутри здания и вне его — патрули в форме и в штатском. Всякое лицо, вступавшее с Гитлером в контакт, предварительно и тщательно досматривалось. Члены партии, даже лица, принадлежавшие к военным соединениям партий «СА», «СС», высшие руководители этих соединений — все без исключения подвергались личному досмотру. Даже министры не составляли исключения…