— Да, сэр.

— Собирал для них деньги, взимал платежи, так?

— Да, сэр. — Иногда Дуэйн отрабатывал свой долг, собирая «налоги» для Бена Келли, заведовавшего игорным клубом в мотеле «Пин-Дел», который находился в Талахине (штат Оклахома).

— Хммм, эго хорошо. Кого-нибудь покалечил?

— Да так, кое-кому челюсть свернул, голову разбил, но больше недели никто не провалялся. Правда, одному парню пришлось ногу сломать топорищем — тот совсем охамел.

— Убийства на тебе есть?

Взгляд Дуэйна стал непроницаемым.

— Нет, сэр.

— Нет, не за период работы в управлении шерифа, Дуэйн, и не с тех пор, как ты начал трясти должников. Я имею в виду вообще.

— Нет, сэр, — упирался Дуэйн.

— Дуэйн, запомни раз и навсегда: никогда не лги мне. Никогда. Спрашиваю еще раз. Ты убил кого-нибудь?

Дуэйн что-то пробормотал.

— Станция техобслуживания компании «Арко», — напомнил Ред. — Пенсакола. Июнь 1977 года. Ты тогда был деревенщиной, пристрастился к наркотикам. Несколько раз добывал деньги ограблениями. Но в ту ночь ты прихлопнул парня. Верно, Дуэйн?

Пек наконец поднял голову.

— Я забыл об этом.

— А вот Рэнди Уилкс не забыл. Он сейчас работает у одного человека в Новом Орлеане. Когда занимаешься подобным бизнесом, желательно находить с партнером общий язык. Не нашел, значит, работаешь неаккуратно. А ты ведь не привык аккуратничать, Дуэйн, верно? — объявил Пек.

— Шестьсот девяноста два, шестьсот девяносто два.

— Почти угадал, Дуэйн. Шестьсот девяносто восемь.

— Черт побери, — выругался Пек. — Я могу на бумаге сосчитать.

— Это не контрольная по арифметике, Дуэйн. Ты ведь теперь выправился? Больше не злоупотребляешь дурманом?

— Завязал, — ответил Пек. — Разве что вечерком по субботам бурбона выпью.

— Вот это мне по нраву, Дуэйн. Ладно. Есть для тебя кое-какая работенка. Заинтересован?

— Да, сэр, — сказал Пек, дотоле размышлявший, зачем его, мелкую сошку, призвал пред свои очи столь могущественный человек.

— Это задание частного характера. Лично для меня. Вот почему ты сейчас беседуешь со мной, Дуэйн, а не с Беном Келли или каким другим посредником.

— Да, сэр.

— Если сделаешь, как я прошу, можешь забыть о своем долге в двадцать одну тысячу долларов.

— Сэр, — встрепенулся Дуэйн, — я все выполню. Можете положиться на меня.

— Дуэйн, буду с тобой откровенен. Я мог бы найти парня потолковей. Но у тебя есть одно неоспоримое преимущество. Потому-то выбор и пал на тебя.

— Да, сэр.

— Речь идет не о твоей недюжинной потенции. И не о твоем гибком уме. Нет, сэр. Меня привлекло то, что ты — полицейский.

Дуэйн сглотнул слюну.

— У меня в Полке назревает небольшая проблема, и мне нужно, чтобы за ее развитием проследил кто-нибудь из местных. Если я пошлю в такое маленькое местечко чужака, это покажется подозрительным. Поэтому мне приходится искать надежного человека среди местных жителей, человека с официальными полномочиями, который мог бы, не привлекая внимания, беспрепятственно входить в любое учреждение, заведение или дом и задавать интересующие его вопросы. Согласен, Дуэйн?

— Да, сэр. Вы только скажите, мистер Бама, что я должен сделать.

— Как все обернется, предугадать трудно, — продолжал Ред. — Возможно, тебе придется испачкать ради меня руки. Поэтому я должен точно знать, что ты предан мне до мозга костей, раз я вынужден довериться тебе.

— Да, сэр, — повторил Дуэйн.

— Как ты понимаешь, я человек честный. И если случится, что тебя посадят, в тюрьме ты будешь жить припеваючи. Негры не станут эксплуатировать твою задницу. У тебя будет крыша. Честная сделка?

Дуэйн был уверен, что не пропадет в тюрьме. А шанс поработать на такого человека не имел цены. Ради этого он готов на все.

— Да, сэр.

— Что, история не твоя стихия, Дуэйн?

Выражение лица Пека не менялось. Он флегматично смотрел на Реда, не понимая, что общего у истории со стихией.

— Ладно, в общем, мне стало достоверно известно, что один молодой журналист из Оклахомы хочет написать книгу об этом событии. Книгу о реальном преступлении.

Дуэйн тупо кивнул.

— А... за этим надо бы приглядеть.

— Его нужно поколотить, прихлопнуть? — спросил Дуэйн.

Интересный вопрос. Ключевой. Дуэйн с его примитивным хитроумием смотрел прямо в корень. С мальчишкой можно было бы расправиться самым жестоким образом — убить, уничтожить, и все осталось бы на своих местах. С другой стороны, по закону непредсказуемых последствий его убийство может привести к катастрофе: начнется расследование, возникнут вопросы, похороненные под бременем многих лет.

— Нет. Дуэйн. Но такая возможность тоже не исключается. Давай договоримся так. Ты держишь меня в курсе всего, что происходит: с кем он встречается, о чем спрашивает, что выяснил. Наверняка он захочет ознакомиться с документами. Ты должен знать, с какими именно. Может, тебе ничего и делать не придется, разве что устроить исчезновение некоторых бумаг. Может, придется предпринять более кардинальные меры, в этом случае людей мы дадим. Суть тебе знать незачем, да ты, пожалуй, все равно ничего не поймешь, Дуэйн. Главное — постарайся, чтобы парень узнал как можно меньше и книга не была написана. Ясно?

— Да, сэр.

Ред смотрел на беднягу Дуэйна, словно генерал на несмышленого мальчишку, которого он вынужден послать на разведку в тыл немецкой армии. А ведь в его распоряжении есть гораздо более толковые люди. У него есть связи среди бывших сотрудников ЦРУ, среди бывших «зеленых беретов» и опытных специалистов по улаживанию конфликтов в преступном мире. Все это компетентные, крутые, отменные профессионалы. Но не местные. Они ни черта не знают об обычаях и нравах такой компактной маленькой вселенной, как Блу-Ай. Любой из них сразу же привлечет к себе внимание. А Дуэйн, самый жестокий социопат из всех помощников шерифа Вернона Телла, ко всему прочему, еще и взяточник. Он не вызовет подозрений. Народ его уважает. Значит, это будет Дуэйн. Дуэйн, действующий по указке и под жестким контролем в привычных для него условиях и обстановке. И если его верно направлять, он сможет горы свернуть.

— Дуэйн, вот список тех, с кем этот парень, возможно, захочет переговорить, и учреждений, которые он, вероятно, пожелает посетить. Ты установишь за ним наблюдение. Вот тебе еще номер телефона: первые три цифры — восемьсот ноль ноль. По этому номеру можешь звонить бесплатно с любого телефона в Америке. Я дам тебе надежный сотовый телефон. В его память этот номер уже занесен, поэтому, чтобы позвонить, тебе достаточно будет просто нажать одну кнопку. Мне нужен подробный отчет о событиях каждого дня. После нажмешь цифру "1" и получишь от меня дальнейшие указания. Ясно?

— Да, сэр, — ответил Дуэйн. — Только говорят, что сотовые телефоны легко прослушиваются. ФБР постоянно этим занимается.

«Соображает», — удовлетворенно отметил Ред.

— Этот телефон абсолютно надежный. Чтобы его прослушать, нужно заранее установить дешифратор. Единственное, что они могут сделать, — это запросить фамилии обоих абонентов. Но я не думаю, что компания сотовой связи пожелает сотрудничать с ними, — во всяком случае, не теперь, не через год и не через десять лет.

— Почему? — спросил Дуэйн.

— Потому что эта компания принадлежит мне, — ответил Ред. — Так вот, Дуэйн, действуй аккуратно. Без дела не задирайся. Я слышал, ты не лишен обаяния. Можешь быть дружелюбным, не прочь посмеяться. В общем, рубаха-парень, да? Я хочу, чтобы на первых порах ты вел себя именно так.

— Хорошо, сэр.

— А теперь иди. Я и так уже выбился из графика, — сказал Ред Бама, глянув на часы. — Надо успеть на футбол, сегодня играет моя дочь.

Глава 11

Во второй половине XIX века появление вооруженных всадников в Форт-Смите (штат Арканзас) ни у кого не вызывало удивления. Этот грязный шумный городок угнездился у слияния рек Арканзас и Бель-Порте. Основанный в 1817 году, он к 1875-му уже вмещал в своих пределах тридцатитысячное население. Форт-Смит стоял у изголовья вытянутой долины, охраняемой с флангов горами Озарк и Уошито, на границе между Арканзасом и территорией, которая раньше звалась Индейской землей, а ныне переименована в Оклахому.

В те дни Форт-Смит — ворота в мире дикого строптивого Запада — носил прозвище Ад на границе. Цивилизация в лице судьи-вешателя Исаака Дж. Паркера[14] и его помощников из числа сотрудников федеральных правоохранительных органов предпринимала настойчивые попытки подчинить себе непокорные земли, где царило беззаконие. Более двадцати лет, с 1874-го по 1896-й, Паркер регулярно направлял своих людей в Индейскую землю, чтобы они обеспечивали там порядок. Все они были одной породы: жилистые, с глазами-щелочками, весьма практичные и искушенные профессионалы, не обладавшие широким кругозором. Все прекрасно владели оружием и, если требовалось, не раздумывая пускали его в ход. На протяжении двух десятилетий Форт-Смит, главный форпост страны, посылал своих солдат отлавливать головорезов и преступников, рыскавших по индейским землям. Из 165 офицеров маршальской службы 65 погибли, выполняя служебный долг; из 234 человек, которых они доставили в Форт-Смит живыми, 79 были повешены по распоряжению судьи. А вот сколько бандитов уничтожили помощники шерифа непосредственно в вооруженных столкновениях — этого не ведает никто. В те дни фиксировать подобные факты не считали нужным.

Теперь здесь все, конечно, по-другому: опытные стрелки, публичные дома и непреклонные судьи канули в небытие. Второй по величине город Арканзаса ныне не блещет оригинальностью. Его центральные кварталы, когда-то считавшиеся самым современным районом на всей территории к западу от Миссисипи и к востоку от Денвера, превратились в заброшенный пустырь; деловая и увеселительная жизнь города переместилась на окраины, к Сентрал-Молл и Уол-Мартс. Визитной карточкой Форт-Смита стали два огромных элеватора, вздымающихся над крышами зданий. Отцы города, не терявшие надежды возродить былую славу знаменитого форпоста, отреставрировали старый форт, дом судьи Паркера, бордель «У мисс Лоры» и многие из великолепных викторианских особняков в аристократическом районе Бель-Гроув, но ощущение, что история здесь больше не живет, так и не исчезало. Широкая улица Гаррисон-стрит, прежде служившая плацем для солдат военного гарнизона, расквартированного в Форт-Смите для предотвращения столкновений между индейскими племенами чероки и осейдж, теперь напоминала красивый рот с наполовину выпавшими из-за гингивита зубами. Самая выдающаяся достопримечательность центрального района, девятиэтажная гостиница «Холидей-Инн» на Роджерс-авеню с портиком и диско-баром, где по ночам крутили на всю мощь отвратительный рок, представляла собой пародию на отель «Хайат». Совладельцем гостиницы была компания «Бама групп».

Сегодня в Форт-Смит с Индейской земли прибывают не сотрудники маршальской службы и не бандиты. Но среди приезжих порой встречаются и крутые, искушенные в своем деле боевики с глазами-щелочками.

Один из них — Боб Ли Суэггер. Он едет в сопровождении своею нового юного напарника Расса Пьюти. В сумерках зеленый грузовичок Боба вкатывается в город по федеральному шоссе №40. Холмы Секвойя-Каунти (плат Оклахома) остались позади, и их обступают огни Форт-Смита. Широкая гладь реки Арканзас, протекающей справа от дороги, остается для них невидимой. Ее заслоняют деревья.

— Видишь, — говорит Расс, перебирая на коленях стопку старых статей из газеты и журналов за 1955 год, — это лишь свидетельствует о том, какая дерьмовая тогда была пресса. Мы сейчас работаем гораздо лучше.

Боб на его заявление только уклончиво хмыкнул.

— Ну что это за материалы?! — доказывал Расс. — Кому нужна такая информация? Ни один из репортеров даже не был на месте происшествия. Они просто перепечатали полицейский отчет, подготовленный для прессы. Боже, у меня готова сотня вопросов, на которые нужно найти ответы. Как Джимми и Буб сумели пробраться из Форт-Смита в Блу-Ай, когда на них была устроена величайшая в истории Арканзаса облава? Каким образом они наткнулись на твоего отца? Совпадение? Однако никому и в голову не пришло поразмышлять на эту тему. Ну и самый главный вопрос: почему! Почему Джимми Пай, выйдя на свободу после трехмесячного заключения, в то же утро отправился грабить магазин? И почему с ним пошел бедняга Буб, у которого не было ни одной судимости? Почему они потом остановились в закусочной для автомобилистов, купили по гамбургеру, да еще и с официанткой стали флиртовать? Как это понимать? Так ведут себя парни, которым хочется убедить всех, будто они крутые, будто им море по колено. И потом, почему...

— Слушай, а ты не много ли болтаешь? — перебил его Боб.

— Ну...

— По-твоему, я об этом не задумывался?

— Ладно, — согласился Расс. — Признаю, это не самая привлекательная моя черта. Люблю поговорить. Не могу молчать, обязательно должен размышлять вслух. Тем более, что рядом со мной сидит самый настоящий Уайт Эрп.

— Сынок, не путай. Я не Уайт Эрп, а просто потрепанный жизнью стареющий морской пехотинец, который изо всех сил пытается удержаться в седле, будь оно проклято.

Расс ничего не сказал. Лицо Суэггера в свете угасающего дня, казалось, было высечено из кремня; взгляд абсолютно бесстрастный. Он часами молчал, но пикап вел со сноровкой и мастерством завзятого гонщика: мягко, непринужденно кидал свой грузовичок из стороны в сторону, обгоняя машины, а сам даже позы не менял. Более спокойного человека Рассу видеть не доводилось; никто не проявлял такого полнейшего безразличия к мнению окружающих и общества в целом.

— У меня есть план, — сообщил Расс. — Нужно действовать последовательно и методично. Я знаю, с чего мы начнем...

— Мы начнем, — продолжил за него Боб, — с посещения гастронома.

К гастроному они подъехали, когда на город опустилась ночь, но магазин еще работал. О том, что в недавнем прошлом это был главный гастроном общеамериканской торговой сети, теперь напоминали только видимые в свете неонового освещения контуры стертых букв «ИГА» на большой вывеске, над которой был прибит щит с новым названием «Смиттиз», написанным краской прямо на голой фанере. Но адрес остался прежним: бульвар Мидлэнд, 222. Это был тот самый магазин.

В мутном свете фонаря, закрепленного на столбе для отпугивания преступников, роилась мошкара. Гастроном имел довольно жалкий, облезлый вид. Глянув в одно из больших окон, Расс заметил нескольких покупателей меж редких полок с товаром. А ведь за сорок лет округа, наверно, сильно изменилась, вдруг подумал Расс. Все, кто находился в магазине, входил и выходил из него, были негры, азиаты и латиносы.

— И гак, — произнес Боб. — Ты — писатель. Твоя работа — постигать суть вещей. Вот и скажи мне: почему именно здесь?

— Что? — спросил Расс.

— Начнем с самого начала. В тот день все заварилось здесь, в этом гастрономе, примерно в 11 часов утра. Ответь, почему здесь?

— Я?

— Да, ты.

— Ну, может быть, гастроном просто попался им на пути. Они...

— Расс, они угнали машину и каким-то образом раздобыли два пистолета и патроны. Они готовились к ограблению. И ты думаешь, что после стольких усилий они стали бы грабить первый попавшийся магазин? Тюрьма находится в центре города. Блу-Ай — в противоположной стороне, на юге. Почему они отправились сюда, на север?

— Эээ... — Расс не знал ответа. Рассуждения Боба повергли его в изумление. Он и не предполагал, что Суэггер способен столь глубоко вникать в суть дела. Весьма необычно для человека, который, в представлении Расса, был далек от умственного труда.

— Взгляни на это с точки зрения военного. Чем данное место выгодно и удобно для такой операции?

Расс огляделся по сторонам. Магазин стоял на некогда главной магистрали, протянувшейся через весь город с юга на север. Удаленная от центра города на три-четыре мили, теперь она представляла собой довольно унылое зрелище — длинная прямая полоса с деревьями по обочинам, барами, фирмами по продаже автомобилей и обветшалыми розничными магазинами. Изредка по ней проносились машины.

— Ничего особенного не вижу, — признался Расс.

— Тогда поразмысли вот о чем, — сказал Боб. — В тысяча девятьсот пятьдесят пятом году в Форт-Смите было еще два больших гастронома: «Пирсон Бразерс» в южной части тридцать первой улицы и «Хилкрест фуд маркет» на улице Кортлэнд в Хилкресте. Хочешь съездить и посмотреть, чем отличается их расположение?

— Э... — замялся Расс, потом спросил: — А ты что заметил?

— Я академий не кончал, — ответил Боб. — Что я могу заметить?

— Но ты ведь увидел что-то особенное?

— Да, кое-что.

— Что?

Боб окинул взглядом дорогу.

— Я не грабитель. Но, если собрался ограбить магазин, чего бы опасался больше всего? Того, что во время ограбления случайно появятся полицейские, причем наткнутся на меня прежде, чем в полицию поступит тревожный сигнал.

Расс кивнул. Вполне логично.

— А какая особенность у этого квартала?

— Ээээ... — протянул Расс.

— Он длинный. Взгляни на карту и увидишь, что он невероятно вытянут в обе стороны. Смотри, ни одной боковой улицы, а до светофоров в обоих направлениях пилить и пилить.

Расс завертел головой. Действительно, светофоры виднелись где-то вдалеке.

— Ничего не стоит убедиться, что полицейских поблизости нет. Значит, гарантировано несколько спокойных минут, чтобы войти в магазин, забрать деньги и уйти. Тогда-то полиция появилась, но ребята уже выскочили на улицу. У Джимми Пая, будь он проклят, было достаточно времени, чтобы прицелиться как следует. Он не оставил полицейскому никаких шансов.