– Прости меня, но особой надежды это не внушает.

Кулейн усмехнулся.

– Я буду с тобой, Туро. Хотя да – это то же, что искать нужный камешек в осыпи. Но все-таки лучше, чем ждать здесь, пока демоны не нанесут удар, верно?

– Когда мы отправимся в путь?

– Завтра. Прежде я должен подготовить тропу.

– И мы проведем еще ночь, ожидая воров душ?

– Да. Но теперь у нас есть преимущество. Мы знаем, что они явятся.

– Преимущество не слишком большое.

– Возможно, столь же малое, как различие между жизнью и смертью.

Глава 9

Прасамаккуса обрадовали слезы, которые обильно проливала Хельга у всех на глазах, когда он сел на могучего вороного жеребца, которого выбрал утром в конюшне Викторина. Не годится воину отправляться на опасное дело, если любящая жена не устроит ему таких проводов. Удача улыбнулась ему, ибо Мэдлин вынужден был прождать пять недель, после того как с помощью волшебства узнал, что все проходы в Каледонских горах занесены снегом. Прасамаккус использовал эту отсрочку с толком: узнал Хельгу, а она его. К счастью, им обоим понравилось то, что они открыли друг в друге. Грифон купил им дом на окраине Калькарии за десятую долю цены, поскольку владелец был напуган надвигающейся войной. Позади белого домика был кое-как огороженный лошадиный загон и два поля, сулившие неплохие урожаи.

Теперь Прасамаккус наклонился с седла.

– Уймись, женщина! – сказал он. – Веди себя пристойно.

Но слезы продолжали катиться по щекам Хельги.

Прасамаккус со счастливым сердцем ехал рядом с волшебником по направлению к кольцу камней над Эборакумом.

А вот Мэдлин далеко не был счастлив, глядя на вестника-телохранителя, которого посылал к Туро. Худощавый светловолосый калека, несомненно, был умен, но совсем не воин. Да и можно ли ему доверять?

Бриганта не трогали сомнения, которые он читал на угрюмом лице Мэдлина. Каледонские горы были почти безлюдны, а племя вакомагов, обитавшее в предгорьях, славилось дружелюбностью. Если повезет, на выполнение поручения уйдет шесть дней, а затем он мгновенно вернется в свой белый дворец. Он нервно покосился на небо. Да, он сохранял невозмутимость, но боги славятся умением читать в душах людей.

От кольца сохранились только два щербатых монолита, и Прасамаккус встал там, где появился шесть недель назад и впервые увидел город-крепость.

– Ты понял? Через шесть дней.

– Да. Буду делать зарубки на палочке, – ответил Прасамаккус.

– Не говори глупостей. Ты появишься над Пинната-Кастрой. В горах встретишь человека по имени Кулейн.

Он высокого роста, с глазами цвета грозовых туч. Смотри не прогневи его. Он отведет тебя к принцу.

– Грозовые глаза. Да, я готов.

Пробормотав проклятие, Мэдлин достал желто-золотой камень и помахал им над головой. Кольцо заполнило золотое сияние.

– Скачи на запад, – сказал волшебник, и Прасамаккус взобрался в седло и направил жеребца вперед.

Конь шарахнулся и помчался прямо на самый большой камень. Прасамаккус зажмурился. В ноздри ему ударил горелый запах, словно сожгли масляную тряпку, в ушах у него закололо. Он открыл глаза, когда конь выбегал из кольца, в котором он убил атроля. Выхватив Вамеру из седельной сумки, он быстро надел тетиву и с сердитым ругательством повесил лук на край седла.

– Колдун, а дурак, – сказал он. – Это же не то кольцо. Отсюда до Каледонских гор ехать и ехать!

* * *

Весь день Кулейн трудился, собирая кольцо из тонкой золотой проволоки на поляне ниже его хижины.

Он намотал проволоку вокруг четырех берез, а затем с помощью мела нанес на землю внутри круга пятиугольники. В центре круга он начертил безупречный квадрат, тщательно измерив расстояние от его углов до дальних углов пятиугольников.

В полдень он сделал передышку, и Туро принес ему кубок вина, но он отказался:

– Для этого требуется ясная голова, Туро.

– Но чем ты занят?

– Я воссоздаю план малого Круга, создаю врата, если так тебе больше нравится. Но если я ошибусь хоть на толщину волоса в моих расчетах, мы окажемся в мире или во времени, совершенно нам ненужных.

– Где Лейта?

– Следит за долиной, не появятся ли охотники Эльдареда.

– Не принести ли тебе еды?

– Нет. Я должен завершить Круг и провести магические линии. Сработает он лишь один раз. Сюда мы вернуться не сможем.

– Я пойду нести дозор с Лейтой.

– Нет! – резко сказал Кулейн. – Ты нужен здесь. Весь Круг настроен на тебя и твою гармонию.

Это единственная наша надежда найти меч.

Под вечер на поляну выбежала Лейта.

– Вверх по долине едет всадник. Он один. Убить его?

Кулейн посмотрел на нее в изнеможении.

– Нет. Никаких ненужных убийств. Я почти готов. Туро, пойди с Лейтой и погляди, что это за человек. Гьен, спрячься, и если намерения его окажутся враждебными, застрели его.

– Я думал, что нужен тебе здесь.

– Работа почти завершена, направление на цель установлено. Мы отправимся на рассвете.

– А не безопаснее ли оправиться прямо сейчас? – спросила Лейта.

– Солнце почти закатилось, а нам требуется его энергия. Нет, нам придется продержаться живыми еще одну ночь в горах.

Туро с Лейтой побежали перехватить всадника вниз по горным тропам. Туро следовал за грациозной девушкой и поймал себя на том, что совсем забыл про всадника, залюбовавшись плавным изяществом движений Лейты. Когда Туро наконец увидел всадника, осторожно поднимающегося по крутой тропе, он притаился рядом с Лейтой за густым кустом. Неизвестный ехал на могучем вороном жеребце ладоней семнадцати в холке и был одет в шерстяную тунику цвета густых сливок, обшитую золотым шнуром, и черные штаны, украшенные маленькими серебряными дисками. С луки седла свисал лук из темного рога. На вид ему было лет двадцать с небольшим – белокурые волосы и клочковатая золотистая бородка.

Туро вышел на тропу, а Лейта наложила стрелу на тетиву.

– Привет, чужестранец, – сказал Туро.

Всадник остановил коня.

– Принц Туро?

– Да.

– Меня послали найти тебя.

– Так сойди с коня и обнажи свой меч.

Лейта не собиралась допустить, чтобы Туро вступил в бой, и послала стрелу. В ту же секунду с ветки спорхнула сова, вороной прянул вбок, и стрела Лейты пронзила ему шею. Конь упал, сбросив всадника в куст у тропы. Туро пришел в ярость. Он бросился вперед, помог незнакомцу встать и только тут заметил, что перед ним калека. Лейта выпрямилась, готовясь пустить вторую стрелу.

– Да провались ты! – закричал Туро. – Чтобы я тебя больше не видел! – Он подошел к бившемуся в судорогах коню и охотничьим ножом перерезал ему яремную жилу. – Я сожалею, – сказал он хозяину коня. – Я этого не хотел.

– Хороший был конь. Самый лучший из всех, какие у меня были. Но, может, у тебя много лошадей?

– Нет.

Незнакомец вздохнул.

– Боги дали, боги взяли.

– Где твой меч? – спросил Туро.

– А зачем мне меч?

– Чтобы сразиться со мной, а то зачем же? Или ты думал обойтись луком?

– Меня послал Мэдлин, чтобы ты вернулся со мной домой. Меня зовут Прасамаккус. Я гостил у Викторина.

– Туро! – воскликнула Лейта. – Погляди!

Ниже по склону несколько десятков всадников двигались по следам вороного жеребца.

– А вот и твои друзья! – сказал принц.

– Они мне не друзья. То, что я тебе сказал, – чистая правда.

– Ну, тогда иди за мной, – сказал Туро. – Дай-ка я понесу твой лук.

Прасамаккус отдал ему свое оружие, и они сошли с тропы и начали подниматься по склону. Солнце уже почти закатилось, и сумерки сразу скрыли их. Шли они дольше четверти часа, чтобы хромающий Прасамаккус мог держаться наравне с ними.

До хижины они добрались, когда из-за облака выплыла луна. Кулейн выбежал им навстречу.

– Кто он?

– Говорит, что его послал Мэдлин, – ответил Туро, – но охотники Эльдареда всего в нескольких минутах позади нас.

Кулейн выругался.

Лейта охнула, и трое мужчин обернулись к ней. Она подняла руку – браслет на ее левом запястье чуть светился.

– Воры душ! – прошептал Туро.

– Нельзя ли мне получить назад мой лук? – осведомился Прасамаккус.

Кулейн вытащил серебряный нож и слегка прижал его к горлу бриганта, потом достал из кармана камешек Сипстрасси и приложил его ему к виску.

– Скажи мне, зачем Мэдлин послал тебя?

– Он велел доставить принца в круг камней у Пинната-Кастры. И тогда он перенесет нас обоих домой.

Кулейн убрал нож в ножны.

– Отдай ему его лук, а стрелы дай-ка мне. – Воин Тумана прикоснулся камушком к наконечнику каждой стрелы и отдал колчан Прасамаккусу.

Тот наложил стрелу на тетиву. Наконечник засиял голубовато-белым светом.

– А красиво! – заметил бригант. Из-за деревьев выскочила темная тень, и Лейта еле успела ее заметить, как Прасамаккус уже пустил стрелу. Она поразила убийцу в грудь; черный плащ всколыхнулся и упал на землю рядом со стрелой.

– В Круг! – закричал Кулейн. Из-за деревьев появились новые темные тени. Прасамаккус и Лейта пустили в них по стреле, а Кулейн кинулся вперед, подхватив свое копье с земли возле золотой проволоки. – Войдите в центральный квадрат, – скомандовал он.

Туро, Лейта, и Прасамаккус перебрались через проволоку, а Воин Тумана повернулся как раз вовремя, чтобы отразить удар серого меча и вонзить наконечник Ланса в горло. Все больше теней устремлялось к Кругу. Кулейн перепрыгнул проволоку, но холодный нож погрузился в его плечо. Его тело сковал паралич, но он успел выкрикнуть одно слово. Круг заполнился золотистым светом, оттеснившим тени-убийцы. Он стал ярким, как полуденное солнце, а когда угас, Круг был пуст, золотая проволока исчезла, земля дымилась.

* * *

Кулейн очнулся в кольце разбитых камней на склоне высокого холма над покинутой римской крепостью.

Он сел и некоторое время глубоко дышал, пока магическое оцепенение покидало его тело. Крепость внизу частично обрушилась, и несколько хижин неподалеку были сложены из тесаных камней какого-то здания.

Кулейн поглядел на небо. Оно было ясно, и в нем висела единственная луна. Он обозрел звезды. Да, он все еще в Британии.

Кулейн громко выругался.

Сбоку от него возникло сияние, и он выжидающе взял копье наперевес. Из сияния появился Мэдлин.

– А, это ты! – сказал волшебник. – Где мальчик?

– Отправился искать отцовский меч.

– Один?

– Нет. С ним девушка и калека.

– Чудесно! – сказал Мэдлин.