— Спасибо, — сказал Бланхард.

Он наблюдал, как Харрис ведет себя, как мыслит, и понял, что этот парень легко мог пойти на преступление.

Когда Харрис заговорил снова, его смертный приговор уже был подписан, но никто из них еще не мог этого знать:

— Отлично, Вулкер, если вы имеете немного лишних денег и любите острую игру, то приходите ко мне завтра вечером.

Он качнул плечом в сторону дверей, освещенных фонарем.

— Постучите три раза, а когда вас спросят, скажите только, что вас пригласил Покер-Харрис.

— Я действительно рад, что встретил вас, — сказал Бланхард.

Харрис сухо рассмеялся:

— Подождите, будете ли вы так же радоваться послезавтра. Мы с друзьями играем не на брючную пуговицу.

Его слова прозвучали как вызов, и Бланхард принял его:

— Я и не ожидал другого. Когда-то я неплохо играл. Интересно, сможете ли вы потом уснуть.

— Это, друг мой, вы увидите, когда придете, — ответил Харрис и бросил окурок сигары в пыль. — Спокойной ночи.

Бланхард посмотрел, как он вошел в дом и тщательно закрыл за собой дверь.

Нелегальный игорный дом, подумал он про себя. Единственный, который боится огласки. Наверное, простаков здесь оглушают крепким виски, обчищают до нитки и выбрасывают на улицу.

Присутствие военных давало форту Самнер впечатление порядка и законности.

Помощник шерифа и констебль обходили квартал развлечений. Они заботились о том, чтобы посетителей игорных домов не могли ограбить в открытую. Конечно, многие из молодчиков с несколькими именами были с этим не согласны. Они основали тайный клуб, где играли без пределов ставок и ограничений. Бланхард подумал, что судьба благосклонна к нему в этот вечер, — он посреди дороги встретил Покер-Харриса, когда уже больше не надеялся найти его здесь.

ГЛАВА 9

На следующий вечер в десять часов Бланхард трижды постучал в закрытую дверь. В его кармане лежала значительная сумма.

Невысокий человечек приоткрыл дверь:

— Ну?

— Меня пригласил Покер-Харрис, — сказал Бланхард и увидел, что дверь перед ним открывается и лицо недоверчивого мужчины становится приветливее.

Он прошел в зал, где снял шляпу и повесил ее на крючок. Человечек тщательно закрыл за ним дверь.

— Харрис уже ждет вас. — Его глаза оценивающе оглядели Бланхарда. — Когда вы отдадите мне свой револьвер, сэр…

— Мой револьвер?

Человечек кивнул и, ухмыляясь, указал на развешенное на крючках оружие.

— К сожалению, сэр, у нас такое правило. Мы не желаем стрельбы и осложнений с шерифом.

Бланхард расстегнул пояс, и маленький человечек повесил его на крюк вместе со шляпой, потом Бланхард получил дощечку с таким же номером, как и под крючком с его вещами.

— Разумеется, потом вы получите свое оружие назад, сэр, — сказал человечек, который, судя по его мускулам, переливающимся под рубашкой, был не только привратником, но и вышибалой.

— Разумеется, — ответил Бланхард. Он был рад, что его короткоствольный кольт остался при нем.

Пройдя до двери, он попал в комнату, роскошней которой не видел западнее Миссисипи, хотя снаружи дом был жалок и неказист. Видимо, даже полиция не знала, что скрывалось за убогим фасадом.

Почти вдоль всей стены шла огромная стойка. Под потолком висела хрустальная люстра, свет которой отражался от многочисленных бутылок и зеркала за баром. За всеми столиками шла игра. Щелкала рулетка, игральные кости с сухим стуком ударялись о Дерево. Игроки за столами для игры в покер, фараон, монте безмолвно выжидали, взвешивая свои шансы. В воздухе пахло табаком и хорошим виски.

Рыжее существо в рваных зеленых тряпках вместо одежды дыхнуло на Бланхарда и повисло на его руке.

— Привет, дружок, ты опять здесь? — прощебетала она.

Бланхард ухмыльнулся и попытался придать своему лицу безрассудное выражение, подобное которому он видел у гулявших золотоискателей.

— Меня ждет Покер-Харрис, — сказал он. — Я его друг, мисс.

Женщина сделала шаг назад и попыталась прочесть что-нибудь у него на лице.

— Мальчик с золотом из Колорадо, да? Харрис рассказывал о тебе. Но ты не очень-то похож на золотоискателя, мальчик.

— Иные не видели во мне и этого, мисс, — отвечал Харрис с улыбкой.

— Ну, да все равно, на кого ты похож. После выпивки ты станешь тем, что мы есть на самом деле, — засмеялась женщина и повела его к бару.

Бланхард достал бумажник и вынул из него горсть золотых и серебряных монет. Он очень хорошо увидел, как на лице женщины появилась алчность. И еще он увидел, как она глазами дала бармену знак принести чего-нибудь выпить. Бланхард прикрыл глаза. Казалось, он всецело занимался изучением содержимого своего стакана. Но он заметил, как бармен проскользнул в узкий проход рядом со стойкой и сквозь прикрытый красным бархатом проем удалился в другую часть зала. Двумя минутами позже из проема, куда исчез бармен, появился Покер-Харрис.

— Привет, дружище! — Харрис выглядел удивленным, но Бланхард был уверен, что он заранее знал о его приходе. — Ну, я не слишком много вам наобещал?

Бланхард кивнул головой.

— Нет, конечно. Отличное место. Я не мог себе представить такого, видя эту будку снаружи.

— Это просто уловка, — засмеялся Харрис. Он обернулся к вернувшемуся бармену: — Выпивка, естественно, за счет заведения.

— Спасибо, — улыбнулся Бланхард.

— Не за что. Мы делаем все, чтобы гости у нас чувствовали себя прекрасно.

Харрис кивнул девушке, и она исчезла. После этого он доверительно нагнулся к Бланхарду.

— То, что вы видите, — сказал он тихо, — предназначено, конечно, только для новичков. Для людей, которые действительно что-то понимают в игре, у нас есть особые тайные кабинеты.

— Вы меня заинтриговали, дружище, — прошептал Бланхард.

Харрис доверительно положил ему руку на плечо.

— Идемте со мной.

Он провел Бланхарда сквозь обитый красным бархатом выход в маленькую комнату, где стоял только стол. Двое мужчин, известных в городе коммерсантов, сидели с одной стороны. Третий занял место напротив Бланхарда. У него были черные глаза и такие же волосы, блестевшие на висках, как лакированные. Его лицо было бледным или казалось таким при искусственном освещении.

Харрис приблизился и представил их друг другу. Имена обоих коммерсантов были так же невыразительны, как и их обладатели. Щеголя с черными волосами звали Аткинсом. Как сразу увидел Бланхард, это был профессиональный игрок.

Он придвинул стул и сел. Кельнер-негр обошел вокруг стола, расставляя напитки. Перед каждым игроком лежали банкноты и стояли столбики монет.

— Честная игра ведется без чеков, — пояснил Харрис. — У нас играют только на наличные.

Бланхард кивнул, достал бумажник и высыпал его содержимое перед собой на стол. Из-под полуприкрытых век он увидел, как Харрис быстро бросил на Аткинса выразительный взгляд. Аткинс незаметно кивнул и выставил вверх большой палец из сжатого кулака. Теперь Бланхард понял, что они работают рука об руку. Они составляли пару, которая забирала лучшие карты. Бланхард ожидал чего-нибудь подобного — люди типа Харриса редко работают в одиночку. Они всегда нуждаются в партнере, который выполнял бы грязную работу — вплоть до стрельбы, если не остается ничего другого.

Харрис принес новую колоду, показал ее всем и сорвал упаковку. Он сдавал карты, Аткинс держал банк. Игра началась.

Около часа играли по маленькой. Потом Бланхард заметил, что оба дельца стали проигрывать. Их, казалось, преследовала цепь неудач, которой не видно было конца. Около полуночи их бумажники полностью опустели, и они с угрюмыми лицами распрощались. Бланхард знал, что основной целью Аткинса и Харриса было обчистить его карманы. Играли они, конечно, нечисто. Но делали это настолько профессионально, что заметить мог только знаток.

Пока Бланхард немного выигрывал: Аткинс и Харрис решили притупить его бдительность. Для них он был простаком из Колорадо, парнем, который достаточно туп, чтобы проливать пот, роясь в земле как крот, когда есть так много других возможностей легко заработать деньги.

Харрис постоянно подливал ему, но Бланхард прошел суровую школу воины и армии, где в частые горькие часы алкоголь был единственным другом человека. Бланхард выпил уже много и чувствовал себя слегка опьяневшим, когда Харрис предложил новую игру:

— Я полагаю, что для разнообразия можем сыграть в черный джокер.

Бланхард хихикнул про себя.

— Мне все равно. Мне сегодня везет. Правда, я не так хорошо играю в черный джокер. Может, вы поясните мне правила?

Аткинс прижал руку ко рту и откашлялся.

— В черном джокере, — сказал он, — банкомет играет против каждого игрока в отдельности. Выигрывает тот, кто первый наберет двадцать одно очко. Каждая картинка оценивается в десять очков. Два туза выигрывают у всех карт.

Бланхард кивнул:

— Да, теперь я вспоминаю. Ну, Харрис, сдавайте вы.

Харрис, смеясь, указал на колоду

— Сперва снимите!

Бланхард снял верхние карты и стал банкометом — он понял, что это подстроено специально для него. В черном джокере держатель банка должен первым открыть свои карты и всегда подвергается опасности проиграть, если его партнеры блефуют.

Бланхард взял карты и начал неловко их тасовать. Украдкой взглянув на нижнюю карту, увидел, что это туз. Прикрыв его левой рукой, в которой была упаковка колоды, он переложил туза наверх.

Перед ним лежало десять долларов, и Харрис поставил такую же сумму. Ему досталась первая карта. Следующие две получил Бланхард, третья опять пошла Харрису. После этого он должен был сказать, хочет ли еще прикупить карту.

Движением руки он потребовал ее, и Бланхард положил ее открытой на стол. Это был король — десять очков. Харрис выругался и швырнул на него свои карты. Он набрал до этого семнадцать очков. С последней картой у него стало двадцать семь очков, и он проиграл.

— Вам сегодня действительно улыбается удача, — сказал он Бланхарду.

Бланхард, собирая карты, довольно улыбнулся ему. Он знал, что Харрис видел последнюю карту и нарочно проиграл Бланхарду. Опытный игрок, каким, несомненно, был Харрис, набрав семнадцать очков, мог взять следующую карту лишь для того, чтобы проиграть банкомету.

— Теперь вы, Джо, — сказал он Аткинсу, но маленький черноволосый игрок отрицательно покачал головой.

— Мне пока не хочется, я лучше немного посмотрю.

— Отлично. Тогда начинается дуэль между нами двоими, — засмеялся Харрис. — Я надеюсь, вы не обманете меня, дружище!

Бланхард мысленно расслабился. Он хотел сделать какой-то определенный вывод. Как-то он должен поймать Харриса. Где будет находиться Аткинс, если дойдет до потасовки?

Из-под полуопущенных век Бланхард украдкой взглянул на маленького игрока.

Аткинс, откинувшись назад, полулежал на своем стуле. Под цветастым жилетом у него наверняка был заряженный «Дерринджер».

«Я должен рискнуть», — подумал Бланхард.

С видом человека, внезапно принявшего решение, он придвинул все свои деньги к середине стола.

— Эти забавы больше не доставляют мне удовольствия, — сказал он. — Сыграем как мужчины, Харрис.

Глаза Харриса радостно блеснули, но он тут же опустил веки.

— Не слишком ли вы неосторожны, друг Вулкер? — спросил он мягко.

Бланхард широко улыбнулся:

— Я доверяю своей удаче!

— Но удача может отвернуться от вас!

— Не сегодня ночью. — Бланхард кивком указал на кучу денег. — Можете вы поставить столько же? Да или нет?

На столе лежало более пяти тысяч долларов, и один Харрис не мог набрать такой суммы. Он повернулся к Аткинсу:

— Посмотри, сколько у нас есть, Джо.

Аткинс открыл маленький стенной сейф и достал несколько пачек банкнот, но Бланхард пренебрежительно махнул рукой:

— Мне жаль, но я почему-то против этих бумажных денег. Я приму только золото или серебро.

— Не будьте идиотом, — прокартавил Аткинс. — Наши бумажные деньги так же хороши, как ваши монеты.

Бланхард пожал плечами.

— Может быть, да, а может быть, и нет. Но это мой принцип — не брать бумажных денег!

С улыбкой сожаления он протянул руку к горе золотых и серебряных монет на столе.

— Мне жаль, Харрис, но, видимо, игра подходит к концу.

— Подожди одну секунду, — быстро сказал Харрис.