Верзинь с сомнением смотрит на меня, потом неожиданно кидает в меня невесть откуда взявшимся камнем. Я не без труда уворачиваюсь... И тут вижу второй камень, летящий точнехонько мне в лоб... Я не успеваю сгруппироваться и шмякаюсь на пол в той же позе, в которой стоял, что приводит к очередной вспышке боли, от которой я взвываю, вскакиваю, успеваю увернуться от третьего камня и тут мне приходит в голову неожиданно свежая мысль...

Четвертый камень останавливается в сантиметре от моей ладони, пятый падает прямо у ног мага, шестой я ради забавы заставляю покружиться вокруг головы Калуна прежде чем тот сбивает его своим посохом.

- Да, шанс есть, но маленький... Ты медленно соображаешь.

- Я не выспался, - пытаюсь оправдаться, но Верзинь отмахивается и громко хлопает в ладоши. Дверь открывается и...

Нет, когда я встречу Старика, я обязательно оттягаю его за бороду, чтобы он там не бурчал по поводу уважения к старшим и почтения к сединам... В конце концов - надо же понимать, чем неженатый человек отличается от женатого... Потому что-то, что я увидел в следующую секунду нормальный человек выдержать не в состоянии... Это была девушка... такой неземной красоты... с такими правильными чертами лица... и такими формами... что если бы не злобная боль в боку, то я бы уже был бы готов к употреблению... Мда... Так нельзя издеваться над человеком, даже если этот человек - я.

- Силь, будь добра, этому молодому человеку надо освежится и быть бодрым следующие сутки... или больше... Принеси мою сумку...

Это создание на секунду распахивает свои бездонные глаза, молча кивает и исчезает за дверью... Я понимаю, что стоило ей произнести хоть слово...

- Она на всех так действует, или это я такой? - спрашиваю я, поворачиваясь, у Верзиня.

- А что? - удивленно переспрашивает он. - Моя дочь что-то сделала?

- Да, - говорю я, - зашла в комнату.

- Красивая, что говорить. В мать, - улыбается Верзинь.

- Ага, - говорю, - только пусть она на меня так больше не смотрит... А то я за себя не ручаюсь, я же не деревянный...

Старик засмеялся: "Шутишь, значит, шанс еще есть".

Силь принесла старику сумку. Я в этот момент занимался тем, что в соседней комнате пытался разоблачиться с наименьшими болевыми ощущениями... Раздевшись донага, я, по приказанию мага, улегся на стол и он стал натирать мое тело чем-то терпким, пахучим и горячим... Я с удивлением заметил, что боль ушла и что тело ощущается более легко...

Закончив процедуру, Верзинь приказал мне, не одеваясь, идти в баню, которая оказалась уже готовой в еще одной соседней комнате... После бани он снова растер меня каким-то очередным снадобьем, после чего приказал одеваться.

- И что теперь мне будет с этих растираний? - поинтересовался я, затягивая пояс.

- Ты не будешь чувствовать боли, усталости, раны будут быстрее затягиваться, мышцы буду тверже и мощнее... Но это все ненадолго... Где-то на два-три дня... Потом будет очень больно, но если мы все сделаем как надо - я тебе помогу снять боль... А если нет... - и старик отвернулся к окну...

- Да... - пробормотал я, засовывая кинжал в пояс на спине, - лучше все сделать правильно... А, собственно, что мы будем делать?

- Нам стало известно, что Император приезжает послезавтра к обеду... А через два дня после этого намечена бомбардировка нашего замка. Император должен сказать свое напутственное слово и лично отдать команду на наступление. Разумеется, одной бомбардировкой дело не ограничится - осада будет по всем правилам, я научил их, что легкой победы им тут не будет. Но их слишком много...

- Что мы можем им противопоставить?

- Против ста тысяч пеших, включая десять тысяч панцирной пехоты, двадцати тысяч кавалерии, из которых пять тысяч тяжелой и тридцати тысяч лучников, арбалетчиков и пращников город может выставить двадцать тысяч пеших, десять тысяч лучников и арбалетчиков и две тысячи конных... Это все, что осталось от трех армий, сопротивлявшихся Императору.

- Да... Немного... Что по осадным орудиям?

- Как обычно. У них - катапульты, башни, тараны, у нас - чаны с расплавленной смолой и оловом, катапульты, несколько баллист в башнях над воротами...

- Магия?

- В ней-то все и дело. На данный момент ни он, ни я не можем использовать мощные заклинания - силы накоплено настолько много, что мы просто развалим этот остров на кусочки. Поэтому Черные и хотят использовать секретное оружие.

- Черные?

- Да, мы называем их Черные. Во-первых, из-за цвета мундиров, во-вторых все, кто добровольно принимают подданство Императора магическим зрением начинают выглядеть как фигуры черного цвета.

- Однако, - сказал я вслух, а про себя подумал - "Становится понятно что я тут делаю. Но все равно не понятно что я могу сделать".

- Как выглядят осады магическим зрением, - поинтересовался я.

Маг удивленно воззрился на меня.

- Молодец, быстро сообразил! До недавнего времени приступы выглядели как обычно - черная армада быстро приближается к кольцу защиты... Но последний приступ был весьма необычным - словно черная стена, по которой пробегают тусклые искры в одно мгновение надвинулась на первое кольцо защиты и оба взаимно уничтожились...

- Как это? - не понял я.

- Вот так! По тому месту, где проходило первое кольцо было множество трупов Черных, но самого кольца больше не существует.

- А сколько всего было колец защиты?

- Два. Одно уже уничтожено, второе проходит по стене замка. Если завтра они прорвут его так же, как и первое, то мы ничем не сможем помешать им захватить замок.

- А присутствовал ли Император при осадах?

- Только при последней... Скорее всего, он все-таки нашел то, что искал, поэтому ему и удалось прорвать первое кольцо...

- А что он искал?

- Существует старая легенда, вернее, изначально это было некое пророчество, но с тех пор его уже много раз считали исполнившимся, что никто всерьез и не верил в него... Да, легенда о философском камне, который дает магу силу над всеми школами магии и даже позволяет подчинять себе элементалов всех стихий...

- Но если бы он его нашел бы, то наверняка уже применил бы!

- Все не так просто и цена, которая должна быть уплачено за это чересчур велика... Насколько я понимаю, мы и должны стать той ценой...

- Жизнь? Кровь? - спрашиваю я.

- Души живых людей.

"Однако! Как в плохом сериале - все повторяется" - подумал я.

- Расскажите мне об Императоре, Верзинь.

- Это умный, жестокий и хладнокровный человек. Он очень редко впадает в ярость и так же редко допускает необдуманные действия. Как правило, каждый его шаг - обдуман, взвешен и максимально защищен от неожиданностей. Кроме того, в своих планах он предусматривает и неожиданности тоже! Мы организовали сто двадцать семь покушений на него и ни один из исполнителей даже не получил шанса начать свою миссию. Все они были схвачены или разоблачены... У него прекрасная организация личной Гвардии. Все гвардейцы мало того, что натренированы, но и чтят дисциплину выше жизни. Малейшее отклонение от регламента карается смертью. Регламент выверен до секунды. Охранники в его личной крепости ходят только по двое, причем маршруты движения охранников разработаны так тщательно, что каждая пара раз в минуту встречается с другой парой осуществляя обоюдный контроль. Каждая захваченная крепость в первую очередь изучается специально набранной командой инспекторов, все жители, так или иначе связанные с постройкой крепости, уничтожаются, а планы и чертежи переходят в личный сейф Императора.

- Из кого вербуется личная Гвардия?

- Из сирот, выращенных в Императорских детских домах. На них заведена история жизни, начинающаяся еще с внутриутробных времен. Хотя мы тут тоже сделали несколько попыток... Но сам понимаешь - безуспешно...

- Да, понимаю... А как выглядят переезды Императора из одного замка в другой?

- Император до последнего момента вообще не покидал своего замка. Успешная последняя осада - это был первый случай, когда он покинул свою цитадель...

- Сколько вы, говорите, было покушений, Верзинь?

- Сто двадцать семь...

- Знаете, Верзинь, какой есть положительный момент во всем этом?

- Какой?

- Мне очень нравится число сто двадцать восемь!

- Я не понимаю...

- Не надо ничего понимать. Нам пора начинать, если мы хотим хоть что-нибудь успеть!

Часы на главной башне показывали полночь, когда я выбрался из замка Верзиня. План, как обычно, был прост до наивности - я должен выехать навстречу Императору и предупредить его о готовящейся ловушке на дороге. Верзинь за это время должен был приготовить три ловушки - одну фальшивую, которую я должен был "продать" Императору, еще одна фальшивая, которую я должен был продать в случае, если меня возьмут, как шпиона Проклятого замка (кстати, забыл поинтересоваться - почему замок-то Проклятый) и третью, целью которой было либо уничтожить Императора любой ценой, либо освободить меня, либо и то и другое вместе... План мне не понравился стандартностью схемы, но времени на что-либо другое уже не оставалось.

Спустя несколько часов медленного движения по тропе я решил, что самый сладкий сон будет под утро, спешился и, потирая натруженное место, стал располагаться на ночлег. Костер я разводить не стал - во-первых, ни к чему привлекать излишнее внимание, а, во-вторых, я все равно без спичек его не развел бы - не научился еще. Приказав себе проснуться через три часа, я устроился в развилке корней огромного раскидистого дерева и мгновенно уснул.

Проснулся я не через три часа, а через пять, зато бодрее и свежее, чем ожидал. Сделав коротенькую разминку, я продолжил свой путь. Сегодня мне предстояло встретиться с Императором, поэтому я не торопился, старательно обдумывая линии своего поведения и внутренне готовясь к самому худшему...

Часа через три я услышал впереди тяжелую поступь тяжелых кавалерийских лошадей. Я предусмотрительно остановился и стал ждать... Еще через полчаса между деревьев показались черные силуэты всадников. Увидев меня, просто стоящего посреди дороги они сделали именно то, чего, как я опасался, они не сделают - они остановились.

"Слава Богу" - подумал я. - "По крайней мере, меня не растопчут сразу..."

Авангард из четырех закованных в доспехи рыцарей окружил меня, но вел себя не агрессивно - было видно, что они просто взяли меня под стражу до прибытия офицера. Не было произнесено ни слова - все и так было понятно...

Офицер появился спустя несколько минут - я догадался, что весь кортеж остановился в достаточном отдалении, так что даже в случае, если я был наводчиком засады, она бы уже провалилась. Подъехав ко мне, он поднял забрало шлема, и я увидел мужское, средних лет лицо с абсолютно пустыми, ничего не выражающими глазами... Такое впечатление, что передо мной была искусно выполненная кукла...

Офицер спросил меня деревянным голосом: "Кто такой и откуда?"

Я назвал то же имя, что и генералу в крепости, сказал, что еду навстречу императорскому кортежу с важными вестями. Офицер потребовал, чтобы я сообщил ему все, что я имею сказать Императору, на что я ответил: "Император видит глазами своих подданных, слышит ушами своих подданных, но никто не знает что он слышит и что он видит". Офицер моргнул несколько раз... По лицу его словно пробежала волна... Потом он посмотрел на меня живыми, полными ужаса глазами и сказал, что проведет меня к своему командиру, чтобы тот сам со мной разбирался. Я молча кивнул и тронул коня вслед за ним.

С командиром авангарда произошла в точности та же история, только на этот раз я был препровожден к офицеру личной Гвардии Императора. Много раз убеждавшись, что одна и та же шутка два раза не срабатывает я был поражен... Скорее всего, на этот раз мне просто повезло... Или нет?

Офицер гвардейцев сказал, что Император не принимает гонцов в дороге, на что я возразил, что если Император предпочитает, чтобы важная весть ждала конца его путешествия, то его воля для меня закон, но офицер обязан доложить ему об этом. Спустя еще четверть часа утомительных упражнений в логике и казуистике я был пропущен (под охраной четырех гвардейцев) к паланкину, в котором пребывал Император.

Шторки в окошке паланкина раздвинулись и на меня пристально взглянули два пронзительно зеленых глаза. "Не люблю мужиков с зелеными глазами" - подумал я. Всегда мне какие-то подлецы попадаются...

- Говори, - услышал я приказ из паланкина.

- У меня сведения государственной важности лично для Императора.

- Император слушает тебя.

- Моя обязанность поставить Императора в известность, что на его кортеж готовится нападение силами Проклятого Замка. Я уверен, что Император осведомлен об этом, однако от его внимания могли ускользнуть столь важные сведения как место, время и количество людей в засаде.

- Продолжай.

- В засаде около двух сотен хорошо вооруженных людей. Сейчас насколько я могу судить они уже закончили перегораживать дорогу, так что на скорости проскочить кортеж не успеет - до засеки еще около двух часов езды со скоростью авангарда.

- Хорошо. Император благодарит тебя. Если сведения подтвердятся - будешь награжден как за спасение жизни Императора.

- Есть ли у Императора какие-либо особые приказания для своего личного курьера по особым поручениям?

- Нет. Держись позади паланкина и будь готов ко всему.

Шторки в окне задернулись. Кортеж двинулся в путь.

Следуя в точном соответствии с приказом за паланкином, я пытался прикинуть примерный состав и число сопровождающих. Выходило, что одних только гвардейцев не менее сотни, а это значит, что обычных солдат тут никак не меньше. Когда кортеж выровнялся и снова двинулся строем, мне удалось довольно точно всех подсчитать - сорок конных гвардейцев, шестьдесят пеших, и сто человек тяжелой кавалерии, закованной в броню и представлявших собой практически неуязвимые боевые единицы. Правда, как они себя в лесу покажут... Если Верзинь сделал все так, как мы договорились, то у нас есть шансы... Расчет был на то, что если охраны слишком много, то засады просто постараются потрепать ее как можно сильнее, если не очень - атаковать. То количество охраны, которое сопровождало Императора было как раз посередине между обоими нашими ожиданиями... То есть могло повернуться и так и этак. Ну что ж - лучше раньше, чем позже...

Через полтора часа кортеж снизил скорость и вперед были высланы разведчики из числа конных гвардейцев. Те вернулись через пятнадцать минут и доложили, что дорога перекрыта поваленными деревьями и что на разбор ее потребуется не менее получаса. Тогда я увидел как работают гвардейцы...

Тяжелая конница растянулась в два ряда вдоль дороги. Конные гвардейцы, вооруженные короткими луками стали вторым рядом, под их прикрытием. Пешие гвардейцы мгновенно организовались в живую цепь внутри этого двойного ограждения и начали растаскивать бревна.

"Почему Верзинь не атакует?" - гадал я. Потом понял. Верзинь был прав - я действительно медленно соображаю. Он дождался пока практически у каждого гвардейца в цепи на руках было спиленное дерево и только тогда навалился сразу с обеих сторон. Резко защелкали арбалеты, разом хлопнули тетивы на луках, послышались стоны раненных и короткие всхлипы убитых - люди Верзиня первым делом держали на прицеле лучников Императора. Стрелы и арбалетные болты сыпались градом. Я вспомнил, что тренированный лучник способен выпустить три стрелы так, что когда первая попадает в мишень, четвертая уже срывается с тетивы... Судя по количеству стрел, находящихся в воздухе - либо Верзинь привел всех своих лучников, либо его стрелки уже давно перекрыли этот рекорд...

Я огляделся. Потери со стороны гвардейцев были ощутимы, но не так многочисленны, чтобы Верзинь мог пойти в атаку - стальная конница все еще держала порядок и атаковать ее было бы чистым самоубийством даже в лесу. Но для этого у Верзиня были свои меры и он не замедлил ими воспользоваться. Из-за деревьев, подвешенные к веткам на толстых канатах, вылетели заточенные бревна, выкорчеванные разлапистые пни и огромные камни... Всадники, задетые этими маятниками, с грохотом валились на землю, лошади в испуге метались, но строй все еще держался. Я старательно подсчитывал потери гвардейцев, но результаты были малоутешительные - их все еще было слишком много для бойцов Верзиня. Я четко понимал, что один гвардеец в бою стоит трех солдат, так что на счет атаки легковооруженных воинов Проклятого Замка у меня не было никаких иллюзий.

Верзинь, похоже, это тоже понимал, поэтому, не давая императорским бойцам опомнится, он ввел в бой резервное оружие, последний сюрприз, который у него был приготовлен. Сверху, с деревьев, образовывавших естественную зеленую арку над лесной дорогой, посыпался какой-то порошок и поваленные деревья, которые пешие гвардейцы побросали на землю в начале атаки стали вспыхивать и взрываться, разбрасывая вокруг себя снопы ярких искр. Я предусмотрительно слез с коня, и закрыл глаза ладонями... Эта иллюминация, во-первых, надолго, а во-вторых, если посмотреть на нее дольше нескольких секунд, то можно ослепнуть... Всерьез и надолго. Чего и добивался Верзинь.

Тут я услышал гневные вопли командира гвардейцев, приказывавшего идти в атаку... Да... До такого даже я бы не додумался - так быстро оценить обстановку и обратить в свою пользу - это не просто талант, это уже гораздо больше... Теперь гвардейцы оказались спиной к иллюминации, а нападавшие вынуждены были стать лицом к ней, что резко понизило их шансы... И тут у меня забрезжила догадка... пока только догадка...

Пешие гвардейцы рванули вверх по склону, их поддерживали конные лучники, теперь и бронированная конница достала свои арбалеты, так что бойцы Проклятого Замка, скорее всего имевшие только легкие доспехи, оказались в неудачном и опасном положении. Я понял это так, что если у меня и есть шанс, то это прямо сейчас...

Вытащив из кармана специально для этого случая изготовленное Верзинем подобие очков, я нацепил их и рванул вслед за той частью гвардейцев, где был их командир... Догадки надо проверять... иначе толку от них нет никакого...

Надо признать, что гвардейцы дрались мало того, что профессионально, но еще и с какой-то яростью, с бесстрашием, граничащим с безумством... Баланс потерь, бывший не в пользу черных явно менялся и довольно резко... Пришла пора действовать нечестно... с точки зрения боевых действий...

Перебежками от дерева к дереву я старался приблизиться к командиру гвардейцев, но у меня это выходило с трудом... Слишком уж быстро продвигались гвардейцы, тесня противника вверх. Наконец я увидел короткий офицерский плащ, мелькающий между деревьями, и в тот же момент как будто почувствовал толчок словно резко прибавилось сил и появилось желание бежать вперед, атаковать врага, подавить, уничтожить, чтобы и следа не осталось...

"Оп-па!" - пронеслось у меня в голове. А догадочка-то оказалась верная! Я рванул что было сил вверх по склону, черный плащ заметался, резко приближаясь, и вот я почти налетел на командира, с трудом успев выдернуть меч из ножен за спиной, и с размаху опустил клинок тупой стороной на затылок, целясь под обрез шлема... "Только бы там не было бармицы!" - только и успел подумать я, резко, с выдохом ведя меч вниз... Офицер, словно заподозрив что-то начал поворачиваться, но он не успел... А я все-таки успел...

Бесчувственное тело рухнуло мне под ноги, гвардейцы, как один, резко повернулись ко мне, и я сразу же почувствовал себя словно в центре внимания огромного стадиона... Нездорового внимания, надо признать... А потом началось нечто невообразимое. Рядом со мной вдруг оказались сразу трое гвардейцев, и мне пришлось защищать тело офицера от их попыток вынести его с поля боя... Звучит странно, но в тот момент я об этом даже подумать не успел - удары посыпались так быстро, что я даже на мгновение забыл, как дышать - спасибо Старику, научил, как обходится без воздуха минуты две или три... Не убили меня сразу вероятно из-за того, что они сами не могли понять что произошло. Откуда взялась подмога, я так и не понял - просто в какой-то момент передо мной оказались трое бойцов Верзиня, вооруженных большими щитами и топорами, что давало им возможность если не нападать, то, по крайней мере, успешно обороняться. Тут еще двое подхватили бесчувственное тело офицера и еще двое подхватили мое, уже падавшее и терявшее сознание, и поволокли куда-то вбок и вверх, потом что-то резко впилось мне в грудь и подмышки и рвануло меня вертикально вверх и тут я окончательно потерял сознание...

Я пришел в себя в знакомой комнате Верзиня - там, где он делал мне магические втирания, на том же самом столе. Оглядевшись - в комнате никого не было - я попытался слезть со стола и никак не мог понять, почему мне это не удается... Оказалось потому, что в большинстве своем мои конечности, как и все тело, покрывали бинты и обмотки... "О! Теперь я выгляжу как мумия... Если бы еще бинты желтые были, то я выглядел бы как королевская мумия!" Я попытался хотя бы сесть, но жестокая боль в животе не дала мне это сделать, и я со стоном упал обратно на подушки, которые лежали под головой. Видимо, стон привлек внимание сидевших в соседней комнате, потому что я услышал, как скрипнула, распахиваясь, дверь. Надо мной появились те самые бездонные глаза дочери Верзиня.

"Так..." - подумал я. "Красавица сиделка у постели национального героя. Скульптурная группа неизвестного архитектора в натуральную величину ". Двусмысленность окончания фразы развеселила меня, но оказалось, что я способен только беспомощно улыбаться...

- Лежи спокойно. Тебе нельзя двигаться. Я покормлю тебя.

"Однако! Композиция под оригинальным названием "Кормление национального героя с ложечки", опять скульптурная группа и опять в натуральную величину неизвестного архитектора" Тут я сообразил, что все эти плоские шуточки приходили мне в голову потому, что я просто боюсь спросить который сейчас день и что произошло после того, как я потерял сознание... Я попытался спросить все сразу, и конечно у меня ничего не получилось - от усилий губы тоже болели немилосердно... Тогда я собрался и сквозь боль выдавил из себя "День?.."

- Лежи спокойно. Я буду кормить тебя с ложечки и рассказывать все по порядку... Только не дергайся и не пытайся говорить, ладно?

Я как смог покивал головой в знак согласия.

- Вот и умница. Давай начнем с этого бульона, - она помогла мне переместится в полулежачее положение, поправила подушки у меня за спиной и стала меня кормить. Действительно с ложечки.

- После того, как тебя и офицера Черных вынесли с поля боя, его хотели просто посадить под замок. Ты очень сильно его оглушил, это спасло нас от роковой ошибки - он не успел прийти в себя... Собственно, ты правильно догадался - это был никакой не офицер. Это и был Картакан... Маг школы Земли, захватчик практически всего острова... Он бы никогда не подставился так, как тогда, но он не ожидал от тебя такой догадливости и внимательности. Максимум, что ты мог, по его мнению, сделать - это атаковать паланкин, но он как раз и предназначен для таких целей - это одна сплошная ловушка. Но что, ты догадаешься, кто он, и что у тебя хватит наглости рвануть вслед за ним, да еще и так неспортивно с ним поступить - он не ожидал...